21, или клуб
5 июня 2019 г., 23:15
Сакуре казалось дичайшей глупостью, находиться сейчас в каком-то ссаном и облеванном клубе, тупо сидя за барной стойкой. А вот зато Ино не теряла ни секунды, выхлебывая коктейль за коктейлем, словно это был ее последний вечер праздной жизни.
Ну вот Ино действительно не знала, переживет ли она этот ебанный вечерок, оставит ли ее в живых Мадара, вернется ли она в свою резиденцию, к папке под крыло. Это все перестало походить на какую-ту забаву. Ино реально боялась за свою жизнь. Такого Мадару и такую Сакуру она не знала и знать не хотела. И Яманака понимала, что она кинет к ебанной матери этих двоих, так как они даже не будут смотреть под ноги, когда начнут разносить в щепки мир вокруг. Ино будет просто крупинкой в их межличностном вселенском пиздарезе.
Яманака со всем актерским мастерством изображала распрекрасное веселое настроение. Беда была в другом: сколько бы она ни выпивала, девушка не пьянела от постоянных скачков адреналина. А хотелось очень нажраться, ебнуться башкой об пол, отрубаясь и избегая всех дальнейших приключений. А Ино знала наверняка то, что еще хуй знает, как переживет ближайшие дни. И выживет ли.
Сакура угрюмо уперлась взглядом во многочисленные бутылки с разным пойлом. Нет, определенно, гулять днем вдоль трамвайных рельсов было куда интереснее. Сыр дегустировать хоть вкусно. Наркоты не хотелось. Только слезла с успокоительных. Реальность ощущать было очень жутко. Все время казалось, что внутренняя тишина, которая внезапно наступила, умертвив все депрессивные потуги, так же внезапно вдруг взорвется. Паранойя приходит без заветных таблеток очень внезапно. Сакура все время словно прислушивалась к себе. Не дребезжит ли внутри нечто. Как стекло, которое еле держится, не рассыпаясь от множества трещин.
Вдруг бармен резко поставил на стол красивый стакан с коктейлем розового цвета. Харуно аж икнула от неожиданности. Усмешка тронула ее губы. Надо же, коктейль с блестками.
— Я не заказывать, — обратилась она к бармену на ломаном английском.
— Один мужчина захотел вас угостить, говоря, что давно не видел столь прекрасных зеленых глаз. А еще, — бармен знал заранее реакцию девушки, — он сказал, что это ни к чему не обязывает, чтоб вы просто получали удовольствие от нахождения тут.
Сакура оглянулась настороженно. Ну, и где это неуловимый Джо?! Хуета хуетская. Народа было много как на первом этаже, так и на втором. Теперь ей только и не хватало, что сталкера. А вдруг там яд? Сакура ухмыльнулась. Что ж, можно будет покончить жизнь самоубийством намеренно.
Девушка подняла стакан, рассматривая жидкость в свете неоновых ламп. Ну, ладно.
Она пригубила странную коктейльную жидкость. Было вкусно, но странный, очень знакомый вкус ее насторожил. Наверное, это из-за блесток, должна же химия как-то выделяться. Было очень даже неплохо. Сакура выпила все содержимое в несколько глотков, поднимая пустой стакан над головой, словно салютуя незнакомцу, а потом громко стукнула тот по стойке.
Ино попутно танцевала и флиртовала. Молодые люди вокруг нее увивались буквально. Сакура ухмылялась. А что, если бы они с Мадарой могли просто быть молодыми и развлекаться по полной. Они бы танцевали. Обнимались и целовались. А потом могли бы заняться любовью. Сакуре даже очень понравилось то, что с ней вытворял Учиха. Его эта мужская власть над ней, будучи в ней…
Стакан с новым розово-блестящим пойлом громко опустился на стойку перед ее носом.
Харуно вздрогнула, недоверчиво и удивленно озираясь по сторонам. Где он? Где этот незнакомец? Он стар или молод? Волнение дикой дрожью запускалось по венам. Становилось горячо.
Что же это за хреновина? В любом случае, Сакуре нравился этот коктейль. В пару жадных глотков она вновь осушила стакан, высоко поднимая над головой, где бы ни был херов угоститель.
Сакура нахмурилась и потерла переносицу, ну, нет, быть того не может, что какая-то падаль прицепилась к ней аж в Японии, или что ее хотят убрать. Хотя, второе очень даже логично было бы. Тут у нее нет связей, негде жопу прикрыть. Да и могли же на нее местных спустить, придумывая легенду, мол, она решила захватить легальный рынок Голландии, сам Амстердам. Тут ее уберут просто. Но разве местные такие мудаки, чтоб в подобное верить?..
