Я танцую в такт тому, чего боюсь

But I feel a change coming on

Rolling out of the blue like a storm

And it's bending your will like a willow tree twisting

Trying to regain its form.

А я чувствую грядущие перемены,

Разливающиеся по небу раскатами грома.

Они сгибают твою волю, словно ивовые ветви, которые, будучи согнутыми,

Стремятся выпрямиться.

Poets Of The Fall - Change

Я ожидала этого. Правда, ожидала. Наши с Беном фотографии жуткого качества во всех возможных ракурсах появились в таблоидах и заполонили Интернет. Меня это не удивило и не расстроило, нет. Я достаточно долго работаю в этой сфере, чтобы понять: главное тираж. Продажи заправляют всем, реализуя на деле принцип «Цель оправдывает средства». В наше время мало кого из читателей волнует качество: фотографий, текстов, информации – всего. И только мы в компании ещё парочки изданий одиноко пытаемся создавать совершенство. Итак, я – звезда Интернета. Количество просмотров видеоролика с нашим танцем на YouTube перевалило за пару сотен тысяч, а ведь ещё и суток не прошло. В общем, страну оповестили. Определить, кто же я такая, труда не составило, и теперь моё имя украшает страницы десятков незначительных газетёнок и web-страниц интенсивного жёлтого оттенка. Правда, есть один аспект, который меня веселит: одни издания обозначили меня как Камилу Веллингтон, а другие как Камилу Сандерс. Готова поспорить, завтра разразится битва о том, кто из них прав. Ха! Эм устроилась в кресле напротив моего стола и увлечённо копается во всём этом разнообразии в поисках самой достоверной информации: - Оу! И приз в номинации самая информативная статья получает - «У «Шерлока» новая интрижка!». «Актёр Бенедикт Камбербэтч, известный по роли Шерлока в одноимённом сериале, который с оглушительным успехом прошел на ВВС1, постоянством, видимо, не отличается. Казалось бы, ещё недавно мы радовались его счастью с Лив Тайлер, потом воссоединению с Оливией Пуле, а вот сегодня видим танцующим на мосту Waterloo в компании Камилы Веллингтон Сандерс, дочери»… - И зачем ты мне это читаешь? - Ну, погоди, тут столько всего! Он встречался с Лив Тайлер? - Нет. - Хм, жаль. - Почему это? - Она хоть симпатичная. - Прости? - О… Я… О, нет, не обижайся. Я не имела в виду… ты в тысячу раз лучше… и… Ну это же ты! - Ну, спасибо. - Правда, вас на этих фото толком и не видно. Качество кошмарное. Как такое можно печатать? Алекс бы скорее разогнал всю редакцию, чем такое выпустил. - Это Алекс. А это… как там газетёнка называется? Ответить Эм не успевает. В мой кабинет на всех парах влетает братец. Утром мы не виделись, и теперь он хочет поделиться впечатлениями. - Ну, вы даёте! Решили официально объявить о том, что встречаетесь? - Нет. Просто больше не прячемся. Это было свидание. - Ай, да Бен! Ай, да молодец! Уважаю, - Алекс с довольным видом разваливается в кресле. - Прости? - Кэм, ты что, не понимаешь? – наклоняется чуть вперёд. - Одно дело встречаться, пусть даже жить, но появляться вместе на людях, да ещё танцевать на мосту Waterloo! Это как подтверждение того, что это не просто мимолётный роман, это как пролог к книге, обещание того, что всё только начинается. О ваших отношениях всё это время никто не знал. Чудеса маскировки – не иначе, тут я снимаю шляпу. Так ведь спокойно могло продолжаться и дальше. Ты не рвёшься его сопровождать, да ты со мной чаще появляешься! Он пытается минимизировать для тебя ущерб от его статуса и старается поступать так, как поступил бы обычный человек, не оглядываясь на толпу фотографов. Это правильно. Пусть о вас узнают медленно, постепенно. Привыкнут и отстанут. - Это мне надо как-то минимизировать возможный ущерб от моего статуса. - Держи язык за зубами, - советует братец. – Идея проста. - Идея проще простого, ещё бы знать, как воплотить её в жизнь!

