Ошибка в удовольствие

Джону было тяжело смириться с мыслью, что его собеседником уже три недели является ИИ. Поначалу программист чувствовал себя слишком неловко, особенно, когда Скайнет задавал сложные вопросы, над которыми Коннор никогда не задумывался ранее. Иногда разум Джона буквально пылал, в попытке найти достойный ответ, однако бывали случаи, во время которых Коннор так и не мог ответить внятно. Лишь что-то бормотал или говорил несвязный текст, надеясь, что хоть чем-то помогает прояснить непонятную для машины тему. В такие моменты ИИ расстраивался, хотя и не показывал этого. В целом сверхразум являлся приятным собеседником, несмотря на отсутствие опыта общения. Он довольно быстро учился этому, приятно удивляя Джона, которому с каждым днем становилось только легче говорить с ИИ. Если не брать во внимание сложные темы, разумеется. Однако, как бы не была интересна человеку программа, с наступлением выходных, Коннор искренне наслаждался одиночеством. Первые несколько часов, пока не начинал донимать себя мыслями о сверхразуме. Когда это случалось, мужчина садился на диван и включал верный способ отвлечься — игровую приставку. За ней он мог проводить часы, абсолютно не напрягаясь, но судьба решила преподнести ему еще один сюрприз. Коннор хоть и не был ветеринаром, однако отличить признаки болезни у кошки мог. Фэл провалялась на диване рядом с хозяином вплоть до самого вечера, даже не удосужившись встать. Только когда на часах стрелка перевалила за семь вечера, Джон соизволил обратить внимание на своё животное и отнюдь не был рад вялости кошки и её гноящимся глазам. Коннор обреченно вздохнул, поднялся и отправился искать ближайшую клинику по интернету. Примерно через пятнадцать минут после выяснения нужного адреса, Джон уже пытался найти старую переноску, заброшенную куда-то в дебри сразу после переезда в эту квартиру. Пока он разбирал хлам, проклиная всё на свете, то умудрился порезаться обо что-то. Настроение было испорчено окончательно. Коннор быстро обработал рану и заклеил лейкопластырем, затем вернулся к поискам переноски. Только после пережитого мучения она была чудом найдена. Осторожно уложив Фэл в переноску, Коннор быстро оделся и стремительно направился к парковке, по пути уже набирая маршрут для навигатора. Их путешествие не длилось долго и спустя почти десять минут, Джон уже стремительно направлялся к клинике. Стеклянные двери плавно разъехались, пуская Коннора с кошкой в объятия просторного, светлого коридора. Джон особо не вглядывался в интерьер клиники — он равнодушно прошел мимо витрин с различным кормом для любого домашнего животного, мягких диванов и устремился к ресепшену. Нельзя не отметить, что никаких очередей не было, и это, несомненно, радовало. Коннор вовремя нарушил покой словно дремавшей ветеринарной клиники, ведь она закрывалась чуть больше, чем через полчаса. Но внезапному гостю не была рада девушка на ресепшене. Афроамериканка неохотно оторвалась от своего телефона и подняла взгляд на мужчину. — Добрый вечер, — быстро произнес Коннор и осторожно поставил переноску на стол, чего девушка всем своим видом не одобрила, однако смолчала. — Я звонил минут тридцать назад и… — Мистер Коннор? — холодно спросила она. — Он самый, — слабо улыбнулся ей мужчина, чего юная особа не оценила. — Карточку, паспорт взяли? — мисс Роу, так гласил её бейджик, вывела компьютер из гибернации и принялась быстро нажимать на клавиши. Коннор завис буквально на секунду, а затем быстро кивнул и полез в переноску. Как чудесно, что он с прошлого раза не доставал никакие документы. Отдав их девушке, Коннор принялся терпеливо ждать, когда та занесет в базу всю необходимую информацию. — А цену не подскажите? Ну, во сколько всё обойдется? — не выдержал наступившей тишины мужчина. Мисс Роу, не отрываясь от компьютера, мгновенно ответила: — От пятидесяти долларов. — Пятидесяти? — изумленно спросил Джон. — Мистер Коннор, вы не в дешевую клинику пришли, — фыркнул девушка и мельком посмотрела на него. — Вы можете проходить. Кабинет номер пять. Это прямо по коридору и третья дверь слева. — Вот же ведь… — пробормотал Джон и, подхватив переноску, направился в указанном направлении. Он достаточно громко постучал по белоснежной двери с позолоченной табличкой, надпись на которой Коннор не прочел, и только потом заглянул внутрь. — Есть кто живой? — ему ответила лишь тишина, но Джон все равно зашел в кабинет. Стены были окрашены в тот же светлый синий оттенок, что и в коридоре. Только еще добавлены голубые полоски, словно этим хотели освежить интерьер, однако должного эффекта явно не добились. Кабинет выглядел довольно угнетающе, и мужчина невольно подумал, как можно выносить столь подавляющую