Чёрный атлас

Сладковатый аромат кустов роз раздавался в саду, заполняя собой любую несовершенность будничного дня. Душистые, как мёд, цветы жарко пылали на солнце, а возле них крутились озабоченные сбором нектара шмели. Чувственные зелёные листы взрывались в причудливом танце от самого лёгкого дуновения ветра, который приносил с собой ненавязчивые запахи трав, развенчивая величественную власть царицы цветов — розы. Холли тихо ступала по каменной тропинке сада, наслаждаясь разнообразием запаха и цвета и боясь потревожить этот покой. Она нервничала, целенаправленно желая увидеть здесь лишь одного человека. Много лет назад, когда она была ещё ребёнком, среди всех этих цветов никогда не царила тишина. Здесь всегда раздавался детский смех или гневные указания садовницы Камиллы, которая, работая в саду, одновременно следила за двумя внуками и дочкой хозяев. Отец Холли даже подумывал уволить няню-француженку, от которой совершенно не было пользы, ведь всё время девочка проводила среди цветов. Особенно Холли подружилась со старшим внуком садовницы — Дереком. Они беззаботно проводили летние дни вместе за детскими играми, но время шло, и из маленьких детей они превратились в молодого парня и юную девушку. Несмотря на взросление, они всё также продолжали проводить время вместе. Холли и Дерек разговаривали обо всём на свете, лёжа на пахнущей свежестью зелёной траве, первыми пробовали плоды фруктовых деревьев, вместе читали книги и обговаривали сюжет каждой. Немудрено, что в один из летних дней они ощутили странное тепло внутри, находясь с друг другом. Первая любовь, как часто бывает, у них оставалась чистой и непорочной, но родители Холли увидели нехорошее в этой привязанности дочери к мальчику из обслуживающего персонала. Вскоре девочка была отправлена в пансион, в котором и проучилась до достижения девятнадцати лет. Благополучно получив среднее образование, год Холли путешествовала по миру, узнавая жизнь во всех её проявлениях. И лишь теперь она смогла возвратиться домой и после неожиданной встречи вспомнила о тех чувствах, которые испытала когда-то в родном саду. Холли заметила парня еще издалека. Он возился с новыми насаждениями и был очень сосредоточен на этом занятии. Дерек выкапывал маленькие ямки, опускал туда совсем ещё молоденькие веточки кустов, затем поливал и накрывал грудой земли так, что торчали лишь верхушки. Она восхитилась его спокойностью и умиротворенностью во время этого процесса, ведь в обычной жизни парень скорее олицетворял всю робость и неуклюжесть человечества, нежели такие качества. — Дерек! — воскликнула Холли, пытаясь обратить к себе хоть долю того внимания, которое он уделял цветам. Опешив, парень неуклюже смахнул прядь русых волос, а затем поправил старые очки, которые ему приходилось носить из-за плохого зрения. Он посмотрел на девушку, и в глазах его вспыхнула нежность. Несмотря на легкую робость, которую Дерек ощущал, находясь под её внимательным взглядом, его тонкие губы расплылись в улыбке. — Не ожидал, что ты придешь в сад сегодня, — ответил парень, снимая с рук садовые перчатки. — Я слишком захотела домашних абрикосов, чтобы не прийти сюда, — сказала девушка, усаживаясь на ближайшую лавочку и закидывая ноги на её деревянные перила. Дерек ощутил легкое разочарование от того, что Холли пришла только ради сладкого плода абрикосовых деревьев. Ему хотелось думать, что она спустилась сюда из своего дворца из-за него, что так и было, но Холли предпочла соврать. Сорвав несколько оранжевых плодов с ближайшего дерева, парень подошёл к девушке и протянул ей свою большую натруженную ладонь, полную сочных абрикосов. Девушка аккуратно взяла их, ощутив при этом шероховатость его кожи, а затем начала возиться с вкусным фруктом. — Они всё такие же большие! — восхищенно проговорила девушка, одновременно деля плод на две половины. Одну она оставила себе, а другую протянула Дереку. Совсем как в детстве. — Не такие, ведь теперь их выращиваю я, а не бабушка,  — грустно протянул парень, а затем проглотил целую дольку абрикоса. Ему всё ещё безумно недоставало бабушки, и он сомневался, что это когда-либо изменится. — Мне нравится их новый вкус, — пытаясь ободрить