Фото на память

На вопрос, в каком антураже он хочет получить сегодняшние фото, Винчестер лишь хитро улыбнулся. Поехали они на запад, снова к выезду из города, но перед мостом Дин свернул севернее, запутав Каса окончательно: в той стороне не было ничего. То есть ничего интересного. Как человек, проживший в Уинфилде всю жизнь, Кас мог за это поручиться. Однако в ответ на его недоумение и даже попытку спросить, точно ли Дин знает, куда ехать, тот просто отмахнулся со словами «Сейчас все увидишь». И правда, через пару минут впереди вырос забор, ограждающий незаконченную стройку. Строительством Кас не интересовался никогда и не мог взять в толк, что тут забыл его клиент и каким образом голые стены какого-то будущего хранилища или чего-то в этом роде могли стать хорошим фоном для снимков. Охранник подошел к воротам сразу же, как будто ждал их. Впрочем, если учесть, что Дин числил в друзьях Бенни Лафита, владельца единственной в округе строительной компании, то вполне возможно, что и ждал. То, что ворота без лишних проволочек открылись перед ними, только подтвердило эту мысль. При ближайшем рассмотрении здание, а точнее комплекс связанных построек, оказалось практически завершенным. На первом этаже даже горел свет в одном из маленьких окон. Видимо, там коротал время впустивший их сторож. Дин же, захватив из машины упаковку пива, направился куда-то к левому краю комплекса. Касу ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Никаких идей относительно того, что они тут забыли, так и не появилось, и любопытство грозило бы съесть изнутри, если бы он не понимал, что совсем скоро все станет понятно. Наверное. Крутая, явно не рассчитанная на обеспечение комфорта лестница вывела их к узкой незапертой двери. Преодолевая низкий порожек, Кас умудрился споткнуться и вылетел бы на крышу кубарем, побив свою любимую камеру, если бы Дин, словно нарочно ждавший возле двери, не подхватил его под локоть. Вообще-то, Кас терпеть не мог всякие лишние контакты, вроде держания за руки, или под локоток, или чужие конечности у себя на пояснице, если не предполагался секс прямо тут и сейчас. И партнеров выбирал подходящих, которые скорее ожидали подобных знаков внимания от него. И в некоторых случаях уходили, как раз не дождавшись. Но прикосновение твердой поддерживающей руки Винчестера протеста не вызвало, как и то, что убирать ее тот не спешил. Дин улыбнулся, отдавая дань его неуклюжести, но в зеленых глазах была не насмешка, а странная нервозность и даже, возможно, страх. Чего?.. Кас нахмурился и неосознанно подался вперед, словно пытаясь разглядеть заинтересовавшую его деталь поближе. Винчестер не отодвинулся, только удивленно распахнул глаза чуть шире и, облизнув губы, с трудом сглотнул. Кас скользнул взглядом от его глаз ко рту и ниже, отметил нервно дернувшийся кадык, впервые видя все так близко вживую, а не с помощью зума… И буквально отшатнулся, едва не влетев спиной в косяк. Чувство неловкости прилило жаром к щекам. — Вот мы и на месте, — ровным тоном заявил Дин и отвернулся, никак не комментируя случившееся. И если бы не собственная оценка ситуации, Кас бы, пожалуй, согласился с этим спокойным голосом: да, ничего не было, стоять вот так, в полушаге друг от друга, совершенно нормально для едва знакомых мужчин, которых связывает исключительно деловое соглашение. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, он шагнул следом за Винчестером. Спустя несколько мгновений вся неловкость развеялась без следа, вытесненная эстетическим восторгом: с крыши этого недостроенного непонятно чего открывался действительно потрясающий вид. С трех сторон можно было видеть реку, извивающуюся мягкими петлями, как огромная причудливая змея, которая податливо выгибалась широкой плавной дугой, обходя выдающийся вперед участок суши, на котором и была расположена постройка, чтобы потом снова свить свое текучее тело в сложном экспрессивном танце. Вдалеке, среди деревьев, едва виднелись одно- и двухэтажные дома, над которыми уже опускалось солнце. Позади, частично закрытый надстройкой, лежал город, подернутый легкой дымкой затухающего дня. Без лишних раздумий Кас расчехлил камеру, настроил и приступил к своему любимому занятию, не забывая следить лишь за тем, чтобы случайно