Огонь и лед

-Помочь? – Ева едва заметно вздрогнула. За спиной появился Баки, хмурясь, он подошел почти вплотную и застегнул за спиной девушки кобуру. Ева опустила руки, которые безвольно повисли вдоль тела. Барнс так и стоял за спиной, не шевелясь, лишь слышалось его шумное дыхание. – Волнуешься? -Да. – Призналась девушка и сглотнула вязкую слюну. Впервые она ощущала такой всепоглощающий страх. Предчувствие чего-то ужасного не отпускало ее ни на секунду. – А ты? -А надо ли? – Голос такой спокойный, почти равнодушный. Ева резко развернулась, раздосадованная подобной беспечностью. Однако слова застряли в горле, когда она встретилась с Баки взглядом. Он едва заметно усмехнулся, возле губ собрались мелкие морщинки, предававшие суровому лицу некую тень беззаботности. Такое выражение его лица Ева помнила из воспоминаний Стива, больше никогда Баки так не выглядел. Но это было раньше. -Бой будет не из легких. – Слова давались тяжело, голос предательски дрожал, как и тело, оказавшееся так близко к этому мужчине. -В моей жизни было много битв. – Барнс придвинулся к Еве плотнее, от чего девушка вконец стушевалась. – Так чего мне бояться этой?       Его голос стал тихим, хриплым и безумно манящим. Ева злилась на саму себя за подобную робость, ведь после того, что было между ними, так смущаться просто глупо, но ничего не могла с собой поделать и опустила голову. Сердце предательски трепетало в груди, билось об ребра, призывало к чему-то, но девушка пыталась не слушать его. Впереди бой, опасный и трудный, нужно сосредоточиться на нем. Но как же хочется забыть обо всем и ответить на зов сердца, отдаться на волю чувств.       Теплые пальцы коснулись подбородка и приподняли голову. Серые бездонные глаза смотрели в саму душу, девушка забыла, как дышать. Она пыталась взять себя в руки, перестать так часто и шумно дышать, но тело охватил немыслимый жар. Баки как будто прочитал ее мысли. Уголки его губ расползлись в разные стороны, глаза сверкнули хитрым блеском. -Ты не умеешь скрывать свои чувства. – Боже, этот голос. Он сводил с ума, затрагивал все чувственные струны ее естества. Ева не могла ему противиться, не могла на него не ответить. Тело уже тянулась к Барнсу, льнуло, как металл к магниту. Когда он выглядил хмурым, печальным или опустошенным, его хотелось приласкать, успокоить, обогреть своим теплом. Но когда он выглядил настолько желанным и страстным, хотелось… Ева залилась румянцем, когда в голове всплыли мысли, чего действительно ей хотелось бы. И когда она стала настолько испорченной? Раньше о подобном она едва ли думала. Баки приподнял ее голову еще выше, от чего пришлось встать на носочки. Кибернетическая рука обхватила за талию и притянула к себе вплотную. Глаза девушки расширились, когда она почувствовала, что Барнс уже возбужден. Дыхание стало жарким и тяжелым, внизу живота стало тепло и влажно. Но ведь он почти ничего не сделал, лишь коснулся лица, лишь обнял за талию. -Что ты чувствуешь? – Ева издала звук, похожий на тихий хриплый стон. От шепчущего будоражущего голоса подкосились ноги. Казалось, время остановилось, не осталось ничего в этом мире, кроме этих бездонных блестящих глаз, кроме теплоты пальцев и твердости металла, обвившего хрупкий стан девушки. – В твоих глазах пылает пламя, но ты молчишь. Я не умею, как ты, читать мысли, поэтому хочу услышать от тебя, что ты чувствуешь?       