A Story Of One Town

Аромат сырой земли въелся в волосы, пропитал кожу. Спёртый воздух казался тяжёлым, оттого и каждый вдох давался с трудом, заставляя лёгкие содрогаться в коротких спазмах, болью расходящихся по всей груди. Казалось, что время в этой камере застыло и без проникающих глубоко под землю солнечных лучшей сложно было определить в какую пору один день сменяет другой, но он знал точно — скоро придёт конец этому вынужденному заточению, и уж лучше наслаждаться последними мгновениями этой полусвободной жизни, чем торопить тот час, когда он, подобно всем прочим жителям Зачарованного леса, окажется в темнице разума, побег из которой будет почти невозможен. Одна лишь мысль о грядущем вызывала сумасшедшую улыбку на его лице. Она кривила его губы, будоража рассудок смесью волнительного ожидания и торжества, но находилось место и страху. Заглядывая в переменчивое будущее, он видел картины весьма неразборчивые, неоднозначные, мало внушающие доверие. Однако ничто не могло омрачить его радости, когда цель была так близка, даже визит той, в чьём визите он вовсе не нуждался.  — Здесь только мы вдвоём, дорогуша, — ласково пропел маг, наблюдая за снующими по полу крысами, среди которых он отчётливо различал одну, более тёмную. — Покажись мне! Воззвав к непрошеной, но едва ли неожиданной гостье, пленник вынырнул из тёмного угла своей клети и вскинул руки, словно магия вновь обрела своего хозяина. Взгляд его животных глаз пристально следил за крысой, на миг остановившейся перед самыми прутьями его клетки. Замерев, та сжалась в комок и с тихим хлопком обратилась в чёрные клубы дыма, из которых к магу горделиво явилась статная женщина. Неспешно подняв голову, она игриво перевела взгляд на пленника и лениво размяла шею, не сводя с него цепкого взгляда. Посмеиваясь, маг пружинистым шагом вышел на просвет от тусклой лампы и широко улыбнулся, с любопытством наблюдая за гостьей. — Заклятье, что ты мне дал, — выражение её лица в мгновение преобразилось и ныне жестокость заострила её скулы, а в глазах появился стальной блеск, — не работает! — с не прикрытой злостью в голосе произнесла королева.  — Ого! — воскликнул маг, сомкнув ладони вместе, — Ты взволнована, — промурлыкал, словно бы ярость, которую его посетительница с трудом сдерживала, доставляла ему удовольствием. — Так взволнована, — на мгновение задумавшись, он вскинул руки и тряхнул головой, — прямо как Белоснежка и её муженёк! — Что? — напряжённо поинтересовалась королева. — Они приходили, — нараспев произнёс маг, подкравшись к решётке, — и были обеспокоены, — явив на свет своё лицо, он взялся руками за прутья, пристально наблюдая за женщиной, — твоими угрозами и заклятием, — уточнил маг.  — Что ты им сказал? — стремительно приблизившись к нему, требовательно спросила королева.  — Правду, — нахмурился маг, словно бы оскорблённый вопросом королевы, — что тьму не остановит ничто! — резко вскинув руки, он на мгновение отвернулся от собеседницы, но затем вновь обратил на неё взор своих нечеловечески крупных мутновато-зелёных глаз. — Конечно, кроме их ещё не родившейся дочки, — словно бы извиняясь за свои слова, он скривил лицо в мине притворного сожаления. — Видишь ли, даже мощное заклятие, — покачав головой, он повысил тон и удовлетворённо пропел, — может кто-то разрушить! Скользнув по женщине масляным взглядом, он удовлетворённо улыбнулся и слегка отклонился назад. — Их дитя — это ключ, — проурчал маг. — Конечно, заклятие сперва должно подействовать, — словно насмехаясь над королевой, он вскинул брови и протянул к ней раскрытую ладонь. — Что я сделала не так? — с трудом справляясь со своей тревогой, торопливо произнесла королева. — За это нужно платить, — с ласковой улыбкой напомнил маг, перебрав в воздухе пальцами жестом, напоминающим само действие оплаты. — Что ты хочешь? — надеясь побыстрее получить желаемое, она хмурилась, вглядываясь в его лукавые глаза. — Всё просто, — в мгновение ока лицо мага приняло выражение усталой печали и страдания, — в этом новом мире, — словно у обиженного ребёнка, у него затряслись губы, а рассеянный взгляд блуждал по лицу королевы, надеясь обрести сочувствие и понимание, — мне нужен комфорт, — брезгливо обернувшись через плечо, он вновь вымученно обратился к ней, — я хочу жить хорошо! — Ладно-ладно! — словно спеша покончить со сделкой, торопливо произнесла королева. — У тебя будет собственность и богатство! — Это ещё не всё! — просиял безумной улыбкой, покачал головой маг. — Хочу больше! — Тебе всегда мало, — усмехнулась королева, явно ожидавшая подвоха. — Да-да! — посмеиваясь согласился маг, но скоро его широкая улыбка