Шанс на Искупление

Ольгерд спал. Во сне он бежал по бесконечным коридорам поместья, пытаясь догнать ускользающий от него силуэт. От стен веяло холодом, а изо рта валил густой белесый пар. Он не помнил, как долго продолжается эта погоня, и почему за окном вместо привычного пейзажа плещется тьма. Ольгерд остановился, чтобы перевести дыхание. Атмосфера пустого дома давила. Его не покидало ощущение, что он находится в гробнице. Он обернулся. Взгляд заметался по стенам, как попавшая в бутылку муха. Пахло затхлостью и едва уловимым душком разложения. Он хотел выбраться отсюда, но в то же время с пугающей ясностью понимал, что ничего не выйдет. Не раньше, чем он найдет... - Ирис! Тень скрылась за ближайшим поворотом, и Ольгерд рванул вперед. Он просто хотел что-то ей сказать. Быть может, попросить прощения. На этот раз она ждала его. Стояла посреди коридора, подрагивая и переливаясь, словно туман. - Ирис? Иссушенные костлявые руки подняли вуаль. Мертвые глаза скользнули по его лицу, и он заметил, что там внутри копошатся черви. Почерневшие зубы застыли в вечном оскале. Ольгерд видел слишком много деталей. Он замер. Слова застряли в горле. Призрак двинулся к нему. Выеденное молью черное платье развевалось как чумной флаг. Обглоданный до костей палец ткнулся ему в грудь. - Убийца. Каменные стены особняка ожили, переговариваясь мертвыми голосами, осыпая его проклятьями. За спиной послышались шаги. Ольгерд не обернулся - он и так прекрасно знал, что там увидит. На голове брата зияла страшная рана. Лицо и ворот рубахи заляпаны вязкой кашей из крови и мозгов. - Простите меня, - прошептал Ольгерд. - Предатель, - сказал Витольд фон Эверек. - Убийца, - повторило то, что осталось от Ирис. Ее рот был забит паутиной и сухими останками мотыльков. - Убийца. Из стен протянулись серые руки, чтобы коснуться его, схватить, разорвать. - Нет... - Ольгерд зажмурился, обхватывая голову руками, чтобы не видеть и не слышать. Но обвиняющие голоса все равно проникали в уши. - Нет! Он опустился на каменный пол, раскачиваясь взад и вперед как безумный. - Сгиньте! Идите прочь! Пальцы обхватили его запястья, разводя прижатые к лицу руки. - Открой глаза, фон Эверек. Он помотал головой, крепче зажмуриваясь. - Посмотри на меня. Глаза распахнулись против воли. Господин Зеркало улыбался, спрятавшись за лицом его мертвой жены. - Твоя душа принадлежит мне, - прошептали истлевшие губы Ирис фон Эверек, накрывая его дрожащий рот подобием поцелуя. Дохнуло смрадом и гнилью. Нечеловечески длинный язык толкнулся внутрь, оставляя за собой склизкую дорожку нечистот, скользнул в горло. Ольгерд забился в чужой хватке. Он попытался закричать, но в рот липкими комочками посыпались застывшие в паутине трупики насекомых, заглушая крик. Он подскочил на кровати, хватая ртом воздух и царапая ногтями горло. Простыни опутали его подобно кокону, отчего по телу прошла дрожь омерзения. Сердце грозило выскочить из груди. Первые несколько секунд он не мог понять, где находится. Не было видно ничего, кроме непроницаемой тьмы. Потом тонкой иглой его пронзило осознание. Ольгерд застонал. По лицу стекал холодный пот. - Не спится? - послышалось совсем рядом. Он вздрогнул, отодвигаясь подальше от источника звука. Спинка кровати неприятно холодила обнаженную спину. Дальше отступать было некуда. - О'Дим? - Собственной персоной. А ты ждал кого-то еще? Матрас прогнулся под чужим весом. Ольгерду сделалось совсем не по себе. Происходящее казалось прямым продолжением кошмара. - Нет, - сказал он. - Конечно же, нет. Его колотило все сильней. Зубы выбивали чечетку. - Кошмар