Where The Lonely Ones Roam

Утром меня все же выгоняют домой. Происходит это не без помощи Коори-семпая, который занимает соседнюю палату. Выглядит он гораздо лучше, чем вчера, а вот я, по его словам, похожа на зомби. В конце концов, после получаса пререканий, мне приходится сдаться. Я обещаю Джузо вернуться через пару часов и вместе с Уи выхожу в коридор. — Я уже говорил, но… Мне жаль, что я ничем не смог помочь Шинохаре-сану, — произносит семпай, провожая меня до выхода. — Вы шутите? — Я удивленно смотрю на него. — Вы с Джузо сдерживали эту тварь до прихода подкрепления. Она сбежала даже от Аримы-сана. Мне раньше казалось, что такое априори невозможно. — Мне тоже. Насчет Сузуи… Я слышал, что профессор Чигьо говорил про разработку специального протеза для него. Многофункционального. Не совсем понимаю, что это будет. — Вы же знаете профессора, у него множество безумных идей. Хорошо, что у гулей такого нет. От слов семпая я чувствую непередаваемое облегчение. Если Чигьо-сану удастся создать что-то действительно стоящее, то Джузо, скорее всего, не покинет строй. — Знаешь, у меня есть к тебе предложение, — внезапно говорит Уи, останавливаясь возле выхода. — Теперь, когда ты осталась без начальника… Я могу сделать запрос о твоем переводе в мою группу. А ведь правда… В прошлый раз, когда я только выпустилась из академии, нам не разрешили работать вместе. Было решено, что мне нужен более опытный руководитель. Когда-то, еще во время учебы, я мечтала о том, чтобы присоединиться к Коори-семпаю, а сейчас даже не могу ничего сказать. Мысль о том, чтобы уйти, кажется мне кощунственной. И потом… Сейчас я просто не хочу расставаться с Сузуей. Сказали бы мне об этом пару месяцев назад, ни за что б не поверила. — Простите, семпай, — тихо говорю я, опустив голову. — Простите, но я не могу его бросить. — Знаю. — Уи печально улыбается и притягивает меня к себе. — Но я должен был спросить. Я киваю и отстраняюсь. — Надеюсь, нам дадут стрессоустойчивого начальника. — Думаю, у руководства на вас есть свои планы. — В смысле? — Я всматриваюсь в усмехающегося семпая, пытаясь понять, что он имеет в виду. — Увидишь. Ладно, пойду. Там медсестры уже соскучились, наверно. Еще бы. Коори разворачивается и направляется обратно. Я еще несколько секунд стою на месте, но потом тоже продолжаю путь. Он точно что-то знает. И, видимо, это что-то произведет фурор, поэтому семпай не хочет портить эффект. Кому же нас передадут? Хоть бы у него были крепкие нервы. Дома меня ждет сердитый кот и еще более сердитая сестра. Сакураи Камико полностью оправдывает свое имя*. Умна, красива, талантлива. Из недостатков — я. Но это не смертельно. Глядя на меня своими невозможными зелеными глазами, она с задумчивым видом дергает себя за длинную розовую прядь, которая идеально смотрится со светлыми волосами, и недовольно поджимает пухлые губки. Камико — просто вылитая бабушка. — Выглядишь отвратно, — наконец, заявляет она, глядя на мои попытки разуться. — Что поделать, — философски отвечаю я, шлепая прямиком на кухню. — Я, между прочим, волновалась. — Ты, между прочим, паникерша. Смысл дергаться? Я не участвую в боевых действиях. — У тебя по телефону был такой голос, будто тебя всю ночь стадо этих ваших гулей гоняло. Есть будешь? А я говорю будешь. Пожимаю плечами и опускаю голову на стол. Все произошедшее кажется сейчас таким далеким. Только боль в прокушенной губе напоминает, что ничего не кончилось. Монстры все еще реальны, наставник все еще в коме, напарник все еще калека. — Я слышала по телеку, что ваши там что-то делали в двадцатом районе, — говорит сестра и ставит передо мной тарелку с едой. Я что-то утвердительно мычу. — Проснись, а? — Наши гонялись за стадом гулей. Мой начальник в пожизненной коме, а парень, с которым я работаю, остался без ноги. Интересно? — Нет. Ешь. Послушно принимаюсь за еду. Надо же, до этого момента, я и не представляла, насколько проголодалась. — Ты-то где почти сутки пропадала? — спрашивает Камико, садясь напротив. — В больнице. — Ты ведь не участвуешь в сражениях. — Сестра окидывает меня оценивающим взглядом. — Говорила же, мой напарник сильно ранен. Покончив с едой, я раздумываю, куда пойти сначала: в душ или в кровать. У меня глаза слипаются, однако… — На тебя смотреть тошно, — заявляет Камико, закатывая глаза. — Ползи спать, убожество. — Цыц, мелочь. Это, конечно, еще