Чёрный атлас

Ненавязчивая музыка создавала спокойную атмосферу в галерее, пока искушённые современным искусством гости блуждали из одного зала в другой, красуясь в дорогих нарядах и иногда комментируя представленные картины. Некоторые уже успели устроиться возле бара с шампанским и небольшим фуршетом, другие же только прибыли на торжество и вели незамысловатую светскую беседу с владельцами галереи. Синтия вместе с Джонатаном дружелюбно приветствовали на входе каждого гостя. Девушка сияла, наслаждаясь исполнением своей давней мечты, но одновременно ощущала свою чуждость этой атмосфере. Немногие из посетителей относились к Синтии Гамильтон положительно, без примеси всеобщего презрения и пренебрежения. Для высшего общества, частью которого было семейство Ландекер, девушка оставалась всего лишь любовницей богача, неспособной ни в красоте, ни в чем-либо другом затмить его бывшую жену - итальянку дворянского происхождения. К её маленькой затее многие относились скептически, но не смогли проигнорировать приглашение из-за большой власти Джонатана Ландекера над их собственными жизнями и бизнесом. Синди ощущала легкое волнение, предвкушая свою торжественную речь и переживая за каждую мелочь, способную испортить общее впечатление от торжества. Столько сил и времени было потрачено на открытие небольшой галереи и она, без сомнений, гордилась результатом. Сегодняшний день был важным шагом, благоприятное проведение которого означало перспективное будущее для её бизнеса в сфере искусств. С самого утра она вместе с Тэсс пыталась грамотно организовать торжество, а после обеда девушки приводили в порядок свой внешний вид. Среди множества других женщин в дорогих вечерних платьях Синди отличалась тем сиянием, которое от неё исходило. Она преобразилась, отойдя от привычных тёмных цветов в своём гардеробе и надев длинное платье небесно-голубого цвета, но не могла конкурировать в красоте с моделями или мисс красоты. Её фигура была непропорционально худощавой, а слегка оттопыренные уши смахивали на эльфийские. Несмотря на это, девушка невольно приковывала к себе заинтересованные взгляды, а лучезарная улыбка, которую она так редко дарила миру, сегодня не сходила с лица. — Дорогая, ты выглядишь восхитительно, — прошептал ей Джонатан после того, как они проводили в зал очередных гостей. Множество просторных залов галереи вскоре заполнились посетителями, которые заинтересованно рассматривали своеобразные картины художниц. Синди нравилось ловить их удивлённые взгляды, которые те устремляли на большие полотна, каждое из которых поражало яркостью красок. Оторвав взгляд от изумлённого лица незнакомой женщины, которая осматривала одну из картин, брюнетка увидела перед собой Джастина и Холли, крепко державшихся за руки. Сначала Синди удивилась, ведь совсем не ожидала, что парень посетит её выставку. Ей казалось, что само её общество отягощало Джастина, ведь с ней он невольно показывал свои худшие качества. Но, вспомнив о его обещании, данном в ванной комнате особняка, девушка увидела в нём угрозу. Посещение им галереи показалось ей неслучайным. Удивление и смятение в её душе сменились на злость и раздражение. Неспособная возвысить стену между собой и Джастином, Синди вновь и вновь слишком эмоционально переживала каждое его появление поблизости. Когда парень подошёл к ним и протянул руку для рукопожатия Джонатану, она почувствовала себя гордой ланью, которая любым способом должна обезопасить себя от грозного тигра. — Вы молодцы, что пришли, — одобрительно произнёс мужчина, пожимая руку Джастина, а затем принимая поцелуй дочери в щёку. — Мы же семья, я не могла пропустить такое важное событие в жизни Синди, — произнесла Холли, заразительно улыбаясь, а затем крепко обняла брюнетку. — Спасибо, милая. Я очень ценю твое внимание, — освобождаясь