Ева нервно облизнула ссохшиеся губы, боясь, что просто не сможет произнести и звука. Что она чувствует? Это на словах и не опишешь. Она ему уже говорила о своей любви, о большем может только сказать ее тело, жаждущее его прикосновений, поцелуев, ласк. Он только оказался рядом, а она уже его желает безумно и неистово. Нерешительно она потерлась об его тело. Оно было горячим, твердым, идеальным.       Баки тихо выдохнул, чувствуя близость девушки. Как же он желал ее. Это нельзя было передать словами. Она мутила его рассудок, доводила до точки кипения, пьянила и дурманила. Рядом с ней не хотелось думать ни о войне, ни о душевных болях и терзаниях. Только о будущем, которое он уже и не представлял без этого юного существа. Как можно держать себя в руках, когда даже мимолетного взгляда этих огненных глаз достаточно, чтобы завестись. Он чувствовал сильную привязанность к ней, она невидимой, но прочной нитью стянула их души. И уже ничто не в силах оторвать его от нее, ничто и никто. Она с еще большей силой прильнула к его телу, казалось, уже нельзя ближе, но ей это как-то удавалось. Ладошки легли на грудь, он едва почувствовал это прикосновение через бронежилет, но естество отозвалось сладкой тягучей болью. Они прекрасно знали, что времени не так уж и много, но этот волнительный момент разжигания костра друг друге не могли упустить. Видеть, как партнер распаляется и возбуждается, как глаза застилает страсть и желание, а дыхание становится обжигающим и тяжелым - было наивысшим наслаждением для обоих. Однако первым сдался Баки, крышу которого в конечном итоге все же снесло сводящее с ума возбуждение. Твердые неистовые губы разбили мягкие губы в поцелуе, язык по-хозяйски проник внутрь, соприкоснулся с ее влажным и горячим языком. Она тихо застонала ему в рот, вцепившись в плечи, чтобы устоять на ногах. Поцелуй нельзя было назвать нежным, он граничил между болью и невыносимым наслаждением. Он почти кусал ее губы и, когда в итоге почувствовал металлический привкус на языке, едва не зарычал от животного возбуждения. Правой рукой, обхватив ее волосы на затылке, он оттянул голову назад, открыв себе доступ к тонкой шее. Губы приникли к бархатистой коже, оставляя красные отметины на белом полотне. Подсознательно он хотел оставить свой след на этом теле, заклеймить его, показать всем, что эта девушка принадлежит только ему. Барнсом завладели собственнические чувства. Никто и никогда не коснется ее, только он имеет на нее права. Резко развернув девушку спиной к себе и прижав к столу, на котором лежало оружие, он, рыча от нетерпения, потянул плотные обтягивающие брюки вместе с бельем вниз.       Ева едва могла дышать, деревянная крышка стола больно уперлась в живот, но она едва это замечала. Внизу уже все болезненно ныло, когда его пальцы коснулись ее сочащегося лона, девушка не сдержала громкого стона. Послышался шорох расстегиваемой ширинки, кибернетическая рука легка между лопатками, заставляя опустить корпус на стол. Он вошел резко, одним твердым и уверенным движением. Ева вскрикнула, на секунду ее охватила боль, которую почти сразу же сместило высшее наслаждение, распространившееся по всему телу. Этот раз был совсем не похож на предыдущий. Баки почти сразу набрал быстрый темп, девушка не могла сдерживать стоны, каждый новый толчок сопровождался ее вожделенным криком и его почти звериным рыком. Он вдалбливался