как посмотреть. Ей всего пятнадцать, а выглядим мы с ней примерно одинаково. Только сестра немного выше. И у нее все еще растущий организм. У природы отвратительное чувство юмора. В конце концов, я иду отмокать в душе, после чего сразу заваливаюсь спать, даже не разбирая кровати. Мне снится какой-то фильм с участием зомби. В конце уши режет противный визг, и я просыпаюсь. Оказывается, это всего лишь будильник. На дисплее пять вечера, значит, спала я чуть больше шести часов. Голова все равно какая-то деревянная. Снова бреду в душ, вода более-менее помогает. После возвращаюсь в спальню, надеваю джинсы и футболку, наконец-то причесываюсь и убираю волосы в хвост. На кухню выхожу уже вполне живая. — Выглядишь лучше, — констатирует сестра, которая как раз что-то готовит. — Куда собралась? — В больницу, — сообщаю я, с благодарностью принимая тарелку с сэндвичами. — Опять? Зачем? — Камико удивленно смотрит на меня. — Напарник… — Да помню. Не понимаю только, зачем тебе туда надо. Родственников, что ли, нет? — Там все сложно, — уклончиво отвечаю я и вгрызаюсь в бутерброд. Сестра подозрительно прищуривается и спрашивает: — А где Тецуо? — Мы расстались, — буднично сообщаю я и думаю, как бы незаметно сбежать. По округлившимся глазам Камико вижу, что не удастся. — Вот это новости, и когда ты собиралась поделиться ими с любимой сестрой? — Не знаю… Но собиралась. И почему коридор сейчас кажется таким далеким? — И что же? — Она недоверчиво смотрит на меня. — Не сошлись характерами? — Нет, просто он — мудак. — Фу, как грубо. — Ну прости. — Я пожимаю плечами и отправляюсь обуваться. Камико следует за мной по пятам. Кажется, с каждым моим действием ее взгляд становится все подозрительнее. — И ты сейчас буквально летишь к какому-то парню, — задумчиво произносит она, накручивая на палец розовую прядь. Внезапно на ее лице появляется поистине дьявольская ухмылка. — А что еще ты хочешь мне рассказать, м-м-м? Отчаянно пытаюсь завязать шнурки на любимых кроссовках. Сестра начинает кружить вокруг меня подобно хищной птице, которая заприметила драгоценную мышь. — Как, говоришь, зовут твоего напарника? — спрашивает она, останавливаясь справа и наклоняясь, чтобы заглянуть мне в лицо. — Я тебе и не говорила. Ками, прошу тебя, просто присмотри за котом… — А можно с тобой? — Поговорим, когда вернусь и… Что? Нет, конечно! — Я хватаю с полки сумку и ищу ключи. — С ума сошла? Это госпиталь, а не выставка! — А ты нас познакомишь? — Просто присмотри за котом! Я хватаю вожделенную связку, выбегаю за дверь и быстро захлопываю ее. Все, теперь сестра не отвяжется. У нее в голове уже целая история нарисовалась, и разубеждать Ками в чем-то — абсолютно неблагодарное занятие. Любой довод будет перевернут и понят так, как ей захочется. Остается только надеяться, что она быстро охладеет к этой истории. Иначе… Ну, я всегда могу перебраться к тете в Соединенные Штаты. Возле палаты Джузо царит странное оживление, и у меня сердце уходит в пятки. Подходя к двери, слышу голос Сузуи, поэтому немного успокаиваюсь. Прямо перед входом стоят Мурата-сан, Уи-семпай и следователь особого класса Куроива, который также пострадал в битве с Совой. Вежливо приветствую всех собравшихся и заглядываю внутрь. Там Джузо препирается с молоденькой медсестрой. Девушка, похоже, в панике. — В чем дело? — удивленно спрашиваю я, медля перед тем, как войти. — Ты как раз вовремя, — говорит Коори-семпай, продолжая наблюдать за разыгравшейся сценкой. — Для чего? — Чтобы спасти Акико от сердечного приступа. — Мурата-сан еле сдерживает улыбку. — Твой напарник отказался от лекарств. Радикально. — Он что, вырвал иглу? — обреченно интересуюсь я, хоть и знаю уже ответ. — Ага. — Семпай усмехается и кивает на спорящую парочку. — Бедная девушка никак не может понять, почему тяжелораненый пациент не хочет принимать прописанные препараты, включая обезболивающее. Пытается его убедить. — У Сузуи поразительная сила воли, — говорит Куроива-сан, и, обернувшись, я действительно замечаю уважение у него в глазах. Качаю головой и шепчу себе под нос: — В народе это называется немного иначе. — Затем уже громче добавляю: — Пойду спасать вашу медсестру. — Если подождешь еще немного, я выиграю, — радостно сообщает Коори-семпай. — Вы что, делаете ставки? — мрачно спрашиваю я и по лицам Мураты-сана и Уи вижу, что