от крепкой хватки девушки, сказала Синтия, а потом бросила резкий взгляд на Джастина. Мужчина выглядел грустным. Его взгляд являл собой что-то среднее между высокомерием и неприкрытой заинтересованностью. Парень изучал её, словно видел впервые в жизни. Сначала ему не терпелось сказать какую-нибудь колкость или критику, но это желание сменилось удивлением, когда он, помимо гнева, заметил в её глазах пелену страха. Синтия боялась его и, может быть, - размышлял Джастин, в её душе не осталось место для любви к нему. — Синди, пора, — подойдя к ним быстрым шагом, коротко оповестила Тэсс о том, что пришло время торжественной речи, а затем так же быстро удалилась. Приподняв длинный подол платья, девушка последовала за подругой, но Джонатан её приостановил. Мужчина заметил, как быстро изменился её настрой: из уверенной женщины Синтия сиюминутно превратилась в рассеянную девочку. Он хотел ободрить возлюбленную перед публичным выступлением, а потому дотронулся до её оголенного плеча. Девушка обернулась и увидела тепло в его лазурных глазах. — Дорогая, ты справишься, — добродушно проговорил Джонатан, но Синди не ощутила уверенности. Она спокойно посмотрела на него, а затем на Джастина. Парень глядел на брюнетку потухшим взглядом, и, пытаясь скрыться от его тяжёлого взгляда, она быстро последовала к сцене. Минуя толпы людей, Синтия оказалась на небольшом возвышении. Оставшаяся компания лениво подтянулась к толпе, которая ожидала торжественной речи. Галерея окунулась в лёгкий полумрак, а яркие прожекторы освещали лишь место, где стояла Синди. Она неуверенно посмотрела на подготовленный лист с речью, но отложила его в сторону. — Благодарю всех, кто посетил открытие галереи и поддержал меня и ещё несколько десятков людей, которые трудились над этим делом и отдавали ему всю душу последние полгода. Я рада видеть, что столько работы проделано не зря, — начала девушка, пытаясь собраться с мыслями, и вскоре её голос стал звучать более уверенно. — Много лет я наблюдала за тем, как талантливые художники остаются малоизвестными. Именно поэтому я мечтала об открытии собственной галереи, в которой были бы представлены лучшие образцы современной живописи. Хотя, честно признаюсь, эта идея следовала за мной из самого детства, когда я развешивала свои рисунки на стенах домика на дереве, — девушка добродушно засмеялась, а в её глазах появился стеклянный блеск от непролитых слёз. Джастина внимательно наблюдал за ней, но, казалось, не слышал ни слова. Его глаза всё также оставались опустошёнными, а мысли - болезненно пустыми. Мужчине казалось, что его сердце впало в зимнюю спячку, когда он увидел Синди сегодня. Он утопал в пустоте собственной души и потерял способность чувствовать. Парень был настолько поглощён собственными чувствами, которые оказались совершенно незнакомыми, что даже не сразу ощутил, как Холли отпустила его руку. — Я отойду, мне позвонила мама, — бросила девушка, перед тем как отлучиться, и только тогда он перевел свой взгляд на отдаляющуюся блондинку. Её светлые волосы были густыми и красивыми, а загорелая кожа блестела от шелковистости. Она была красивой, и многие мужчины проводили её многозначительным взглядом, но Джастин словно не заметил этого. Он вновь приковал свой взгляд к Синди, которая дальше произносила речь. — Я надеюсь, что сегодняшнее открытие галереи станет отличным шансом для малоизвестных художников проявить себя и выставлять свои картины здесь, у нас, — брюнетка натянуто улыбнулась, а затем продолжила. — В честь открытия будет проведён первый аукцион, на котором будут представлены картины моего авторства и ещё одного чудесного человека и талантливой художницы, Тэсс Уилсон. Материальные средства, вырученные от продажи предметов искусства, пойдут на благодетельность, а именно - детям из