Огонь и лед

-Нужны люди? – На Еву смотрели золотистые глаза Джины Грей, которая парила в метре над землей. Медленно опустившись на полуразрушенную сотовую, женщина, будто окруженная огненной аурой, прошествовала к девушке. Роджерс услышала громкие крики позади и поспешила обернуться. Вместе с Джин пришли и другие мутанты, готовые защищать город. Слова застряли в горле, Ева лишь смотрела на Грей и глупо улыбалась. Ее счастью не было предела, с такой силой теперь они точно не проиграют. -Почему? – Только и смогла выговорить девушка. -Это и наш дом. – Спокойно ответила Джин и коротко улыбнулась. – К тому же, ты такая же, как мы, а значит – часть нашей семьи.       Семья. Раньше Ева и мечтать о таком не смела, а теперь только и слышала это слово. Как же было тепло на душе от осознания того, что пусть вокруг и царили разруха и хаос, семья оставалась рядом. Ник, Стив, Баки, а теперь еще и мутанты. Девушка засияла от счастья. Ей казалось, что внутри нее разрастается что-то невероятно большое и сильное. Глаза ее тут же вспыхнули огнем, а кожа стала излучать яркий свет. -Вижу, ты уже обрела свою силу. – Джин не выглядела удивленной или встревоженной. Она знала, что это произойдет, задолго до того, как это поняла сама Ева. В тот день, когда они впервые увиделись, а может быть и раньше. -Да, вы были правы. – Ева приподняла руку, на ладони появился огненный шар. Разбрасывая в разные стороны искры, он отражал в языках пламени глаза девушки, а точнее два огненных солнца. -И ты была права. – Джин приблизилась к девушке, поймав ее недоуменный взгляд. – Тебе не нужна была наша помощь, ты совсем справилась сама. Однако не расслабляйся. Все еще впереди. Грей коснулась руки Евы, но тут же ее отдернула и отвернулась. -Я-то знаю. – Едва слышно произнесла женщина, а затем добавила уже громко. – А теперь, разговоры в сторону, нас ждет более насущная проблема.

* * *

Бой с мутантами на стороне продлился недолго и закончился почти без жертв. Это было именно то, о чем даже не смели мечтать мстители. Суперсолдаты были доставлены на Трискелион, с ними уже работали Фитс и Джемма.       Ева брела через развалины, разбрасывая носком пыльных сапог в разные стороны мелкие обломки. Вокруг было слишком тихо, и эта тишина сдавливала все внутри. О чем ей волноваться? Бой окончен, Ребекка захвачена и содержится под надежной охраной, суперсолдаты вот-вот станут обычными людьми и перестанут быть угрозой. Однако, не смотря на это, сердце обволакивал липкий страх. Девушка приподняла голову, приставив ко лбу ладонь. Сквозь поднятую в воздух пыль она разглядела привалившихся к отколотой плите Джин и нескольких мутантов, пришедших на помощь. Грей улыбалась одному из них, мужчине в странных на вид очках, вытянутых вдоль глаз, и эта была особенная улыбка, на которую способен лишь любящий человек. Сердце Евы тепло заныло, а взгляд машинально начал выискивать Баки. На протяжении всей битвы он был рядом, сражался храбро, если не сказать отчаянно. Ева чувствовала, что тем самым он хотел искупить свою вину, а посему волновалась, как бы он не рискнул ради этого искупления и своей жизнью. Однако он, целый и невредимый, стоял рядом с Клинтом и Наташей. Потрепанный, пыльный, в порванных брюках и с разбитой губой, но живой. Поймав взгляд Евы, он широко улыбнулся, и это была совершенная новая, не похожая даже на прошлую, улыбка. Наверное, так улыбается человек, которого освободили от смертной казни и отпустили на свободу.       Баки действительно спустя столько времени впервые чувствовал себя свободным. Свободным от своего прошлого, с которым он раз и навсегда распрощался. Он сделал свой выбор, расставил приоритеты и понял, что хочет быть с ней. Хочет прожить с ней, а не со своими воспоминаниями, остаток своих дней, сколько бы их ни осталось.       Ева не хотела терять ни минуты и рванулась к нему. Пробираясь через развалины, спотыкаясь об обломки, она заметила, что Барнс тоже спешит к ней на встречу. -Неужели я пропустил все самое интересное? – Рядом приземлился Старк, откидывая шлем железного костюма. -Надеюсь, ты справился с не менее важной миссией. – Ева улыбнулась мужчине, не сомневаясь в том, что со своим заданием он справился на ''отлично''. Далее произошел ряд событий, обдумать и осознать которые никто толком не успел. Из-за металлического плеча Старка Ева заметила идущего Баки, а следом за ним Стива, вид которого был отстраненным, но взгляд граничил с жестокостью. К тому же в руках он сжимал нож, что вызывало недоумение. Ева лишь почувствовала искру страха, но предпринять ничего не успела. В воздухе повис ее пронзительный крик, когда лезвие ножа вошло по самую рукоять в единственное уязвимое место в броне Баки и распороло бок.