парня, произнесла Холли, ведь она, конечно же, знала о его потере. Девушка хотела положить большую косточку от плода возле себя, что и сделала, но от неё не скрылись подозрительно знакомые буквы, вырезанные садовым ножом на деревянном материале скамьи. Нежными пальцами она провела по надписи, а затем резко посмотрела на парня изумлёнными глазами. Заметив её действия, Дерек засмущался, и его щёки приобрели багровый оттенок. Незамысловатая надпись «Х + Д = ❤», которой было уже слишком много лет, чтобы она могла что-то значить, произвела на девушку большое впечатление. А парень не мог признаться ни ей, ни себе, что любил отдыхать от работы именно на этой лавочке из-за этой небольшой метки из прошлого. — Я помню тот день, — тихо произнес Дерек, присаживаясь возле светловолосой девушке и невольно вдыхая ненавязчивый аромат её парфюма. В эту секунду он не вспоминал тот момент, когда под задорный смех Холли вырезал эту надпись. Напротив, в памяти, словно по кадрам, всплыла его жизнь в её отсутствие. После отъезда Холлиан Дерек долго и беспросветно скучал, но эту боль затмили страдания по бабушке, которая совершенно неожиданно его покинула. С детских лет эта женщина воспитывала мальчика и его больную сестру Милу. Теперь же он остался один и должен был обеспечить себе и единственному родному человеку, который остался у него в этом мире, будущее. Он много работал, но всегда находил время на сад. Вскоре мистер Ландекер даже начал платить ему зарплату как садовнику, что оказалось для него очень кстати, но оставался тут он отнюдь не из-за денег. Это место было напоминаем о бабушке, потому своим долгом парень считал следить за порядком здесь. К тому, же Дерек берёг воспоминания о той лёгкой юношеской любви, которую ощутил к необычайной красоты светловолосой девочке среди многочисленных цветов. Эта девочка стала его любимой розой в этом саду. — И я, — спустя некоторое время, прошептала Холли. — Ты подарил мне первую любовь, о которой каждая девочка может только мечтать. — Не говори так, — раздражённо произнёс Дерек, что было ему совершенно не свойственно, а затем нервно поправил очки. — Как? — всё так же тихо спросила девушка, но теперь наблюдала за ним и его реакцией. В его душе сейчас происходила борьба разума и чувств, и, в конце концов, он поддался второму. — Ты же знаешь, что я всё также люблю тебя, — наконец, выдавил Дерек и, боясь её реакции, отвёл взгляд. — Любишь? — громко и удивлённо спросила Холли, тут же вскочив со скамьи. — Люблю, — угрюмо произнёс парень. — Почему же ты отпустил меня тогда? Почему не искал? — захлёбываясь в собственных эмоциях, Холли засыпала его вопросами, а затем плавно опустилась на землю возле его ног. — Учёба в пансионе нужна была тебе для будущего, Холли. Так сказали твои родители, — размеренно произнес парень, но его сердце разорвалось, когда он увидел, как она, дочка такого влиятельного мужчины, сидит у его, обычного парня, ног, и как прозрачные слёзы стекают по нежным женским щекам. Подавив рыдания, которые так и рвались наружу от нахлынувших эмоций, чувств и воспоминаний, Холли поднялась на ноги. Синюю юбку и длинные волосы трепетал легкий ветерок, в нос снова ударил сладкий аромат роз, а солёные слёзы вскоре перестали катиться из глаз и разбиваться об землю, словно ледяные кристаллы. Она почувствовала, как за секунду погрубела её душа, спасаясь от любых чувств и эмоций. — Ты мог бы и не послушать их, Дерек, — с детской обидой произнесла Холли, а затем продолжила намного твёрже. — Если бы твоя любовь была сильной, ты бы никогда не отпустил меня. Теперь же у меня есть молодой человек, мы счастливы и я не собираюсь возвращаться к прошлому, даже если это прошлое — ты. Прощай. После того, как Холли произнесла последние слова, она быстрым шагом последовала по каменной дорожке, скрывшись за пышными кустами цветов и фруктовыми деревьями. Дерек услышал, как тоскливо запёл соловей где-то поблизости, и эта песня отражала его состояние. Ещё долго перед глазами стоял образ её синей развевающейся юбки и длинных светлых волос, но после ухода девушки в сердце и душе его больше не стало того огонька надежды, которую он втайне ото всех таил в себе столько лет.