детдомов и малоимущих семей. Надеюсь, вы присоединитесь к аукциону и сделаете доброе дело. Благодарю за внимание! Придерживая подол платья, она начала осторожно спускаться со сцены под звук аплодисментов. Со всех сторон на неё смотрели гости. Некоторые из них радостно поздравляли с открытием, другие лицемерно улыбались, третьи ждали момента, когда она поскользнется и упадет, ведь недоброжелатели были у всех и всегда. Не успела Синтия пройти и несколько метров, как к ней подлетел незнакомый мужчина с букетом красных роз, в сопровождении молоденькой девушки. За ним подоспела кучка папарацци, ослепляя вспышками фотокамер. — Поздравляю Вас, мисс Гамильтон, — торжественно произнес незнакомец, буквально ложа ей на руки цветы. — Мы незнакомы, но я наслышан. Вы действительно прекрасны, как мне и говорили. — Кто вы? — заинтересованно спросила девушка, оглядев сначала цветы, а потом лицо мужчины. Он был немногим старше Джонатана, и с первого взгляда было понятно, что перед ней стоял властный мужчина. Несмотря на зрелый возраст, глаза его были живыми и озорными. Яркое появление и присутствие мужчины на торжестве стало неожиданностью не только для Синди. — Кого я вижу? Эдвард Блумфилд? — специально восторженно и громко произнёс Джонатан, приближаясь. — С каких пор ты заделался ценителем искусства? Эдвард грубо засмеялся, обнимая за талию свою спутницу. Ландекер с отвращением заметил, что мужчина вновь появляется на светских мероприятиях в компании молоденьких брюнеток, позабыв о своей жене Эмили. Перед ним стоял хитрый, изворотливый предприниматель, который был одним из главных его соперников как в бизнесе, так и в конном спорте. — Похоже, с тех самых, когда чудесная мисс Гамильтон открыла галерею, — сделав акцент на отличительной от Ландекер фамилии, произнёс Эдвард, крепко пожимая руку оппоненту. В последующем их беседа была больше похоже на состязание. Каждый хотел показаться лучшим в глазах окружающих, и Синди это быстро наскучило. Она, с их позволения, отошла и начала отвечать на вопросы журналистов, которые чаще всего касались галереи. Об искусстве девушка могла говорить часами, потому интервью давалось ей легко - до того момента, пока не прозвучал следующий вопрос: — Когда же вы, наконец, поменяете свою фамилию на Ландекер? До этого момента парень держал камеру перед своим лицом и, среди толпы, девушка не смогла узнать его. Теперь же, находясь под надменным взглядом голубых глаз, она ощутила себя игрушкой в чужих руках. Майкл с надменной улыбкой смотрел на неё, ожидая ответа на свой каверзный вопрос. Синтия вспомнила, сколько страданий ей пришлось пережить из-за этого человека, и её охватила паника. Фотографы и журналисты непонимающе уставились на девушку, не догадываясь о причине её смятения. Однако на подобные вопросы она отвечала слишком часто, чтобы сейчас растеряться. — Не знаю, это зависит не от меня, — произнесла Синди достаточно уверенно, изумлённо подняв бровь. От неожиданных переживаний она, сама того не осознавая, теребила один из цветков букета. Ощутив резкую боль, Синди плавно опустила взгляд на свою руку и заметила, как из небольшой раны на её пальце красная кровь стекает на такого же цвета лепестки. Должно быть, она укололась об один из острых шипов роз. Синди восприняла это без лишних эмоций, тогда как журналисты, как им присуще, развели панику и возгласы, на которые прибежал Джонатан. — Дорогая, всё в порядке? — обеспокоено произнес он, приблизившись к брюнетке быстрым шагом; за ним шёл Эдвард. — Нужно быть аккуратнее, милая, — произнёс Эдвард, увидев причину паники, а затем неприятно обнажил зубы в улыбке. Завидев это самодовольное лицо, Джонатан бросил на него злой взгляд. Он не ревновал, но и не терпел, когда конкуренты приближаются к его личной жизни. Синди почувствовала раздражённость