* * *

Стив в очередной раз занес нож, но никто по-прежнему не мог пошевелиться. Никто просто не верил в реальность происходящего. Роджер, Капитан Америка, напавший на своего лучшего друга, на того, за кого так долго боролся, за кого готов был отдать жизнь! Это было просто невероятно, но растерянность и недоумение мстителей могли стоить Баки жизни. Сам же Барнс практически не чувствовал боли. Шок затмил все чувства и эмоции. Он лишь видел голубые глаза своего друга, искрившиеся неприкрытой злобой. Вопрос: ''Почему?'', застыл на его губах, но так и не был произнесен вслух. Стив же вновь нанес удар, и в этот раз боль пронзила все тело.       Ева пришла в себя, лишь услышав тихий болезненный стон, слетевший с побледневших губ Баки. В груди будто разорвалась петарда, выставив вперед руки, она что есть силы отбросила Стива в сторону. Пролетев футов двести, Роджерс проломил спиной одну из плит и упал в море обломков, подняв в воздух столб пыли. То, что Капитан Америка более не подал признаков жизни, Еву сейчас мало волновало, все внимание девушки занимал раненный Баки, силы которого постепенно покидали тело. Ноги едва слушались ее, когда она со всех сил бросилась к мужчине. В голове стучала кровь, перед глазами плыло, в мыслях царил кавардак и лишь звучало отчетливое: ''Прошу тебя, живи''. -Знаешь, в такие вот моменты я признаю, что судьба существует. – Баки попытался сложить губы в улыбку, но вышла лишь болезненная гримаса. Он осел на землю, прижимая руку к растерзанному боку. Сквозь грязные пальцы уже просачивалась алая кровь, падая на серую землю. – И она ни в какую не хочет оставлять меня на этой земле, по крайней мере, не в целостности и сохранности. -Не такое переживал. – Ева положила свою руку поверх его и с силой прижала к ране. Тут же ладонь обволокло горячей липкой кровью, от чего к горлу подкатил тошнотворный страх. Намного страшнее видеть дорогого тебе человека в столь ужасном положении, нежели находиться в нем самой. Оглядевшись по сторонам, ища хоть какой-то помощи, она заметила стоящих в ступоре Наташу и Клинта. – Сообщите Нику, что Баки ранен, пусть пришлет квинджет.       Тут же вокруг началось движение. Наташа, скидывая оцепенение, принялась связываться с Фьюри, Клинт и Тони бросились к раненному, остальные тоже зашевелились, но Ева уже отвернулась к Баки, который через силу пытался говорить. -Почему он это сделал? Точнее, почему именно сейчас? Ведь у него было столько шансов. – Барнс шумно вдохнул воздух и закашлялся. Ева не знала ответов на эти вопросы. Она совершенно ничего не понимала. Произошедшее событие казалось ей нереальными, просто страшным сном, от которого нужно было побыстрее очнуться. -Потому, что я ему приказала это сделать.       Сердце девушки подпрыгнуло к горлу. Нет, нет, нет. Не может быть, снова этот голос. Девушка подняла голову, встретившись с ледяным взглядом Ребекки.

