Любовь зла или...лохмата.

      - Что ты сказал? – оборотень вмиг напрягся, вглядываясь в лицо Чанеля.       - Я говорил, чтобы добраться до земель оборотней нужно миновать огненную пустыню, потом спуститься к реке Мин. Думаю, этот промежуток мы преодолеем за два дня, - рыжий провел пальцем по расстеленной карте на траве, - а вот здесь будет опасно…земли некромантов..       - Что значит «мы»? – Бэкхен не унимался.       - То и значит, мы – это ты и я, - терпеливо объяснил дракон.       - Ты не должен идти со мной, - попытался возразить лохматый.       - То, что я не должен делать, так это отпускать тебя одного, - серьезно проговорил Чанель, сверля взглядом оборотня, - мне тебе может еще и объяснить почему?       - Ну, уж просвети дурака!       - Во-первых ты один, во-вторых, чтобы добраться до твоих земель, придется пройти сложный путь, в-третьих…в-третьих, да что я за альфа такой, что омегу отпустит на верную смерть? – Чанель возмущенно фыркнул.       - Если я омега, это не значит, что я слабый, - прикрикнул Бэкхен.       - Сказал, тот, которого мне пришлось отпаивать снадобьями.       - Ты же знаешь, как все было…       - Поэтому и не хочу тебя отпускать одного. Ты мне не брат, не друг, но я вижу, что ты неплохой и возможно судьба тебе даст еще один шанс, но это ничего не будет значить, если ты пустишься в столь опасное приключение один. И прошу, не надо беспокоиться о моей персоне, - Чанель вернул свое внимание карте, - я и так уже мертв.       Бэкхену лишь оставалось притихнуть и не вступать больше в словесную перепалку, наблюдая за драконом, в его запахе чувствовались нотки ответственности, злости и власти.       - У тебя специфический запах, - прошептал оборотень.       - Странно, что ты не чураешься меня и даже не чихаешь, - ухмыльнулся Чанель.       - Это же. Постой, серьезно? – Бэкхен округлил глаза в удивлении.       - Ага, он самый. Волчий аконит, - подтвердил догадки оборотня дракон, - так почему же ты спокойно находишься рядом со мной?       - У меня с рождения к нему исключительная предрасположенность, - пробормотал оборотень, отвечая на вопрос Чанеля, - вообще оборотни даже применяют аконит для лечения некоторых болезней, но не каждый может притронуться к этому растению, а уж тем более правильно его использовать, чтобы не принести ужасный вред.       - А ты? Умеешь? – заинтересованно глянул на него дракон.       - Мне он в любом виде безвреден.       Бэкхен зарылся пальцами в свои волосы, а в голове стучали молотками мысли, он вдруг вспомнил слова отца:       «В переломный момент жизни своей, ты найдешь живой аконит. Не стоит противоречить зову, следуй за ним и ты обзаведешься крыльями, давая ход началу. Судьба свершится, как и предписано».       Что имел ввиду отец, оборотень не знал, но вот он. Перед ним тот самый живой аконит, о котором было в предсказании. Кто бы мог подумать, что он повстречается так скоро и при таких обстоятельствах. И окажется драконом.       - Хорошо, я согласен на сопровождение в твоем лице.       - Вот и чудно, а я уже хотел тебя связать и закинуть на спину, - и, судя по выражению лица дракона – он не шутил.