мужчины по тому, как сильно он сжал её руку. Почувствовав дискомфорт, девушка поспешила его успокоить. — Всё хорошо, правда. Не волнуйся, — заверила она, и лишь тогда Джонатан ослабил хватку. — Я думаю, хватит на сегодня интервью, — строго произнес мужчина, обращаясь скорее к журналистам, нежели к Синди. — Дорогие гости, пройдите, пожалуйста, в следующий зал! — как всегда появившись в самый подходящий момент, громко уведомила Тэсс, пытаясь разрядить сложившуюся ситуацию. — Аукцион состоится совсем скоро, успейте занять места! Синди благодарно посмотрела на подругу, а та ответила ласковой улыбкой. Джонатан вызвался проводить свою девушку до уборной, чтобы там она смогла промыть рану. Синтии казалось, что мужчина слишком преувеличивает значение этого небольшого инцидента. На его лбу выступили морщины, и он выглядел слишком обеспокоенным. Приближаясь к уборной, мужчина озабоченно произнёс: — Мне жаль, дорогая. Ума не приложу, где он купил розы с такими большими шипами, — в его голосе девушка услышала нотку раздражённости, причиной которой был Эдвард Блумфилд. — Не бери в голову, дорогой. Я не думаю, что Эдвард сделал это намеренно, — произнесла девушка, после чего прямо взглянула на мужчину, словно подтверждая правдивость своих слов. Он лишь бросил на Синди неуверенный взгляд и промолчал. Затем девушка оставила на его щеке короткий поцелуй, и скрылась за дверью уборной. Гости сейчас направились на аукцион, и Синди могла немного побыть наедине с собой. Она подошла к большому зеркалу и взглянула в своё отражение. Кожа была слишком бледной, а глаза - неспокойны. Неудивительно, что Джонатан так беспокоился о её самочувствии. Отнюдь, причиной тревоги были совсем не цветы Эдварда. Где-то в галерее сейчас разгуливал Майкл — наибольший страх её жизни. Он всегда был человеком, действия которого нельзя предугадать. Почему он появился здесь? Что ему от неё нужно? Она не знала ответов ни на один из этих вопросов. Открыв кран, девушка поднесла пальчик с небольшой раной под холодную проточную воду. Синди ощутила неприятное жжение, и несколько минут наблюдала за тем, как, смешиваясь с водой, кровь превращается в прозрачно-розовые капли на раковине. Её мысли спутались в клубок необъятной формы, но девушка попыталась заблокировать их. Прибрав за собой, вскоре она вышла из уборной, готовая последовать на аукцион, но услышала хорошо знакомый голос: — Принцесса поранила пальчик, как обидно, — саркастически произнес Майкл, а затем громко захлопал в ладони. Эти звуки эхом отдались в пустом помещении, и оттого прозвучали довольно угрожающе. Синди дрогнула от неожиданности, ведь с другого конца коридора к ней приближался Майкл. Нахальная улыбка играла на его лице, а глаза светились хорошо знакомым ей азартом. Он получал удовольствие от власти, которую имел над этой девушкой. — Что ты здесь делаешь? — резко спросила Синди, ощущая, как на неё накатывает волна страха, смешанного с раздражением. Она боялась его и тех действий, которые он с легкостью мог совершить. Синтия еще помнила ощущение собственного бессилия и отвращения, когда его руки скользили по её телу. Этот человек сломал Синди ради своих инстинктов и желаний, а затем методично разрушил её жизнь. Но она, вырастив себе защитный панцирь, пережила это, и самостоятельно справилась с каждой потерей, которую ей пришлось пережить. Она была сильной перед миром, и сейчас готова была смотреть прямо - в глаза своему страху. Майкл начал медленно надвигаться на неё, от чего она сделала шаг назад, но столкнулась со стеной. — Предположительно, справлял нужду, — ответил мужчина на её вопрос и грубо засмеялся. — Я скучал по тебе, малышка. Майкл приблизился к девушке достаточно близко, чтобы пальцами коснуться кожи на её скуле. От него исходил резкий запах парфюма и пота, а на лице