* * *

      Ребекка стояла на фасаде разрушенного дома, с нескрываемой радостью рассматривая плод своих трудов. Она ликовала, это было видно по широкой улыбке на бледном лице. -Вы так увлеклись битвой, что так ничего и не поняли. – Ребекка улыбнулась еще шире, самоуверенно вскинув голову. – Вся эта армия, все эти суперсолдаты лишь отвлекающий маневр. Смысл моей миссии – это. Женщина изъяла из кармана брюк небольшую сферу и с напускным безразличием покрутила в руке. -Гидре не нужен мир, погрязший в грязи. Заразу, что засела в каждом из вас, нужно искоренить, и на ваших костях создавать новую, совершенную вселенную. Ребекка обратила свое внимание на Баки, и на мгновение ее взгляд прояснился, но уже через секунду вновь затуманился сумасшествием, царившим в ее душе. -Я думала, что смогу спасти тебя, брат, но ты так же неизлечим, как и все они. – Женщина сжала сферу и повысила голос, будто подчеркивая свое превосходство. – Я очищу дорогу своим последователям, которые будут властвовать после меня. Я принесу себя в жертву ради потомков, ради Гидры. -Все еще хуже, чем мы полагали. – Прохрипел Баки, опираясь на Еву и силясь встать. -Я разберусь. – Шепнула девушка, поднимаясь на ноги. Тут же ее руки вспыхнули огнем, она больше не собиралась терпеть эту женщину, причинившую столько боли невинным людям. -Ева, осторожней… - Баки попытался остановить девушку и схватить за руку, но та увернулась, слегка опалив его пальцы жаром. -Ты думаешь, мы тебе это позволим? – Ева едва узнала свой голос, он звучал глухо и разносился эхом, отталкиваясь от полуразрушенных стен зданий. -Ты уже ничего не сможешь сделать. – Ребекка оскалилась и со всей силы разомкнула сферу. Тут же ее лицо исказила гримаса ужаса и невыносимых мук. Рот приоткрылся, но она не издала ни единого звука. Вся ее кожа, будто разъедаемая кислотой и тут же высушиваемая невероятным жаром, словно папирусная бумага начала отходить от тела, обнажая кровавую плоть, а затем и кости. Это было действие сферы, в этом не было сомнений, однако Ребекка, даже умирая в таких муках, не выпускала ее из рук. Все это произошло в считанные секунды, и когда начали плавиться кости, Ева услышала позади себя голос Джин. -Нельзя позволить сфере упасть на землю, иначе она уничтожит всю планету. Ева не осознавая, что делает, бросилась к Ребекке, а, точнее, к тому, что от нее осталось. В тот момент, когда кости превратились в прах и сфера начала неминуемо приближаться к земле, девушка подхватила смертельный артефакт, упав в пыль на колени. Тут же все тело пронзила невероятная боль. Она даже не успела осознать, что подписала себе смертный приговор. Что через несколько секунд от ее тела останется лишь прах, который поднимет в воздух ветер и разнесет по всему Нью-Йорку. Она не успела подумать и о том, что больше никогда не увидит Баки, Стива, Ника и остальных мстителей, ставших ей семьей. Она даже не успела со всеми ними попрощаться. Сквозь пелену беспросветных страданий она слышала лишь голоса. Они звали ее, она слышала свое имя. Она слышала голос Баки, к которому хотелось тянуться, но даже он через мгновение потух, и она осталась с океаном мучений наедине.