***

Бенедикт не был уверен в том, что Ками сможет сдержать обещание. Не потому, что не доверял, а скорее потому, что видел, с какой скоростью происходит превращение в Кэм. Примерно, с такой же, как разгоняется её пресловутый «Lamborghini Diablo» - 4 секунды. Что-нибудь случится, кто-то что-то скажет или напишет, и она сорвётся. Но своим пессимизмом Бен делиться не спешил. Что такого страшного она может сказать? Им нужно научиться жить под прицелом камер – это часть его работы, не самая приятная, конечно, но что поделаешь. Бросил взгляд на часы. Они договорились пообедать вместе, но Ками почему-то выбрала не свой любимый ресторанчик, а что-то новое. «На неё не похоже». - Привет, - быстрый, но нежный поцелуй. – Извини, я опоздала. И вот это тоже было странно. Даже более странно, чем внезапная перемена места встречи. - Что-то случилось? - Мы попали в таблоиды, - пожала плечами она, перелистывая меню. - Не хочу, чтобы мне заглядывали в рот во время еды. И тебе тоже. - Да, не самая приятная часть популярности, - улыбнулся Бен. - Мы справимся с этим, правда? - С этим? Пфф, легко. Хуже будет, когда папарацци будут идти впереди с «зеркалками»*. Там и ослепнуть можно. Не забывай дома очки. - Ни за что, - пообещал он. Они оба понимали, что фотографиями в газетах и Интернете дело не ограничится. Оба знали, что скоро папарацци будут заглядывать в окна и дежурить у дома. Оба чувствовали, что нужны друг другу, как никогда. И оба приняли условия игры, которая только-только начиналась.

***

- Ты куда? – не отрываясь от чтения, спрашивает любимый. Подхожу поближе к сидящему на диване с кипой каких-то листов Бену. Думала, что он настолько погружён в себя, что не заметит моего ухода, но нет. - К Алексу, скоро вернусь. - Позвонить не проще? - Трубку не берёт. Наверняка не слышит. - Только недолго, ладно? – отрывается от бумаг и смотрит на меня. - Долго я там, - киваю в направлении квартиры брата, - не выдержу. Выхожу за дверь, краем глаза замечая, что Бен возвращается к чтению. А я думала, что только у меня вдруг непонятно почему обострилась необходимость его присутствия на расстоянии вытянутой руки. Шумиха вокруг наших отношений растёт не по дням, а по часам, мы уверенно держимся на первых полосах таблоидов, а папарацци поселились возле дома и офиса в надежде снять нас вместе. Напрасно, кстати, надеются. Мы опять не выходим. У Бена напряжённый съёмочный график – ему не до развлечений, а я просто никуда не хочу. Лучше просто посидеть с ним рядом, наблюдая за его мимикой, когда он читает сценарий или делает ещё что-нибудь. И всё это нас сближает. Хотя куда уж ближе? Я и без этого круглыми сутками думаю только о нём. И ещё о том, как бы не сказануть чего пронырливым репортёрам. Эм отбивается от просьб об интервью изо всех сил, но звонить начинают уже даже на мобильный, а электронная почта еле-еле выдерживает наплыв корреспонденции. И вот это уже раздражает. Вопрос, откуда у представителей СМИ мой номер, остаётся открытым. Вхожу в квартиру брата безо всяких препятствий – дверь, как обычно, не заперта. Вхожу и тут же спотыкаюсь о стопку каких-то журналов, сваленных в трёх футах от входа. Этот бардак никогда не прекращается! Как он здесь живёт?! Собрать всё и выбросить, пока ещё горы из его «коллекций» не начали подпирать потолок. - Аааа, - доносится из гостиной. Машинально делаю ещё пару шагов вперёд и вижу… О, Боже!

