Любовь зла или...лохмата.

      Никогда еще перед их глазами не представала такая красота. Эти маленькие домики увитые плющем, а кое-где покрытые мхом, эти широкие круглые окна, наверняка пропускающие в помещение много солнечного света. На каждой из крыш имелись маленькие каменные трубы, даже поднимающийся из них дым отчего-то выглядел фиолетовым.       Бэкхен, затаив дыхание, вертел головой по сторонам, чтобы увидеть как можно больше. И каждый раз, детский восторг проявлялся на его личике все сильнее. Казалось, что в этом месте собралось все волшебство мира, все сказочные персонажи вдруг сошли со страниц любимых книг омеги и поселились тут. Он до сих пор еще не верил, что эльф с вытянутыми кончиками ушей и волосами цвета лунного света существует на самом деле. Может, он спит? Ведь поверить в это, было сродни тому, как окунуться в томик сказок с головой, просачиваясь сквозь ровные буквы. Он считал, что большим его удивить нельзя, но огромный загон с пегасами был для него откровенным шоком.       Чанелю пришлось применить силу, чтобы оттащить оборотня от ограждения, за которым по сочной зелени травы носились крепкие крылатые лошади разных мастей. Он и сам далеко не ушел от восторга омежки. Пиком этого стало то, что дракон не заметил толстенького гнома, сбивая хмурого бородача с ног. Он еще долго извинялся перед ним, но хитрый прищур черных глаз гнома наградил чешуйчатого сильной икотой.       - Гномы это могут, - весело оповестил друга эльф, вглядываясь в спину шустро удаляющегося гнома, - икоту насылать.       - Кого нам еще суждено здесь увидать? – несмело спросил эльфа оборотень.       - О, у нас весьма много волшебного народца проживает, - он задумчиво свел брови вместе, - эльфы, конечно, в большинстве, но все нуждающиеся находят в этих землях себе дом, а кто-то даже семью, - он слегка махнул рукой в сторону одного из домов.       На лужайке резвились маленькие темноволосые курчавые детишки, прыгая вокруг своих родителей. Мужчина был эльфом, как и их проводник, а вот женщина, щеголявшая в коротком хитоне, имела вместо ступней копыта, а из под края ткани торчал лоснящийся лошадиный хвост.       - Кентавры совершенно не такие, как их описывают в книгах, - изумленно пробасил дракон.       - Многое не так, как пишется в книгах, мой дорогой друг. Меня ведь тоже не существует, если верить книгам, - он засмеялся, и от этого тонкого звона маленьких колокольчиков у Бэкхена приятно заныло сердце, - обо всем вы узнаете постепенно. И, поверьте, вы уже никогда не захотите покинуть эти земли.       - Я верю, друг. Верю, - дракон похлопал эльфа по плечу, после чего притянул лохматого к себе ближе.       - Вскоре я представлю вас нашему королю, и он захочет услышать ваши истории. У нас не принято хранить тайны на сердце, - мягко проговорил светловолосый.       Они вступили на мощенную булыжниками площадь, посреди которой был островок с витыми деревьями и небольшим озерком. Бэкхен мог бы поклясться, что видел мерцание прозрачных крыльев фей среди мелкой листвы.       Перед площадью возвышался дворец. Нет, он был отнюдь не огромным, но своей изящной красотой приковывал взгляды, а благоухающие цветы, распустившиеся прямо на стенах, так и манили прикоснуться к ним кончиками пальцев.       - Чанель, мы точно не попали к богам на небо? Это слишком потрясающе, - шепнул оборотень своему ненаглядному.       - Даже если это так, то мы все равно вместе, - в его глазах искрилось счастье, Бэкхен не мог не заметить этого.       Просторная зала встретила их тихим пением свирели. У резной колоны на широком окне восседал сатир, задумчиво перебирая тонкими пальчиками по телу духового инструмента. Когда-то Бэкхен представлял себе этих духов лесов весьма пугающими, с мерзкой бородой, толстыми козлиными рогами и жесткой шерстью ниже пояса, спускающейся к копытам. В книгах их представляли как похотливых, падких на вино, существ, и нежная душа омежки заставляла оборотня частенько осуждающе фыркать, стоило ему наткнуться в книгах на описание сатиров. Но тот, что сейчас умело извлекал чарующие звуки музыки, в пух и прах разбил представления оборотня о сатирах. Он совершенно не был похож на развращенного мужлана, что лишь и думает тем, что спрятано в штанах. С ним хотелось побеседовать, узнать, что скрывается за маской безразличия и задумчивости.       - Сехун-и, - позвал его эльф, - встречай гостей.       Сатир вздрогнул, откладывая свирель в сторону, легко срываясь со своего места, мерно стуча копытами, к эльфу.       - Тао, я думал, что умру со скуки. И кто же эти гости? – он перевел задорный взгляд на притихших путников.       - Знакомься, - Тао махнул рукой на рыжего, - его зовут Чанель, он сущностью своей является драконом, а спутник его жизни, - эльф перевел взгляд на лохматого, - что ни на есть самый наипрекраснейший оборотень, Бэкхен.       - Ты обращаешься… - возбужденно пролепетал Сехун.       - В волка, - закончил за него речь Бэкхен, - я из племени вервольфов.       - Никогда не думал, что когда-нибудь встречу одного из вас, - он подхватил ладонь оборотня и галантно поднес к губам, едва касаясь кожи, - мне очень приятно.       Поведение сатира заставило проснуться в Чанеле собственника. Дракон и думать не мог, что может так ревновать своего омегу к любому живому существу.       - Простите ему его поведение, - вежливо проговорил Тао, - он так воспитан.       - Порой, сатиры те еще романтики, - улыбнулся Сехун, - но нас осталось весьма мало, и в этих местах я абсолютно единственный в своей роде.       - Сехун, прости, но где же наше королевское величество? – эльф окинул взглядом пустующий трон, слегка обеспокоенно дергая уголками губ.       - О, мне кажется, он так и не выходил из своих покоев, - хитро улыбнулся сатир, - страдает в отсутствии своего дорогого альфы, знаешь ли.       - Так ты, Тао, альфа? – ошарашено выдавил дракон.       - Самый настоящий…       - Но твой запах..       - Мой запах слишком сладок, но разве это не делает меня уникальным? – Тао смешно вздернул брови, - прошу меня простить, я мигом приведу его сюда.       И эльф поспешно скрылся из залы, оставляя гостей и сатира одних.       - Вы ищите ответы, - это совершенно не звучало как вопрос, - не удивляйтесь. Я настолько же уникальный своим даром, как абсолютно одинок. Мне не чуждо ощущать глубокий интерес других существ и хотелось бы заметить, то, что вас беспокоит, те тайны, что туманят разум – все это здесь найдет свое пояснение. Я буду рад увидеть вас в стенах библиотеки и даже помогу в поиске. Но сейчас, мне суждено покинуть вас, - сатир слегка качнул головой, демонстрируя точеные рога переливающиеся серебром среди чернеющих волос, - сегодня король уж слишком вреден.       Остаться с омегой наедине, пусть и не на долгие минуты, было для дракона чем-то до сумасшествия приятным. Бэкхен уткнулся лбом в грудь альфы, обхватывая крепче за талию.       - Это настолько невероятно, что кругом голова идем. Чанни, мне здесь очень даже по душе.       Чанель лишь ласково улыбнулся, целуя темную макушку. Он был несказанно рад, что любимому омежке пришлось все по душе.       Их прервал тихий голос.       За руку с Тао шел омега. И было в нем что-то совершенно нетипичное хрупкости любой омеги. Черные как смоль волосы, прямыми прядями лежали на груди и казались длиннее белоснежных локонов его альфы. Походка, осанка, взгляд – во всем читалось превосходство. Но лишь до той поры, пока омега не растянул розовые губы в добрейшей улыбке.       - Я очень рад друзьям своего супруга, - в его голосе не было мелодичных колокольчиков и пах он не так изумительно розами, как его альфа. Но было в этом эльфе что-то по-настоящему притягательное. И Бэкхен был в совершеннейшем восторге от того, как гармонировала эта пара, хоть и природа поменяла их предназначения местами. И пусть омега выглядел как мужественный альфа, это нисколько не наталкивало на дурные мысли, пока с ним рядом такой супруг. Полностью подходящий ему альфа.       - И я весьма счастлив узреть воочую того самого дракона, что когда-то спас моего возлюбленного, без твоего вмешательства, у нас бы никогда не было того, чем мы имеем счастье распоряжаться. Сердцами друг друга.       Он жестом указал на длинный стол, предлагая гостям наконец-то присесть и отдохнуть с тяжелого пути. И стоило им лишь найти свои места, как в залу впорхнули две девушки. Они двигались будто пританцовывая. Легко, изящно, завораживающе. Казалось, что даже тяжелые на вид подносы с глиняной посудой нисколько не были для них помехой.       Перед оборотнем приземлилась кружкой с яркой жидкостью, переливающейся янтарем и солнечным светом. Бэкхен даже отметил про себя, что она довольно таки похожа на то снадобье, коим он оберегал себя от огня.       - Это настой амброзии. И очень вкусный настой, попробуйте, - оборотень бросил неуверенный взгляд на своего альфу, тот уже подносил кружку ко рту, а вот эльф Тао уже вовсю облизывал кончиком языка перепачканные губы, с наслаждением прикрывая глаза.       Амброзия и вправду оказалась приятной штукой, отдаваясь мягкой горчинкой на языке. В мыслях вдруг стало легко, а на душе спокойно.       - Как вы заметили уже, этот настой имеет успокоительный эффект и позволяет сосредоточиться, но не более.Не то, что свойственно людям приплетать бессмертие к этому напитку, - король эльфов улыбнулся, - я не представился. Прошу меня простить. Я в этих землях знаком всем под именем Крис. Правитель народом этих земель и очень надеюсь, что справедливый.       - А как вас называют в других землях? – поинтересовался лохматый.       - Люди кличут в своих сказках меня как Ледяной принц Ву Ифань.       Омежка поперхнулся, а его реакция заставила удивленно округлить глаза дракона, и прыснуть со смеха Криса. Тао же вообще, казалось, пребывал в другом мире.       - Вижу, вы заочно знакомы с моей личностью, - Ифань улыбнулся вновь, - меня и вправду забавляет, то как нас описывают в книгах. Вы ведь не разочаровались, что эльфы вдруг не оказались синекожими с хищным ястребиным взглядом? Мы право все же не сирены.       - Нет, что вы, - Бэкхен вежливо уверил короля в правдивости своих слов.       - Как поживает Элия? – внезапно подал голос Тао.       Оборотень ощутил как рядом вздрогнул дракон, ему даже не нужно было смотреть на него, чтобы почувствовать, как потускнели глаза, а губы сжались в тонкую полоску.       - Ее больше нет, Тао.       Эльф выронил кружку, позволяя той разбиться вдребезги, орошая пол и подолы одеяний эльфов солнечной жидкостью.       - Что произошло? – он вдруг соскочил со своего места и быстро приблизился к рыжему, чтобы через мгновение упасть у его ног на колени. Тао аккуратно взял ладони Чанеля в свои и слегка сжал.       - Ее изнасиловали… убили… - голос дракона звучал тихо, но слишком громко отдавался в сердцах болью.       - Я даже… о боги. Чанель, посмотри на меня, - эльф дождался, когда, наполненный безграничной печалью, взгляд сфокусируется на нем, - сейчас она пребывает в лучшем месте. Ты мне веришь? – утвердительный кивок рыжего, - сейчас ты должен обрести свое счастье, чтобы ее душа успокоилась, она ведь так тебя любила.       Он все это время держал его за руки, мягко поглаживая большими пальцами немного бронзовую кожу. И никого из них не смущала такая откровенная сцена между двумя альфами.       Уже позднее, Бэкхен позволил Тао увести возлюбленного для разговора по душам, оставаясь с королевской омежкой.       - Ты унаследовал его черты, - пробормотал Крис, всматриваясь в озабоченное лицо оборотня.       - Простите? – Бэкхен явно недоумевал.       - Ты унаследовал облик сына Смеуила, - пояснил король с играющей улыбкой на устах, - ты и не знал, что в венах твоих бежит кровь древнего дракона?       Мир перевернулся, вставая с ног на голову. Оборотень вдруг потерял возможность дышать.