Любовь зла или...лохмата.

      Свет заходящего солнца еле освещал большое пространство, кое-где отражаясь красными бликами на влажных каменных стенах. Каждое движение, каждый шорох отдавался гулким эхо, заставляя его вести себя предельно осторожно. Он был в этой пещере один, но какое-то тревожащее чувство засело глубоко внутри, маня его вглубь катакомб. Он был готов нервно рассмеяться из-за двоякого ощущения зарождающегося страха и какого-то отчаянного желания успокоить быстро бьющееся сердце.       Ноги подкосились, стоило ему лишь наткнуться в темноте на хрупкую женскую фигуру, лежащую у крутой стены. Ему стало дурно от безжизненных, словно кукольных, глаз, от распахнутого в немом крике рта с тянущейся кровавой дорожкой из уголка губ, от неестественно заломленных рук и порванной испачканной одежды.       Отчаянно цепляясь за холод белых пальцев, его накрыл ледяной ужас.       Он не успел. Он не защитил. Он потерял.       Он не успел прийти, когда она наверняка его звала.       Он не защитил ее от изувера, лишившего ее жизни.       Он потерял единственного любимого человека, он потерял сестру.        Ладони, перепачканные в крови, сжимали мертвое тело в, уже ничего не значащих, объятиях. Слезы нескончаемым потоком сбегали по бледным щекам, задерживаясь на секунду и исчезая в рыжих волосах покойницы. Горечь раздирала внутренности, высвобождая ярость.       Он обязан отомстить им.       Но вдруг тело в руках едва потеплело. Некогда рыжие волосы заметно потемнели, становясь короче. И вот в своих объятиях он держит любимого оборотня, истекающего кровью.       Чанель ощутимо вздрогнул, выпутываясь из оков кошмара. Он по инерции сжал, лежащего рядом, Бэкхена, ловя носом до одури приятный аромат пионов.       - Ты мне ребра сломаешь, - недовольно проворчал сквозь сон лохматый.       - Прости, - спохватился рыжий, - но ты же оборотень, у вас высокий болевой порог.       - С тобой рядом, я в первую очередь омежка, а уж потом крутой лохматый оборотень, - он перевернулся на другой бок, прячась лицом на голой груди дракона и обхватывая его тонкими руками поперек живота, - меня никогда не манил запах аконита, ведь от растений он чувствуется совсем слабо, но твой запах просто нечто. Хочу, чтобы от меня пахло тобой.       Казалось бы, невинная фраза, конечно если бы он не знал, каким образом омеги приобретают запах альфы, но Чанель густо покраснел, будто не он вовсе несколько часов назад ласкал Бэкхена, доставляя тому наслаждение.       - Все когда-нибудь будет, - пробормотал дракон, целуя Бэкхена в темную растрепанную макушку, - у тебя такие длинные волосы, - он подхватил подушечками пальцев черную прядку и легонько подергал.       - В нашем племени так принято, всем девственным омежкам строго запрещено остригать волосы после первой своей течки. Зато после сцепки, я волен делать с ними что захочу.       - А мне нравятся твои волосы.       - Отрасти себе свои, - смешно фыркнул оборотень, - вон какая шикарная кудрявая шевелюра, а хотя… с длинными волосами дюже неудобно. Даже не знаю, как человеческие женщины всю жизнь ходят с длинными косами.       - Может, тебе тоже заплести? – хихикнул Чанель, целуя брыкающегося Бэкхена в лоб.       - Я тебе пятилетняя девочка что ли?       Оглушительный рык сотряс бревенчатые стены. Двое насторожились, навострив уши.       - Это вряд ли рыкнул ты, - всматриваясь в глаза любимого, озадаченно произнес оборотень.       - Этот дракон знаком мне, - Чанель умело скрыл страх за личиной беспечности, он уже слышал в своей голове навязчивое шептание о встрече на окраине деревни, - Бэкки, мне сейчас нужно будет отлучиться. Кажется случилось что-то серьезное в моем племени, раз они нашли меня.       Оборотень не видел, как покраснели кончики оттопыренных ушей, скрытые под густыми локонами, от вранья дракона.       - Но может.. – подорвался оборотень с постели вслед за рыжим.       - Нет, нет. Сам понимаешь, наши племена не особо миролюбиво друг к другу относятся, поэтому подожди меня тут, - убеждая остаться, дракон в спешке закутывал свое тело в одежду.       Он склонился над омежкой, одаривая его нежным поцелуем, и вроде уже двинулся к двери, но вдруг схватил свою сумку, бормоча что-то себе под нос. Чанель выудил небольшой кожаный мешочек, перехваченный широкой лентой. Он сунул его в руки опешившего оборотня.       - Это ведьмовской мешочек, он скроет тебя ото всех, пока меня не будет рядом, прошу.. Я очень прошу, не выходи отсюда никуда, обязательно дождись моего появления.       Бэкхен лишь молчаливо согласился, коротко целуя рыжего, желая ему удачи и скорейшего возвращения.