в нее неистово и сильно, обхватив ее запястья за спиной, он приподнял тонкое тельце над столом, вынуждая прогнуться. Хватка металлической руки была крепкой, другой рукой он придерживал ее за бедро, ускоряя и без того сумасшедший темп. Перед глазами Евы уже расплывались предметы. Невольно она сама начала подаваться навстречу его движениям, пытаясь уловить ритм. Внизу живота все сладко ныло, приближалась разрядка. Однако когда девушка почувствовала, что вот-вот распадется на тысячу осколков, Баки остановился, вышел и резко развернул ее к себе. Ева не успела издать разочарованного стона, мужчина впился в ее губы, болезненно, почти остервенело. Лампы осветили его вспотевшее лицо, блестящие дурманящим безумством глаза, прилипшие к влажному лбу черные волосы. Девушка задрожала. Именно это так сильно отличало Баки от остальных мужчин. Даже во взгляде читалась вся свирепость и необузданность, граничащая порой с жестокостью. Опасность – вот что влекло ее в нем. Он придавал жизни особые острые нотки, разбавляя обыденность и серость дней. С ним никогда не будет скучно, в этом она не сомневалась.       Невыносимо захотелось почувствовать его тело, коснуться каждого изгиба твердых мускулов. Дрожащими от нетерпения пальцами она сорвала с него кобуру и принялась расстёгивать бронежилет. К черту, успеют еще одеться. Баки коротко усмехнулся, помогая ей в этом нелегком деле. Эта девчонка умела быть страстной, а неопытность и дрожь еще больше возбуждали. Когда с застежками было покончено и тяжелая вещь отлетела в сторону, горячие губы коснулись не менее раскаленного тела. Они перемещали с невероятной скоростью, оставляя влажные пылающие дорожки. Руки тоже подключились, ноготки чертили тонкие дорожки на груди и животе. Баки из последних сил держался на ногах, возбуждение было таким сильным, что в глазах чернело. Когда ее губы коснулись шрамов возле металлического плеча, он напрягся и попытался отстраниться. От чего-то ему не хотелось, чтобы она видела эти его изъяны, но девушка оказалась напористой и не отступила, а лишь теснее прижалась. Ее жилет тер горячую кожу. Баки быстро с ним расправился, и теперь ничто не мешало их телам соприкоснуться напрямую. Ее рука скользнула внизу по животу и робко коснулась возбужденной плоти. Барнс издал стон, больше похожий на звериный рык. Что с ним она делает? Как удается ей настолько туманить его разум? Девушка закусила нижнюю губу и подняла на него затуманенные страстью глаза. Он видел в них нерешительность и смущение, но когда рука прошлась вниз, а затем вверх, Баки перестал видеть что-либо вокруг себя. Ее зубки легко сжали кожу на груди, рука продолжала движения вверх-вниз. Обхватив ее за шею, он соприкоснулся с ее влажным лбом и, прикрыв глаза, тяжело и прерывисто дышал. Барнс не был уверен, что его еще надолго хватит, поэтому пришлось остановить эту сладкую муку и утянуть девушку на пол. Ева быстро расправилась с его штанами, откинула вместе со своими в сторону и опустилась сверху, плотно обхватив его бедра ногами. Ее движения были неумелыми и медлительными, но даже это распаляло Баки настолько, что хотелось выть от желания. Барнс больше не мог терпеть, подмяв ее под себя, мужчина вновь задал сумасшедший темп, от которого и он и она через мгновение затряслись в оргазме. Такого Баки не испытывал никогда в жизни, в этом он мог поклясться. Никогда и ни с кем. Только с ней.

