Замужество для выгоды семьи, или как влюбиться во Владыку

Когда первые лучи солнца одарили мир своим скудным теплом и светом, мы с Раиром уже были в деревне. Вид обгоревших и полуразрушенных домов заставлял меня поёжиться и помянуть недобрым словом морготовых созданий, от которых я чудом вчера спаслась, но к которым наведаюсь снова, пытаясь вызволить людей. Раир подо мной тяжело дышал от быстрой и долгой езды, грязь, которая покрывала его тело сухой толстой коркой, теперь размякла, и я стала ещё грязнее, чем была. Всё тело, что у меня, что у коня, нестерпимо чесалось, желудок скручивало от голода, а глаза слипались от усталости. И ни от одного из этих неприятнейших ощущений у нас не было времени избавиться. Нужный домик я нашла сразу. Его почти не тронули, лишь разбили крыльцо и выбили дверь. Забежав в выделенную когда-то мне комнату, я с огромной тоской посмотрела на казавшуюся мне такой удобной кровать с соломенным матрацем, тяжело вздохнула и, опустившись на колени, стала искать под кроватью ножны с мечом и колчан со стрелами. Вытащив оружие из его укрытия, я поплелась обратно, но, проходя мимо небольшой комнатушки, посреди которой стоял обеденный стол, заметила на том самом столе полбулки зачерствевшего хлеба. В животе требовательно заурчали, и я, как обезумевшая, бросилась к хлебу и вгрызлась в него зубами. Он был твёрдым, словно камень, но я этого будто вовсе не замечала, усердно пережёвывая отгрызанные куски. Продолжая грызть булку, я вышла на улицу и огляделась в поисках Раира. Конь нашёлся неподалёку от дома и с жадностью жевал траву на небольшом участке луга, не пропитанного чьей-либо кровью. Он заметил меня, но даже не подумал оторваться от своего дела, всем своим видом давая понять, что никуда не пойдёт, пока не набьёт свой живот. Расправившись с хлебом, я подобрала валявшийся на земле около дома старый и тупой наконечник косы и пошла к Раиру. Пока он жевал траву, я приводила его в относительный порядок. Такой способ ему, конечно, не понравился, но возражать он не стал и молча терпел, пока я сдирала вновь присохшую грязь с его шерсти. Иногда меня слабо хлестали хвостом за через чур неприятные ощущения, но в остальном он не дергался, под конец полностью привыкнув к моим действиям. Всё это заняло у нас не больше двадцати минут. После короткой передышки мы продолжили путь. Теперь было необходимо найти отряд, что проезжал мимо и неосознанно спас меня этой ночью. И, что важнее, убедить их помочь мне освободить остальных. Поскольку времени у меня было не так много, как хотелось бы, я вновь воспользовалась помощью леса. Он охотно отвечал мне, деревья говорили, перебивая друг друга, желая помочь мне и подбадривая нас с Раиром. И я даже не могла выразить им всю ту благодарность, которую испытывала. А они ведь тоже надеются на меня, верят, что я избавлю их от обидчиков. И как же мне не хочется подвести их всех… Отряд расположился в нескольких часах езды от деревни, довольно далеко от лагеря орков. Подъезжая к людям, Раир сбавил шаг и стал двигаться бесшумнее. Нас не заметили, пока мы не выбрались из-за кроны деревьев, направляясь к небольшой полянке, где расположились воины. Подул порывистый ветер, скинувший мне на глаза коротко подрезанную орком прядь. Сколько бы я не старалась её убирать, за ухо она не заправлялась, а закрепить мне её было нечем. Увидев меня, двое мужчин из отряда бросили свои дела и направились мне навстречу. Их хмурые лица выглядели недружелюбно, и это ещё мягко сказано. Нехотя спешившись, я одной рукой приобняла морду Раира, поглаживая его и тем самым стараясь успокоить себя. Кто бы подумал, что я буду так переживать! — Ты кто такая и что здесь забыла? Чего одна в этих землях бродишь? — недовольно заговорил один из них, придирчиво оглядывая меня. — По-моему, она уже добродилась… — беззлобно ответил второй, так же смерив меня своим оценивающим взглядом. — Я… — начала я, но слова будто застряли в горле. — Мне нужна помощь. Я была в добровольном отряде. Мы остановились в деревне неподалёку, и… — собравшись с