приснился? - поинтересовался Господин Зеркало. Ольгерд кивнул. Он не сомневался, что его собеседник без труда видит в темноте. Сейчас ему даже было плевать на фальшивое сочувствие. Просто хотелось избавиться от удушающего страха. Присутствие о'Дима этому вовсе не способствовало, но звуки чужого голоса странным образом успокаивали. Все лучше, чем сидеть в мертвой тишине. - Может, расскажешь? Меня всегда интриговала способность смертных видеть сны. Ольгерд сглотнул отдающий металлом ком страха. - Я правда не хочу об этом говорить. - Глупости. Тебе просто надо немного выпить. Держи. Холодное стекло коснулось пальцев. Он вцепился в бутылку и сразу сделал несколько больших глотков. Водка обожгла горло, приятным теплом разливаясь по телу. Ольгерд выдохнул, по осколкам собирая самообладание. - Я видел Ирис. И брата. - Неужели? Интересное начало. Он пропустил насмешку мимо ушей. - Раньше Витольд мне не снился, - сказал он. - После того как... Ну, после того, что случилось, у меня вообще не было снов. Уголок его рта нервно дернулся. - Я очень по нему скучаю. Ольгерд замолчал. О'Дим его не торопил. - Вот сейчас вспоминаю мое второе желание. Я ведь и не думал, что Геральт справится. А когда он сказал, что развлекал Витольда целую ночь, я подумал, что больше всего хотел бы оказаться на его месте. - И что бы ты ему сказал? - спросил Господин Зеркало. - Правду? - Я бы попытался. Это самое малое, что я могу для него сделать. Знаешь, что он мне написал? Пока был в теле ведьмака? Что я самый лучший брат в мире. Я. Ольгерд засмеялся. В окружающей его темноте смех прозвучал неприятно - в нем слышался отблеск безумия. - Он действительно так думает, - сказал Стеклянный человек. - Мы немного поговорили на свадьбе. Я собирался его разубедить, но все же не стал. Его слепая вера в тебя очень трогательна. - Ты правда не сказал ему? Почему? О'Дим усмехнулся. - Считай, что я питаю слабость к наивным глупцам. К тому же, ты наверняка захочешь меня отблагодарить за столь бескорыстный поступок, ведь так? У Ольгерда похолодело внутри. - Подожди, - отсутствие света сводило с ума. - Я ничего не вижу. - Ах, Ольгерд, какой же ты трусишка! - Господин Зеркало с пугающей точностью скопировал интонации его давно умершей матери. - И не стыдно тебе бояться темноты в твоем возрасте? - Прекрати. - Хм? Ну хорошо, будь по-твоему. Щелчок пальцев - и вспыхнул уже знакомый оранжевый огонек, а тени разбежались по углам. Что-то во взгляде о'Дима заставило Ольгерда напрячься. Впрочем, долго гадать ему не пришлось. Голодный блеск в темных глазах мог означать лишь одно. - Можно побыстрее? Внутренне он уже как мог готовился к оглушающей волне боли. Пока что получалось очень скверно. О'Дим хмыкнул. - О, деловой подход. Я всегда ценил в тебе эту черту. Но не торопись. Вначале я хотел предложить тебе сыграть в одну игру. Господин Зеркало помолчал, наблюдая за тем, как Ольгерд хмурится, пытаясь скрыть тревогу. - Я знаю твои игры. И предпочел бы в них не участвовать. О'Дим пожал плечами. - Дело твое. Что ж, у тебя всегда есть выбор. Если откажешься, я просто заберу то, зачем пришел. Хотелось выть от бессилия. Господин Зеркало с завидным мастерством завел его в тупик. В таких делах ему не было равных. И снова приходилось выбирать из двух зол. - Ладно. Что еще за игра? - Расскажи мне свой сон. Если сделаешь это правильно, я не стану трогать твою душу. На этот раз. Ольгерд посмотрел на него. - Что значит "правильно"? Это какой-то подвох? - Ольгерд, не будь таким скучным. Разумеется. Какая же игра без подвоха? О'Дим устроился поудобнее, подперев подбородок кулаком. - Итак? Я слушаю.