* * *

-Несколько взрывов уже было произведено в двух районах Бруклина. – Ник указал пальцем на электронную карту. Несколько ярко-красных точек сияли и пульсировали, обозначая место вспышек. -Нужно спешить. – Стив натянул маску на лицо и взглянул в сторону Наташи. – Готовь куинджет, нельзя терять ни минуты. -Возьмите несколько истребителей. – Отдал приказ Фьюри стоящим поодаль агентам, и те тут же бросились его выполнять. -Ты обещал, что не будешь убивать солдат. – Роджерс схватил Ника за локоть, привлекая тем самым к себе всеобщее внимание. -Потише, капитан. – Директор вырвал руку из хватки Стива и нахмурился. – Нужно подстраховаться, я не дам городу превратиться в руины.       Ева переводила взгляд с одного мужчины на другого, чувствуя, как накаляется воздух в помещении. Она не могла не согласиться с ними. Оба в равной мере были правы. Стив, потому что не хотел убивать невиновных, Ник, потом что не хотел дать погибнуть мирным жителям. -Бога ради, Нью-Йорку нужна наша помощь, а вы тут собачитесь, как дети. – Всплеснула руками девушка, выступая вперед. – Дискуссии разводить уже слишком поздно, сейчас идет война и именно от нас и наших действий зависит ее исход.       Баки косо взглянул на Еву, подивившись ее мудрым рассуждениям. Кулаки его давно чесались от нетерпения, хотелось, как можно быстрее, расквасить кому-нибудь физиономию, и было совершенно плевать, кто именно попадёт под горячую руку. Однако Барнс чувствовал, что даже после этого не испытает должного облегчения, ведь истинного виновника своих мучений наказать не получится. Вражеская же армия –всего лишь пешки. -Хватит пререканий. – Ник первым сдался и отвел мрачный взгляд от капитана. – Отправляйтесь.       Стив выскочил из кабинета, как ужаленный, Ева лишь увидела его раздраженное лицо. Даже капитан больше не мог сдержать все в себе и в итоге сорвался. Девушка оглядела мстителей и протяжно вздохнула. Как такая кучка людей справится с целой армией суперсолдат? Будет ли у этой войны благоприятный исход? Выживут все или кто-то не вернется? Не хотелось об этом думать, не хотелось вообще ни о чем думать. Ева поставила перед собой цель – спасти как можно больше невиновных, и, по возможности, выжить самой. -От Старка никаких вестей? – Ева почувствовала, как холодный ледяной голос Стива скользнул между мстителей. Из-под опущенных ресниц девушка кинула озадаченный взгляд в его сторону. Что-то происходило с капитаном, она это ощущала. Волновался ли он? Был напуган? Скорее нет. Ева сомневалась, но от Стива веяло гневом.       После того, как Клинт отрицательно ответил на его вопрос, Роджерс, став мрачнее тучи, уединился в дальнем конце куинджета. -Поговори с ним. – Шепнула Ева на ухо Баки, опускаясь на металлическую скамейку. Мужчина озадаченно приподнял брови. -Кто? Я? – Он хлопнул себя рукой по груди, меняясь в лице. -Ты его друг. – Девушка развела руками в разные стороны, вновь кивая в сторону Стива. – Иди же, я чувствую, его что-то беспокоит.       Барнс кинул в сторону Роджерса бестелесный взгляд, вновь перевел свое внимание на Еву, которая была настроена решительно, и, закатив глаза, все же двинул в сторону капитана. И каким советом он мог помочь Стиву? Он и себе-то помочь не в состоянии. -Ты как? – Баки оперся на поручень, глядя куда-то в сторону. В этот момент он ощущал какую-то неловкость, находясь рядом со Стивом. Было странно лезть кому-то в душу, когда у самого там потемки. -Все нормально. – Короткий ответ, прохладный тон, отсутствующий вид: Стив явно не был расположен к разговору. Однако это-то и насторожило Барнса. Капитан хоть и бывал иногда замкнутым и немногословным, с другом всегда готов был делиться своими переживаниями. -Ты из-за приказа Фьюри так рассердился? - Баки неловко потоптался рядом со скамейкой, но все же опустился справа от друга. – Я понимаю твои переживания, Стив. Мы всегда готовы были отдать жизни ради жизней других, но это не та ситуация. В сорок пятом мы сражались против врага, спасали свой народ, сейчас же врага, как такого, нет. Нет плохих или хороших, сейчас все одинаково невиновны. Да, ты прав, никто не должен умирать, но если мы не справимся, погибнут сотни, тысячи людей. Ты представляешь подобную катастрофу?       