Третий стакан опустился на стойку уже не так громко. Выглядела жидкость очень привлекательно. Харуно даже заулыбалась на какой-то момент, завороженно глядя на то, как кружатся блестки. Выглядело это поистине как какое-то волшебное зелье. И Сакуре до усрачки хотелось узнать, кто же эта внезапная хуева фея?!
— Показать мне, пожалуйста, его, — обратилась девушка к бармену на своем ломаном английском.
— Очень высокий молодой мужчина. — Глаза Харуно по-дурному сверкнули. — Короткие темные волосы. Азиат.
Сакуре стало не по себе. Нахуй этот бар. Нахуй Ино. Все пошло нахуй. И она следом.
Серьезно? За ней кто-то поперся аж с самого Токио? Конечно, тут ее прихлопнуть легче простого: ни тебе охраны, ни связей. Никто жопу не прикроет.
Сакура улыбнулась вдруг. Такая легкость ее посетила. Внутри все дребезжало так волнительно и приятно. Живая. Ожившая, что ли.
Ками, даже музыка вдруг стала приятной. Сакура в последний раз так наслаждалась музыкой, когда сидела у Мадары на плечах. Под Вагнера. Изображая сэра Дуллахана.
Мадара наблюдал за ней, теряясь во тьме, не попадая абсолютно в поле зрения девчонки. Черт, не была Сакура уже девчонкой, да и Сакурой тоже не особо. Хару. Или кто нахуй там был в оболочке Сакуры Харуно. Эта сука его притягивала.
Учиха понимал, что вот-вот, и начнется ебический экшн, от которого будет зависеть успех всей его дальнейшей жизни. Экстази вот-вот подействует. Пора бы Ино свалить уже. Чтоб не передумала. Чтоб не проболталась.
Сакура буквально поплыла на приятных эмоциях. Алкоголь что-то сделал с ней. Может, она давно не пила, поэтому опьянение было каким-то странным и непонятным.
Сакура не совсем поняла, когда началась какая-то смута. Какой-то грохот, что доносился еле-еле. Она не поняла, как народ вокруг стал разбегаться. Просто в какой-то момент визг и грохот стали уж слишком раздражать. Люди суетились и толкались. Ино давно потерялась из виду. А потом раздался выстрел. Сакура вскрикнула, в ужасе слезая с сиденья, буквально забиваясь под барную стойку. Пиздец, состояние совсем не было на руку. Ноги еле поддавались хозяйке. Голова кружилась. Вот же ёбань, неужели за ней приперлись аж из самого Токио? Возможно ли, что ее решили убрать? Выслеживали? Конечно, кому она там нужна… живая.
Харуно прокляла себя, что послушала Ино, и приперлась в этот ебучий клуб.
Люди визжали, всех охватила паника. Хару пыталась хоть мало мальски придти в себя. Раздался еще один выстрел. Света стало намного меньше, а вот музыка усилилась.
Сакура вдруг увидела, как в ее сторону направляются несколько мужчин. Лиц она не видела, но поняла, что по ее душу. Излюбленная псами обувь, черные брюки. Здесь ублюдки расхаживать могли во всем черном, злобно, наводя ужас на всех обычных людей. Сакура пригляделась. Тот, что шел впереди, не имел фаланги на мизинце — огрызок буквально дергался над рукояткой пистолета.
Блядьблядьблядь! И понес ее неведомый хуй из Токио, где была хоть какая-то защита и гарантия. Там была хоть какая-то сила, а тут она сама себе балласт, просто лишь потому, что где-то там она шишка, невольная Королева ненужных ей больше владений. Тут тебе не придет никто на помощь, дура. Вот это залет, вот это по-взрослому.
Сакура стала осматриваться, нет ли на полу ничего, что можно подобрать для самообороны. Хотя, это было бы смешно, и вряд ли с ней кто-то станет вообще говорить. На глаза попались осколки от стаканов — музыка так басила, что со стойки все буквально выпрыгивало, если бармен долго не забирал использованную посуду. Хару чуть не закричала от радости, когда увидела осколок в виде длинной ножки от бокала шампанского. Идеальный, его можно было быстро взять в руки, не поранившись, а острие прекрасно могло ее защитить хоть на мгновение. Пусть она умрет, но напоследок вскроет глотку хоть одному ублюдку. Харуно пиздецки ненавидела весь этот сброд.
Хару сидела и наблюдала за приближением, словно в замедленной съемке. Время, кажется, застыло. Только адский грохот пульса из вен прямо в виски. Или это сердце. Мертвое уже, исчерпавшее себя. Не желающее жить до этого момента.
Сакура вдруг поднесла осколок, свое жалкое орудие, к горлу. Или вот так. Взять и вспороть себя. Умереть с достоинством, не сдаваясь. Не желая над собой больше никаких надругательств.