мыслями, заговорила я, но меня тут же прервали. — Ты, и в добровольном отряде?! — ухмыльнулся тот, что заговорил первым. Голос у него был неприятным, грубым. — Это где такое видано? Или эльфы уже свои отряды организуют? — Разве это важно — кто организует отряды?! — не сдержалась я. Порой люди очень грубы и нетактичны. — Там, в плену у орков, люди! Женщины, дети и старики! И им необходимо помочь. — С чего нам верить тебе? — начал сердиться первый, с грубым голосом. — Ходят тут всякие… Не до твоих нам бед, своих хватает! — И правда, шла бы отсюда, — произнёс второй мужчина, до этого молчавший. — Видишь, мы и сами ночью нарвались на орков, многих своих товарищей потеряли. Чем мы тебе поможем? — Но мне не у кого больше просить помощи! — возразила я, схватив его за рукав окровавленной и грязной рубахи. — Да хватит с ней разговоры вести! Оставь её, Гарен, — сказал мужчине первый, стрельнув в меня грозным взглядом. — А ты проваливай отсюда. Мы тебя точно не помощники! — Я никуда не уйду, — негромко, но твёрдо произнесла я. — Неужели в вас нет ни капли совести?! — Ах, ты… Не тебе про нашу совесть говорить! — Что там у вас происходит? — неожиданно раздался чей-то голос, и мужчины расступились, пропуская вперёд прихрамывающего немолодого воина. — Чего орёте на весь лес? Мало вам было первой встречи с орками, ещё захотелось? Это ещё кто? — спросил он, отчитав тех двоих и обратив внимание на меня. — Да вот, — заговорил второй, что был более дружелюбным и которого, как выяснилось, зовут Гарен. — Эльфа пришла, просит у нас помощи. Не трудно было догадаться, что немолодой мужчина был командиром этого отряда. Он нахмурился, услышав ответ от одного из своих подчинённых, и придирчиво оглядел меня. И в его взгляде я заметила недоверие и враждебность, что очень расстраивало меня. Как же доказать им, что я не враг и действительно прошу о помощи? Неужели они считают, что я помогаю оркам загнать их в ловушку? — Какая помощь тебе требуется? — спустя несколько минут спросил он. — Сейчас в плену у орков находятся жители деревни и те солдаты из добровольно отряда, кому посчастливилось выжить. И я прошу помочь освободить их. Одна я не справлюсь, а больше помощи просить мне не у кого! — Вы свободны, — кивнул своим подчинённым командир, и, когда они отошли от нас, обратился ко мне. — Меня зовут Эрквин. Я сожалею твоему отряду и тем невинным людям, но помочь не смогу. Самостоятельно сунуться к оркам — это верная смерть! Мои люди ранены, остаться невредимыми удалось всего пятерым. — Мы будем не совсем одни. Я хотела договориться с медведями и стаей здешних волков… — спешно начала объяснять я, но остановилась, заметив усмешку на его лице. Что ж, все люди не воспринимают мой дар всерьёз, пора привыкнуть! — Ну, даже ежели договоришься, много толку от них будет против нескольких десятков орков и их уродов-переростков? Я не могу повести в эту битву своих воинов, их смерти будут на моей совести. — А я обязана помочь тем людям, я обещала, что спасу их! — выкрикнула я. — Какая-то странная ты эльфийка… Другой из твоего народа, если бы ему удалось сбежать, уже давно позабыл бы о тех людях. — Значит, вы плохо знакомы с моим народом, раз считаете нас предателями, — с вызовом ответила я ему. Эрквин ухмыльнулся каким-то своим мыслям и кивнул. — Хорошо. Но я не поведу свой отряд, если они сами не захотят этого. Сможешь их убедить? Если у тебя это выйдет, то мы поможем. На этом наш разговор закончился. Командир добровольного отряда развернулся и похромал в сторону мужчин, что перевязывали кому-то раны. Я стояла на месте и смотрела на землю у своих сапог, не видя её. И что я должна им сказать? На простую просьбу никто не ответит, значит, нужно подобрать слова, которые убедят их последовать за мной. Но я не имела ни малейшего представления о том, как я должна их убеждать. Усталость и не проходящий голод не позволяли мне придумать хоть что-то достойное. Тем временем люди с интересом и ожиданием поглядывали на меня, нервируя своим излишним и пока ненужным вниманием. Тяжело вздохнув и отыскав