Стив опустил взгляд, поджав губы. -Не в этом дело. – Наконец произнес он. – Мне осточертело видеть, как в мое дело вмешиваются все подряд. Сначала ООН с их договором, теперь Щ.И.Т. с идиотскими приказами Фьюри. Меня достало подчиняться всем и всякому. -Их тоже можно понять. Они пытаются защитить людей. – Слова Баки давались не просто, он не был на стороне подобных организаций, но сейчас истина была важнее всяких предвзятых мнений. -Я смогу справится и без них. – Повысил голос Стив, сжимая кулаки. Разговор привлек внимание Евы и Сэма, находящихся в другом конце куинджета. Мужчина и девушка перекинулись озадаченными взглядами. -Ты не всесилен, друг. Порой даже таким, как мы, нужна помощь. -Это тебе нужна помощь. – Проскрипел сквозь зубы Роджерс, почти сплевывая на пол перед ногами Барнса слова. -Я тебя не узнаю, Стив. – Ошарашенно проговорил Баки в полголоса.       Капитан поднял на сидящего рядом мужчину взгляд, сквозивший неприкрытым гневом. Ева насторожилась. Она не хотела подслушивать разговор, но невольно стала свидетельницей их стычки. Это совсем не было похоже на Стива. Не в его привычке срываться на окружающих. Как бы ни были плохи дела, капитан всегда был готов выслушать каждого и дать если не совет, то свою поддержку. Сейчас же с его стороны она чувствовала лишь ледяной холод. Она заметила, как Роджерс уже набирает в легкие воздух и приоткрывает рот для очередного выплеска накопившейся злобы, но его прервал далекий, но достаточно мощный взрыв, достигший ушей мстителей. -Ребяят. – Протянул Клинт, появляясь в фюзеляже. – Мы на месте.

* * *

      Ева осознала, как сильно волнуется, когда заметила свои дрожащие пальцы, пытавшиеся затянуть покрепче парашют на плечах. Все мстители собрались возле дверей куинджета, лица их были бесстрастными, но девушка всеми клетками своего тела ощущала нарастающее волнение. В ножной кобуре она проверила запас магазинов, по карманам бронежилета были раскиданы дротики со снотворным. Ева невесело усмехнулась. Они идут воевать против армии суперсолдат, вооружившись лишь дротиками. Уму непостижимо. Трискелион должен был зависнуть в воздухе неподалеку от места боевых действий, чтобы принимать усыпленных солдат и делать им инъекции. Хватит ли на всех? Подействует ли сыворотка? Ева понимала, что это уже не в ее силах, но не переставала об этом думать. -Держись поблизости. – Шепнул Баки, вырывая из влажных от волнения пальцев лямку парашюта и затягивая ее на груди девушки. -Думаешь, тебе понадобится моя помощь? – Ехидно проговорила Роджерс, иронично изгибая брови. -Мне будет спокойней, если ты будешь находиться в поле моего зрения. – С невозмутимым видом ответил Барнс, глядя в окно. Если бы он сейчас опустил глаза на Еву, то заметил бы, как по бледному лицу расползлась улыбка. Девушка была тронута таким трепетным волнением. Из уст Баки это звучало почти как признание в любви.       Ева бросила быстрый взгляд в сторону Стива, стоящего особняком от остальных. Невольно она потянулась к его мыслям, но вовремя себя осекла. Что бы не тревожило капитана, это его личное, а значит, ее не должно касаться. -Пошли. – Взревел Клинт, пытаясь перекрикнуть шум, когда дверь куинджета распахнулась. Ева прыгнула четвертой, оставляя на борту Стива и Наташу. Внизу ее ждала туманная бездна, земли практически не было видно, все застилала дымка из пыли и грязи, взмывших в воздух после взрывов.