не переступить низенький, не выше колен, парапет. Не то чтобы ему не доводилось фотографировать всю эту местность и раньше, но хоть сколько-нибудь высоких зданий в их городке было раз-два и обчелся, что уж говорить об окраинах. А потому о таком обзоре можно было только мечтать. В реальность его вернул тихий смешок. — Прости, не отвлекаю, — все так же посмеиваясь, заявил Дин в ответ на его сконфуженный взгляд. Сам Винчестер сидел, прислонившись спиной к стене небольшой надстройки, через которую они попали на крышу. В руке он держал открытую банку пива и, кажется, прекрасно себя чувствовал, и не думая напоминать о том, что они сюда вообще-то работать пришли. Точнее, это Кас должен был здесь работать, а не упоенно щелкать кадр за кадром то, что хочется. — О… Ну, знаешь, редко попадается такое удачное место… — Кас замялся, сам понимая, как нелепо звучат его отговорки. — Это ты прости. Нужно было раньше напомнить мне о… — Забей. Я знал, что тебе понравится. — Дин улыбнулся еще шире, выглядя до странности довольным. Кас поймал себя на том, что улыбается в ответ, и вскинул камеру. Увы, со вчерашнего вечера мало что изменилось: через призму объектива улыбка Винчестера как-то поблекла, глаза потускнели, даже плечи, казалось, устало опустились под тяжестью невидимого груза. — Так, — Кас опустил камеру и протер ладонью глаза, — не знаю, о чем ты думаешь, но это не то, о чем следовало бы, если ты хочешь выглядеть как не имеющий проблем, довольный жизнью человек. Попробуй представить что-то… хорошее, что-то, что делает тебя действительно счастливым. Дин удивленно вскинул голову; улыбка потеряла естественность, а во взгляд прокралась настороженность. — У меня и так нет никаких проблем, Кас, с чего ты взял? — Вижу. Пойми, я не пытаюсь у тебя что-то выпытать — это твое дело. Мое — сделать снимки, которые ты хотел получить. — Так, может, будешь их делать? Не помню, чтобы на свадьбе ты рассказывал людям, о чем им думать, — вот теперь в голосе Дина звучала враждебность. Вполне правомерно, вообще-то. Настоящее настроение клиента не забота Каса. Его дело — создать из имеющегося материала красивую картинку. И раньше проблем с этим не возникало. — Да, конечно, как скажешь, — пробормотал он, злясь на себя за то, что за каким-то чертом полез куда не надо. Разве кто-то просил его сотворить чудо? И о Чарли вспоминать не следовало — она от многих ждала чудес, за что потом и расплачивалась не единожды. Но на самом деле его просто попросили сделать серию хороших снимков. Хороших, а не идеальных, великолепных и так далее по тексту. Вот это и нужно было делать: просто фотографировать. К сожалению, напряжение повисло в воздухе плотной дымкой, накладываясь на каждый снимок, как бы ни старался Кас этого избежать. Через какое-то время он сдался, молча признавая, что еще один день пошел насмарку. — Думаю, на сегодня достаточно. Будешь смотреть? — спросил он, уже собираясь спрятать камеру. — Эй, как это достаточно? — тут же возмутился Винчестер. — То есть ты хочешь сказать, что вон тот вид тебя больше совсем не интересует? — он махнул рукой в сторону садящегося солнца. — Я, конечно, нихрена в этом не разбираюсь, но вроде как такое обычно привлекает вас, ребят с камерами наперевес. Последние лучи опускающегося за горизонт светила подсвечивали редкие, плотные облака, похожие на комки ваты, окрашивая их в красно-фиолетовую гамму с вкраплениями бледно-розового, оранжевого и даже зеленого, и смотрелось это и вправду красиво. Заманчиво. — Мне-то это интересно, а вот тебе зачем? — прямо спросил Кас, наступая на горло собственной увлеченности, дурным голосом вопившей, что в следующий раз такая возможность выпадет еще нескоро, если вообще будет. — Много лишнего времени? — Можно и так сказать, — покладисто согласился Дин, хотя Кас, уже сказав, подумал, что снова спрашивает лишнее. — Ты просто не знаешь, сколько мне пришлось уламывать Бенни дать сюда доступ. Так что пользуйся, пока есть возможность. Поколебавшись всего с минуту, Кас решил все же не упускать шанса. Закат был и впрямь великолепен: яркие краски расцвечивали небо, отражались в воде дрожащими разноцветными пятнами и рождали в душе щемящее чувство неповторимости. Которую можно запечатлеть на красивой картинке, но никогда