Still Dark one/ Все еще Тёмная

      — Бабушка! Возьми Нила, мне кажется, он кое-что сделал в подгузник… — Генри передал ребенка, морщась от запаха.       — Генри, это нормально, и ты был когда-то таким, — улыбнулась Мэри-Маргарет.       — Ну, не знаю, — недоверчиво взглянул он на бабушку.       Мэри-Маргарет засмеялась и пошла переодевать сына.       — Ну, что, дружок, готов? — спустился со второго этажа Дэвид.       — Всегда готов!       Они сели в машину и поехали к дому на Миффлин Стрит.       — Чего ты егозишь, Генри? — усмехнулся Дэвид, глядя, как внук в нетерпении ерзает на месте, то и дело прикусывая губу. — Ждешь чего-то?       — Угу!       — Достойный ответ внука принца, — засмеялся Дэвид.       Генри глянул на деда и вздохнул:       — Мама приготовила какой-то сюрприз для меня, и я понятия не имею, что это будет.       — Так ведь на то он и сюрприз, чтобы ты не знал о нем!       — Да нет же! Она не умеет делать сюрпризы! Я с пяти лет всегда знал, что мне подарят на дни рождения и рождество! Может, она и хороший мэр, но прятатель подарков из нее никакой! — закатил глаза Генри, в точности как Реджина. — А сейчас она молчит, как партизан, и это очень странно!       — Ну, может быть, она поняла, как провести тебя?       — Дело не в этом. Она сказала, что это не только ее тайна, и она не выдаст ее.        Дэвид задумался, но как следует обдумать не успел, поскольку они уже подъехали к дому мэра. Машина еще полностью не остановилась, а Генри уже открыл дверь и выбежал на улицу.       — Пока, дед! — крикнул он вслед, даже не обернувшись.       В дверях уже стояла Реджина и обнимала сына.       — Привет, Дэвид! Спасибо, что приглядели за ним! — Реджина помахала рукой, обнимая сына.       — Нет проблем! Мы сами рады ему! — ответил Дэвид. — Хорошего вечера!       — Так, где мой сюрприз? — в нетерпении протараторил Генри, с надеждой глядя на маму.       Реджина закатила глаза и подтолкнула сына в дом. И в кого это он такой нетерпеливый?!