***

Тёмные очки не помогли ей остаться неузнанной для назойливых папарацци, которые всю дорогу преследовали женщину от самого отеля, в котором она временно снимала номер. Мишель чувствовала себя подопытной, находясь под вспышками фотокамер в обычные моменты жизни. Она обожала журналистику, ведь и сама когда-то получила высшее образование по этой специальности, но считала, что жёлтая пресса — это лишь трата таланта и возможностей журналистов. Много лет назад она была вынуждена прекратить учебу и работу в этой сфере из-за брака с миллиардером и рождения дочери. Посещая светские приемы, женщина первое время купалась в лучах славы и наслаждалась всеобщим вниманием. Но, видя на снимках, опубликованных в газетах или на разнообразных сайтах, свои морщины, которых с возрастом на её лице появлялось всё больше, она впадала в депрессию. Пытаясь обхитрить журналистов, женщина вышла из дорогой машины, приказав водителю встретить её через несколько часов возле нужного офиса, а сама последовала в неприметный ресторанчик поблизости. Густые каштановые волосы развевал непослушный ветер, когда женственной походкой Мишель шла по асфальту в чёрных туфлях на высоких шпильках. Посетители ресторана с интересом взглянули на женщину, вошедшую в зал. Тёмно-синее платье-футляр подчёркивало женственные изгибы её фигуры, но совершенно не вписывалось в обстановку места. Мишель выглядела слишком роскошно, чтобы остановиться здесь. Впрочем, вскоре она вышла через чёрный выход и оказалась на другой улице, уверенная, что обхитрила папарацци. Взглянув на золотые часы, когда-то подаренные Джонатаном, Мишель поняла, что опаздывает. Ей не совсем хотелось посещать запланированную встречу, но её назначили в офисе главных соперников «Ландекер Корпорэйшн» — «Блумфилд-Рид-Тейлор Энтерпрайзес». Женщина была недовольна действиями бывшего мужа и его щедростью к новой любовнице, потому это приглашение её заинтересовало. Она жаждала мести, а они могли ей в этом помочь. Пешком добравшись до офиса, Мишель вошла в холл офиса, а затем поднялась на нужный этаж на лифте. Узнав яркую шатенку, девушка-секретарша сразу же привела её к нужному кабинету, на двери которой висела золотистая табличка с выведенными на ней чёрными буквами «Управляющий партнёр». Открыв дверь, первое, что увидела Мишель — это восхитительный вид на город, который открывался благодаря панорамному окну, и крепкую мужскую спину. Силуэт показался ей отдалённо знакомым, но она не придала этому значения. Женщина отметила лишь то, что перед ней стоял взрослым мужчина, одетый в дорогой офисный костюм. Без разрешения шатенка уселась в ближайшее кресло, но мужчина не спешил обращать на неё своё внимание. Она нарочно кашлянула, чтобы еще раз отметить то, что уже здесь. Лишь тогда Мишель смогла увидеть его лицо, каждая черта которого оказалась ей до боли знакомой. Конечно, время дало своё, и теперь перед ней стоял зрелый мужчина. Впрочем, он всё так же, как и много лет назад, оставался для неё недосягаемым желанием. — Я знал, что ты придешь, Ми, — спокойно произнес Эдвард, усаживаясь за свой стол. Он почти не смотрел на женщину, тогда как она буквально пожирала его глазами. — Ты всегда умел предугадывать мои действия, не так ли? — вглядываясь в его лицо, ровно произнесла Мишель, в то время как её сердце ускоренно отбивало ритм. Каждый из них вспомнил те времена, когда они жили в Италии, и совершенно непримечательная девочка добивалась внимания Эда, самого популярного парня в школе. Он был лучшим другом её брата-двойняшки, а потому часто появлялся в их доме. К сожалению, каждый её план по завоеванию сердца Эдварда оказывался провальным, ведь парень сиюминутно раскалывал его, как грецкий орех. Впрочем, своего она добилась, и между ними завязался яркий, страстный, но довольно непродолжительный роман уже во время студенчества. Жизнь же распорядилась так, что прекратила эти отношения сама девушка, оставив лишь записку, а вскоре через общих знакомых он узнал о свадьбе Мишель Конте с американцем Джонатаном Ландекером. — Зачем я здесь? — раздраженно спросила женщина, заметив насмешливую улыбку на лице мужчины, который поддался тёплым воспоминаниям о молодости и не смог скрыть улыбки. — Может быть, я просто соскучился, — произнес Эдвард и выжидающе посмотрел на шатенку, ожидая её реакции. Он отметил, что от той девушки, которую он знал, не осталось и следа. Она превратилась в настоящую жену миллиардера с небольшой поправкой «бывшая». — Перестань, — пресекла Мишель, но немного расслабилась от его слов. — Не удивлюсь, если благодаря мне ты решил ближе подобраться к моему бывшему мужу. — Ты всегда понимала меня без слов, — добродушно произнёс мужчина, а затем его взгляд ожесточился. — И я знаю, ты согласишься на мое предложение.