Лилия

В этом доме свет был еще тусклее, чем в прошлом. Источником служили слабые настенные светильники, но это было на руку Эрену. Так как из-за яркого света могли начать болеть глаза. Мужчина смотрел на парня оценивающе, в прихожей все так же царило молчание. Йегер понимал, что боится своего клиента. Его пугающего взгляда, отсутствия хотя бы едва заметной ухмылки. Это начало немного напрягать. Но Леви напрягало то, что этот паренек даже не удосуживается снять с себя обувь и продолжает стоять как идиот. — Снял обувь и пошел в гостиную, — прозвучал, как гром среди ясного неба, голос сероглазого. Его тонкие брови нахмурились, и он подошел к зеркалу, перед этим кинув строгий взгляд на парня. Йегер не противился воли своего клиента? и, аккуратно сняв обувь, он пошел по немного темному коридору, попутно разглядывая картины, от которых становилось еще страшнее. Но больше всего его пугала чистота вокруг. Ни пылинки, ни разводов — их нигде нет. Казалось, при свете он бы весь блестел от чистоты. По картинам, по расстановке мебели и светильникам было видно, что мужчина перфекционист и педант. Уже в гостиной парень обратил внимание на бутылку вина с необычной этикеткой и два больших бокала, рядом стоял дорогой сыр с плесенью и нож, которым Леви собрался разрезать закуску к бордовому напитку. Также парень обратил внимание на несколько диванов и всего одно кресло, в этом месте так же, как и в коридоре, висели картины, исполненные молодыми начинающими художниками в своеобразном стиле. Но не было видно ни одной его фотографии, даже фотографии семьи, да и немного мрачная обстановка свидетельствовала о том, что этот дом принадлежит холостяку. Услышав тихие шаги мужчины, парень моментально сел на диван и выпрямил спину. Сейчас он выглядел как-то скованно, напряженно, он даже старался не шевелиться. Только лишь иногда его грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Но, на удивление Йегера, сероглазый лишь молча прошел и, сев рядом, молча налил вино и протянул его пареньку. — Спасибо, я как-то не хочу пить сегодня, — сказал Йегер, но потом он все же взял свой бокал и поднес его к губам, делая глоток и продолжая держать его в руках. — Ясно, — ответил Аккерман, осушив бокал до дна и наливая еще, перед этим съев немного сыра, который он отрезал. Юноша тоже закусил, когда сделал несколько глотков, так как напиток был крепким и странно жег горло, хотя он уже привык за все это время к угощениям своих клиентов. Эрен все продолжал бегать глазами по комнате, а потом по мужчине. Он выглядел лет на тридцать. Это его самый молодой клиент среди всех, с кем он был до этого. Но это не давало Аккерману никаких привилегий, так как он боялся его еще сильнее и боялся того, что он, возможно, уже не справится со своей задачей и позволит лишить себя девственности. А смысл ее хранить? Смысл всего этого, если можно быть простой шлюхой и удовлетворять мужиков по первому приказу от них. Это казалось унизительным и уничтожающим. — Все посмотрел? — неожиданно спросил у паренька Аккерман, ему, по сути, было все равно — если хочет, то пусть смотрит в свое удовольствие. Просто было интересно посмотреть, как щеки юноши краснеют и он резко сутулится. — Простите, я не хотел, — как-то даже смущенно сказал парень. Этот час показался Эрену вечностью, он молчал и в тишине распивал свой бокал вина, не закусывая. Леви тоже молчал и допивал бутылку. Он прекрасно знал о том, что Эрен девственник, о том, что он подсыпает что-то этим мужланам, и даже понимал его. Судьба заставила юношу унижаться, и он пытался сделать так, чтобы ему было не так унизительно работать проституткой. — Прошел час, — подметил Аккерман, услышав условный сигнал черноволосой, и Леви встал, чтобы проводить его к выходу. Достав из кармана деньги, он заплатил ему, тем самым удивив парня. Обычно клиенты давали деньги с трудом, ведь, по сути, они поили юношу и ничего не получали взамен. А сейчас парню дали деньги без лишних слов и стали провожать к коридору, сверля его взглядом и все так же хмурясь. — До завтра, Эрен, — сказал мужчина, и только сейчас, всего на мгновенье, его губы растянулись в слабой ухмылке, и от этого парень покрылся слабым румянцем, а его глаза стали искать предмет, куда можно устремить взгляд, так как он боялся увидеть взгляд Леви, почему-то именно сейчас было страшнее всего встретиться с его стальными глазами. — До завтра, — выдавил из себя юноша. — А как вас зовут? — решил поинтересоваться у своего клиента Йегер. — Леви, — коротко ответил Аккерман, перед тем как юноша ушел и его дом опустел вновь. Каждую ночь, на протяжении трех лет, к нему приходила ночная бабочка, каждый раз новая и каждый раз все развратнее и развратнее. С вульгарным поведением, но с присущей им вежливостью. Все они знали, на что идут, все они знали, что клиенту на них плевать, и все они понимали, что надо быть послушным. Но только не Эрен. Он — невинный цветок, а сорвать его — великая честь для мужчины. Надо лишь подождать нужного момента, ухватиться за него и начать действовать. Поэтому Аккерман будет вызывать его вновь и вновь, пока он сам не одарит его поцелуем своих мягких губ, и пока сероглазый не снимет свою маску равнодушия, и пока похоть не найдет выход из его тела. Сидя в машине, зеленоглазый смотрел на Микасу и пытался найти в ней знакомые черты. Она была похожа на того клиента. Только немного другой разрез глаз, но тот же холод в них, тот же аккуратный нос, не слишком большой, но и не слишком маленький. Даже формой лица почти схожи. Было немного неловко спросить у нее об этом мужчине, но все же надо же как-то понять, почему у нее с ним так много сходства во внешности. — Эрен, ты что-то хочешь спросить? — задалась вопросом брюнетка, ускорившись, чтобы к полуночи Йегер уже мирно спал. — Ты знаешь человека по имени Леви? — спросил Йегер, посмотрев на девушку и удивившись, что та сильно нахмурилась и сильнее сжала в руках черный руль. — Понятия не имею, а тебе зачем? — Да так, просто, — сказал сонно юноша. Дальше уже никто не говорил, лишь Микаса иногда спрашивала о том, что он будет делать завтра и готов ли он к новой смене на следующий день. Йегер лишь кидал в ответ короткие фразы и утвердительно кивал. Минут через пятнадцать машина остановилась у жилого дома, и Йегер тут же выскочил из нее, попрощавшись перед этим с девушкой. Лишь дома он смог трезво поразмыслить и все обдумать. Он с тем мужчиной ни о чем не говорил, они друг с другом лишь разменивались короткими фразами. Но он зацепил его, причем сильно. Тот не называл его «сладким» или «малышом», вел себя спокойно, не развратно, не нагло, а сдержанно, вел себя, по сути, как джентльмен, и от этого Эрен слабо улыбался уголками рта. И завтра они вновь встретятся. Главное — найти, о чем поговорить. Эти мысли обессилили парня, и вскоре он уже крепко спал в своей спальне, ожидая следующего дня.