играла удовлетворённая улыбка. Брюнетка повернула голову, пытаясь избежать его прикосновений, отчего Майкл лишь тихо засмеялся. Она ощутила, как легкая дрожь пробирает её тело, а на коже появились маленькие мурашки. Сейчас сознание девушки было натянуто, словно струна, и она могла также со звоном порваться в любой момент. — Неужели тот старик удовлетворяет тебя, детка? Или Джастин не случайно постоянно маячит возле тебя? — спросил брюнет, насмешливо вскинув бровь. Она смотрела в голубые глаза мужчины, не обращая ни малейшего внимания на его слова. Майкл удивился этой дерзости, ведь раньше Синтия боялась его, как огня, и вздрагивала от каждого бранного словечка. Ощутив чистую злость, девушка с характерным звуком дала Майклу пощёчину, давая волю эмоциям и не думая о последствиях. От неожиданности мужчина неприятно скривился, а затем дотронулся до красного после удара места. Злость пронзила его, и он жёстко схватил девушку за подбородок, вынуждая смотреть прямо в глаза. Он приблизился к её лицу еще ближе, и с уст готовы были слететь ругательства, но в помещении эхом раздался мужской голос. — Отпусти её, — приказал Джастин, приближаясь к ним. — Чего тебе надо, любовничек? — нагло произнес Майкл, не поворачиваясь. — Обижаешься, что мы вновь развлекаемся в твоё отсутствие? Джастин и глазом не повёл от слов мужчины. Неожиданно оказавшись в стороне уборной во время поиска Холли, которая исчезла ещё во время речи Синди, теперь он благодарил судьбу за то, что пришёл сюда. Майкл был опасным и психически неуравновешенным человеком, а потому неизвестно, что мог бы сделать с Синди. Брюнет всё же убрал свою руку от подбородка девушки под внимательным взглядом карих глаз, и опёрся о стену возле неё. Неожиданно найдя спасение в лице Джастина, девушка ощутила облегчение. Не в силах и дальше хладнокровно держать эмоции при себе, она отодвинулась подальше от Майкла, а затем разразилась рыданиями. — Что ты не понял из моих слов, когда я запретил тебе приближаться ко мне или Синди? — гневно спросил Джастин, а затем посмотрел на Синтию и его взгляд смягчился, смешиваясь нежностью и беспокойством. Заметив это, Майкл лишь грубо рассмеялся. — Я фотограф и работаю на этом мероприятии. Ты не мог этого предугадать, правда? — спокойно произнес брюнет, а затем победно ухмыльнулся и сложил руки на груди. — Это правда? — спросил Бибер немного растерянно, обращаясь к Синди, но та из-за рыданий не смогла ответить. — Убирайся, Майкл, если не хочешь, чтобы тебя вывела охрана, — не услышав ответа, презрительно бросил он, глядя на мужчину. Джастин не мог смотреть на то, как Синтия обливается слезами в метре от него. Она казалась такой слабой, когда дрожала всем телом и всхлипывала, прижавшись к дверям. Игнорируя Майкла, парень обошёл его и приблизился к брюнетке. Он осторожно взял её ладонь, и Синди непонимающе посмотрела на него красными от слёз глазами. Джастин аккуратно другой рукой дотронулся до её плеч, наблюдая за реакцией и пытаясь не дать повода для ещё одной истерики. Он увидел в её глазах благодарность и покорность, а затем прижал к себе. Наблюдающий за этой сценой Майкл ощутил укол ревности. Когда он вновь ощутил свою власть над этой девушкой, страсть захлестнула его с головой. Теперь же ему было неприятно видеть то, как она, слабая и беззащитная, ищет успокоения в объятиях другого. Она оставалась его желанием, которое он собирался исполнить, если не сейчас, так позже. — Бибер, противно смотреть на то, как любовь к этой потаскухе делает тебя слабым, — бросил Майкл, после чего сплюнул на пол и последовал к выходу, о чём их оповестили эхом отдающиеся шаги. Услышав слова мужчины, новая волна дрожи прошлась сквозь тело Синтии, и это почувствовал Джастин. Страх сменился болью, которая захлестнула девушку с головой. Она безрезультатно