Разрушители проклятья (The Curce Breakers)

Все, чего она хочет – это тишины. Она думала, что ей пришлось пережить достаточно тишины за все ее запутанные жизни, но, очевидно, она не права. Забившись в угол, она пытается надеть маску храбрости, но, судя по печальным взглядам Мэри Маргарет, маска зияет широкими трещинами. Никогда еще мужество не было столь призрачным и неуловимым. Смущение и разочарование цепко держат ее. – Итак, – Мэри Маргарет пытается приободрить ее улыбкой, – вы больше ничего не вспомнили? Она хочет рассказать ей, этой доброй женщине с открытым лицом, о прыгающих кусочках воспоминаний, но, видимо, доверие столь же эфемерно, как и мужество. Она качает головой и смотрит в кружку кофе. – Вы совсем не помните мистера Голда? Белль чувствует, как железные обручи стягивают грудь, и правда вырывается изо рта. – Да, я помню его. И ненавидит себя. Она не должна была оставлять его этим утром, но гнев затмил рассудок и ожесточил сердце. – С кем ты говоришь? – С Королевой! Твоей подружкой Королевой. Как она к тебе подобралась? – Королевой? Женщина, которую она встретила на дороге, несомненно была богата, но Королева?.. – Я так и знал, что это ловушка. Он медленно приближается к ней, и она понимает, что никогда не видела, чтобы он так двигался. Впервые за все это время она видит чудовище, скрывающееся за человеком. – Я знал, что ты никогда не сможешь полюбить меня. Дверной колокольчик отвлекает ее от тягостных воспоминаний. Она хочет залезть под стол и свернуться клубочком. Теперь она понимает его гнев, ярость от ложного предательства, из-за которой он уничтожал свой собственный дом. Она закрывает глаза, но все еще видит сломанную прялку. Кто-то садится рядом с ней, и когда она берет себя в руки и открывает глаза, то видит Эмму. – Как он? Эмма пытается выглядеть беспечно. – Он в порядке. Но Белль знает, что это не так. – Где он? – В больнице, ему сканируют колено. Эмма наконец сбрасывает маску, на лице явно видно беспокойство. – Если не хочешь возвращаться к нему домой, ты не должна. Если тебе неудобно... – Ты можешь остаться с нами, – добавляет Мэри Маргарет, – это не так и много, но мы в любое время будем тебе рады. – Спасибо, – с улыбкой отвечает Белль, – но, мне кажется, ему нужна помощь, пока он восстанавливается, а я помню достаточно и хочу помочь ему. Она не говорит им об обещании, все еще не до конца понятном ей, быть смотрителем... обещании, в котором говорилось о навсегда. Но навсегда внезапно закончилось, когда появилась темная леди в карете и заговорила лживым, вкрадчивым языком. Как будто мысли были реальны, колокольчик на двери снова звякнул, и вошла темная леди. Белль одновременно хотелось бежать и сражаться. Ей хотелось спрятаться, и в то же время она жаждала выцарапать глаза этой женщине. Так как она не могла сделать ни того, ни другого, то еще больше вжалась в угол. И после того, как она взяла в руки чашку с кофе, темная леди подошла к их столику. – Мисс Френч, рада видеть вас в добром здравии. Как вы себя чувствуете? Белль смотрит, как двигаются ее темно-красные губы, и видит лжеца и хищника. Может она и сидит, вжавшись в угол, но она не разорвет зрительный контакт, даже не моргнет. Улыбка темной леди исчезает, а Белль хочет кинжал... особенный кинжал. Эмма нарушает молчание. – Она еще не очень разговорчива. – Я уверена, это изменится, когда она привыкнет к своей новой жизни, – отвечает темная леди, – если вам что-то нужно, дорогая, не колеблясь обращайтесь. И наконец она уходит, цокая своими каблуками. Белль ничего не говорит. Заявление Королевы пробуждает темные мечты. Ей действительно нужно сердце темной леди на серебряном подносе, просто как драгоценная безделушка, чтобы хранить на полке ее Чудовища, и время от времени протирать с него пыль... навсегда.