* * *

      Никто, конечно, не рассчитывал на быстрый легкий бой без потерь, но то, с чем столкнулись мстители, можно было назвать поистине ужасным. Против них стояла целая армия озлобленных суперсолдат, готовых оторвать любому и каждому голову. Военные действия развернулись в самом центре Нью-Йорка. Наверное, после этих событий правительство, как, в прочем, и обычные граждане, будут винить во всем героев, но именно в руках тех самых героев сейчас были их жизни. Ева пыталась дышать как можно реже. Воздух, пропитанный гарью, насыщенный пылью и мелкими крупицами, раздирал горло, да к тому же еще и резал глаза, которые не переставали слезиться. Порой приходилось драться на ощупь, стрелять быстро иссекающими дротиками вслепую. Врагов было слишком много, иногда на руках ощущалась теплая липкая масса и тогда в голове возникала быстрая, но больно ранящая мысль: ''Еще одного не спасли''. И осознание этого выбивало землю под ногами, ломало кости, вырывало сердце. Хотелось упасть, закрыть лицо руками и больше ничего не слышать и не видеть. Как больно осознавать, что чья-то жизнь сейчас стекает с твоих пальцев, падает на грязный асфальт грязного бурого цвета. Но больнее всего понимать, что эта жизнь, взамен твоей, сейчас взмывает вверх к небесам. Если не ты, то тебя, ведь это война. -Не хочу нагнетать обстановку, но … - Рядом с Евой за каменную плиту прямо на землю опустился запыхавшийся Клинт. Вся его одежда была в пыли, в некоторых местах порвана, но в целом лучник выглядел неплохо. -Так не нагнетай. – Быстро отрезала девушка, перезаряжая пистолет. -Стив не хочет вызывать подмогу, хотя нам не помешали бы еще люди. – Бартон выглянул из укрытия и тут же резко вернулся в прежнее положение. В сантиметре от его лица просвистела пуля, задев плиту. – Черт возьми, это совсем не равный бой. -Разве вам впервой?       Клинт едва заметно и как-то совсем не весело улыбнулся. -Бывало, конечно, и похуже. Но нам еще никогда прежде не приходилось сражаться против живых людей. Против инопланетян, киборгов, но не против живых невиновных людей. -Не все они такие уж и невиновные. – С обреченностью в голосе проговорила Ева, обтирая руки об жилет. Ей и самой было неприятно об этом думать, а уж тем более и говорить, но Фьюри был прав, некоторые солдаты вступили в ряды Гидры по собственному желанию. Сама мысль об этом приносила невыносимые страдания. Вопрос: ''почему?'' оставался без ответа. Некоторым просто доставляло наслаждение причинять другим боль и страдания. -Мы делаем все, что в наших силах. – Клинт подбадривающе похлопал девушку по плечу и как можно радушней улыбнулся. – Перевели дух? А теперь пора опять на войну. -Война, война…- Проговорила в пол-голоса Ева, когда Барнтон уже скрылся на поле сражения. – В следующей жизни хочу родиться где-нибудь подальше от войны.       Силой мысли она отшвырнула одного амбала от Наташи, которая была зажата между плитами, пытаясь отбиться. Так странно было ощущать себя сильной. Новые способности, появившиеся весьма неожиданно, нисколько ей не мешали. Напротив, с ее непростой жизнью они были как раз кстати. Перезарядив наконец-то пистолет, Ева выскочила из своего укрытия, осыпая врагов дротиками. Она пыталась просто отключить все чувства, которые мешали ей сосредоточиться, которые могли стать причиной ее гибели. Среди крови, боли и отчаяния нет места сочувствию и милосердию.       В тумане из пыли и осколков Ева выискала глазами Баки. Тот был поглощен битвой, его стихией, в которой он был как рыба в воде. Все его удары были четкими, уверенными, продуманными. Стрелял он тоже без промахов, под его дротиками суперсолдаты валились, как срубленные деревья. Он мог идти за десятерых воинов, а может быть и больше. Ева невольно улыбнулась, вспомнив, каким нежным, вопреки всему, он может быть. И только с ней.       Позади девушки раздался приглушенный стон. Когда она оглянулась, в ее ногах валялся оглушенный суперсолдат. Помотав головой, Ева поискала глазами своего спасителя и удивилась даже больше чем рассчитывала, когда увидела его.