Реконсиляция

      — Вы совершенно не слушаете меня!       Кенья ударил ладонями по столу, пальцы его сжались в кулаки. Он почувствовал, как ногти впились в кожу, царапая и раня. Но ему было плевать: единственное, что волновало Кенью сейчас, — спасение Сатору, заставив этих бесполезных полицейских помогать. Блондин смотрел на офицеров с таким презрением, о котором даже не подозревал; зубы его скрипели от злости. Он с легкостью убедил службу безопасности аэропорта вызвать полицию, однако теперь, находясь в участке, словно раз за разом врезался в непробиваемую кирпичную стену.       Да, он знал, что камеры видеонаблюдения засняли, как Сатору сел в машину по собственной воле. Нет, он не видел, куда пропал человек с белой табличкой. Да, он был уверен, что слышал голос Яширо по телефону. Нет, он понятия не имел, куда поехал автомобиль. Представители закона задали интересующие их вопросы и, оставив Кенью в комнате для допросов, сказали ожидать. Прошло уже несколько часов с момента, как прервался телефонный звонок, а блондин все слушал и слушал голос своего любимого на автоответчике. В какой-то момент номер Сатору стал снова доступен, но трубку так никто и не брал. Между звонками Кенья посылал сообщения.       «Я обещал защитить тебя», набирал он, чувствуя, как сжималось горло. «Прости».       Мужчина не услышал, как позади него открылась дверь.       — Кобаяши.       Кенья оторвал взгляд от своего мобильного и уставился на вошедшего. Глаза Савады за стеклышками очков были чуть красноватыми, а все его лицо охватила мрачная решимость.       — Он забрал Сатору, — прошептал Кенья; каждое его слово было пропитано невыносимой болью. — Яширо… Он… он сделал вид, будто машину для Сатору вызвал я, и…       — Я знаю.       Блондин было открыл рот, чтобы сказать что-то еще, но ни единый звук так не и вырвался из его горла. Присутствие Савады здесь внезапно сделало реальность более настоящей, и мужчина ощутил, как окутавшее его мнимое спокойствие начинает потихоньку таять. Он отвернулся от репортера и зарылся пальцами в собственные волосы; частое дыхание его нестерпимо обжигало легкие. Кенья почувствовал, как на его плечо легла чужая ладонь, и сжал губы, пытаясь не издать ни звука. Но тщетно: все тело его задрожало, и как только первый всхлип сорвался с его губ, остановить себя он был больше не в силах.       Он плакал тихо. Горячие слезы стекали вниз по щекам и капали на металлический стол пред ним. Кенья снова почувствовал себя ребенком, беспомощным и слабым, каким был в тот страшный миг в классе много лет назад. Старая рана на сердце так и не зажила и теперь снова расходилась по шву. Пятнадцать лет боль кровью струилась из его шрама, и терпение было единственным, что не давало Кенье захлебнуться ею. Ему хотелось кричать, но вместо этого он плакал. Плакал до тех пор, пока не защипало горло; пока не сел голос, беспрерывно нашептывающий имя Сатору.       — Как ты? Полегчало? — спросил Савада, поставив перед ним стаканчик кофе.       Из полицейского участка они решили поехать прямиком в офис. Яширо определенно мог наблюдать за квартирой, поэтому опасно возвращаться туда сейчас.       — Да, — ответил Кенья, расхаживая по кабинету.       Он действительно чувствовал себя лучше: позволив эмоциям взять над собой верх, он полностью их исчерпал. Теперь он мог принять эти чувства — печаль, вину, потерю — мог разложить их по полочкам и убрать в сторону. В этот миг все его тело, казалось, было сделано из стали, рассекающей все вокруг словно острое лезвие. Теперь он, наконец, мог спокойно подумать; куча мыслей и идей с бешеной скоростью рождались в его голове.       Именно таким Кенья и нужен сейчас Сатору: хладнокровным, расчетливым, держащим собственные эмоции под контролем. Взгляд его то и дело возвращался к пробковой доске. Случился новый инцидент, который следовало туда добавить и приблизить это бесконечное дело к концу.       — Прежде всего, — начал Савада, усаживаясь за свое рабочее место, — Яширо до сих пор не вернулся в свою постоянную квартиру, что неудивительно. Он давно бросил это место.       — А еще не существует других домов, зарегистрированных на его настоящее имя, — прикусив большой палец, добавил Кенья. — Он не может привести Сатору в место, которое арендует. Слишком много рисков, что хозяин раскроет его.       — Таким образом, понятно, что у него есть иная собственность, оформленная на поддельное имя, — продолжил репортер. — Возможно, это целый дом. Ведь квартира — это тонкие стены и любопытные соседи.       — Где-то ему нужно будет спрятать машину, — пробормотал Кенья себе под нос.       Бронированный автомобиль узнается сразу. Если Яширо использовал именно его, то тот, несомненно, сразу бросится в глаза. Даже на общественной парковке такую здоровую машину не спрятать. Блондин резко остановился. Стоп. А откуда он вообще взял ее?       — Есть всего пара способов, как у него получилось купить эту машину, — обращаясь к Саваде, сказал он. — Сделать на заказ. Должно быть, он использовал то же вымышленное имя, что и для дома, чтобы выкупить ее.       Савада, не отрывая взгляда от монитора, что-то печатал на клавиатуре.       — Вот и начало. Ты знаешь, откуда их получает твоя фирма?       — Могу узнать.       Кенья потянулся к своей сумке и достал ноутбук. Поставив его на небольшой журнальный столик и давая ему загрузиться, он снова взял в руки мобильный. Все его предыдущие сообщения — безумные и отчаянные. Если Сатору все же удастся вернуть свой телефон, Кенья должен был быть уверен, что хотя бы одно его сообщение будет спокойным. Сатору поймет, что блондин мыслит рассудительно и целесообразно, что стал ближе к нему на пару шагов.       «Сатору, если прочтешь это, то знай, что я найду тебя, хорошо? Обещаю. Просто дождись. Я люблю тебя».       Он отправил его и отложил телефон в сторону. Время на часах близилось к трем. В фирме в такой час давно никого не было, а связаться с продавцом они, в любом случае, смогут только утром. Тем не менее, он все равно отправил им письмо на электронную почту, пометив его как срочное. Блондин надеялся, что на эту просьбу им ответят первым делом, чтобы они, не теряя времени, начали делать звонки.       После этого Кенья начал искать что-либо о провайдере сотового телефона Сатору. Сказать, что его любимый бросил вызов всем новейшим технологиям, было бы приуменьшением, — тот до сих пор не умел пользоваться даже кофеваркой. А ведь на ней было всего две кнопки. Что поделать, если Сатору проспал всю мировую технологическую революцию. Поэтому, ради своего же блага, он пользовался устаревшей моделью. Кенья не знал, получится ли у этой сотовой компании отследить столь старое устройство, но, может быть, хотя бы скажут местоположение ближайшей вышки сотовой связи. Просто, чтобы убедиться, он набрал номер Сатору еще раз. Гудок был, значит Яширо не отключил его. Пока.       Что еще я могу сделать? задался вопросом мужчина, блуждая взглядом по всему офису. Казалось, изменилось даже это место. Он не понимал, что именно, ведь книги на полках были теми же, стены — прежнего цвета. Фотография на столе Савады стояла в той же рамке, а улыбка Сатико на ней была по-прежнему яркой.       Все шестеренки в голове Кеньи со скрипом остановились.       — О боже, — прошептал он, глядя в спину товарища. — Что мы скажем его матери?       Стук пальцев по клавишам остановился, и Савада замер в своем кресле.       — Ничего.       — Что?       — Мы не скажем ей, — ответил мужчина, вновь придвигаясь к монитору.       — Но мы не можем… То есть вы хотите, чтобы я не говорил ей, что ее сына похитили?       — Да. Это именно то, что я от тебя хочу, — Савада повернулся к нему на своем кресле. — А что хорошего ты можешь ей сказать, Кобаяши? Ты хочешь, чтобы она почувствовала вину и как-то навредила себе? Скажешь, что Сатору мертв?       Ни разу за десять лет их знакомства Кенье не доводилось видеть мужчину таким расстроенным. Не только мне больно, понял он, сжав ладони в кулаки. В конце концов, Савада тоже пытается помочь Сатору.       — Яширо не собирается убивать его, — ответил блондин, заставляя голос звучать ровно. — Он нужен ему из-за чего-то особенного.       — Так нам сказал Сатору, — сказал Савада, наклоняясь вперед и упираясь локтями в колени. — Однако Яширо пытался убить его дважды и даже хотел сброситься с крыши следом за ним. Этот прецедент мы попросту не можем проигнорировать.       