***

      - Ради богов, ты хотя бы прикрылась чем-нибудь, - брезгливо морщась, проговорил Чанель обнаженной девушке напротив.       - Для чего? Будто ты меня в таком виде никогда не видел, - она развела руки в стороны, кружась на месте, ехидно улыбаясь, - дорогой..       - Не смей меня так называть, - четко процедил рыжий, сейчас от него веяло зарождающейся яростью.       - А как мне еще называть своего жениха? – она сложила руки на груди, недоумевающее смотря на дракона.       - Забудь об этом! Мы никогда не вступим в союз! Разве мой уход из племени тебя не навел на такие мысли?       - Я как раз из-за этого здесь, чтобы вернуть тебя домой.       - У меня больше нет дома, - прорычал Чанель, воздух вокруг него накалялся, грозясь испепелить все в округе.       - Подумаешь, сестренка умерла. Какая жалость. Или, постой, не из-за омежки ли ты принял такое решение? От тебя отвратительно разит пионами, - девушка закатила глаза.       - Не смей распахивать свой дурной рот, говоря о них гадости. Ты и волоска не стоишь их, - дракон злился, но мысли о любимом Бэкхене немного остужали пыл, этого хватило для того, чтобы не кинуться на девушку, разрывая когтями ее глотку.       - Твоей сестренки больше нет с нами, а эта шлюховастая омежка не встанет между нами. Ты обязан вернуться со мной, - она говорила это, специально растягивая слоги, безразлично рассматривая свои острые когти.       - Вернуться куда? В логово убийц и насильников? Ну, уж нет, - Чанель с презрением фыркнул, - я больше не принадлежу вашему племени. И запомни, когда-нибудь я отомщу вам и навсегда сотру с лица земли.       Он развернулся к ней спиной, держа обратный путь в деревню, когда она внезапно кинулась на него.