взглядом командира отряда, я поплелась в его сторону. Будь, что будет. Я хотя бы попытаюсь. — Друзья мои, прошу внимания! — громким и немного хрипловатым голосом произнёс Эрквин. — К нам с просьбой пришла эльфийка. Давайте же выслушаем её. Стоило ему замолчать, как я нервно сглотнула образовавшийся ком в горле, но не решилась произнести ни звука. На меня смотрели около двух десятков пар недружелюбных глаз, уже уверенных в моём провале. Окинув их всех быстрым взглядом, я зажмурилась на несколько секунд и после начала говорить. — Сейчас в плену у орков остались выжившие воины из добровольного отряда, участником которого была я. Кроме них в плену деревенские жители. Уже несколько дней маленькие дети не ели и не пили, мёрзли от холода по ночам и изнывали под жаром солнца днём. Я прошу вас помочь мне освободить их, — медленно и не так громко, как хотелось бы, произнесла я. — Тебе уже сказали — здесь помощников можешь не искать! Сами бы от помощи не отказались… — вновь послышался уже знакомый мне грубый голос. На его обладателя я даже не взглянула, изучая лица остальных воинов. Те, полагая, что я не слышу их, перешёптывались между собой, хмурясь и высказывая свои недовольства. Что ж, зато я поняла, что должного впечатления не произвела, хотя тщательно подбирала слова. Значит, буду говорить всё, что думаю. Если повезёт, смогу убедить их, а нет, так хоть выскажу всё, что думаю конкретно об этих людях. — Ваш командующий верно сказал, любой другой из моего народа, если бы ему удалось сбежать из плена орков, давно позабыл бы о людях, находящихся в той же беде, что и он. Другой эльф спасал бы свою жизнь. Однако я здесь. Я сама немало пострадала, но я готова вновь идти в бой, даже если это будет последнее, что я сделаю в своей жизни. А вы? Вы раздумываете, боитесь за свои жизни и даже не хотите попытаться спасти тех детей, женщин и стариков! У моего народа предвзятое отношение к вам, людям, но я всегда была уверена, что это мнение лишь об единицах из вашего народа. В последнее время я начинаю убеждаться в обратном. Я не собираюсь уговаривать и умолять вас. Не хотите помогать — не надо. Но знайте, когда-нибудь ваша трусость обязательно приведёт вас к смерти! Повисла напряжённая и угнетающая тишина. Может, я и зря сказала им эти слова, но теперь жалеть поздно. И лучше не тратить времени на них, а попытаться придумать какой-то план. Хотя бы гномов да Эаррона с Ванелеоном вызволить… На глаза набежали слёзы. От собственного бессилия, обиды и стыда за свою беспомощность. Отвернувшись от людей, я пару раз похлопала ресницами, силясь отогнать непрошенные чувства, и медленно пошла к Раиру. Я не хотела смотреть на солдат и ждать от них либо грубости, либо поддержки. Они молчали, а значит, я старалась впустую. Конь пошёл мне навстречу и ткнулся в шею своим бархатным носом, немного щекоча кожу и будто стараясь поддержать меня. — Стой, — раздался чей-то негромкий голос. — Я пойду с тобой и помогу. Обернувшись, я застыла на месте. За мной последовал хромой и немолодой воин, но ко всему этому у него не было левой руки. Видимо, в моём взгляде проявилось едва сдерживаемое мной сожаление, поскольку лицо мужчины тут же стало суровым. — Без руки, как мне кажется, я мало протяну, непонятно ещё, в чём клинок у той твари был. А так хоть хорошее что-то успею сделать. — Мы тоже идём с тобой, — произнёс какой-то парень, выглядящий немного старше Ванелеона. — Мы не пострадали, и мы не трусы. Орки уже давно обосновались в этом лесу, но никто никак не решится перебить их. И всё же кто-то должен это сделать. Он и ещё несколько солдат подошли ко мне ближе. Немного подумав, за ними последовали ещё пятеро мужчин, среди которых я заметила уже знакомого мне Гарена. Не сразу, но ко мне перешло значительное количество воинов. Те, кто так и не решились согласиться на помощь, косо глядели на своих братьев по оружию, а после, сплюнув на землю, хмуро посмотрели в мою сторону. — Что ж, я и не думал, что у тебя получится, — протянул Эрквин. — Ты умеешь вести за собой людей и быть убедительной. Так