Крыша. «Я не могу жить без тебя» — об этих словах ему однажды рассказал Сатору. Кенья снова прикусил кончик ногтя, глядя на свой телефон. Савада прав: чем меньше людей знает о произошедшем, тем лучше. Если они не будут осторожны и Яширо прознает, что они приблизились к нему, то он может отчаяться. А блондин слишком хорошо знал, на что тот способен, поддавшись отчаянию: Кенья своими глазами видел, стоя внизу, на парковке. Паника — последнее, что им нужно от Яширо. Если это произойдет, то похищение может превратиться в убийство-самоубийство.       — Хорошо, — неуверенно пробормотал Кенья, — мы ничего ей не скажем.       Савада кивнул и отвернулся к компьютеру.       — Мне самому не нравится что-либо скрывать от нее.       — Но нам следует быть более внимательными. Тихими, — самому себе сказал блондин. — Даже если это значит, что не следует торопиться.       Пускай он был тем, кто произнес это, он просто ненавидел саму идею, что придется немного подождать. Одно лишь осознание, что Сатору останется в руках Яширо, заставляло кровь в венах вскипать. Все внутри него кричало, что нужно поспешить, плюнуть на любые риски и броситься вслед за своим любимым. Но приоритетом оставалось вернуть Сатору домой в чем-то, кроме трупного мешка для тела. Кенья едва слышно выругался. Он пятнадцать лет ждал, когда Сатору вернется назад. Сколько ему ждать теперь? Как долго они могли позволить себе топтаться на одном месте? Сколько времени пройдет, прежде чем Яширо надоест играть и…       Не думай об этом, сказал он себе и снова посмотрел на экран ноутбука. Страница сотовой компании была все еще открыта. Он прокрутил вниз инструкцию по отслеживанию телефона в случае кражи. Ему пришлось выдать себя за Сатору, чтобы узнать это, но все оказалось достаточно просто: его молодой человек был ужасно предсказуем в вопросах безопасности. Трудная часть начиналась с иного. В телефоне Сатору не было GPS, поэтому, чтобы узнать его приблизительное местонахождение, им придется заставить его сделать… ну, хоть что-то.       — Данные из мобильного Сатору дойдут до сотовой вышки, если он ответит на звонок или отправит нам сообщение, — потянувшись к телефону, сказал Кенья. — Когда я звонил последний раз, его номер все еще был доступен.       — Скорее всего, у Сатору больше нет возможности ответить нам, — ответил Савада, не отрывая взгляда от экрана. — Но если тебе есть, что сказать Яширо, то сейчас самое время. Спровоцируй его на ответ.       Провокация — последнее, что я хотел бы делать в данной ситуации, подумал про себя Кенья. Пятнадцать лет он думал над тем, что скажет убийце, когда, наконец, поймает его. Но в его мыслях преступник всегда был безликим незнакомцем, человеком, который никогда не узнает о той пустоте, что оставил, забрав Сатору с собой. Блондин почувствовал, как заискрился в нем гнев, когда он подумал о днях в школе. Яширо знал все о них, наблюдал, и в итоге он… смог…       Кенья чуть напрягся, решительно набирая текст.       «Если это все читаешь ты, Яширо, будь готов, что я найду тебя и заберу Сатору», писал он. Казалось, Кенья становился сильнее, смелее с каждым словом. «Если ты тронешь его хоть пальцем, я заставлю тебя заплатить за все то, что ты сделал с ним». Он чуть прищурил глаза, набирая последнее слово. «Обещаю». Прочитав сообщение еще раз, он отправил его адресату.       — Написал, — сказал товарищу он.       Савада отвернулся от монитора и потянулся к кофейнику.       — Думаешь, он ответит?       — Понятия не имею, — вздохнул Кенья, также поднявшись за новым стаканчиком кофе.       Он гнался за Яширо половину своей жизни, а до сих пор толком ничего о нем не знал. Они пару раз сталкивались друг с другом, навещая Сатору, но так ни разу и не заговорили. Блондин не знал причин, по которым мужчина приходил к своему ученику. Не считая самого Сатору, с горечью подумал он, делая глоток горячего напитка. Все всегда возвращается к Сатору.       — Эй, Савада…       Его прервал знакомый звук, и мужчины посмотрели на вибрирующий телефон Кеньи с широко распахнутыми глазами. Помедлив, блондин взял мобильный в руку и взглянул на дисплей.

