Другая жизнь

Мы с Кроликом поклонились и вышли из тронного зала. Не успели мы пройти и нескольких шагов по коридору как словно из-под земли вырос Террант и сжал меня в объятиях. Я зыркнул на Кролика так, что тот посчитал за лучшее отвернуться, и обнял рыжего в ответ. — Я знал, что ты сходишь с ума вслед за мной, — раздраженно шепнул Террант, — но не думал, что настолько. Приехать сюда — это ж надо было придумать! Неужели ты не мог отказаться? — На то были причины, — ответил я, — пойдем, расскажу. Не посреди коридора же. Я с сожалением отстранился от него и мы пошли за Белым Кроликом. Из какого-то закоулка к нам метнулась Соня, присоединяясь к процессии, а пустота за левым плечом вдруг улыбнулась мне чеширской улыбкой. И впервые с тех пор, как я получил от Коменданта приказ отправиться сюда, давящий на сердце страх начал отступать, уступая место благодарности этим несносным существам. Комната, как и все в этом замке, была белая, но наша пестрая компания ее изрядно оживила. Террант задержался в дверях, пропустив всех вперед, и, напоследок обведя взглядом коридор, закрыл ее за собой. Когда он повернулся ко мне, все заготовленные слова разлетелись из головы как стайка стреконей. Темный болотно-зеленый цвет вокруг его глаз казался почти черным. А может там действительно был и черный цвет тоже. — Зачем было приезжать сюда? — воскликнул Террант. — Зачем было показываться Миране на глаза? Зачем?.. Он осекся, рывком снял с головы цилиндр и бросил на кровать. На полпути цилиндр перехватил Чешир и аккуратно опустился на кровать вместе с ним. — Террант, не ревнуй, — мурлыкнул Кот, поглаживая шляпу. — Все обошлось. В голове всплыл двусмысленный вопрос королевы, а еще тот факт, что я всегда был готов на что угодно ради сохранения своей жизни. Я шагнул к Терранту и наклонился к самому уху, сжав руками его плечи. — Чешир прав, Терри, — еле слышно шепнул я ему. — Все обошлось. И у тебя нет причин… Я не сумел удержать растянувшую губы улыбку и, прикоснувшись губами к его уху, выдохнул еще пару слов. Выпрямился, глядя на его лицо — Террант смотрел все еще сердито, но краски на его лице неумолимо светлели. — Именно поэтому я и имею право злиться, — ответил он моим последним словам и сел на кровать, отобрав шляпу у Чешира. — Рассказывай наконец, как тебя сюда занесло. Выделенная мне комната была небольшой: кровать, небольшой столик в одном углу, шкаф — в другом, и единственное кресло у маленького камина. За то время, пока мы с Терри обменялись репликами, Кролик развернул кресло к комнате и сел. Мышь устроилась на подлокотнике. Я сел прямо на белый ковер на полу, чтобы видеть всю компанию. — На днях отряд видел в Пустошах Ирацибету, — начал я. Судя по тому, что никто из присутствующих даже не шелохнулся, наш разговор с Королевой слышали все. — Подобраться к ней близко они не сумели, в это время, сразу после весенних свадеб, твари особенно агрессивны и опасны, и поэтому в Пустошах приходится быть предельно осторожными. Комендант тут же вызвал меня к себе. Понятно, что такую новость он не мог скрыть от Белой Королевы, но если донести о местонахождении Королевы Червей, это повлечет за собой ряд других вопросов… — Например, где находишься ты, — кивнул Чешир. — Именно. Он еще раз расспросил меня о вынесенном нам приговоре и… Общая картина такова, что ничто из случившегося не говорит в мою пользу. Меня приговорили разделить ее изгнание, а я… сбежал, — мы с Терри обменялись улыбками. — Оставил ее сразу же и уже почти девять месяцев совершенно не знал где она находится и что делает. В этой ситуации Комендант, принявший меня на службу в Крепость, становится пособником. Тем, кто укрыл преступника, ослушавшегося приговора самой Королевы. Если сообщить про Ирацибету, но промолчать обо мне, Мирана могла отдать приказ искать меня, думая, что я могу по-прежнему помогать ее сестре. Если сообщить, что я служу в Крепости — под удар может попасть Комендант, чего ему, конечно, очень не хотелось. Поэтому он придумал этот план — сделать