превратилась в чудовищный оскал. — В этом новом мире, — напряжённо произнёс, выдерживая паузу и скользя по женщине взглядом, — по какой бы причине я к тебе ни пришёл, — чуть сморщив нос, так что на мгновение могла закрасться мысль, будто ему претит одна лишь мысль об этом, но он вынужден это произнести, — ты должна исполнять любую мою просьбу! — воскликнул, манерно вскинув руку и ехидно улыбнувшись. — Ты должна, — указав пальцем на женщину, требовательно продолжал пленник, — делать всё, что я скажу, — от волнения его глаза словно бы стали ещё больше, — если я сказал, — на мгновение задержав дыхание, он будто подбирал слово высунув меж зубов кончик языка, — пожалуйста! — зайдясь торжествующим смехом, выдохнул маг.  — Ты же знаешь: если у меня всё выйдет — ты ничего не сможешь вспомнить, — безразличным тоном произнесла королева, оставаясь безучастной к эмоциональному моноспектаклю мага. — О-о-о, — протянул маг, озабоченно сдвинув брови, — тогда нечего бояться! — пожал плечом, пронзив воздух указательным пальцем с невинным выражением лица. — Идёт, — с улыбкой торжествуя над безумием собеседница, королева мгновенно согласилась на сделку, не видя угрозы в условиях. Попятившись назад, маг ликовал. Его глаза сияли жизнью и азартом, словно бы королева пообещала ему свободу здесь и сейчас, которую он мог потребовать, но отчего-то не стал. Впрочем, причуды Тёмного заботили её в ту минуту меньше всего. Скорее прочего она желала получить ответы на свои вопросы. — Что нужно, чтобы заклятие сработало? — строго произнесла королева.  — Сердце того, кого ты, — указав на неё, маг провёл ладонью у своей груди, — любишь. — Я принесла в жертву коня! — голос её звенел от напряжения. Ринувшись на женщину, маг мгновенно оказался вновь у решётки и сквозь прутья протянул к ней руку, сжимая горло королевы. — Коня? — прорычал маг. — Это заклятие, — напряжённо шипел он, — сильнее всех прочих. Думаешь, сердца коня достаточно? Великая сила требует великих жертв! Ты должна вырезать сердце, — впившись взглядом в её глаза, он лишь слегка склонил голову набок, — у кого-то более ценного. — Скажи мне у кого именно, — бесстрашно произнесла королева, не сводя с него глаз и умело скрывая ужас, который она испытывала перед магом, сжимающим своей золотистой с чёрными когтями рукой её горло. — У того, кого ты сильнее всего любишь, — сквозь зубы с налётом улыбки на губах пробормотал маг. — Тот, кого я любила, мёртв из-за Белоснежки! — одернув руку мага со своего горла, яростно произнесла королева. — У-у-у, — с наигранным сожалением протянул маг, ласково проведя кончиками пальцев по щеке женщины, — и не осталось никого, кого бы ты любила? — заботливо произнёс, вытянув губы трубочкой и сведя брови на переносице. Застыв перед магом, королева погрузилась в размышления. И хотя едва ли что-то можно было прочитать в её ледяном взгляде, но казалось, что от проницательного мага ничто не способно укрыться, даже во мраке чёрной души королевы.  — Заклятие — нелёгкое дело, — протянул маг, склонив голову набок. — Месть не бывает лёгкой, — жестоко произнёс, скалясь в холодной улыбке. — Ты должна задать себе простой вопрос, — взявшись обеими руками за прутья, он вплотную прижался к решётке. — Насколько далеко ты можешь зайти? — Настолько, — сделав шаг, королева склонилась вперед и приблизила лицо к клетке так, что она чувствовала на коже дыхание мага, — насколько нужно. — Тогда перестань мучать себя и всех, — скривившись, произнёс маг, будто обращаясь к капризному ребёнку, — и пойди сделай это! Ты знаешь кого любишь больше всех, — промурлыкал Тёмный и просунул голову сквозь прутья, едва не коснувшись носа королевы. — Так убей его! Задержав взгляд на маге, королева отпрянула от клетки и резко развернулась. Жестокость, с которой говорил маг, казалась ей невыносимой, но в его словах скрывалась истина. Она действительно уже давно поняла чьё именно сердце должна вырезать, чтобы получить желаемое, но что-то внутри неё противилось этому. Плотно сжав губы, она исчезла в клубах чёрного дыма, оставив пленника в одиночестве. Пусть он и был прав, но за высокомерие, звучавшее в его голосе, за то, как безжалостен он был к её чувствам, ему придётся ответить. В той новой жизни, которую она построит, в мире, что подарит ей долгожданную победу, она заставит его горько заплатить за эту боль внутри, порождённую его словами. Быть может, в этой жизни она бы и не рискнула нарушить сделку с Румпельштильцхеном, но покуда его беспамятство станет новой тюрьмой для мага, она превратит его жизнь в сущий Ад и сполна насладится страданиями искусителя и манипулятора, некогда извратившего её саму.