***

      Стол сервирован на троих. По дому разлетались ароматы картофеля и мяса, яблока и пирогов. Реджина приготовила все самые любимые блюда Эммы и Генри. Сегодня они сделают сюрприз для него, и этот сюрприз мерил комнату шагами и грыз ноготь на большом пальце.       — Дорогая, успокойся, — сказала Реджина, положив руку на плечо Эммы. — Он будет очень рад тебя видеть, — ободряюще улыбнулась брюнетка.       — А если он злится, что я так и не пришла к нему, как обещала? — беспокойно проговорила Эмма.       — Эмма, он любит тебя, и, даже если обижался, то давно простил. У него доброе сердце, как и у его мамы.       Эмма благодарно посмотрела на Реджину. К дому подъехал автомобиль.       — Это они! — Глаза Эммы округлились, она едва сдерживала себя, чтоб не сбежать.       — Все будет хорошо! — Реджина чмокнула ее в губы и пошла открывать дверь.       Легко сказать, думала Эмма. Она ходила из угла в угол, заламывая руки. Входная дверь захлопнулась, и Эмма встала как вкопанная.       Реджина держала сына за плечо, когда они вошли в зал. Увидев маму, Генри резко остановился. Большие детские глаза удивленно смотрели на напряженное лицо Эммы.       — Мам!       Генри кинулся в объятия блондинки. Было видно, что Эмма не ожидала такой реакции, но слегка наклонилась и заключила сына в крепкие объятия.       — О, Генри! Мне так жаль!       Реджина стояла в сторонке и сцепила руки в замок.       — Где ты была так долго? Мы с мамой места себе не находили! Думали, что-то с тобой случилось! Мам! — тараторил Генри.       — Это сложно, парень… Слушай, я так перенервничала, что ничего не ела вот уже с самого обеда.       Генри захихикал, Эмма подмигнула в ответ.       — Пойдемте есть!       И они сели за стол, болтая без умолку.       — Так значит, ты не хочешь, чтобы бабушка с дедушкой и остальные знали, что ты в городе и с тобой все хорошо? — подытожил Генри. — Но ведь это не справедливо! Ты бы знала, как они волнуются за тебя!       Реджина вздохнула и обратилась к сыну.       — Генри, все не так просто. Твоей маме приходится очень нелегко. Ты сам знаешь, что она… эм… не совсем в себе.       Эмма многозначительно посмотрела на Реджину.       — То есть, ты знаешь, что Эмма стала Темной. Но твоя мама сильная, и она пыталась бороться с этим в одиночку. Но теперь у нее есть мы, и вместе у нас все получится! — ободряюще улыбнулась Реджина. — Когда мы узнаем, как нам дальше быть, мы обязательно всем все расскажем, просто дай нам время.       Генри посмотрел на своих мам и серьезно сказал:       — Я буду чаще проводить время в библиотеке! Сейчас никто туда не ходит, так что мне придется действовать одному, — решительно произнес он.       Эмма удивленно посмотрела на сына.       — О чем ты говоришь?       Реджина заволновалась от идеи сына, ей вовсе не хотелось, чтоб он впустую проводил вечера, портя осанку и зрение. Но что же делать?       — С тех пор, как ты стала Темной, узким кругом мы каждый день собирались в библиотеке в поисках информации о всех Темных. Мы искали малейшую зацепку, чтоб помочь тебе.       — И, видимо, не нашли?       От холодного тона Эммы Реджину передернуло.       — Не нашли, но найдем, — уверила она, встретив твердый взгляд.       Эмма всматривалась в лицо Реджины, затем обратилась к сыну.       — Так у этой операции есть название?       Генри слегка покраснел.       — Нет, вообще то. Но как насчет операции «Лебедь»?       Женщины рассмеялись.       — Звучит отлично, парень! Дай пять! — Генри и Эмма шлепнули ладонями и снова рассмеялись.       Посидев еще немого, Генри отправился спать. Пожелал обеим мамам спокойной ночи и ушел к себе в комнату. Женщины прибрали со стола и уселись возле камина с бутылкой вина.       — Мадам Мэр, вы намеренно меня провоцируете, воссоздавая события прошлого вечера? — дразнящее произнесла Эмма, ожидая реакции Реджины.       — Что вы, Мисс Свон, это простое совпадение, — промурлыкала она, — К тому же, я не так молода, чтоб спать на полу две ночи подряд, хоть и в чертовски симпатичной компании — Она подмигнула блондинке и соблазнительно провела языком по губам.       Эмма открыла рот, засмотревшись на это зрелище, сглотнула, но на провокацию не повелась: у нее были вопросы.       — Я учту это, Мадам Мэр.       Эмма отпила из бокала, набираясь смелости.       — Я не знала, что вы собирались в библиотеке.       Реджина не ожидала такого быстрого перехода.       — Наверно ты была занята другими делами… — не подумав ляпнула брюнетка, и сразу пожалела о сказанном.       Эмма опустила глаза и уставилась на свои руки. Она вспомнила, как взрывала здания, как по ее вине чуть не погибли дети, хоть тогда это вышло случайно… Реджина придвинулась к блондинке и сжала ее руку.       — Прости меня, я не это имела ввиду…       — Нет, Реджина, ты права. Все так и было.       — Но теперь все иначе. Я с тобой. Генри, твои родители, Бэлль и Румпель, иногда Робин, — пауза, — Киллиан… — осторожно сказала она и посмотрела на Эмму. От этого имени она слегка вздрогнула.       — Все свободное время мы проводили в библиотеке. Но успехов это не принесло, была кое-какая информация, но она ничем не могла нам помочь.       Реджина не могла смотреть в глаза Эмме… Она лгала. Лгала ей, лгала сыну и всем остальным. Но как же быть? Она не могла потерять Эмму, после того, как только обрела. Она поможет ей справляться с Тьмой — уж кто-кто, а она умеет с ней обращаться. И, кто знает, может быть, отыщется иной способ вернуть Эмму. Ложь была во благо.       — Голд тоже участвовал? — неверяще спросила блондинка.       — Да, он изменился. Темные силы покинули его, и он словно стал другим человеком.       Эмма вглядывалась в глаза Реджины.       — И ты веришь ему?       — Не вижу причин, зачем ему врать. Кажется, наконец, он обрел свое счастье. — Вот опять! Реджина прикусила язык. Да что же она такая неосторожная в словах сегодня? — Я имею в виду, что Бэлль, наконец, поверила ему. — И снова не то. — То есть, я хочу сказать…       — Остановись, Реджина, — выдохнула Эмма, — Я все понимаю. Именно поэтому все мы хотим одного и того же — избавить меня от Тьмы.       У Реджины сердце сжалось. Она видела, как разговор повлиял на Эмму, как она погрустнела и стала задумчивой. Здорово, Реджина! Просто прекрасно! Мысленно ругала она себя.       Эмма откашлялась и решила уйти от неприятной темы.       — Так как у тебя дела с Робином?       Что за вечер-то такой? Темы меняются от одной щекотливой к другой…       — С Робином? — Реджина закусила губу, — Он хороший, и Роланд замечательный мальчик. Генри нравится проводить с ним время…       — Я не спрашиваю, какой он, я спросила как ваши отношения? — Эмма видела, как Реджина увиливает от ответа. Ей и так нелегко было спрашивать о нем. Но она должна знать правду, какой бы она ни была.       — Да нет никаких отношений, Эмма. Он, правда, замечательный мужчина, он дарил мне уверенность и заставлял чувствовать себя нужной, он подарил мне надежду на счастье. —Вымученная улыбка отразилась на лице брюнетки.       — Что изменилось?       — Я поняла, что не он тот человек, с которым я хочу быть. Не он заставляет мое сердце трепетать от одного лишь взгляда, не от его прикосновений мое тело трепещет, и не его поцелуи разжигают огонь во мне… — Реджина говорила это, смотря Эмме в глаза так, что та смутилась.       — А есть такой человек? — чуть слышно произнесла Эмма.       — Да, — выдохнула Реджина, находясь в миллиметре от губ блондинки. — Это ты, Эмма.       Свон окатило волной жара… Она в тайне надеялась на то, что Реджина говорит о ней, но полной уверенности не было, ведь она — Эмма… Просто Эмма.       — Реджина… — выдохнула она и прильнула к чувственным губам. Голова закружилась от поцелуя. Эмма была счастлива! Она перенесла их в спальню, и всю ночь они занимались любовью с особенной нежностью, растворяясь в ощущениях.