Шедшие на нее люди вдруг ускорились в движении. Сакура даже не поняла, как ее резко выдернули из-под укрытия за ногу. Как мгновенно рассекли пространство-время. Блядь. У нее никогда нет времени. Ни на что. Все давно проебанно вместе с ней.
— А вот и ты, — раздается незнакомый голос. — Палач, забившийся под стол, — японский этого ублюдка чистый. Сакура смутно всматривается в незнакомое лицо. Даже не пытается высвободить конечность. Смотрит прямым и надменным взглядом, гордо задрав подбородок.
— Либо убивай, либо проваливай, — брезгливо говорит она. Ей плевать. Настолько, насколько это может быть ужасным. Искалеченная как внутри, так и снаружи, вывернутая буквально, мертвенно-прекрасная. Мертвая невеста и жена, умершая еще задолго. Существующая неизвестно еще почему. Токийский Палач. Королева дома Учиха.
Мужчина оскалился буквально. Сакура приготовилась. Раздался очередной выстрел, и все вздрогнули. Это помогло отвлечь внимание. Свет вырубило. Сакура сама не поняла, как вскочила, вырывая конечность, не понимая, откуда у нее силы в таком диком состоянии. Била наотмашь во тьме. Попадая куда-то, отпрыгивая в сторону, чтобы не попасть под выстрел, который должен был раздаться сразу рефлекторно.
Рядом где-то раздался грохот. Сакуру оглушило на правое ухо. Ей было плевать, она ползла по битым стаканам и не могла понять, какого же хуя ее тело так старается выжить. Чертовы инстинкты, не дадут сдохнуть добровольно. Тело, казалось, съебывало само на автопилоте.
Вспышка света на секунду осветила помещение, и толпа ринулась на нее. Сакура юркнула под какой-то стол, при ее состоянии это вообще казалось каким-то акробатическим чудом.
Послышалась возня, грохот и ругань. Несколько выстрелов. Хару ничего не видела, но тряслась всеми поджилками. Нет, далеко не от страха. Адреналин хуячил по венам так, что тело буквально выламывало от желания сделать хоть что-то. Девушка вскочила на ноги. Вот только куда бежать в кромешной тьме. Музыка затихла. Животный ужас, всепоглощающий, стал пронизывать космическим холодом. Вытрезвляющее чувство страха где-то надломило чувство похуина. Тишина. И вдруг… такое громкое тяжелое дыхание. Абсолютно позади. Яркое ощущение, что за спиной стоит Смерть, вознося над головой Сакуры карающее оружие.
— Уходим, — раздается позади. Строго. Внезапно, будто разрезая чем-то тупым все органы Харуно. Словно невидимой рукой кто-то проник в ее тело, раздвинул все органы и сжал сердце.
Сакура и сама не поняла, как вскрикнула от страха. Как дернулась в сторону. Как ноги понесли по битым стеклам, но неизвестный так ловко схватил ее, взваливая на плечо, что девушка даже не успела сгруппироваться.
— Я тебя выведу отсюда, — мужское злобное шипение в тишине окатило, что ушат ледяной воды. Чистый японский.
— Кто ты? — дрожащим голосом спросила она. Время ли тянула, хуй знает, у них хер зубы заговоришь, если уже вознамерились убить.
— Твой новый муж, — прошипел мужчина.
Сакура аж дернулась, услышав такое. Ей только этого и не хватало. Он что, поперся для знакомства аж до Амстердама? Или прилетел намеренно вернуть свою «реликвию»? Да на кой-хер она ему сдалась?
— Чего тебе нужно? — устало спросила девушка. Силы вдруг резко покинули ее, и дикая усталость обрушилась на это все-таки хрупкое женское тело. Ведь она не знала, что ее заведомо напоили наркотиками.
— Это не имеет сейчас никакого значения, — вновь зловещий шепот.
Сакура горько улыбнулась. Человек, спасающий ее, был таким горячим. Боже, как же ей все-таки не хватало именно мужского тепла. Такого расслабляющего и дающего маленькую толику ощущения безопасности. С Учиха Мадарой она такое никогда не чувствовала. Странное тепло вдруг разлилось в ее груди.
— Спасибо, — тихо она прошептала и обмякла, погружаясь в пучину небытия.
Учиха Мадара бережно нес свою ношу. Он не сразу понял, что Сакура спит. Сев в машину, он назвал водителю адрес. Уложил свое сокровище на колени. Розового в Сакуре было все больше. Мужчина позволил себе обнять свою… как назвать ее, Учиха не знал. Слишком много смысла имела Сакура Харуно для него. И если все меркло лишь от того, что Мадара сейчас вдыхал запах Хару, то не сложно догадаться, что эта девочка была для него всем, если не больше.