гонцом меня. Фактически, сообщить все что нужно и отдать меня в руки Белой Королевы, чтобы она сама решила как со мной поступить. — У любой другой королевы это означало бы смерть, — испуганно сказал Кролик. — Но Мирана никогда не выносит смертных приговоров, — возразила Соня. — Да, не выносит, — кивнул я. — Именно на это была вся моя надежда. Потому что выбора у меня особо не было. Разве что снова сбежать, но это не выход. — И она отпустит тебя, — Террант выглядел донельзя довольным, что его обожаемая Белая Королева подтвердила свою хорошую репутацию. — Раз сказала, что даст тебе письмо-ответ, значит признала тебя гонцом и ты вернешься в Крепость. Если она, конечно, не напишет в этом письме намеков, что мне дорога туда же, куда и той, которой я когда-то служил. Но это я уже не стал озвучивать. — Похоже, все действительно обошлось, — подытожил МакТвист и слез с кресла. — Я пойду, у меня еще есть дела на сегодня. Ты идешь, Маллиянкин? — Да, — мышь спрыгнула с подлокотника на сиденье, а затем на пол. Проходя мимо меня она вдруг остановилась и пытливо посмотрела на меня глазками-бусинками. — Не могу сказать, что была рада видеть тебя, Стейн, но… я рада, что Королева не приказала тебя арестовать. — Спасибо, — серьезно ответил я. Зная вредный и непримиримый характер этой мышки, подобное признание дорогого стоило. Соня кивнула и вышла вслед за Кроликом. — До свиданьица, — широко улыбнулся Чешир и медленно растаял в воздухе. Мы с Террантом посмотрели друг на друга. Прошла уже неделя с его последнего визита в Задалекую и никто из нас не думал, что следующая встреча произойдет вот так. Рыжий встал с кровати и, отложив цилиндр на прикроватную тумбочку, направился к двери. Я остался на месте, понимая, что он никуда не уйдет. За спиной щелкнул, запираясь, дверной замок, а мгновение спустя в мои волосы вплелись пальцы. Приласкали, а затем вдруг резко и властно дернули назад, заставляя запрокинуть голову. — Взял бы тебя так, чтоб неделю не мог на коня сесть и впредь знал как меня пугать, — негромко произнес Терри прямо мне в ухо. — Но, поскольку завтра мне надо будет вернуться в Задалекую… — ответил я внезапно севшим голосом и, пользуясь разжавшейся хваткой, обернулся к нему. — Позволь мне извиниться немного другим способом. Интересно, почему его губы всегда имеют привкус чая?.. На следующее утро во дворе замка я, поклонившись Белой Королеве, принял из ее рук запечатанное королевской печатью письмо. — Илосович Стейн, — громко, чтобы слышали все собравшиеся стражники и придворные, обратилась ко мне Мирана. — Как доверенному гонцу из Задалекой Крепости моего королевства я вручаю тебе мой ответ Коменданту. Передай его лично ему в руки. Но, как осужденному приспешнику Красной Королевы напоминаю: ты все еще в изгнании. Ты можешь и дальше служить в Задалекой Крепости, поскольку она находится на границе, но ты не имеешь права появляться в королевстве. Пусть Комендант в следующий раз находит других гонцов. Вот все и разрешилось. Как по мне, то более чем благополучно: теперь я в Крепости совершенно официально. Бросив прощальный взгляд на Терранта, я вскочил на Коня, кивнул Королеве, одарившей меня задумчивым взглядом и, проехав сквозь расступившуюся стражу, поскакал прочь, не оглядываясь. Месяц назад — Итак, дайте осознать всю историю, — потер лапками голову Кролик. — Ты, Террант, после того как Королева отказала в обжаловании приговора, сам нашел их и освободил друг от друга. Знал, где Стейн скрывался. По совершенно непонятным мне причинам у вас завязались отношения. Потом Стейн догадался отправиться в Задалекую Крепость и его тут приняли. — Именно так, — подтвердил я, машинально посмотрев на не так давно полученную нашивку десятника на своей куртке. — От валета к десятке… Понизила тебя жизнь в должности, — ехидно заметила проследившая мой взгляд Соня. — Я лично считаю это повышением, — пожал плечами я. — Это почему же? Я скривился, не собираясь ничего объяснять. — Потому что от бесправного изгнанника до