***

      Бэкхен не находил себе места, нервно меряя маленькую комнатушку шагами. Чанеля не было вот уже несколько часов. В голову лезли самые разные мысли, начиная с «неужели, он меня бросил и вернулся обратно» и заканчивая «с ним же все в порядке?». Чувство паники медленно, но верно захватывало душу оборотня. Сердце саднило от острых мыслей, копошившихся в голове. Он неимоверно боялся потерять Чанеля, ведь дракон наконец-то принял его, как своего омегу, он разделяет, испытываемые оборотнем, чувства.       Бэкхен резко согнулся от боли в боку, хватаясь за грубую ткань рубашки Чанеля, что была на нем. Воздух вдруг исчез из легких, заставляя лохматого упасть на колени и судорожно зайтись кашлем. Глаза застилала темная пелена, и в мыслях стучало только одно – «вот он, мой конец».       Но боль ушла, оставляя слегка пульсирующий след. Бэкхен лежал ничком на полу, тяжело дыша, совершенно не понимая, что только что произошло. Болезненные мысли вновь завладели сознанием оборотня, и тот не сдерживаясь, зарыдал, кусая тонкие пальцы.       - Где же ты…что случилось, - бормотал в истерике Бэкхен, свернувшись на холодном полу в позу эмбриона.       Омега вскочил, когда дверь оглушительным грохотом распахнулась, и в нее ввалился побледневший Чанель. Было в этом белом, искаженном виноватой улыбкой, лице что-то весьма пугающее. Дракон прикрывал бок.       - Что случилось? – Бэкхен дернулся навстречу рыжему, но был остановлен твердой рукой.       - Бэкки, с тобой все в порядке? – голос звучал излишне спокойно, ненатурально.       - Д..да, - заикаясь, прошептал оборотень, - как ты и просил, я не выходил отсюда.. Чанель! У тебя кровь?!       Дракон зашипел, когда Бэкхен отнял его ладонь от, пропитавшейся красным, порванной на боку рубахе. Лохматый ошарашено смотрел на рваные раны, проглядывающиеся через дырки.       - Это…это откуда.. что случилось… это тебя так ток дракон? За что? Сильно болит? – Бэкхен лихорадочно дергался.       - Бэкки, успокойся, ты теряешь образ умного мальчика, - Чанель вымученно улыбнулся и на плохо гнущихся ногах добрался до кровати, неуклюже приземляясь на нее, - подай сумку, пожалуйста.       Оборотень трясущимися руками выполнил просьбу дракона, а потом помог осторожно стянуть испорченную одежду. Его затрясло от вида ужасной раны, но предельно спокойный Чанель не давал ему разревется. Он тихим голосом, давал ему указания помочь с чем-то, и, уже спустя некоторое время, совместным трудом они остановили кровь.       - Ты обязан рассказать, о произошедшем, - четко проговорил оборотень, заматывая раны дракона бинтом, - и о том, почему ты стонешь во сне.       - Бэкки, может не стоит? Это неинтересно, - Чанель вздохнул, морщась от боли.       - Неинтересно говоришь? Конечно, неинтересно, когда дракону рану нанести может только другой дракон, а с учетом того, что ты этого дракона знаешь, у тебя явно разлад в племени. К тому же, в том лесу, ты захоронил чей-то прах, - Бэкхен серьезно вглядывался в посиневшие глаза дракона, - прости, я ненароком наткнулся, когда добывал еду…       - Все нормально, но знаешь, моя история трагична. Ты, правда, хочешь ее услышать? – рыжий мягко схватил оборотня за ладонь, ища в нем поддержки.       - Конечно, хочу, все, что связано с тобой теперь касается и меня, - Бэкхен переплел их пальцы, целуя тыльную сторону ладони дракона.       - Помоги мне лечь, - Чанель уперся на оборотня, укладываясь на постель и ожидая, когда тот умостится в его объятиях, - тогда я хоронил свою сестру.       Лохматый вздрогнул, дракон ощутил, как его тело напряглось.       - Я даже не знаю с чего начать, - он коротко выдохнул, - ее…когда она была жива, ее хотели заставить заключить союз с сыном одного богатого торговца. Она была невероятно красива и многие альфы не скрывали своего восхищения, но она всегда заботилась только обо мне, ведь родителей у нас не было, и я был ей дорог. А тут вождь, который, по сути, должен был о нас заботиться, попросту продал ее за груду драгоценных камней. Я видел, как ее ломало изнутри, как она отчаянно не хотела этого союза, но согласилась, когда вождь пригрозил в случае ее неповиновения отдать меня в мужья одной из дочерей-омег того же торговца. Моя сестра, была старше меня и обременяла себя ответственностью за своего «маленького братишку». Так она меня называла… Я случайно узнал, что она встретила своего истинного. Мне не удосужилось с ним познакомиться, но сестра много рассказывала о нем хорошего. Они строили план, как нам можно было бы сбежать из племени, но потом.. Потом ее истинного нашли мертвым. Я никогда в жизни не видел ее настолько разбитой, она ни на что не реагировала, несколько дней не ела, не пила, вообще не двигалась с места, пока на порог не заявился ее «жених». Еще тогда я понял, что он мерзкий тип, но сестра дала себя увести из дома, не позволяя мне последовать за ними. Она впервые не ночевала дома. На следующий день, я не смог найти ее, а сердце упрямо вело меня в местные катакомбы, в которых она тайно встречалась со своим истинным. Я наконец-то нашел ее… - Чанель не замечал, как трепетно Бэкхен стирает с его щек соленые слезы, он будто был не здесь, будто вновь проживал те дни, - этот сукин сын изнасиловал ее и убил. Я смутно помню, как выносил из пещеры тело, как у меня отобрали ее, как ее сожгли на костре. Я не помог ей, Бэкки, я не защитил свою сестру. Она с рождения оберегала меня, а единственное чем я ей отплатил - это не позволил совершить над ее прахом ритуал, который навсегда клеймил бы ее имя позором. Я жалок. Именно поэтому, ты не можешь быть рядом со мной, я не смогу тебя защитить.       Бэкхен высвободился из его объятий, принимая сидячую позу, и прижал голову Чанеля к своей груди, ласково перебирая мягкие кудри.       - Ты ни в чем не виноват, Чанни. Не бери на себя вину за ее смерть, она бы этого не хотела. Она любила тебя и хотела бы, чтобы ты был счастлив. Я никогда не оставлю тебя, слышишь Чанни? Никогда, даже если ты постоянно будешь отталкивать меня. Я все равно люблю тебя. Слышишь, как бьется мое сердце? Оно бьется только для тебя, мой хороший. Вместе, мы справимся. Я обещаю.       - Меня ранила моя невеста, - виновато пробормотал Чанель, - вождь вопреки моему мнению, хотел, чтобы я заключил с ней союз. Сегодня она настояла на встрече, желая вернуть меня обратно в земли нашего племени. Бэкки, я отказался. Меня ничего больше не связывает с теми, кто лишил мою сестру жизни. И Бэкки.       - Что, мой хороший? – заботливым голосом отозвался оборотень.       - Я тоже тебя люблю. Не покидай меня…       - Никогда?       - Никогда.       Дракон позволил себе расслабиться в родных объятиях, отбрасывая мысль о мести подальше. Всему свое время, а сейчас ему нужно быть рядом с Бэкхеном и вернуть того домой.