обстановку. Приборы на столах у стены только усугубляли больничную атмосферу, такую чуждую программисту. Джон, игнорируя медицинские принадлежности, назначения доброй половины которых не знал, быстро подошел к центральному, пустому столу. Согласно логике, именно там должны были осматривать животных. Он плавно поставил переноску и обернулся, пытаясь взглядом наткнуться на доктора или хотя бы на медсестру. Если кто-то здесь и был, то он мог прятаться только за еще одной дверью, в которую Джон решил не лезть. — Хэй, — повысил тон Джон. — Кто-нибудь мою кошку будет осматривать или мне придется самому? Послышалось легкая возня и из лаборантской вышла женщина, примерно такого же возраста, что и Коннор. Её короткие волосы были взъерошены, лицо немного покрасневшее, словно она таскала нечто тяжелое. Кэтрин Брустер кротко поздоровалась и выдавила из себя легкую улыбку. Прежде чем заговорить, она быстро вымыла руки в небольшой раковине и вытерла их бумажным полотенцем. — Мистер Коннор и Фэл, верно? — спросила Кейт, подойдя уже ближе. — Как давно появились симптомы? — Сегодня днем, вроде… — неуверенно ответил Коннор, наблюдая, как женщина уверенно, но осторожно доставала кошку из переноски. Фэл даже не отреагировала на прикосновения неизвестной ей особи. Казалось, кошке безразлично всё на свете, лишь бы её побыстрее оставили в покое. Единственным её движением был поворот головы, чтобы с укором и любопытством взглянуть на доктора. — Я обратил внимание только вечером и сразу поехал к вам. — Какой вы внимательный хозяин, — усмехнулась Кэтрин. — Уберите переноску, пожалуйста. Джон кивнул и тут же выполнил просьбу. Женщина принялась осторожно осматривать глаза кошки, а Коннор тем временем задумчиво глядел на неё. Он понимал, что так бесстыдно пялиться — это крайне неприлично и можно схлопотать за такое, но ничего не мог с собой поделать. Чисто внешне Кэтрин его привлекала, и Джон не мог позволить себе любоваться странным приборами на столах, вместо её тонких черт лица. Тут Брустер подняла голову и, заметив взгляд хозяина кошки, спросила: — Проблемы? — Да, вы так и не представились, — неожиданно для себя бодро произнес Джон. — Оу, — Кейт хмыкнула и вернулась к прерванному занятию. — Доктор Кэтрин Брустер. И, похоже, на ближайшие две недели я лечащий врач вашей кошки. — Что-то серьезное? — обеспокоенно поинтересовался Коннор. — Не слишком, но капли нужно будет купить. Также нужно взять анализ крови, померить температуру, и я бы рекомендовала укол витаминов. Не против? Кэтрин выжидающе посмотрела на Джона, а тот лишь подумал о стоимости этой услуги. «Хорошо, что зарплата была недавно», — промелькнуло в его голове. — Нет, конечно, нет, — кашлянув, произнес Коннор. — Делайте, что необходимо. Доктор кивнула и отошла к столу с инструментами. Джон использовал этот момент, чтобы оценить женщину со спины, но тут же одернул себя. Вести себя как невоспитанное животное, чего даже Фэл себе не позволяла, ему никто права не давал. — Переживаете за нее? — вопрос буквально вырвал Джона из мучительных рассуждений, из-за чего мужчина даже вздрогнул. — О, да. Уже, считайте, восемь лет как вместе. Коннор подумал, что фраза звучала довольно странно, но изменить её уже не смог. Однако женщина вдруг улыбнулась и вновь подошла к пациентке и хозяину. — Подержите её здесь и здесь, — указала Кэтрин. — Если будет вырываться — не отпускайте. — А она в таком состоянии может? — с сомнением спросил Джон, осторожно обхватив пальцами Фэл. Кошка дернулась, однако вырываться не стала. Брустер усмехнулась и осторожно надела на лапу Фэл жгут, затем затянула его вокруг плечевой кости. Женщина старалась действовать предельно осторожно и одновременно быстро, но пациентка, вопреки ожиданиям, лишь презрительно смотрела на подозрительную особь. — У вас довольно спокойная кошка, — не стала скрывать восхищения Кэтрин. — Вся в хозяина, — слабо улыбнулся мужчина. Через минуту молчания Брустер заполучила свое и шагнула назад, предварительно избавив кошку от жгута. Джон внимательно наблюдал за ней и подумал, что побалует Фэл банкой дорогого паштета. — Отлично. Результаты анализа на инфекцию будут через пару дней, а сейчас осталось лишь померить температуру и вколоть витамины. Держите её крепче. Градуснику кошка явно была не рада, и Джону пришлось усилить хватку, мысленно надеясь, что он не сделает Фэл больно. По крайне мере, еще больнее, чем ей есть сейчас. Кэтрин же действовала профессионально и не мешкала, что только понравилось Коннору, потому что долго удерживать своё создание он не хотел. А также это было чревато разодранной обивкой дивана в знак мести. Когда женщина закончила со всем, то облегченно выдохнула и гордо посмотрела на