и быть, — обратился он к своим подчинённым. — Раз вы согласны помочь, мы поможем. Но не станем действовать абы как! Если мы хотим, чтобы от нашего нападения вышел толк, необходимо заранее всё спланировать. В этом с командующим отрядом я была полностью согласна. Хорошо продуманный план — наш единственный шанс на победу, пусть даже и очень маленький. Собравшись возле пепла от ночного костра, мы стали обговаривать возможные варианты нападения. Я предлагала напасть завтра днём, пока орки будут прятаться от жары под тенью деревьев и спать. И я молила Илуватара, чтобы с моими друзьями ничего не случилось за предстоящую ночь. Моё предложение поддержали, за оставшийся день решив подготовить оружие да свой боевой настрой. — Ты говорила, в плену есть несколько выживших воинов? Я думаю, они смогут сражаться, если мы освободим их и дадим оружие, — предложил Эрквин. — Не стоит забывать об охранниках. Они могут и не спать. Кроме них, есть ещё и варги, которые на расстоянии почувствуют ваш запах и убьют, не подпустив к лагерю своих хозяев, — возразила я. — Всё не так просто, как хотелось бы… — Нужно как-то этих варгов отвлечь, — подал голос кто-то из мужчин. — Да и без тебя понятно! — грубовато ответил ему другой. — Сам под нос к ним прыгнешь, или есть идеи получше? — Тихо! — прикрикнул на них командующий, призывая к порядку. — У меня есть идея. Я хотела попросить помощи у медведей и здешней стаи волков, если они согласятся. Они могли бы отвлечь их, хотя бы на некоторое время. Кто-то из людей посмеялся, многие скептически хмыкнули, остальные решили промолчать, и лишь один командир добровольного отряда воспринял мои слова всерьёз, но с сомнением. — С чего бы им помогать? Уж в то, что эльф хочет помочь людям, я поверю, но это кажется мне… нереальным. — Я смогла убедить вас, людей, а животных я понимаю намного лучше, — криво улыбнувшись, ответила я. — Что ж, пусть мы как-то отогнали варгов, что будем делать дальше? — Охранников этих, нужно убить тихо, чтоб остальных не всполошить. У нас Гиамер стрелком был, да орки ему руку-то и отрубили, — сказал Эрквин, показывая на мужчину, что первым согласился помочь мне. — Я пущу им в голову по стреле, — взяла эту обязанность на себя. — Что дальше? — А дальше у нас нет выбора. В любом случае придётся дать о себе знать. Просто увести пленных не выйдет. Не успеем и пяти шагов сделать, как нас поймают, — мрачно ухмыльнувшись, сказал Гарен. В этой части и начался спор. Многие не хотели сражаться. Они были уверены, что можно просто увести людей у спящих орков. Я, Эрквин, Гарен и ещё около пяти мужчин были с ними не согласны, но нас не хотели слышать. Я понимала, что наш план для многих обернётся смертью, и они это понимали, почему и пытались найти более лёгкий и безопасный. Когда мы закончили свой затянувшийся конфликт, мне предложили немного поесть, на что я сразу же согласилась. Желудок зверски заурчал, стоило только мне увидеть кусок хлеба и какую-то мутную похлёбку в деревянной плошке. Быстро управившись со своим обедом, я забралась в седло, намереваясь отыскать медведей и волков, как меня остановил недоверчивый и хмурый голос. — И куда это ты собралась? Обернувшись, я увидела мужчину, который вместе с Гареном вышли мне на встречу в первые минуты моего здесь появления. Его имени я не запомнила, да и не сожалела об этом, поскольку разговаривать с ним мне было неприятно. — Я уезжаю. К вечеру должна буду вернуться, — ответила ему я и, не дожидаясь очередных вопросов, дала Раиру команду скакать в сторону леса. Отыскать нужных мне зверей не составило труда, когда лес готов был помогать мне во всём, что было в его силах. Но когда я уверяла людей, что отлично лажу с животными, я преувеличивала. От того, что я их понимаю, не все они дружелюбно относятся ко мне. А волки и медведи — это именно те животные, с которыми взаимопонимания найти очень сложно. Они вполне могут и поужинать мной. Но у меня снова нет выбора. Я должна попытаться спасти своих друзей, чего бы это ни стоило. Постепенно деревья сгустились, скрывая