За стеной

   Минхи снова пришла в себя, но уже не было никакой уверенности, что это надолго. Как только она начинала вспоминать хоть что-то и понимать происходящее, как тут же вновь теряла сознание. Голова раскалывалась от пульсирующей боли, отчего перед глазами всё двоилось.    — Минхи, ты снова очнулась, — раздался совсем рядом чуть хриплый голос Минхёка. Он осторожно, почти невесомо погладил девушку по голове, не сводя с неё обеспокоенного взгляда.    — Сколько уже мы здесь? — совсем тихо спросила Минхи, чувствуя лёгкую тошноту, но стараясь справиться с этим. Ей было совсем паршиво лежать тут больной, когда остальным сейчас было, может, даже хуже.    — Хм, думаю, что уже вторые сутки пошли, если не больше. Здесь нет окон, так что я не могу быть уверен на сто процентов, — вздохнул блондин. — Хочешь есть? Мы с Хёнвоном нашли в твоей сумке консервы, ты же не против? — парень виновато потупил взгляд и почесал затылок. Он сейчас выглядел словно нашкодивший ребёнок.    — Минхёк, думаешь, в такой ситуации я буду запрещать вам съесть еду? Мы же и искали её для этих целей, а не для того чтобы спрятать под стекло, словно какой-то экспонат, — тяжело вздохнула шатенка. — Я хочу пить, в горле пересохло...    Блондин отреагировал сразу же, подскочив на ноги. Спустя пару секунд парень присел перед Минхи со стаканом воды, помогая ей попить.    — Мои родители были врачами, да я и сам хотел идти по их стопам. Я очень надеюсь, что у тебя не сотрясение, хотя симптомы очень похожи. Ранку на голове я обработал и уложил тебя на всякий случай на бок, если вдруг будет тошнить, — быстро отчитался блондин, отставляя пустой стакан. Только сейчас Минхи пригляделась к Минхёку и почувствовала свою вину перед ним. Под глазами у него пролегли тёмные круги, намекающие на то, что он совсем не спал и бдел рядом с ней.    — Спасибо тебе. Ты ведь не спал? Вздремни немного...    — Да ничего, всё нормально, — слегка улыбнулся парень и сел поудобнее, обняв колени руками. — Я бы не смог спокойно уснуть... Слишком переживаю... Да и... Не люблю ванные комнаты, — прошептал Минхёк и прикрыл глаза, уткнувшись носом в колени.    — Почему? — Минхи внимательно посмотрела на блондина. Он казался ей таким солнечным, словно у него никогда не было никаких печалей в жизни. Но, видимо, он, как и многие люди, просто держал всё в себе...    — Мои родители покончили с собой, когда я ещё учился в школе. Мама заразилась, а у отца оказался иммунитет. Когда я пришёл после уроков, в доме было много врачей и армейцев... Я увидел родителей в ванной, которая была наполнена кровью... Всё было в крови... Это... оставило большой отпечаток в моей памяти, так что... Мне очень тяжело сейчас находиться тут, — Минхёк судорожно вздохнул и сжался ещё сильнее. — Хёнвон сказал, что не может уснуть на холодном твёрдом кафеле, поэтому лёг в ванную. Видеть его там... Я...    Блондин зажмурил глаза, словно щеночек, который хочет спрятаться от своих страхов. Минхи могла понять его, поэтому испытывала жалость. Но найти слова поддержки никак не получалось.    — Знаешь... Я могу тебя понять. В детстве я пережила страшное, но многие детали произошедшего выпали из памяти. Я словно смотрю на картинку, в которой не хватает нескольких пазлов, — тяжело вздохнула Минхи. — Я хорошо помню ощущения, которые тогда испытала: сильный запах дыма, страшная давка толпы людей, которые неслись сильным потоком в одном направлении. Вокруг были крики, взрывы, запах крови... Всё это давило на меня, не давая дышать. До сих пор не понимаю, как выжила тогда... Весь этот ужас мне снится почти каждую ночь, но... Меня не покидает чувство, что чего-то не хватает. Будто я забыла что-то очень важное.    Минхёк внимательно смотрел на неё, внимая каждое слово. Он осторожно накрыл руку девушки своей ладонью, легко поглаживая её костяшки пальцев. У парня отлично получалось поддерживать. Такой лёгкий и ненавязчивый жест, наполненный теплотой и пониманием. Минхёк и правда был словно солнце, которое отдавало окружающим всего себя без остатка. Невольно каждый проникался к нему доверием. Минхи мягко улыбнулась, посмотрев на него.    — Ну хватит на сегодня разговоров. Я требую, чтобы ты тоже немного поспал, а то уже похож на панду с этими чёрными кругами под глазами.    