не удастся воспроизвести. Какой бы удачной ни была фотография — она всегда будет лишь воспоминанием, бледным подобием чего-то живого. Кому как не Касу было об этом знать. Хотя, судя по задумчивому, сосредоточенно-отстраненному выражению на лице Винчестера, о невозвратимости тот тоже знал явно немало. Кас зачехлил камеру и подошел ближе. Наверное, было не совсем вежливо стоять спиной к угасающему свету, выступая лишенным четких черт силуэтом, но имея при этом возможность рассматривать своего клиента. Наверное, но Дин не протестовал. Вынырнув из размышлений — воспоминаний? — он попытался улыбнуться своей привычной широкой улыбкой и протянул Касу пиво. Улыбке не хватало беззаботности. Да и веселья, если уж на то пошло, в ней было маловато. Словно животное с перебитым хребтом, которое все еще пытается угрожающе скалиться на врага, делая вид, что полно сил и все не так плохо, как есть на самом деле. Странное сравнение. Жуткое. Кас передернул плечами, стряхивая непрошеные мысли, и присел рядом, принимая предложенное пиво и расслабленно прислоняясь к стене. Непривычно хотелось сказать что-то хорошее, что-то успокаивающее и подбадривающее. Вот только он понятия не имел, что происходит в душе сидящего рядом человека. Мысль, что ему и не должно быть дела до проблем постороннего, почему-то казалась не такой уж правильной, как обычно. Вместо ненужного утешения в непонятно чем вызванном унынии он спросил: — Что привело тебя в Уинфилд, Дин? И, уже задав вопрос, понял, что делать этого явно не стоило: Винчестер посмурнел еще больше. Однако потом снова тщательно растянул губы в улыбке и постарался придать максимум веселости своему тону: — Уютно тут у вас! Что ж, никто не обязан честно отвечать на вопросы. Однако недоверие, видимо, слишком явно проступило на его лице. Улыбка Дина стянулась в жесткую, напряженную линию губ, и, отвернувшись, он все же признался: — Отец так хотел. В голове сразу же закрутился десяток вопросов, но Кас предпочел не озвучивать ни одного: тема Винчестеру была явно неприятна. Сложные отношения с семьей? Не сказать чтобы ему самому это было незнакомо. Что, впрочем, не мешало Касу уживаться с родителями в пределах одного, далеко не самого большого городка и даже бывать порой на семейных торжествах, хоть и гораздо реже, чем намного дальше живущие братья. Не зная, что еще можно сказать, он перевел взгляд на темнеющее небо и констатировал: — Красиво. — Много нащелкал? — оживился Дин. — О да. — На губах сама собой расплылась восхищенная улыбка. — Отсюда действительно потрясающий вид. Спасибо. — Всегда пожалуйста, Кас. Винчестер отзеркалил его радость, и на этот раз наигранности в его лице не было ни грамма. — Я отберу лучшие из сегодняшних фото и покажу тебе. Могу на почту скинуть, если хочешь, сам посмотришь. — Не стоит. Я зайду завтра, — решительно отказался Дин и тут же пояснил: — Ну там… спросить что-нибудь, посоветоваться… Еще что. — Хорошо, да, так удобнее будет, — поспешно согласился Кас, видя, как Винчестера накрывает вполне ощутимое смущение. Которому вроде как неоткуда было взяться. Но Дин будто бы просто хотел снова увидеться… Более того, прекрасно осознавал это желание, как и то, что найденный повод для встречи довольно-таки неубедителен. Кас прищурился. Все-таки заинтересованность есть. Но совершенно непонятная. Четких сигналов от Винчестера не поступало, а в современном мире уже давно не принято было ходить вокруг да около слишком долго. Да и не тот это человек, точно не тот, чтобы теряться в каких-либо ситуациях. Увы, по лицу Дина прочитать ничего больше не удалось: он лишь едва заметно улыбался, прислонившись затылком к стене, глядя на последние отблески заката и будто позабыв о сидящем рядом спутнике. Тихо вздохнув, Кас последовал его примеру. Слова вдруг куда-то исчезли, но, что удивительно, сидеть вот так молча на крыше, глядя в стремительно темнеющее небо и время от времени прихлебывая пиво, казалось совершенно нормальным, более того — приятным занятием. Снизу порой доносился шум проезжавших неподалеку машин, но наверху образовался пузырь уютной спокойной тишины, который эти далекие звуки, словно приходящие из другого мира, разрушить не могли. И к черту мысли о том, насколько непривычно и странно все это было.