солнце своей кроной. Атмосфера в этой части леса была мрачной и враждебной. Тревожно оглядевшись вокруг, Раир прижал уши и остановился. Я погладила его по шее и спешилась, дальше намереваясь идти одна. Но не успела сделать и пары шагов, как конь потянул меня за рубаху обратно, недовольно, но тихо заржав. — Дальше я иду одна. Для тебя это в разы опасней, чем для меня, поэтому жди здесь! — шикнула я на него, правда мой приказ толку не принёс. Пристроившись рядом, Раир следовал за мной, постоянно оглядываясь вокруг и загораживая собой, если вдруг из-за какого-нибудь куста послышатся подозрительные шорохи. — Ты, защитник! — заворчала я на него. — Чем ты сможешь помочь мне, если вдруг оттуда выйдет настоящий медведь? Раир долго и с упрёком смотрел на меня, после чего обвинил в неблагодарности, но тем не менее продолжил идти рядом со мной. Перед встречей с медведями, а именно к ним мы сейчас направлялись, я очень нервничаю. И мне было бы намного легче, если бы мой нерадивый конь остался ждать меня подальше от берлоги. В случае враждебного настроя медведей мне было бы проще самой защититься от них, чем спасать ещё и Раира. Из-за своей задумчивости и невнимательности я совсем не услышала треска сухих веток и шелеста кустов. Раир среагировал быстрее и тут же скрыл меня за своей могучей спиной. Опомнившись, я обошла его стороной и заговорила с медведем: — Мы не хотим тебе зла! Выслушай меня, я пришла просить о помощи! Дикий ужасающий рёв прекратился, но медведь продолжил угрожающе двигаться на нас. Перепугавшись такой близости, я судорожно схватилась за рукоять меча, что не укрылось от взора зверя. Раздалось тихое, но грозное рычание, после которого медведь приблизился ко мне на ещё один шаг. — Я не враг тебе. Я прошу о помощи и сама желаю помочь. Но если ты нападёшь, я вынуждена буду защищаться. «Что привело тебя ко мне? И чем ты мне можешь помочь, недоразумение Тёмного Леса?" — прорычал… Оказалось, это медведица! А вот её последние слова были немного обидными. Но, поскольку я и так не контролирую ситуацию, мне следует пропустить их мимо своих ушей. — Мои друзья в плену у орков, и… «Это только твои друзья! Я ничем не стану тебе помогать. Убирайся, пока цела, а если появишься здесь снова — живой уже не уйдёшь!» — в конце она громко зарычала для большей убедительности и, развернувшись, пошла прочь. — Подожди! Выслушай меня, — крикнула я раздосадовано и бросилась за ней, но мгновенно пожалела о своём поступке и вспомнила, что разговариваю не с человеком и не с эльфом, а со зверем. Резко развернувшись, медведица издала короткий утробный рык и в два шага оказалась рядом, не успела я и глазом моргнуть. Очнулась я, только когда её длинные и острые когти едва не зацепили и не разукрасили моё лицо. Упав на землю, я в ужасе отползла назад и уперлась спиной в ноги Раира. Мой верный скакун перетаптывался с места на место, угрожал медведице, чем только смешил её. Внезапно где-то совсем близко послышался рёв другого медведя. Ему в ответ с противоположной стороны послышался чей-то рык. Через несколько минут к нам вышли ещё около пяти медведей. Они окружили нас, не отпуская и не позволяя сделать что-либо. От страха у меня задрожали руки. Самым плохим было то, что теперь мы с Раиром даже не могли уйти. Осталось лишь вновь просить у Илуватара помощи. — Подождите, — дрожащим и тихим голосом сказала я. На секунду прикрыв глаза, я постаралась побороть страх, и, немного совладав с ним, продолжила. — Я не угрожаю вам, а прошу о помощи! И наверняка сама могу вам помочь. Орки, а в особенности варги наверняка притесняют вас? «Они убивают наших детей, оставляют нас без еды, а иногда нападают и на нас. Но чем ты нам поможешь? Ты и сама не можешь с ними справиться!» — недовольно проворчал какой-то медведь, поедая меня своим взглядом. От последнего по моей спине пробежало стадо бешеных мурашек и пробил холодный пот. — Я просила помощи у людей, и они согласились мне помочь. Но одним нам не справиться. Я прошу вас помочь нам, вместе мы сможем избавиться и от варгов, и от