Минхёк тепло улыбнулся и улёгся на пол рядом с шатенкой, положив руку под щёку. Уже спустя минуту дыхание парня выровнялось. Он так устал, что сразу же провалился в сон, стоило только прилечь. Минхи осторожно погладила того по волосам, чувствуя, как и она начинает засыпать. Минхёка и Хосока не должно быть тут. Они здоровы, но из-за какой-то глупости проникли за стену, откуда нет выхода. Они ведь могут заразиться и умереть... Почему они даже не сделали попыток подумать об этом? Удивительно, но за такое короткое время Минхёк стал ей словно младший братик. Такой чистый, наивный, но в то же время человек, на которого можно всегда положиться. А вот Шина девушка не хотела терять, потому что... любила его? Только сейчас, в такой момент, когда они были на грани жизни и смерти, Минхи поняла это. Любила уже очень давно, но между ними всегда пролегала огромная пропасть. Есть ли у них будущее?    //    Внезапно раздался очень громкий стук в дверь и какие-то крики. Минхи от неожиданности подскочила, как и Минхёк, но тут же поморщилась от боли в голове, зажмурившись. Что происходит?    — Минхи! Минхёк! Вы здесь? Как вы? — чуть ли не кричал Хосок.    — Да подожди ты, идиот! Дверь же сломаешь! Сила есть, ума не надо! — воскликнул Кихён, и его голос едва не перешёл на писк.    — Так найди ключ, иначе я и правда снесу эту проклятую дверь!    — Я тебя быстрее прокляну, если ты и правда это сделаешь!    Минхёк рассмеялся, запустив пальцы в волосы и сжав их в кулак. Его улыбка вышла очень истеричной, будто он не мог поверить в происходящее.    — Мин, всё хорошо. Они живы, всё хорошо, — Минхи погладила парня по плечу, успокаивая то ли его, то ли больше себя, потому что и сама уже находилась на грани истерики. Хосок и Кихён живы. Живы. С ними же всё в порядке?    Ключ в замке сделал два оборота, дверь мгновенно распахнулась, и в комнату залетел Хосок. Он опустился перед Минхи и крепко обнял её, прижав к себе. Шатенка улыбнулась, пытаясь сдержать поток слёз, и уткнулась носом в его сильное плечо, сжав футболку на его спине.    — Дурак... Зачем вообще пришёл сюда? Дома ведь было намного безопаснее... Тебя ведь могли убить... Идиот... — прошептала Минхи, всхлипнув.    Хосок промолчал, лишь крепче обняв девушку и проведя носом по её шее, глубоко вдохнув тонкий цветочный аромат. Минхи казалось, что это всё мираж, что ещё мгновение, и Хосок исчезнет. Сейчас она ни о чём и ни о ком не могла думать, кроме как о Шине... Но...    Шатенка подняла взгляд и встретилась глазами с Кихёном, который до сих пор стоял в дверях. Он неуверенно, немного нервно, улыбнулся, проведя рукой по шее, и вышел. Минхи почувствовала укол совести. Ему ведь наверняка было неприятно смотреть на эти милости, но... Все мысли тут же испарились, когда Хосок тихо зашептал ей на ухо что-то нежное, отчего внутри всё перевернулось, а сердце пропустило удар. Шатенка улыбнулась, крепче прижавшись к парню, наслаждаясь его близостью каждой клеточкой тела. Рядом с Хосоком было так надёжно, тепло, и в груди больше не было этой разрывающей на части пустоты. Теперь всё будет хорошо. Минхи верила в это всем сердцем.    //    Только вечером, когда все немного отдохнули и пришли в себя после произошедшего, Хосок собрал всех в общей комнате, чтобы рассказать что-то важное. Он выглядел очень нервным и встревоженным. Минхи внимательно смотрела на него, сжимая край своей футболки, пытаясь хоть чем-то занять руки. Волнение брюнета передавалось и ей; от нехорошего предчувствия голова кружилась ещё сильнее, но шатенка изо всех сил старалась держаться и не показывать своих слабостей, хотя получалось неважно.    Кихён осторожно накрыл своей горячей ладонью руки Минхи, отчего она вздрогнула, выйдя из глубокой задумчивости и будто только сейчас заметив сидящего рядом с ней рыжеволосого парня, который с беспокойством смотрел на неё.    — Ты в порядке? — шёпотом едва слышно спросил он, слегка сжав её руки.    Минхи лишь кивнула, не в силах сказать ни слова, и вновь посмотрела на Хосока, отключившись от всего остального. Но от поддержки Кихёна стало чуточку легче.    — Ну не томи уже! Хватит расхаживать перед нами и только накалять обстановку, мы и так все на нервах, — не выдержал Минхёк, сидя на диване и немного раскачиваясь, обхватив колени руками. Хёнвон лишь ненадолго проснулся, а потом вновь погрузился в сон. Выглядел он плохо, всё-таки вирус продолжал прогрессировать, поэтому его решили не тревожить и провести собрание без него.    — Ладно, — глубоко вздохнул Хосок, проведя рукой по шее. — Мне нужно разъяснить вам последние события и всю ситуацию в целом. Причиной того, что нас с Кихёном похитили, а вас заперли, был я. Точнее, Кихён замешан в эту историю по своим причинам, которые он нам, я надеюсь, тоже расскажет, — брюнет вопросительно посмотрел на рыжего парня, который раздражённо фыркнул и скрестил руки на груди. — Начнём с того, что во всём произошедшем виновен мистер Ли, он же — отец Минхи. Он был знаком с моим отцом ещё до того, как оказался за стеной. Также, хоть он и работал на заводе обычным рабочим, он в то же время проводил исследования вируса, пытался найти вакцину. Он выяснил, что антитела у каждого совершенно индивидуальны, так что использовать их при выведении вакцины не удастся, так как это приведёт к заражению, если человек неустойчив к вирусу. Вскоре у него появилась теория. Он предположил, что ребёнок, рождённый от двух родителей, чьи антитела активированы, и может оказаться вакциной. Так как его кровь будет совмещать антитела обоих родителей, а значит, быть более многофункциональной. Всё нужно было проверить тихо и без лишнего шума, так как, ясное дело, он хотел воспользоваться шансом. Ведь какие возможности перед ним откроются, когда весь мир будет медленно гнить от вируса, а у него в руках будет вакцина? Как он сам сказал: «Весь мир будет у моих ног». Так вот. На примете у него была только одна семья. Дело в том, что мои родители жили в Америке, где и произошла первая вспышка вируса. Они могли бы заразиться, но, к счастью, у них оказался иммунитет, и им удалось сразу же уехать в Корею. Тогда правительство не знало, что делать и чего ожидать, поэтому люди, испугавшись всей этой катастрофы, эмигрировали по всему миру. Так и распространился вирус.    Хосок перевёл дыхание, по всей видимости, устав ходить из стороны в сторону, присел на ковёр, посмотрев в потолок. Все трое слушателей смотрели на него, не смея перебить или задать вопрос, словно находились на лекции в институте у строгого преподавателя.    — Мистер Ли был знаком с моим отцом ещё со школы, поэтому он единственный всё знал. Когда у него появилась его теория касательно вируса, он пришёл к моему отцу, прося у него позволения взять у меня анализы, кратко описав всю суть. Естественно, мой отец не обрадовался таким безумным планам по захвату мира с моей помощью. И уже на следующий день мой отец подставил своего единственного друга, чтобы спасти меня... — Хосок смотрел в сторону, не в силах поднять взгляд на Минхи, чувствуя свою вину перед ней, хоть он ничего и не сделал. Шатенка лишь крепче сжала край своей футболки, ни на секунду не отводя взгляд от Хосока. Она и сама не могла понять, как ей на всё реагировать. Всё было слишком запутанным. — Собственно, когда я оказался здесь, мистер Ли узнал об этом и решил вновь осуществить свой план, ведь теперь у него не было никаких преград. На данный момент мы не знаем, что с ним и где он. Но если я и правда могу оказаться вакциной, нужно любыми путями попасть за стену. Ведь я не один такой. Я уверен, что есть ещё люди.    — То есть... Ты можешь вылечить Хёнвона? — спустя несколько мгновений встрепенулся Минхёк, словно пробудившись от глубокого сна. — И он будет жить. Ты вылечишь его?    — Это всё только на теории. Я не знаю, так это или нет, — покачал головой Хосок.    — Так почему бы не проверить? — от волнения Минхёк заговорил в разы громче, а на лице появилось подобие улыбки.    — Может, ты сначала у него спросишь, недотёпа? А если он не хочет подвергать себя ещё большему риску? Вдруг вирус начнёт прогрессировать в несколько раз быстрее? Что тогда? — фыркнул Кихён, раздражённо мотнув головой. Минхёк тут же сконфузился от его слов и посмотрел в пол, поджав губы.    — Тут я, пожалуй, соглашусь с Кихёном. Я тоже не думаю, что это безопасно... — вздохнул брюнет, с жалостью посмотрев на Минхёка.    Минхи осторожно опустилась на пол рядом с Хосоком, стараясь не делать резких движений, так как боли в голове ещё давали о себе знать, а от такого количества информации она, того и гляди, готова была разорваться. Шатенка взяла его руку в свои ладони и слегка сжала.    — Теперь всё самое страшное уже позади. Не смей чувствовать себя виноватым в произошедшем с папой, я... всё прекрасно понимаю. Мы должны придумать план, как попасть за стену. Мы сможем, да?    К глазам Минхи подступили слёзы, которые она так старалась сдерживать до этого момента. В груди было непонятное чувство лёгкости, будто запутанный комок переживаний и страхов распутался, позволяя спокойно вдохнуть спасительный кислород. Хосок сжал руки Минхи и хотел было что-то сказать, но внезапно дверь за спиной девушки распахнулась. Она услышала тяжёлое хриплое дыхание и резко почувствовала запах крови.    — Чжухон?