12 глава
18 сентября 2016 г., 03:12
Хосока долго вели по запутанным пустым коридорам, которые больше напоминали лабиринт. По пути часто встречались камеры заключения с прочными стальными решётками вместо дверей. На каменном полу и стенах можно было заметить пятна крови и царапины от когтей. Что это за подземная тюрьма? Чжухон шёл немного позади, то и дело подталкивая брюнета вперёд. Слишком много вопросов крутилось в голове, а ответов совсем не было; Шин не выдержал.
— Хон, что это за место? — шёпотом спросил он у бывшего друга, словно затеял какой-то заговор.
— Мы под городом. Здесь раньше было что-то вроде военной базы, может быть, штаб. Я точно не знаю. Но сейчас... Профессор Ли использует эти камеры для опытов, — понизив голос, ответил Чжухон, продолжая смотреть вперёд, чтобы не привлекать внимания. После смерти Ганхи он, кажется, потерял доверие к этому сумасшедшему учёному. Значит, они сейчас в одной лодке? Можно ли ему довериться?
— Чжухон... Поможешь нам выбраться? — ещё тише спросил Хосок, даже затаив дыхание в ожидании ответа. Но друг молчал.
Тем временем они продолжали свой путь, но куда именно, Шин даже представить не мог. Будет ли это камера для пыток или же лаборатория с множеством пробирок и склянок, как у учёных в фильмах? Но он знал одно — здесь точно оставаться нельзя. Теперь он понимал, что именно этого его отец и боялся. Мистер Шин многим пожертвовал ради глупого сына, который сам же и угодил в сети. Больше всего Хосок злился на себя. Он жалел, что не был достаточно осмотрителен, и теперь из-за него многие пострадали. Во всём виноват только он...
Они поднялись вверх по лестнице, очутившись в светлом чистом коридоре. После тёмных лабиринтов подземелья глаза болели от излишней освещённости, и привыкнуть никак не получалось. Дальнейший путь Хосок шёл буквально с закрытыми глазами, и спустя пару минут они очутились в каком-то помещении.
— Присаживайся, — мягким голосом сказал профессор Ли, кивнув головой на свободный стул, а сам устроился за столом. Судя по всему, это был его кабинет. Комната была очень тёмной, казалось, что даже без окон. Или это просто ночь? Единственным источником света была настольная лампа, которая едва освещала кабинет своим тусклым светом. Чжухон куда-то пропал, так что Хосок был один на один с мистером Ли.
Брюнет набрал в лёгкие побольше воздуха и сел на предложенное место, за спиной сжав руки в кулаки. Он встретился взглядом со взглядом профессора; глаза его были невероятно темны и задумчивы. Мужчина потирал пальцами подбородок, не прерывая зрительного контакта.
— Скажи, Хосок, отец ведь тебе всё рассказал, не так ли? — спросил мистер Ли, слегка растягивая слова.
— О чём вы? — брюнет растерянно заморгал. В данной ситуации лучше прикинуться ничего не понимающим дурачком, так можно немного потянуть время и придумать план получше. Да вообще хоть какой-нибудь план!
— Неужели он отпустил тебя сюда, совсем ничего не рассказав? Быть такого не может, — мужчина поставил локти на стол и положил подбородок на сцепленные руки, продолжая сверлить взглядом парня, сидящего перед ним.
— Он и не отпускал меня. Я сам принял решение попасть за стену, — пожал плечами Хосок, легко улыбнувшись. Так, руки Хосока скованы наручниками, а это точно не в его пользу. Может, ключ где-то в этом кабинете?
— Как интересно, — губы профессора исказила усмешка, а глаза заинтересованно сверкнули под очками. — Какого же непослушного сына вырастил Джерим. Ведь ты же армеец, а приказам не следуешь. И зачем же ты проник за стену?
— Чтобы найти кое-кого, — уклончиво ответил Хосок, едва заметно сглотнув, но от внимания профессора ничего не могло ускользнуть. Мужчина достал из кармана свой пистолет и положил на стол перед собой. Это что? Предупреждение?
— Ты нервничаешь? Этот «кое-кто» дорог тебе? Расскажи же поподробнее, мне так интересно.
— А с чего вы взяли, что я нервничаю? — лучшая защита — это нападение, так ведь? — Я пришёл сюда за девушкой. За той, у которой никого не осталось. У неё был отец, но он оставил её совсем одну. Он был настолько одержим своими исследованиями, что был готов на всё. Представляете, этот псевдоучёный хотел создать вакцину от вируса и использовать это в своих целях. Зачем ему это? Хм, хотел влиятельности? Чтобы жизни всего мира зависели только от него? Конечно, ведь только он бы распоряжался вакциной. Тогда всё, что он захочет, было бы у его ног. Забавная история, не правда ли? — Хосок слащаво улыбнулся, наблюдая за тем, как вскипает профессор Ли. Ещё бы.