орков! Медведи замолчали, но продолжали прожигать меня своими взглядами. Я с нетерпением и опаской оглядывала каждого из них и, казалось, слышала бешеный стук собственного сердца и сердца Раира. «Мы придём помочь вам. Только скажи, когда» — наконец прервал молчание стоящий напротив меня медведь. — Завтра утром, — медленно произнесла я, не веря, что они всё-таки согласились. — Я прошу вас отвлечь варгов, пока мы будем расправляться с орками. «И что, мы одни должны будем с ними биться?!» — Нет-нет, конечно нет! — прервала я его недовольство. — Ещё я хотела попросить о помощи стаю волков. Надеюсь, они тоже согласятся. Больше я не знала, что им сказать. Ведь они действительно будут одни драться с варгами, если волки откажутся. Но медведям больше ничего и не требовалось. Они ушли, не глядя в мою сторону. Как только звери отошли подальше от нас, я выдохнула со стоном и крепко прижалась к шее коня. Тот сначала обругивал меня некрасивыми словами, а после хвалил и говорил, что лучше меня не сыщется ни одной эльфийской девы во всём Средиземье. — Ну, хороший мой, — тяжко вздохнула я. — Одну встречу пережили, а теперь скачем к волкам… Раир протестующе всхрапнул, но больше перечить не стал, всё поговаривая, что с такой хозяйкой он долго не проживёт. И я была с ним согласна. Тут не факт, что сама хозяйка долго жить будет. Петлять между деревьями и искать схоронившуюся стаю нам пришлось около часа. В этот раз я долго настаивала на том, чтобы Раир остался ждать меня подальше от места обитания волков, поскольку я вполне могла остаться либо без коня, либо без союзников, помощь которых значительно могла увеличить наш шанс на победу. И как всегда мои убеждения, просьбы и угрозы не достигли своей цели. Из всех норовистых коней я выбрала самого упрямого и своевольного. Мне ничего не оставалось, кроме как смириться и в этот раз не прозевать появления зверей. Часть леса, принадлежащая стае, встретила нас тишиной, одни лишь птицы, скрытые кроной деревьев, без опаски пролетали над нашими головами. Видимо, изголодавшиеся волки истребили даже мышей и кротов, не говоря уже о животных покрупнее. А значит, мне, и тем более Раиру, вдвойне опасней появляться на их территории. Стоило нам сделать несколько десятков шагов, как в лесу наступила гробовая тишина, даже иногда перекликающиеся птицы умолкли. Это заставило меня насторожиться больше прежнего. Скорее всего, нас уже заметили и пристально провожают голодными взглядами. От ощущения чужой враждебности у меня по спине пробежали мурашки. Вот и очередное испытание. Чего только не сделаешь ради друзей… Волки появились внезапно, но не неожиданно. Как я и думала, они, словно подражая медведям, окружили нас с конём, отрезая путь к бегству. Покрепче ухватившись за лук и натянув тетиву с готовой к полёту стрелой, я напряжённо оглядела нескольких показавшихся. У волков была извалянная в грязи и местами облезшая шкура, они были настолько худы, что я не удержалась от удивления. Как они держатся на ногах и как до сих пор не поубивали друг друга? — Не стоит нападать на нас. Я пришла с миром, но если нужно будет, подстрелю любого, кто нападёт на нас, — враждебно заговорила я. Это не медведи, они не станут общаться с тем, кто покажет себя слабее их. «И с какой же целью ты здесь? — заговорил подошедший ближе волк. Этот выглядел немного лучше остальных, наверное, вожак стаи. — Моя стая голодает уже несколько дней, а теперь появляешься ты со своим конём. Мы не настроены на разговоры!». Ответив мне, он коротко рыкнул, и я ощутила, как позади нас появилось ещё несколько волков. Раир мгновенно обернулся и стал угрожать обидчикам, не подпуская их ближе ко мне ни на шаг. Краем глаза отметив, что волки ничего не делают, но предвкушающе облизываются и пожирают нас взглядом, я решила не терять времени и приступить к причине своего появления. — Я знаю, что вы голодаете. И знаю почему. Варги, не так ли? Эти прожорливые твари притесняют вас и лишают еды. «Сегодня им это не удастся». — Но это будет сегодня. А что будет завтра? Они вскоре истребят всех