1 новое сообщение: Сатору Фуджинума

      — Савада, — позвал Кенья мужчину. — Это он.       Репортер мгновенно вскочил на ноги.       — Как быстро, — отметил он, подходя к диванчику и заглядывая Кенье за плечо.       Значок сообщения все еще мигал на дисплее, и блондину понадобилось некоторое время, чтобы набраться смелости и открыть его. Когда он сделал это, на экране появилось новое диалоговое окошко.

Сатору Фуджинума прикрепил файл : 1 Открыть?

      — Файл? — глухо спросил Кенья.       Фотография? Видео? Аудио? Ему не хотелось даже думать, на какие вещи способен Яширо, когда Сатору был в его руках. Если он представит это хоть на один миг, нервы его точно не выдержат. Он собирался было нажать на согласие, когда почувствовал ладонь Савады на своем плече.       — Уверен, что хочешь увидеть это, Кобаяши?       Нет, не уверен, но…       — Я обязан.       — Хорошо… — тихо ответил Савада, наклоняясь ближе. — Открывай, как будешь готов.       Едва ли я вообще когда-нибудь буду готов, пронеслась в голове Кеньи печальная мысль. Он медленно и глубоко вдохнул. Сжав губы, он нажал на кнопку.

Да

      И в этот же миг Кенья вовсе позабыл, как дышать.       Сатору. Это был именно он; голова его была чуть повернута в сторону, а глаза закрыты. Живой, сказал блондин самому себе, вглядываясь в каждый крохотный пиксель на изображении. Болезненный румянец окутал щеки и губы Сатору. Он жив, просто спит. Казалось, что он был совсем ненастоящим, сделанным из фарфора: кожа бледная, а на лицо спадали пряди слишком темных волос. Кенья противился собственному желанию завести их за ушко, как делал раньше, напомнив себе, что Сатору сейчас был очень и очень далеко. Но фотография все равно казалась странной. Лицо его любимого всегда было выразительным и полным эмоций даже во время сна. Когда ему снились кошмары, губы его плотно сжимались, а узкие брови хмурились; но если, хоть и редко, снилось что-то хорошее, он счастливо улыбался, зарываясь лицом в футболку Кеньи. На этой фотографии же он выглядел неестественным, пустым и чистым, будто белый лист бумаги. Чем больше мужчина смотрел на нее, тем более знакомым ему казалось это выражение. Будто Сатору снова был…       В коме, неожиданно осознал Кенья, чувствуя, как сердце в груди болезненно сжалось. Он вглядывался в это же лицо целых пятнадцать лет и надеялся, что больше никогда не увидит его.       Внезапно телефон опять завибрировал в его ладони, и на экране замигали четыре слова.       «Кто нашел, берет себе ♡»       Вот сука. Кенья яростно сжал мобильный в руке. Он ощутил, как ускользает его самоконтроль, как тоненькие нити хладнокровия лопались под тяжестью его неудержимой злости. Мужчина приказал себе оставаться спокойным, но где-то в глубине души его зарождалось что-то темное, колючее и пугающее. Взгляд карих глаз стал ледяным, острым, как скальпель, ярко рассекающий тьму. Я уничтожу тебя. Это было обещанием. Я сделаю так, что ты никогда больше не тронешь Сатору и кончиком ногтя, не посмеешь дышать в его сторону.       Голос Савады, тихий, но твердый, резанул слух, прорвался сквозь оглушительную, затмившую все вокруг зловещую тишину.       — Вот мы и получили то, что хотели, — чуть слышно сказал он, легко похлопав Кенью по плечу. — Позвоним утром в телефонную компанию и узнаем, откуда было отправлено сообщение.       — Да, — выдохнул блондин; пульс его вернулся к прежнему ритму.       Теперь, когда Яширо ответил, у них появилось хоть какое-то преимущество. Это того стоило, поэтому Кенье было абсолютно плевать на собственное психическое состояние. К тому же, если жив Яширо, значит, жив и Сатору. Кенья преодолеет все свои страхи ради любимого. Он снова взглянул на пришедший ему пару минут назад ответ и хотел было закрыть, чтобы тот больше не попадался ему на глаза, как телефон неожиданно завибрировал, уведомляя о новом сообщении.       Это еще что? В диалоговом окошке было сказано, что оно пришло несколько часов назад, однако Кенья проверял телефон каждые пару минут и был уверен, что ничего не упустил. Это был некий новый контакт. Мужчина собирался прочесть его, как экран сотового замигал, по нему побежали черно-белые полосы, а из динамика послышалась трель звонка. Кенья подскочил с места, чувствуя, как аппарат выпал из руки и с грохотом ударился о пол.       Савада удивленно оглянулся..       — Что-то не так?       — Наверное, — наклоняясь за телефоном, пробормотал блондин.       Мобильный нагрелся, но на экране его бегали лишь редкие черточки белого шума. Кенья прищурился, пытаясь разобрать имя контакта. Глаза его в то же мгновение расширились, и он чуть попятился назад, не веря в то, что только что прочел.       — Что это, черт побери, такое? — лихорадочно прошептал он, наблюдая, как дисплей снова замигал, словно из последних сил пытаясь не отключиться.

1ͅ ноͪвое̠ ̓сообͭщенͨие:̎ Са̋торуͣ Фу̽дж́иͅну͛ма͢