— Вот оно как, — с нотками угрозы протянул мужчина и медленно встал из-за стола, взяв в руку пистолет. Шин слегка повернулся к нему и только сейчас почувствовал что-то твёрдое в заднем кармане. Не подавая вида, брюнет осторожно достал это «что-то», и сердце вмиг пропустило удар. КЛЮЧ! У НЕГО ТЕПЕРЬ ЕСТЬ КЛЮЧ ОТ НАРУЧНИКОВ! Интересно, он был там всё время или это Чжухон незаметно подкинул его, пока они шли по бесконечным коридорам? Мистер Ли остановился перед ним, смотря на него сверху вниз. — Так значит, Минхи здесь, и у неё иммунитет. Хорошо. Очень хорошо, у меня может появиться ещё один материал для опытов. Тебя я не могу убить. Если мои догадки относительно твоей крови верны, ты чрезвычайно ценен.
— Вы даже на дочери готовы опыты ставить? — Хосок не поверил своим ушам. Ладно Ганхи, он был ему, можно сказать, никем. Но... она же его дочь. Он настолько одержим своими мечтами, что не остановится ни перед чем?
— Она мне не родная дочь. Я встретил её совершенно случайно на улице, когда её мать уже была на последних стадиях болезни. Если бы не я тогда, ей бы тоже не поздоровилось, так что можно сказать, что я её спас. Заботился о ней, растил её как собственную дочь, но не испытывал к ней каких-то тёплых чувств. Мне всё равно на неё. Мои исследования намного важнее, чем жизнь какой-то девчонки. Хосок, сейчас единственное, что имеет значение, это твоя жизнь. Твоя кровь может оказаться антивирусом и подойти абсолютно для всех заразившихся. Ты только представь — люди сделают что угодно, чтобы получить заветную вакцину! Да весь мир будет у наших ног! — мужчина уже перешёл на крик, будто Хосок и до этого его плохо слышал. Его глаза ярко сверкали под очками-половинками, а рука с силой сжимала пистолет. Он был безумен.
Внезапно всё помещение, а может и здание, в котором они находились, пронзил звук протяжной сирены. Что происходит? Мистер Ли тут же встрепенулся, а в глазах его появился страх. Он ринулся к двери и выглянул в коридор, держа наготове пистолет, будто ожидая чего-то. Воспользовавшись этим, Хосок всё-таки расправился с замком наручников, и теперь он был на шаг ближе к свободе, но что-то ему подсказывало, что мистер Ли его так просто не отпустит. На глаза Шину попалась какая-то стеклянная бутылка, стоящая на столе, а в голове промелькнула безумная идея, которую он мгновенно осуществил, не успев всё обдумать как следует. Секунда, и мужчина уже лежал на полу без сознания среди осколков, по-прежнему крепко сжимая в руке пистолет. От адреналина, что резким потоком попал в кровь после сделанного, дыхание участилось, а взгляд слегка помутнел. Брюнет с трудом забрал у профессора пистолет и тут же выскочил в коридор.
Сирена прекратилась, и во всём здании вновь повисла звенящая тишина. Хосок прикрыл глаза, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце и привести мысли в порядок. Нужно срочно выбираться отсюда, пока есть возможность. Парень уже двинулся по коридору, но, крепче сжав пистолет в руке, внезапно пошёл в противоположном направлении. Он не сможет посмотреть Минхи в глаза, если оставит Кихёна здесь. Она ему никогда этого не простит... Было бы намного проще бросить паренька здесь и забыть о его существовании, как о страшном сне, но... Чёрт, в последнее время совесть и здравый смысл не дают ему спокойно жить. Или это так на него влияет пребывание здесь, за стеной? В безопасной части города все готовы предать, отказаться, бросить ради своей шкуры — это стало обычным явлением. Армейцы безжалостно отправляют заражённых и людей с иммунитетом в ад за стеной. Но, может, всё совсем не так, а ад творится как раз в «безопасном», как казалось, городе? Здесь, на грани жизни и смерти, в людях просыпаются их самые лучшие качества, ведь им уже нечего терять. Здесь они любят всем сердцем, здесь жертвуют собой ради друзей, здесь в людях появляется человечность.
Хосок завернул за угол и чуть не врезался в Кихёна. Тот испуганно отшатнулся от него, но после в глазах промелькнуло узнавание, и он чуть ли не кинулся на брюнета.
— Чёрт возьми, Хосок! Сколько можно уже искать тебя?! Надо срочно убираться отсюда! — завопил рыжий парень, едва не переходя на альт.
— Да это я тебя ищу! Мне Минхи бы не простила, если бы я тебя тут бросил!
— Что? — лицо Кихёна исказилось от изумления. — Ну ты и сволочь, Шин Хосок! Как у тебя даже мысль возникла о том, чтобы оставить меня здесь, в этом Богом забытом месте?! Ну я тебе устрою, когда мы выберемся! — парень сжал кулак и пригрозил Шину, отчего тот прыснул. Устроит он. Что он ему сделает? Испортит причёску?