остальных животных в этом лесу и примутся за вас. Я предлагаю вам избавиться от них. Вожак утробно зарычал и, не опасаясь направленной на него стрелы, стал угрожающе надвигаться на меня. Сглотнув образовавшийся в горле ком, я затолкала страх в глубины своей души, поскольку знала, что эти животные чувствуют его так же хорошо, как запах свежей крови. «Когда моя стая была в разы больше и мы были сильнее, мы вместе не смогли противостоять трём варгам! А ты хочешь, чтобы мы теперь избавились от них?!» — такой эмоциональности от зверя я не ожидала. Остановившись в двух шагах от меня, он вновь прорычал что-то уже мне непонятное, и к нам вышло еще больше волков. Теперь их было чуть больше десяти, немного для единственной стаи в этом лесу. — Я не говорю вам одним отправляться в бой против них. В плену у орков мои друзья, и я собираюсь освободить их. Орков же и варгов следует уничтожить, они наносят вред и людям, и лесу с его жителями. Я прошу выслушать меня. А уже после можешь делать решение. Волк долго смотрел на меня своими дикими и голодными глазами, после чего согласился. Незаметно выдохнув, я опустила стрелу и заговорила: — Я буду не одна, мне помогут люди и медведи. Да, медведи уже согласились помочь. Мы хотим напасть на орков завтра утром, когда они улягутся спать и попрячутся от солнца. Я надеюсь полностью их уничтожить, чтобы они не мешали жить ни вам, ни людям из деревни. Но даже с медведями нам не справиться. Я не могу точно сказать, что с вашей помощью мы победим, но шансов на победу у нас точно будет больше. В отличие от людей, я понимаю, что вы разумны. Подумайте, так не может продолжаться долго. Убивай или будь убитым, ведь так гласит ваш закон? Вот и выбирайте, что вы будете делать. Вожак стаи опустил голову, но исподтишка продолжал наблюдать за мной. Волки заговорили, высказывая свои мнения, и, к моему сожалению, их голод был сильнее разума. Постепенно среди зверей поднялся такой галдеж, который я слышала только на рынке у людей. И все они разом умолкли по приказу вожака. Тот повернулся ко мне и молчал ещё несколько минут. «И что мы должны будем делать?» — напряжённо проговорил он. — Вы и медведи должны отвлечь варгов. Не обязательно вступать с ними в бой. Просто дать нам время расправиться хотя бы с половиной орков, — ответила я, затаив дыхание. Что-то подсказывало мне, что он не согласится. «Мы истощены так, что даже убегать от них не сможем. Я отказываюсь помогать тебе» — люто произнес он, делая шаг ко мне. Тетива натянулась быстрее, чем я успела среагировать. Волк, собирающийся прыгнуть, передумал и хищно оскалился, пристально наблюдая за мной. Но напасть на меня он так и не успел. Внезапно над лесом раздалось жалобное протяжное скуление, заставившее всех волков вздрогнуть и притихнуть. Только что был убит кто-то из их стаи. И был убит варгом… Стая даже не успела опомниться, как из-за деревьев показался варг, чья морда была перепачкана волчьей кровью. В несколько прыжков он оказался рядом с нами, его сверкающие глаза были направлены на меня, а зубы так и клацали, желая откусить голову. Первая моя стрела пролетела мимо, тварь смогла увернуться. Приказав Раиру стоять в стороне и не лезть мне под руку, я схватилась за следующую стрелу, но вновь промахнулась. Варг забавлялся со мной, гонял по кругу, но не нападал, чем сильно раздражал. Стая волков же стояла в стороне и наблюдала за нами. Замерев с натянутой тетивой, я прицелилась, но в третий раз не попала, поскольку варг прыгнул на меня. Едва успев увернуться, я поспешно встала на ноги, и схватилась за меч. Раз не получается стрелами, придётся использовать тактику ближнего боя. Я довольно быстро устала, дыхание сбилось и движения стали медленнее. И из-за моей нерасторопности варгу удалось не составило труда выбить меч из моих рук и повалить меня на землю. Отвратительно зарычав, он уже разинул пасть, намереваясь лишить меня жизни, но поторопился считать меня поверженной. Схватив выпавшую из колчана и валявшуюся неподалёку стрелу, я со всех оставшихся сил ударила её наконечником в