пыталась подавить собственные всхлипы, чувствуя, как Джастин успокаивающе поглаживает её спину. Затем парень начал одну за другой перебирать пряди её темных волос, совсем как когда-то, когда они ещё были вместе и любили друг друга. Он чувствовал, как учащённо бьется её сердце, и как собственная рубашка стала влажной от её слёз. Синди слышала его равномерное дыхание и ощутила себя в безопасности, отчего вскоре рыдание утихли, и девушка лишь тихо смотрела на красивое лицо парня, находясь в его объятиях. — Моя девочка, — тихо шептал парень, пытаясь помочь ей пережить потрясение. Слишком много всего свалилось на неё в один день. Прижимая худенькое тело к себе, он не хотел отпускать Синди. Наблюдая за ней среди полного зала людей, парень ощущал гнетущую пустоту глубоко внутри себя, и только сейчас заполнился любовью и нежностью. Три года он старательно прятал эти чувства далеко в карманы брюк, и только сейчас дал чувствам воли. Но действительность связывала его обязанностями, заставляя спрятать свою искренность. — Тебе нужно умыться, — коротко посоветовал Джастин, а девушка безмолвно повиновалась ему. Он помог Синди дойти до уборной, а затем отпустил, чтобы девушка смогла умыться. Она почувствовала свою беззащитность, перестав чувствовать успокоительное тепло его тела, а потому тихо всхлипнула. Опёршись о стену, Джастин наблюдал за её неуверенными движениями, размышляя о том, что совсем скоро она вновь станет чужой. — Джа, — едва слышно позвала девушка, в привычной для себя манере исковеркав его имя. Он вздрогнул, ведь так его называла только Синтия. Парень взглянул на её потерянный взгляд в отражении зеркала и заметил, как одиночные слёзы всё еще катятся из её глаз. — Что? — отчуждённо спросил парень, и от такого холодного тона девушка поежилась. — Спасибо тебе, правда, — произнесла она, разворачиваясь к нему и вглядываясь в грустное лицо. — Не знаю, что бы я делала без тебя. — Не за что, — также коротко произнёс Джастин. Они смотрели друг на друга и понимали, что ни время, ни другие люди не смогли ни на каплю уменьшить их любовь к человеку напротив, которая была размером с океан. Но судьба не хотела соединить два влюблённых сердца, а жизненные обстоятельства плели вокруг каждого собственную паутину. Слова любви рвались на волю, но застревали где-то в горле, так и не нарушив тишину. — Тебе нужно возвращаться к гостям, — произнёс Джастин, отчего малахитовые глаза девушки наполнились немой болью. — Да, конечно, — ответила она, но была не в силах сдвинуться с места. Джастин увидел это и протянул ей свою большую ладонь, призывая следовать за ней. Синди ухватилась за его руку и последовала в зал, возвращаясь в серые будни. Каждый день она чувствовала себя безжизненным манекеном, и только наедине с Джастином была живой. Одновременно Синтия вспомнила слова Майкла, и на сердце неприятно закололо. Она была слабостью Джастина, опухолью, от которой нужно быстрее избавляться. Преодолев не слишком большое расстояние, они оказались в полупустом зале. Большинство гостей ещё находились на аукционе, но попрощаться им нужно было уже здесь. Синтия бросила на Джастина прощальный взгляд и, сильнее сжав его руку, вскоре отпустила. Джастин почувствовал пустоту, но лишь сильнее сжал зубы, пытаясь заглушить внутреннюю боль. Парень смотрел, как любовь всей его жизни отдаляется, и чувствовал, как вместе с ней умирает какая-то важная его часть. Он не мог вновь потерять её, ведь не смог бы простить себе этого. Влюблённые, и сгорающие в собственных чувствах, они не замечали мира вокруг. Убийственно бледный Джастин прошел возле Майкла, даже не узнав его. Брюнет хищно улыбнулся и облизнулся, ведь он успел сделать новые снимки этой сладкой парочки. *** — Я устала, мам, — обессилено произнесла Холли, пытаясь прекратить тот бессмысленный