Three French Hems

Интервью началось неплохо. Луи и журналистка из Daily Mail, симпатичная женщина по имени Фехинтола, сидели в углу высококлассного кафе и мило беседовали. Она спрашивала, заставил ли вежливый ответ Гарри в Твиттере пересмотреть Луи свое заявление, и Луи довольно рассудительным голосом сказал, что это ни на что не повлияло. Лиаму удалось договориться о нескольких вопросах про Burberry, включая прошлую коллекцию Осень-2015, в которой Луи сыграл большую роль, поэтому ему нравилось говорить об этом. Ему также удалось рассказать о Burberry Bespoke* (Лиам подчеркнул это и написал УПОМЯНИ!!!!!!! рядом). В общем и целом, Луи был достаточно горд собой — он был представителем бренда, выводил моду в массы. Кристофер должен был быть доволен. Затем Фехинтола вернулась к разговору о Гарри Стайлсе, потягивая свое латте и ярко улыбаясь Луи. — Так скажите мне, — она начала, — если бы вы лично собирались придумать костюм Гарри Стайлсу для этого мероприятия, во что бы вы его одели? Я надеюсь, вы не возражаете, что я спрашиваю это; я знаю, этого не было в списке вопросов. Мне просто очень любопытно. — Её карие глаза блестели. Кто-то рассказал ей о костюме, и она хотела превратить всё это — Гарри, который отверг Burberry ради Lanvin — в скандал. Лицо Луи незначительно ожесточилось. Часть его хотела сказать ей правду, но другая часть была раздражена из-за того, что журналистка подняла этот вопрос без предупреждения. И еще большая его часть знала, что если все детали окажутся в прессе, то это плохо скажется на компании. Это сделало бы первоначальные замечания Луи еще более мелочными. И Burberry внезапно стал бы «недостаточно хорошим» брендом по мнению самой большой знаменитости 2014 года. — Ну, я не знаю, — ответил Луи, поглаживая рукой свою легкую щетину. — Это интересно. Интересный вопрос. Фехинтола добродушно рассмеялась, прекрасно понимая, что её приманка только что была распознана. — Порадуйте же меня, — сказала она. — В тренч Burberry, конечно, — сказал Луи. — Классика. Он бы заполучил всех дам в этом, поверьте мне. Фехинтола подняла свои брови, её рука с кружкой латте застыла на полпути к её губам. Она сделала большой глоток. — Не то чтобы он нуждается в этом, я уверен, — продолжил Луи. — У паренька, наверное, огромное количество американских девушек, не так ли? Я читал ваши статьи прежде. Фехинтола опустила кружку и аккуратно поднесла салфетку к уголку своих губ, хитро взглянув Луи в глаза. — Хотя, наверное, не прочитали самую последнюю из них. — Да? Значит, он снова заинтересован в британских женщинах? — Луи усмехнулся. Он бросил последний кусочек своего клюквенного пирога себе в рот, когда Фехинтола ухмыльнулась. — Не совсем, — сказала она. Журналистка повесила свою сумочку через плечо, взяла свой чек и встала из-за стола. — Я разрешу вам погуглить это. — Она подмигнула Луи; её бежевые туфли на каблуках от Ralph Lauren мягко стучали по мозаичному полу по пути к кассе. Луи непонимающе смотрел ей вслед. Он заерзал на месте и посмотрел на остатки своего чая, покусывая губу. Луи продержался целых 30 секунд, прежде чем он схватил свой телефон и ввел запрос в Google. И… ох.

MailOnline «Это не имеет значения»: Гарри Стайлс утверждает, что пол его партнера не играет роли, так как личность стоит на первом месте.

Луи моргнул. Он ведь просто предположил. Все знали, что Гарри интересовали девушки. Я имею в виду… правда же? Я не просто это выдумал? Луи нахмурился, опустил голову и вышел из кафе, углубляясь в статью. Гарри дал интервью для Оды, по-видимому, всего пару недель назад. Его спросили о чертах, которые привлекают его «в дамах», и Стайлс запинался и бормотал что-то, пока интервьюер не помогла ему… — Женщина, не так ли? Это хорошее начало. На что Гарри ответил: — Это не имеет значения. Луи подумал бы, что это шутка, если бы не увидел прикрепленное видео, на котором Гарри со слегка нервным выражением лица и скромной, серьезной улыбкой говорит эти 4 слова, которые заставили написать Daily Mail целую статью. Луи узнал это выражение лица. Он вспомнил время в его жизни, когда чувствовал себя так, будто совершает каминг-аут каждый день, всегда для разных людей. Горячая волна возбуждения пронзила его живот. Картинки Гарри в обтягивающих узких джинсах ворвались в его голову в HQ качестве: Гарри на шоппинге, в своих очках от Ray-Ban, собирает свои волосы в пучок, фланелевая широкая рубашка открывает вид на его накаченную, покрытую татуировками грудь. Боже мой, это правда, подумал Луи, почувствовав досаду, когда все его нервы спустились в трубу. Я бы так сильно любил бедра этого парня. — Конечно, он меня ненавидит, — пробормотал Луи, пожимая плечами. Не то, чтобы это действительно имело значение. Это не имеет значения! Луи чуть не рассмеялся. Гарри Стайлс был всемирной суперзвездой, и хоть Луи и затаскивал в постель больше, чем одну модель за ночь (Две. Две модели.), он прекрасно понимал, что даже у него был свой уровень. Впрочем, это не остановило Луи от объятий с ноутбуком, когда он вернулся домой и тщательно исследовал вопрос о сексуальности Гарри Стайлса. Фанаты, по-видимому, были разделены на несколько групп. Хотя чем больше живых видеозаписей с Гарри — интервью, а особенно выступления — он видел, тем больше он чувствовал, что ему пускала пыль в глаза какая-то смутная PR команда. Он представил Лиама Пейна с козлиной бородкой, который поглаживает белого кота и злобно смеется. «Девушки! Дайте ему больше девушек! Всех девушек!» Луи фыркнул. Бедный мальчик. Как я рад, что я не популярен. Он подождал до тех пор, пока его интервью не было опубликовано — Фехинтола прекрасно выполняла свою работу; больше половины статьи занимала реклама Burberry. Понимая, что он выполнил свой долг и это было последнее на сегодня дело, Луи повернулся на бок и заснул.