шею варгу. Тот завыл протяжно, но негромко из-за торчащей в горле стрелы и отступил, начиная давиться собственной кровью. И я бы могла расслабиться, если бы варг из последних сил не начал звать на помощь своих соплеменников. Обезумев от мысли, что на его зов сюда примчатся ещё несколько тварей, я вскочила на ноги и, подобрав меч, стала наносить им удары по шее варга, словно топором по бревну. Кровь брызгами летела во все стороны, вместо воя теперь уже слышались одни лишь неприятные булькающие звуки и предсмертные поскуливания варга. Убедившись, что опасность миновала и враг мёртв, я отошла на несколько шагов и устало присела передохнуть под деревом. Такого истощения у меня ещё никогда не было. Свои невеликие целительские способности мне придётся восстанавливать не менее нескольких недель, когда они могут потребоваться мне в ближайшие дни… В такие ситуации в своей немало прожитой жизни я ещё не попадала. Стоило варгу испустить последний болезненный стон, как волки накинулись на него, раздирая шкуру и откусывая куски мяса от его упитанного тела. Поморщившись от отвращения, я отвернулась от них и подозвала к себе Раира, что топтался в стороне и не решался подойти из-за сильного запаха крови. С опаской поглядывая на трапезничающих волков, конь подошёл ко мне и ласково уткнулся бархатным носом в мою перепачканую щёку. Прижавшись к его морде, я устала прикрыла глаза, мечтая о нормальном сне под тёплым плащом у трескучего костра. И это желание было настолько сильным, что я издала тихий досадливый стон. В ближайшие дни, я, наверно, только и могу мечтать об этом. «Спасибо тебе! — к нам вышел вожак волчьей стаи, чья пасть была пропитана кровью мёртвого варга. — Ты не только спасла нас, но и обеспечила едой». — Не за что, — устало ответила я. — В первую очередь я защищала себя и своего коня. «Все мы благодарны тебе. И согласны помочь. Завтра утром, как только солнце полностью покажется на небе, мы найдём тебя и будем следовать твоим указаниям». — Спасибо, — едва улыбнувшись, ответила я. Не желая задерживаться в лесу и дальше, я села в седло и поскакала обратно к отряду людей. За своим общением с лесным зверьём я и не заметила, что солнце уже склонялось к земле и его лучи постепенно приобретали рыжеватые оттенки. Несмотря на дикую усталость, я была рада. Мне всё-таки удалось уговорить и медведей, и волков, а значит, мы вполне можем победить. Точнее, мы обязаны победить, поскольку я не могу подвести своих друзей. Люди были удивлены моему внешнему виду и потребовали рассказать, что произошло. Из-за усталости разговаривать мне совершенно не хотелось, но воины настаивали на своём, и, в итоге, я быстро сдалась. Многие из них не поверили, что я и правда разговаривала с животными, а некоторые не поверили, что эти животные действительно придут нам на помощь. Но у меня не было никакого желания убеждать их в обратном. Скудно поужинав остатками запасов продовольствия отряда, я вытащила прихваченный с собой плащ и, попросив часовых разбудить меня перед рассветом, улеглась у тлеющих углей. Раир пристроился с другого бока, согревая меня своим теплом. Но сон, несмотря на дикую усталость, никак не шёл, постоянно отпугиваемый сомнениями и переживаниями. Я боялась завтрашнего дня, боялась подвести своих друзей. Боялась подвести людей из этого отряда и животных, которых просила помочь. Один неверный поступок — и все мы умрём. И мне было бы намного легче, если бы я рисковала только своей жизнью, а не чужой. — Не спится? — спросил севший напротив Эрквин. — Я тоже никогда не могу уснуть перед боем. И, пусть ты и эльфийка, но мне знаком твой взгляд. Ты боишься, что все мы умрём завтра по твоей вине. — Да, ты прав, — немного помолчав, согласилась я. — Быть может, если бы нам не было суждено помочь тебе, нас и в живых-то не было. Кто его знает… — проговорил он, беря палку и переворачивая краснеющие угли, от которых к небу взметнулись снопы искр. — Но выспаться и набраться сил нам всё же нужно… Ведь завтра предстоит очень трудный день. А для кого-то, возможно, и последний…