Рыжий парень двинулся по коридору, но тут же развернулся и побежал в другую сторону, схватив Шина за шиворот. Перед тем как скрыться за поворотом, Хосок успел заметить тёмный силуэт в конце коридора.
— Что там было? — спросил брюнет, едва поспевая за резвым Кихёном. Тот был, конечно, мелким, но чрезмерно шустрым. Оказывается, у него иногда и инстинкт самосохранения включается.
— Ты идиот или совсем слепой? Сирена прозвенела, когда в подвалах все клетки, в которых были превратившиеся твари, открылись. Теперь им уже удалось выбраться оттуда. Они очень злы, голодны, так что там нужно скорее убираться из этого террариума, — быстро пролепетал Кихён и резко завернул влево, вновь перейдя на бег.
— А... как ты выбрался? — тяжело дыша, спросил Хосок. Он, конечно, армеец, выносливый, но даже его эта беготня уже изрядно измотала.
— Шин, хоть иногда включай свою голову и думай. Это очень полезно, между прочим, — усмехнулся рыжий. — Чжухон выпустил меня до того, как открыл все клетки.
Больше Хосок ничего не спрашивал, молча следуя за Кихёном. Рыжий вряд ли знал, где находится выход, полагаясь на свою интуицию, но им удалось беспрепятственно выбраться их здания. Когда они оказались на улице, парней ослепил яркий солнечный свет. Прохладный ветерок приятно подул на кожу, отчего Хосок улыбнулся и посмотрел на Кихёна. Тот с яркой улыбкой смотрел прямо на солнце, щурясь и слегка морща нос. Он тяжело, с хрипами, дышал, но выглядел бесконечно счастливым.
— Ну вот мы и выбрались, — усмехнулся Хосок и похлопал парня по плечу.
— Не думаешь же ты, что мы уже в безопасности, раз оказались под светом солнца? — хмыкнул Кихён, тряхнув плечом и скинув с него руку брюнета. — И не надо смотреть на меня так дружелюбно. Мы с тобой не друзья, — парень двинулся вперёд, поправляя одежду после бега.
— Я подумал, что было бы неплохо, если бы мы с тобой подружились. Разве нет? Ты для Минхи хороший друг, словно брат, так что и мне нет нужды с тобой враждовать, — пожал плечами Хосок, поравнявшись с парнем.
— Да ладно, серьёзно? Ещё буквально несколько дней назад ты был готов меня убить. И всё только из-за того, что я находился к Минхи слишком близко, — хмыкнул Кихён, засунув руки в карманы своих рваных чёрных джинсов.
— Я ревновал. И, по правде сказать, сейчас тоже ревную. Но теперь я буду всегда рядом с Минхи, так что могу не сомневаться в ней и отпустить это отягощающее чувство.
— Ммм, вот как... Ясно, — Кихён опустил голову и посмотрел себе под ноги. Рыжая чёлка упала на его лицо, скрыв глаза, а губы парня слегка поджались.
— Кихён, давай поговорим начистоту и всё решим сразу. Она тебе тоже нравится? Или ты относишься к ней просто как к другу?
— А какое это имеет сейчас значение? — губы Кихёна скривились в усмешке. — Если я сейчас отвечу тебе, стану просто третьим лишним. Зачем такие сложности? Скажи мне только одно. Ты правда любишь её настолько сильно?..
Хосок внимательно посмотрел на Кихёна. Казалось, что парень стал в два раза меньше. Он ссутулил плечи, опустил голову, да и вообще выглядел как побитый щенок. Почему-то внутри всё сжалось, и Шин почувствовал вину перед парнем.
— Почему ты молчишь? Я сейчас могу подумать, что это просто плод моего больного воображения и что у меня есть надежда.
— Конечно, я люблю её и готов ради неё на всё. Я...
— Хватит. Достаточно было сказать «да», — перебил его Кихён. — Отлично, мы со всем разобрались, но... Мне нужно сначала точно убедиться, что она любит тебя так же сильно. Если будет хоть маленькое зёрнышко сомнения, я не отступлюсь так просто, ясно тебе, Шин Хосок?!
Брюнет усмехнулся и посмотрел вперёд, слегка прищурив глаза от солнца. Чувства Минхи были очень сильными. В этом Хосок был уверен на все сто. Жаль, но здесь Кихёну ничего не светит. Но сможет ли он быстро забыть Минхи? А вдруг он вообще однолюб и будет всегда вставать у них на пути?
— Зачем ты был нужен этому мужику в белом халате? — вывел его из задумчивости внезапный вопрос Кихёна. — Если хочешь подружиться, тогда расскажи.
— Давай я всё расскажу, когда мы придём домой. Мне не хочется по сто раз пересказывать одно и то же, — вздохнул Хосок, немного ускорив шаг. — Думаю, и остальным будет интересно услышать всю правду.
Кихён задумчиво посмотрел на брюнета, слегка прищурив глаза, но не проронил ни слова. Он лишь прибавил шагу и поравнялся с Шином, ступая с ним нога в ногу.