***

      - Почему по огненной пустыне обязательно идти в сумерках? – Бэкхен вновь занялся готовкой, тщательно прожаривая мясо кролика.       - Земли пустыни кишат саламандрами. Они конечно безвредны. Можно даже сказать частично миролюбивы, но все же лучше перестраховаться, в сумерках мы на них не наткнемся, они не переносят темень, - Чанель что-то выискивал в своей суме.       - Отчего у нее такое название? – оборотень оторвался от своего занятия, рассматривая рыжеволосого, тот встретил его удивленным взглядом.       - Вы вообще, чем интересуетесь в этом мире, если не знаете таких элементарных вещей? – Чанель фыркнул, ожидая ответа лохматого.       - Только немногим позволено знать все тайны мира, - задумчиво проговорил Бэкхен, - мне лишь известна история нашего рода, а больше омеге и не позволяют узнать.       - Дискриминация право, - дракон вернулся к своей сумке, продолжая шарить в ней руке, - огненной она называется из-за многочисленных вулканов. Там чуть ли не ежедневно извергается тот или иной вулкан.       - И как ты предлагаешь нам пройти? Хотелось бы напомнить, что я оборотень, а не какой-то огненный дух и даже не дракон, как ты.       - Ах, вот он, - дракон выудил небольшой флакон с жидкостью цвета солнца, - это поможет тебе.       - Надеюсь, там нет пыльцы нимф, не хотелось бы, чтобы ты снова всю ночь напролет жался ко мне, - Бэкхен лукавил.       За эти почти трое суток, что они провели под тенью деревьев старого леса, оборотень поймал себя на том, что часто наблюдает за драконом. За каждым его жестом или движением, но стоит тому лишь слегка повернуть голову в сторону оборотня, как он делал вид, что чем-то очень занят. Например, разглядыванием кусочков неба, что проглядывались сквозь зеленую листву или гаданием на несчастных ромашках.       Дракон же все это время тщательно продумывал их путешествие, прокладывал дорогу, отмечая ее на своей карте, искал дополнительную информацию по тем или иным существам, что могут встретиться на их пути. Параллельно этому тщательно следил за состоянием Бэкхена, ожидая полное восстановления его сил. Он даже пополнил запасы некоторых трав, что мог найти в этом лесу. Дракон желал уберечь Бэкхена от всех бед и доставить к семье целым и невредимым.       Бэкхен порой недоумевал, как все вещи дракона могли уместиться в одной маленькой сумке, которая и по весу то не была тяжелее младенца. На что дракон, скрепя сердцем (все же это один из секретов его племени), рассказал о такого рода вещах, даже отчасти объяснил, как они создаются, но утаил главные моменты. Он знал, что оборотень не расскажет никому, но перестраховаться нужно. Ведь существуют многие способы вытащить из сознания нужную информацию, а знать секреты драконов – само по себе несет опасность. Многие существа желали завладеть тем или иным знанием чешуйчатых, вот уже на протяжении многих веков, но драконы ревностно охраняли свои свитки и книги, своих мудрецов. Они никогда не позволяли чужакам прикоснуться к своим тайнам. Кто-то считал, что сокровище драконов это бесчисленное количество золота и драгоценных камней, и эти кто-то глубоко заблуждались. Единственное, что являлось подлинным сокровищем дракона, вне зависимости к какому из родов он принадлежал, было знание, передаваемое из поколения в поколение. Это знание давало им силу, защиту, бессмертие.       Вот и сейчас, Чанель держал в своей руке стеклянный сосуд со сверкающей жидкостью, одно из изобретений драконов.       - Что это? – Бэкхен заворожено следил за тем, как содержимое медленно переливалось.       - Этому веществу нет названия, - дракон бережно переложил флакон в раскрытые ладони оборотня, позволяя ему ближе рассмотреть, - но оно поможет тебе против огня.       - Как? – сейчас на лице лохматого преобладало детское любопытство.       - Смотри, - дракон вернул себе сосуд, аккуратно раскупоривая его, он нежно взял оборотня за руку и, слегка наклонив сосуд, капнул солнечной жидкостью прямо на оголенную кожу лохматого.       Бэкхена на секунду охватил нестерпимый жар, будто он окунулся в кипящую лаву и оборотень с изумлением заметил, что капля просочилась сквозь его белую кожу, но не исчезла, а застыла на бледности сетью тонких, золотых линий. Не успел он опомниться, как дракон поднес их руки к огню. Оборотень вскрикнул, ожидая нестерпимую боль от ожога, но вместо нее ощутил приятное теплое покалывание.       - Это волшебство, - пораженно выдохнул лохматый, высвобождая руку из слабого захвата дракона.       - Это не волшебство, - дракон широко улыбнулся, упиваясь детским восторгом оборотня, - это алхимия.       - Вы могли бы владеть всем миром, имея такие знания, - он все еще разглядывал золотую сеть на тыльной стороне своей ладони.       - Но нам этого не надо, драконы не жадны до власти, нам вполне хватает того, что мы уже имеем.       Бэкхен вновь поднес руки к огню.       - Эй, тише-тише, - дракон перехватил его руки, - сейчас под действием снадобья находится только та рука, куда я капнул, чтобы действие снадобья распространилось на все твое тело, нужно искупаться в нем.       - Но у тебя всего лишь маленький флакончик, - непонимающе уставился Бэкхен на дракона.       - Правильно, один, но существует способ, как получить тот же эффект, имея небольшое количество.       - Просветишь?       - Нам нужен родниковый источник. Всего лишь необходимо добавить в воду несколько капель и первым окунуться в воду, тогда действие этого снадобья распространиться на все тело, правда, такой способ имеет один изъян – он дает нам меньше времени. У нас будут ровно сутки, чтобы преодолеть пустыню, но этого вполне хватит.       - И где нам найти тот самый родниковый источник?       - Есть один, на южной границе пустыни, - дракон развернул карту и ткнул пальцем, указывая место, - завтра утром, мы тронемся с места, пройдем через лес, пополним запасы воды и будем держать направление на источник. К ночи доберемся до источника, там сделаем привал, ну а в следующую ночь пересечем пустыню.       - У меня тут внезапно вопрос возник.       Чанель стал сворачивать карту.       - Почему, мы не можем просто полететь?       - Может потому что оборотни не летают?       - Но ты летаешь, мог бы перенести меня.       - Не могу, ты не удержишься на спине дракона, это никому не удавалось, - Чанель нахмурился, - так что не будем рисковать, не хватало еще, чтобы ты навернулся с высоты и превратился в кровавую лепешку.       - Могли бы давно придумать себе что-то вроде седла, - цокнул Бэкхен.       - Драконы тебе лошади что ли? Не зазнавайся, оборотень, - рыкнул Чанель, - у нас есть гордость.       - Понял, - быстро оповестил дракона лохматый, боясь разозлить того.       Но если быть честным, Бэкхену нравилась эта черта Чанеля, то, что он знал себе цену, несмотря ни на что. Оборотню было по душе, что он сочетал в себе такие противоречивые качества. Ему нравилось, что дракон может быть заботливым и властным одновременно, таким мягким и в то же время серьезным. А когда его лик озарялся улыбкой – Бэкхен еле сдерживал порыв, ощутить кончиками пальцев его кожу. Он желал коснуться этой притягательной улыбки, впитать часть ее.       - Мне нужно освежиться, - пробормотал Чанель, убирая и карту, и флакон в сумку, - тебе бы тоже не помешало, - добавил он.       - Еще чего, не буду я принимать водные процедуры вместе с тобой, - Бэкхен смущенно опустил глаза.       - Я вообще и не предлагал вместе, - дракон поднялся с места, - но все же, - он повернулся к оборотню, - что я там не видел?       Дракон заразительно хихикнул, направляясь вглубь леса.       - Эй! – окрикнул его оборотень, с легкостью подскакивая с места, оставляя готовую пищу у костра, - ты извращенец!       Он кинулся вслед за драконом, ведомый непонятным чувством. Наслаждаясь небывалым веселым настроением дракона.