поток возмущений, который в очередной раз Мишель выливала на собственную дочь. Несмотря на крики женщины на том конце провода, блондинка сбросила вызов и отключила телефон. Она громко вздохнула, пытаясь прийти в себя, и присела на бровку возле края дороги. Мишель вливала ей в уши рассказы о том, каким отвратительным человеком оказался её новый муж, и девушку это порядком утомило. Такие разговоры по телефону давно уже вошли в привычку вздорной итальянки, которая была довольна каждым замужеством только первые два месяца. Затем следовали многочисленные ссоры и нервотрёпка, которые утомляли кого угодно, только не Мишель. Казалось, она питалась энергией других людей. На улице уже заметно потемнело, и на её оголенной коже появились мурашки от холодного ветра, но возвращаться в галерею Холли не хотела. После нескольких минут поисков, девушка нашла в сумке новую пачку сигарет. Она курила редко, но всегда носила их с собой. Курение успокаивало, к тому же казалось молодой девушке визуально красивым занятием. Она вновь начала копаться в сумочке, пытаясь найти зажигалку, и тихо выругалась, осознав, что где-то её потеряла. — Мистер, — обратилась Холли к мужчине, который только что вышел из галереи и закурил сигарету, отчего возле его лица образовалось небольшое облако дыма, — не могли бы вы дать мне прикурить, пожалуйста? Голубые глаза незнакомца недоумённо оглядели блондинку, задержавшись на оголённых ногах, а затем вернулись к лазурным глазам. Его лицо расплылось в улыбке от просьбы, которая из её уст звучала слишком неорганично. Он подошёл к ней и зажёг тонкую сигарету, которую девушка уже держала в своих красных губах. Холли слишком сильно затянулась, после чего хрипло закашляла, что только позабавило мужчину. — Майкл, — бросил он, а затем вопросительно посмотрел на блондинку. — Холли Ландекер, — назвала свое имя девушка, после чего протянула руку для рукопожатия, но брюнет проигнорировал этот жест. Сделав последнюю затяжку, он откинул только начатую сигарету в сторону. Холли молча наблюдала, как последние искры погасли, испустив сизую дымку, а затем перевела взгляд на парня. Его волосы были тёмными, словно перья ворона, а легкая щетина придавала мужества. Он был одет слишком неряшливо, а когда достал из сумки камеру, девушка догадалась, что он был на открытии галереи по работе. Майкл навёл свой объектив на девушку, и улыбнулся от увиденной картинки. Ему нравилось то, как Холли смотрелась в кадре. — Зачем ты фотографируешь меня? — без особого протеста устало спросила девушка, вглядываясь в объектив. — Ты красивая, — коротко ответил мужчина, продолжая делать снимки, а затем добавил, — я хотел бы пофотографировать тебя в своей студии. — У тебя есть собственная студия? — после очередной затяжки, удивлённо спросила девушка, на что мужчина дал положительный ответ. Несколько минут они молчали, каждый занятый своими мыслями. Взгляд Холли блуждал по старым зданиям этого района, который освещали вечерние огни. Майкл же внимательно следил за каждым движением девушки, которые казались ему очень грациозными. В его голове уже давно зрел план насчёт этой Холли, которая была никем другим, как дочерью известного Джонатана Ландекера. Он лениво достал из заднего кармана джинсов визитку. — Мне уже нужно идти, возьми, — произнёс он, протягивая девушке небольшую бумажку с именем, адресом студии и мобильным телефоном. Холли заинтересованно взяла в руки визитку, а затем просияла кокетливой улыбкой. Майкл не любил флирт, потому сейчас ощутил некое безразличие к девушке. Он любил властвовать над женщинами, ощущать собственное могущество, но не играть в кошки-мышки. — Думаешь, я позвоню тебе? — громко задала свой вопрос Холли, когда парень начал отдаляться. — Нет, — просто ответил мужчина, а затем добавил, — но я надеюсь на это.