Спустя два месяца

-Ты уверен, что хочешь этого? – Стив склонил голову набок, прожигая взглядом друга. Баки взглянул в окно, за которым беспрерывно лил дождь и коротко кивнул. -Да, уверен. – Ответил он и перевел взгляд на Стива. -У тебя впервые за долгое время выдался шанс жить нормально. – Роджерс взглянул на стену, увешанную медалями и почетными грамотами. После произошедшего в Нью-Йорке, все мстители были вознаграждены и отблагодарены. Наконец-то они стали действительно героями в глазах простых людей. -Нормально? – Баки невесело усмехнулся, снова обращая свой взгляд к окну. – После всего пережитого я уже никогда не смогу жить нормально, а без …нее… я и вовсе не хочу жить.       Прошло два месяца после смерти Евы, вроде и не мало, но душевные раны Баки до сих пор были открыты и кровоточили, и Барнс был не уверен, что когда-либо сможет остановить это кровотечение. Одна часть его умерла в сороковых, а вторая – два месяца назад. От него осталась лишь телесная оболочка, чувствующая только пустоту и бессилие. Лежа в больничном крыле после двух ножевых ранений, Баки лишь молил о том, чтобы всевышний его наконец-то прибрал к себе. Туда, где он, возможно, вновь встретит ее. Сквозь забытье он не редко звал Еву, просил у нее прощения, признавался в любви, но очнувшись, не говорил о ней, так как даже ее имя приносило ему невыносимые страдания. Ее не стало, а вместе с ней не стало и его. Лишь сегодня, после награждений и всеобщей благодарности, впервые за два месяца, Баки решился заговорить о ней. Последний раз. -Она хотела бы, чтобы ты жил дальше. Баки перевел жесткий взгляд на Стива, от чего тот почувствовал себя неловко. -Она хотела бы жить. Вот чего бы она хотела. – Барнс почти скрежетал зубами от злости. Бессильной злости на себя и на окружающих. – Из всех живущих она больше всего заслуживала жизнь. -Я это знаю. – Стив кивнул, понурив голову. Он понимал, как нелегко приходится сейчас Баки и пытался его всячески поддерживать, однако после смерти Евы и в его груди зияла огромная дыра. Все мстители были в глубоком трауре, однако от чего-то боялись говорить о своих душевных страданиях. Каждый из них закрылся в своем собственном мирке и никак не желал из него выходить. Два месяца им потребовалось, чтобы решиться собраться вместе вновь. Утрата была поистине невосполнимой. Признанные герои уже не чувствовали себя таковыми. Кто и был настоящим героем, так это Ева, спасшая их и весь мир от неминуемой гибели. Она сделала то, что поистине было невозможно – она поглотила всю силу сферы, прежде чем сгореть. Действительно, умирая, она не растворялась, как Ребекка, она горела, и жар ее огня обдавал мстителей своим теплом. Теплом жизни, которую она им подарила.       Баки приблизился к стене, взгляд поймал большую медаль, которой была награждена посмертно Ева. Она так мечтала вступить в ряды мстителей, заслужить уважение, сделать что-то важное и она добилась этого, но, увы, уже после своей смерти. Иногда судьба действительно показывает свои коготки и совершенное отсутствие юмора. -Не кори себя. - Баки медленно подошел к Стиву и сжал его плечо. -Это я во всем виноват. – Роджерс опустил взгляд, болезненно поморщившись. – Я не должен был идти к Ребекке. -Ты не знал о том, что у нее есть такой мощный артефакт, способный даже Капитана Америку подчинить себе. -Но все равно, я никогда не прощу этого себе. -Сначала я действительно во всем винил тебя. Винил за то, что ты так необдуманно, никому не сказав, пошел к Ребекке. Я не мог смотреть на тебя, не мог говорить с тобой. Все в тебе напоминало мне о ней и о том, что ее больше нет. А затем я начал винить себя. Винить за то, что не придушил Ребекку еще тогда в бункере, винил за то, что не умер вместо Евы, да и вообще за то, что встретился на ее пути. Потом я винил Фьюри, за то, что тот когда-то забрал ее из детдома, ее силу, без которой, возможно, она не чувствовала бы себя такой бессмертной. Я винил всех и вся. А потом я осознал, что ее это не вернет, а мне не станет легче. Баки вымученно облокотился на Стива. Сейчас он уже не походил на непобедимого Зимнего солдата, лишь на сломленного, потерявшего все, человека. -В том, что случилось, нет виноватых, а отрицать это – значит медленно, но верно сходить с ума. Барнс посмотрел на Стива долгим задумчивым взглядом. -Я смертельно устал, Кэп. – Наконец произнес он, и голос его прозвучал едва слышно. - У меня больше нет сил терпеть эту боль. Никогда бы в жизни не подумал, что душевная боль, может превосходить физическую в сотни раз. То, что я чувствовал, когда ты меня продырявил не идет ни в какое сравнение с тем, что я ощущаю сейчас. И единственное, что я сейчас хочу – впасть в этот чертов анабиоз и хоть немного передохнуть. Возможно, когда-нибудь я еще понадоблюсь, но уже не как солдат. С меня достаточно войны. Слишком многое я на ней потерял. Стив более не стал отговаривать друга, понимая, что тот заслуживает право на выбор своей дальнейшей судьбы. Слишком долго им манипулировали, но теперь он свободен.       