Лилия

Спальня. Эрен сидел на мягкой постели и осушивал бокал вина, один за другим, что весьма удивительно, ведь обычно он уже засыпал, не выпив и бутылки, но тут пошла вторая. Вино в ней такое же вкусное, сладкое, невероятное. Парню даже не хотелось, чтобы это прекращалось, хотелось пить и забыть обо всем на свете, пить так, чтобы завтра его голова раскололась на несколько частей. Скорее всего, юноше хотелось уже поскорее опьянеть. — Вкусно… — сказал вслух Йегер, когда осушил последний бокал и перед ним, на небольшом столике, стояли две пустые бутылки без этикеток. Но его рассудок, кажется, трезв, лишь тело немного ватное и парень не мог встать с места. Да и не хотелось, ведь на кровати так хорошо, настолько, что Эрен раскинул руки в стороны и, расслабившись, упал на нее, но ничего не почувствовал, лишь подозрительную мягкость и некую невесомость, будто он в очень теплой воде. Послышались чьи-то шаги издалека. С каждой секундой они становились громче и стали отдаваться эхом, это его сильно испугало и, поняв, что он в опасности, Йегер резко встал и понял, что та самая кровать превратилась в тюремную койку, такую твердую, неудобную. Резко подвевшись, парень стал оглядываться, и на табурете, который ранее был роскошным столик, стояла бутылка с какой-то странной жидкостью, которая была больше похожа на кровь, ее запах раздался по темной и жуткой комнате. А шаги не становились тише, наоборот, все громче и пугающе. Не придумав ничего лучшего, юноша спрятался за дверью. Теперь его тело тряслось и он не мог унять предательскую дрожь, ладони вмиг вспотели и паренька бросило в жар, а потом резко стало холодно. Дверь с ужасным скрипом отворилась и укрыла Йегера от неизвестного человека. Неизвестный оглянулся, его тонкие брови нахмурились и он стал взглядом рыскать по углам комнаты. — Где же этот мальчишка? — спросил самого себя мужчина. Этот голос показался парню знакомым, причем подозрительно знакомым, это даже сильнее напугало его, ведь это означало, что Эрен знает его, не так давно, но знает. Тем временем, неизвестный прошел вглубь комнаты и резко закрыл дверь. Раздался еще больший и ужасный скрип, отчего Йегер пискнул и вжался в стену. Губы незнакомца растянулись в усмешке. Так обычно усмехается маньяк, перед тем, как убить свою жертву. Нашел, подумал мужчина, повернувшись к Эрену лицом и заставив ужаснуться сильнее прежнего. — Леви?.. — спросил юноша, уже наперед зная ответ на этот вопрос. — Это ты, Леви? — спросил еще раз, но более уверенней, чем несколькими секундами ранее. — Я тебя обыскался, Эрен, — сказал с неприсущей ему добродушностью Аккерман, подойдя еще ближе и заставляя Йегера еще сильнее вжаться в холодную стену. Только сейчас Эрен понял, что он в одних штанах. — Леви, что здесь происходит? Почему мне так страшно? — продолжал спрашивать парень, по щекам стали стекать слезы, такие горячие и обжигающие его нежную и мягкую кожу, но не оставляя после себя ни следа. — Тебе нечего бояться, Эрен. Ты был до этого в хорошем месте, хочешь обратно оказаться там, но уже со мной? — спросил мужчина и, прижавшись всем телом к парню, он увидел его короткий кивок в знак согласия и мягко поцеловал в губы, вжав сильнее уже в по-странному теплую стену. Теперь вместо леденящего холода, шатен стал чувствовать приятное тепло, которое разливалось по его телу, словно вино по бокалам, так быстро. Не в силах противиться, юноша обвил руками талию Леви и углубил поцелуй, чуть прикусив губу Аккермана, что вызвало слышный смешок у последнего. Дав Эрену расслабиться, мужчина подхватил Йегера под ягодицы и понес к кровати, к вновь мягкой кровати. Парень лежал неподвижно, его тело было напряженно, особенно чувствовалось напряжение внизу живота и чуть ниже. Но это напряжение было сладким, невероятно приятным и тягучим. Леви заметил это и, сняв рубашку, в один момент навис над ним и стал смотреть на его раскрасневшееся от смущения и возбуждения лицо. Такая реакция порадовала мужчину и, опустившись к его шее, он стал терзать ее поцелуями, слушая тихие стоны и чувствуя, как грудь Эрена вздымается от малейшего прикосновения Аккермана. А ему приятно чувствовать то, что паренек мечется под ним, извивается, изнывает от странного и необычного желания, такого, какое он не испытывал ранее. Не прошло и пяти минут, как Эрен уже стонал громче, наслаждаясь поцелуями, которые оставлял Леви на приличных и не самых приличных местах. Наслаждался свободой, когда мужчина оголил его тело и принялся двигать рукой по стволу твердого от возбуждения члена, удовлетворяя сероглазого одним своим развратным видом. Еще момент, и зеленоглазый громко вскрикнул, но уже от удовольствия, Леви проник в него, а ему не больно, даже очень приятно. Стало еще жарче, когда сероглазый ускорил темп и поцеловал его. Но стоны это не заглушило, разве что совсем немного, а так, стоны парнишки, громкие, сладкие, приятные для слуха мужчины, разливались по комнате и были слышны за ее границами. Отстранившись, стали слышны всхлипы и стоны. Леви ускорился, рыкнул, закусил губы и хрипло простонал, резко перевернув парнишку на живот и приподняв его бедра, он вошел до конца и сразу, заставив Йегера выгнуться в спине. Еще момент, еще одно движение, еще один сладкий стон, и Эрен открывает глаза, смотря в темноту. Он тяжело дышал и осматривал комнату, в которую его положил спать Леви, когда юноша уснул прямо на диване. — Черт… неужели, всего лишь сон?.. — тихо спросил сам себя юноша, положив руку на паховую зону и почувствовав что-то теплое и мокрое. — Кажется… я кончил… Что-то еще пробормотав, зеленоглазый обижено перевернулся набок и закрыл лицо руками. Так он и уснул, укрывшись полностью одеялом, закрыв от стыда лицо и желая забыть этот сон, хоть он и был прекрасным и реалистичным. Хотя стоило понять, что все происходит не наяву, еще вначале.