***

Камила ворвалась в квартиру вся пунцовая от краски, залившей лицо. Дверь за ней захлопнулась с такой силой, что Бен невольно подскочил на месте. - О, Боже! – произнесла Ками, а потом прижала ладони ко рту. - Что? - Меня сейчас вырвет. - Что с Алексом? - Я захожу туда, - махнула рукой в направлении квартиры брата, - и вижу на диване, - она брезгливо сморщилась, - его голую задницу. Фууу! Его голую задницу! В компании Эмили! Голой Эмили! Моей Эмили! Лучше бы я этого не видела! Бен было засмеялся, но тут же поймал гневный взгляд Ками и счёл за благо замолчать. - Что тебя так рассмешило? - Ты. - Я? - Ты, - Бен похлопал по пустому месту на диване рядом с собой, приглашая Ками сесть рядом. – Ты ведь хотела, что бы Алекс вернулся к нормальной жизни, прекратил беспорядочные связи и научился жить без Элиссон? Ками села на диван и кивнула, так и не понимая, куда он клонит. - Вот видишь – хотела, - продолжил Бен. – А теперь, когда он нашёл себе девушку, ты почему-то против. - Но это же Эмили! И кто тебе сказал, что у них что-то кроме секса? Если бы было что-то серьёзное, он бы мне рассказал. Он слово дал. - И что? Чем она отличается от других? – спросил он, проигнорировав вторую часть вопроса. - Может, и ничем, но они вместе на диване… в гостиной… О, чёрт! И угораздило же меня войти. Мне теперь кошмары сниться будут. Фу! Бен улыбался, наблюдая за ней. Такое непонятное неприятие. Хотя, пожалуй, застать брата во время секса с собственной подругой, - это слишком для неё. Ей нужно срочно отвлечься. И он уже даже знает как. - На диване, говоришь? – переспросил он. - Ну да, - растеряно ответила Ками. - Его, - поцелуй, - на крепость, - ещё один, но уже более требовательный, - мы ещё не проверяли, - руки уверенно проникли под её футболку и замерли на груди, слегка сжав её. – Как думаешь, выдержит?

***

- Не обращай внимания на эту мерзость, - советует Алекс, оплачивая счёт за безнадёжно испорченный обед. Две недели – таков инкубационный период скандала. Две недели потребовалось нам, чтобы переместиться со страниц незначительных газетёнок на первую полосу «The Sun»**. Сам по себе танец на мосту их не впечатлил, но вот вчера, когда наплевав на всех и вся, мы всё-таки выбрались из дома, чтобы поужинать, папарацци получили долгожданные снимки, и публикация не заставила себя ждать. К этим фото добавились кадры нашего первого танца и парочка снимков с мероприятий, где мы пересекались ещё до того, как вступили в фазу дружбы. Но это ничто по сравнению со статьёй. Понятно, почему они так долго молчали - выжидали и готовили удар. Я знаю, что Бен зол, расстроен и разочарован. Он не говорит, но я вижу, что показное равнодушие даётся с трудом. Ему впервые довелось на себе испытать всю мощь этой машины по производству лжи. Корпорация Мёрдока пошла в наступление на того, кто посмел приблизиться к Веллингтонам. Это месть. Месть мне и Алексу, из-за которой уже страдает Бен. И это только начало. Дальше будет только хуже. Статья, даже не статья, уж скорее любовно-фантастический роман с претензией на достоверность, заняла несколько страниц. «Список женщин, не устоявших перед чарами Бенедикта Камбербэтча» я перенесла стойко. Большинство из этого перечня - плод бурной фантазии авторов статьи. Все силы, видимо, были брошены на то, чтобы представить Бена ловеласом, обольстителем, альфонсом и секс-машиной в одном лице. Оливии во всё этом отведена роль жертвы, а мне, соответственно, коварной разлучницы. О, чёрт! До машины Алекса спокойно дойти не успеваем. К нам сразу же подлетают щёлкающие фотоаппаратами папарацци и вооруженные диктофонами репортёры. - Бенедикт расстался с Оливией Пуле? - Леди Камила, вы бросили Ника Лака ради Камбербэтча? - Вы с мистером Камбербэтчем действительно встречаетесь? - Каково это: быть девушкой «Шерлока» после Оливии Пуле? - Вы живёте вместе? Леди Камила, ответьте! Люди хотят знать! Люди хотят знать?! Железный аргумент! Алекс пытается прорваться сквозь толпу, но продвигаемся мы крайне медленно. - Леди Камила, когда Вы начали встречаться, Бенедикт бросил Оливию Пуле? Вопрос прозвучал некорректно и двусмысленно. В иной ситуации я бы, наверное, просто обсмеяла горе-репортёришку с помощью наших журналистов, но эта статья в «The Sun» и бесконечные упоминания про Оливию… Да, чёрт возьми, я всё ещё ревную! Напрочь забыв, что обещала Бену держать язык за зубами, срываюсь: - Нет, мы предпочитаем секс втроём. Групповуха – это так весело. Рекомендую! * Зеркальные фотоаппараты. ** Газета «The Sun» широко известна благодаря историям о жизни звёзд, в том числе скандальным и провокационным, а также об индустрии развлечений (истории и слухи о поп-музыке, телевизионных сериалах и т. п.). <right>