Мужчины сели в квинджет и пролетели всю дорогу в полной тишине, которая, однако, не казалась тяжелой. На Трискелионе их встретили лишь Наташа и Фьюри, остальные мстители приходили в себя и занимались личными делами. -Значит, ты все-таки выбрал заморозку. – Ник пожал руку Баки и пропустил его вперед. Вражда прошла, как и не бывало, мужчин объединило общее горе и Стив еще раз подивился тому, что Ева даже с того света продолжала творить добрые дела. -Ты выяснил, что за сфера была у Ребекки? – Стив знал, что не об этом нужно говорить, прощаясь с другом на неопределенный промежуток времени, однако был уверен, что Баки будет это чуточку интересно. -Мы связывались с Джин, она перевела нас на профессора Ксавьера и как оказалось, тот знал об этой сфере многое. – Ник сложил на груди руки и нахмурил брови. – Это один из мощнейших артефактов, один из камней бесконечности. Ева отдала свою жизнь не зря. -Если это кого-то утешит. – Проговорил себе под нос Баки. -Еще один артефакт, благодаря тебе, Джеймс, и Еве, не попал в руки врагу. Нам неизвестно, как его уничтожить и вообще, возможно ли это, но Тони надежно его спрятал, поэтому у нас есть время поразмыслить над этим. Наташа распахнула двери, пропуская мужчин в просторную белую комнату, посреди которой стояла анабиотическая камера. За два месяца многое изменилось на Трискелионе, он будто вновь возродился. Генераторы были починены, было завезено новое оборудование. На строго засекреченной базе постоянно работали лучшие агенты и ученые, однако сейчас здесь не было людей. Фьюри заранее позаботился, чтобы об анабиотическом сне Баки знали лишь некоторые, самые проверенные люди, половина которых находилась сейчас на Трискелионе в этой самой комнате. -Ты сказал: ''Один из камней бесконечности'', их всего два? – Впервые за все время Баки проявил толику интереса к чем бы то ни было. -Есть и другие. Насколько мне известно, их всего шесть. Один из них – сфера, которую уничтожила Ева, второй – тессеракт, спрятал на Земле Тони, остальные разбросаны в космосе, возможно, даже, в потусторонних вселенных. -Значит, вы не отправитесь на их поиски? -Боюсь, что пока это просто невозможно. Однако когда вернется Тор, эту тему можно будет обсудить. – Ник быстро переглянулся со Стивом. Еще одна призрачная попытка заставить Баки изменить решение, однако, на того это едва ли подействовало. -Не ввязывайтесь вы в это дело. – Барнс перевел взгляд с одного на другого и остановился на Наташе. – Ты уж проследи, чтобы Стиви дожил до своих реальных семидесяти лет, а то я его знаю. -Уж постараюсь. – Наташа выдавила улыбку. После двух месяцев непрекращающегося траура даже такая улыбка выглядела настоящей. -Для меня было честью сражаться плечом к плечу с таким солдатом. – Ник протянул руку и сжал ладонь Баки. – Уж прости, что поначалу недолюбливал тебя. -Так странно, мы так долго тебя искали, и вот ты снова уходишь. – Наташа протянула руку, но Барнс смял ее в объятьях, от чего у женщины перехватило дыхание. -Ты похожа на одну мою старую знакомую. – Баки отстранился и косо глянул на Роджерса. – Стиву всегда нравились женщины, умеющие постоять за себя. Наташа коротко улыбнулась и отошла вместе с Ником в сторону, давая возможность попрощаться лучшим друзьям. -Пора прощаться. – Баки похлопал друга по плечу, но Роджерс не удовлетворился этим, и Барнс очутился в крепких объятьях друга. – Так уж и быть, пробуди меня на свое семидесятилетие, я хочу сам удостовериться, что ты прожил настоящую жизнь. -Я буду скучать, друг. – Стив похлопал Баки по спине и выпустил его из своей хватки. -Передай остальным… - Баки задумался, а потом махнул рукой. – А, что-нибудь передай. Не умею я прощаться. Когда сон накрывал Джеймса Бьюнкера Барнса с головой, последнее, о чем он думал, были золотистые глаза, которые он был уверен, никогда не забудет. Для него они стали путеводной звездой, и даже после того, как эта звезда погасла, в сердце она навсегда оставила свой след. След чистоты и безграничной доброты.