права. — Совести у вас нет. Когда я захожу в палату, девушка как раз пытается что-то объяснить, прижав ладони к груди. Кладу ей руку на плечо и ласково говорю: — Спасибо, Акико-сан, дальше я сама. Она смотрит на меня, потом мне за спину и, видимо, получив знак от Мураты-сана, стремительно покидает палату. Я закрываю за ней дверь и поворачиваюсь к недовольному Джузо. — И зачем доводить девушку до истерики? — Она меня достала, — сердито заявляет он, складывая руки на груди. Я подвигаю стул к кровати и сажусь. В углу замечаю инвалидную коляску. — Не нужны мне никакие лекарства, — презрительно говорит Джузо. — Не сомневаюсь. У тебя кровь, кстати. Он смотрит на свое предплечье, по которому из крошечной ранки стекает тонкая красная струйка. Закатывает глаза и размазывает ее ладонью. — Я доказывал ей, что не чувствую боли. — Не говори мне, что ты просто воткнул туда иголку от капельницы. Джузо послушно молчит, и мне становится действительно жалко несчастную медсестру. — Мурата-сан сказал, что я могу увидеть Шинохару-сана, когда ты придешь. — Джузо показывает в сторону инвалидного кресла. — Они для этого притащили вон ту штуку. Я неуверенно киваю. Хорошая ли идея? Сузуя выжидающе смотрит на меня, и ничего не остается, кроме как согласиться и помочь ему перебраться в кресло. В коридоре все еще стоит Мурата-сан и разговаривает с Куроивой-саном. Узнав, куда мы идем, они вызываются нас сопровождать. Заслышав писк приборов, я морщусь. Начинаю ненавидеть эти звуки. Мурата-сан объясняет, что мозг Шинохары-сана сильно пострадал, и он больше не придет в себя. Почти сразу после нашего прихода в дверях палаты появляется незнакомый мне человек. Куроива-сан сообщает, что это следователь особого класса Иба. Они о чем-то переговариваются, а я не свожу взгляда с Джузо. По его лицу невозможно понять, что он сейчас чувствует. Кажется, Сузуя в замешательстве. Следователь Иба горько усмехается и негромко говорит: — Он и Мадо никогда не слушали своих наставников. — Он наклоняет голову и еще тише прибавляет: — Дураки. Я впиваюсь ногтями в ладони. Джузо опускает взгляд. Куроива-сан и следователь Иба уходят, оставляя нас одних. Некоторое время мы молчим, затем Сузуя смотрит на меня и произносит: — Ты иди. Я останусь здесь ненадолго. Потом вернусь. Немного помедлив, я все же делаю, как он просит. В дверях почти сталкиваюсь с какой-то женщиной. Извиняюсь и даю ей пройти, собираюсь идти по своим делам, но передумываю. Прижавшись к стене возле дверного проема, я слышу их разговор и понимаю, что это жена Шинохары-сана. Торопливо возвращаюсь в палату Джузо. В голове все еще вертятся слова, сказанные им той женщине. «Если бы я более серьезно относился к работе…». Сузуи нет довольно долго, я даже успеваю заснуть, свернувшись в кресле. Будит меня скрип двери. Поднимаю голову и понимаю, что уже стемнело. Резкий свет почти ослепляет, и я зажмуриваюсь. Проморгавшись, вижу, как Джузо подъезжает к окну. Он останавливается рядом со мной и смотрит сквозь стекло, как луна пытается скрыться за облаками. — Меня собираются повысить до следователя первого класса, — нарушив тишину, говорит Сузуя. — Это же замечательно. — Я улыбаюсь и тянусь похлопать его по руке. — Ты это абсолютно точно заслужил. Джузо ловит мою ладонь, и получается так, что мы переплетаем пальцы. Я замираю в нерешительности. — Ты притворяешься, — заявляет он, внимательно вглядываясь мне в глаза. — Притворяешься, что тебе не больно. Понятия не имею, как вести себя с таким Сузуей. На моей памяти этот парень никогда не выглядел настолько серьезным. Я, честно, ожидала другой реакции. Думала, что он будет злиться. — С чего ты взял? — как можно более беспечно спрашиваю я и пытаюсь забрать руку. Кто бы мне еще дал это сделать. — Ты дрожишь, — просто отвечает Джузо. Ладно актерская игра — это не совсем мое, но не настолько. Снова выдавливаю улыбку и уже собираюсь все отрицать, но он меня опережает. — Ты не должна притворяться. Я сегодня разговаривал с Уи-саном. — Сузуя снова переводит взгляд на окно, и мне становится легче дышать. — Он сказал, что теперь, когда Шинохары-сана нет, я должен заботиться о тебе и защищать. Кто вообще тянул семпая за язык? У нас и без его нравоучений проблем выше головы. На этого ребенка и так слишком много свалилось… — Я попробую, — внезапно говорит Джузо, посмотрев на меня. — Ты только верь мне.