солдата Крепости и от солдата до десятника — это повышение, — внезапно ответил вместо меня Чеширский Кот. — А прошлую жизнь он сейчас в расчет не берет. Так, Стейн? — Считаешь, что знаешь меня? — раздраженно спросил я, удивленный тем, что Кот был абсолютно прав. — Считаю, что помог тебе тогда, — напомнил Чешир. — И достаточно наблюдал за вами двумя, чтобы сделать кое-какие выводы. — Спасибо, — сдался я, немного пристыженный напоминанием о помощи, но не мог не добавить ехидно: — вуайерист полосатый. — Вы красивая пара, есть на что посмотреть. — Добил, — мрачно сказал я, — причем не только меня. Ведь правда, убил всех просто своим заявлением. Все выглядели шокированными. Я побоялся даже, что Кролик снова в обморок рухнет, но обошлось. — Никогда не играй с Котом в слова, — довольно улыбнулась эта Чеширская зараза. Не играй с Котом в слова — себе дороже выйдет. Понял уже. На всякий случай я воздержался от дальнейших комментариев. Следующие несколько минут, как ни странно, прошли в тишине. Все переваривали полученную информацию, каждый думал о чем-то своем. Потом Чешир предложил на сегодня разойтись, дать новостям улечься в голове и встретиться завтра. Согласились единогласно. Кролик с Соней ушли, Соня напоследок окинула меня непонятным, толи настороженным, толи заинтересованным взглядом. Чеширский Кот растаял, подмигнув Терранту. Тот уже успокоился по сравнению с началом разговора и остатки светлого зеленого цвета под глазами перемешивались с оранжевым цветом и парой розовых пятнышек — слова наглого Чешира его явно смутили. — Теперь мне будет все время казаться, что он сидит где-то в углу и смотрит, — пожаловался рыжик. — Ну да ладно… Ты что скажешь? — Что возможно ты был прав насчет них. Хотя… время покажет, — ответил я, пересев к нему на кровать, и обнял его за плечи одной рукой. Он прижался ко мне, обнимая меня в ответ, и потерся щекой о мое плечо. — Они поймут, — уверено сказал он. — Но чтоб ты знал, тебя я не оставлю при любом раскладе. Ну что можно ответить на такое заявление, когда сердце сжимается от нежности и ощущения, что ты ничем не заслужил такое счастье? Я наклонился и поцеловал его, а он с готовностью ответил на поцелуй, еще теснее прижимаясь ко мне. — Тебе скоро надо будет возвращаться в Крепость? — спросил Террант когда мы оторвались друг от друга. Я с огромным удовольствием покачал головой. — Нет. Мы только вчера вечером вернулись из рейда по пустошам и Комендант дал увольнительную на три дня всему десятку. — Какое совпадение, — немного хищно улыбнулся рыжик, — я сюда тоже на три дня, послепослезавтра утром уеду. Я ухмыльнулся в ответ и снова привлек его к себе. Говорить больше ни о чем не хотелось, хотелось действовать, чем я без промедления и занялся. Поцелуи становились все жарче, руки уже стянули с него сюртук и бант, в то время как я его стараниями лишился плаща и куртки. Я снова стоял на коленях на полу, прижимая к себе сидящего на кровати Терранта, когда в дверь снова постучали. Да что же это такое! Нет, пусть все идут лесом, мне все равно кто стоит за дверью, хоть сама Королева. Я втянул Терранта в еще один жаркий поцелуй. Судя по страстному ответу он тоже не был настроен выяснять кто стучит. — Шляпник, мы с МакТвистом идем вниз ужинать, — раздался из-за двери голосок Сони. — Ты с нами? Видимо подумали, что я тоже ушел после того как все решили разойтись. Еще чего. Я оставил в покое его губы, давая ему возможность ответить, но взамен начал терзать ртом его шею. Его дыхание резко участилось, а пальцы вплелись мне в волосы, не то отталкивая, не то сильнее прижимая к себе. — Нет, — Терри нашел в себе силы отозваться на Сонин вопрос, хотя и получилось хрипловато. — Идите без меня. — Ладно. Я отрывался от его шеи и встретил безумный взгляд. Вид у него был еще тот: вокруг глаз голубой ореол, затуманенные хризолитовые глаза слегка прикрыты, нижняя губа прикушена. Этой картины оказалось достаточно, чтоб у меня окончательно сорвало крышу и разум утонул в разноцветном вихре страсти.