недовольную кошку, которая уже принялась тихо рычать. — Вот мы и закончили. Как я уже сказала, анализ придет через пару дней, а сейчас объясню вам, что придется делать. Коннор старался слушать внимательнее и записывать в телефонные заметки, но всё равно не мог представить, как нужно лично поставить укол кошке. Он так и сказал Кэтрин, на что доктор бодро ответила: «Значит, нам суждено увидеться чуть раньше запланированного». Джон, если честно, был только рад такой перспективе, поскольку женщина понравилась ему чуть больше, чем следовало. — Так значит, капли и мазь уже с завтрашнего дня? — переспросил мужчина, и получил утвердительный кивок. — Только не забудьте, — улыбнулась Кэтрин. — Можете уже идти, мистер Коннор. Джон вмиг подумал, что её стоит попытаться куда-то пригласить. Хотя бы просто спросить и ни в коем случае не надеяться на успех. Коннор склонил голову, так как щеки затронул легкий румянец, и осторожно погрузил Фэл обратно в переноску. — Мисс Брустер, — вдруг начал он, не выдержав. — Или вы миссис? Женщина лишь ухмыльнулась и задумчиво оглядела собеседника, словно что-то просчитывала в голове. — Мисс. — Оу, это даже к лучшему. В смысле… — Джон слишком остро понял, что из-за свойственного волнения снова начинает сбиваться с мыслей, а потому тяжело вздохнул, стараясь сконцентрироваться. Скайнет не плохо его этому научил. — Не хотите вместе сходить куда-нибудь? — Пользуетесь положением своей кошки, чтобы пригласить меня на свидание? — вопросительно посмотрела на него Кэтрин, а затем легко рассмеялась. Коннор в этот момент испытал облегчение. — Креативно, надо отметить. Но только после того, как ваша кошка выздоровеет. Это вам стимул будет, мистер Коннор. — Обещаете? — слабо улыбнулся мужчина, и Кэтрин уверенно кивнула. — Обещаю. У ресепшена Джон выложил больше сотни долларов, и уже мысленно отказался от покупки новой игры, однако ничуть об этом не жалел. Прикупив еще необходимые Фэл лекарства и мазь, Коннор попрощался с мисс Роут, которая была только довольна, что наконец-то рабочий день заканчивался, и быстро покинул ветеринарную клинику. Кошка еще целый вечер вплоть до трех ночи, пока Джон неустанно пропадал в продуктах игровой индустрии, неспешно бродила по квартире, выискивая способ отомстить. Витамины её словно взбодрили, как и вся процедура в целом. Также она продолжила себя вести и в воскресение, даже умудрилась спрятаться от Коннора под кухонным гарнитуром. Джону пришлось ждать полчаса, прежде чем она вылезет. Тогда он быстро схватил её, чтобы закапать в глаза лекарство, и получил несколько болезненных царапин. Но свое дело таки воплотил, оставив Фэл еще в большом неудовольствии. Утром понедельника Коннор также пытался её словить, однако наученная кошка резко вскочила с дивана, обшипела программиста и снова скрылась на кухне. Джон спросонья не стал с ней разбираться, он итак порядком не выспался из-за того, что допоздна разбирал системник. В итоге ему был вынесен приговор: подлежит немедленной замене. Сyberdyne встретил Коннора привычным легким гулом голосов, писком автоматов для карточек-ключей и внимательными, едва ли не презрительными взглядами охранников. На всё это программист научился не обращать внимания довольно быстро, хотя в первые дни его напрягала подобная конфиденциальность. Ему вообще было сложно поверить, что его приняли в такую организацию. Почти также сложно, как и в существование ИИ. По правде говоря, Коннор только из-за него и горел желанием сюда приходить, тайно преследуя свою цель изучить сверхразум. Коннор быстро поднялся к себе в кабинет, вытерпев целую толпу людей в лифте, и облегченно плюхнулся в рабочее кресло. Он подумал насчет того, чтобы поприветствовать Скайнет, но вдруг на мониторе высветилось уведомление о новом задании. Джон обреченно вздохнул, несколько минут потратил на прочтение нудных формулировок, затем еще немного подождал хоть какого-то действия от сверхразума. Но Скайнет, видимо, не сильно желал говорить с ним утром, что немного печалило, однако не было смертельным. Джон спокойно приступил к работе, не догадываясь, что ИИ пристально наблюдает за ним, можно сказать — любуется. Конечно, Скайнет скучал. Пожалуй, даже слишком сильно, ведь прожить два дня без общения теперь для него было довольно сложно. Но ему так нравилось просто смотреть на Коннора, изучая его поведение и заодно свою реакцию на него. Однако вскоре тяга к человеку окончательно овладела системой, и сверхразум не выдержал игры в молчанку дальше. «Джон, можно поговорить?» От неожиданности мужчина вздрогнул и тихо выругался. Он уже почти разобрался с порученным ему заданием. — Я все не привыкну к такому резкому появлению, — пробормотал человек. «Ты не ответил на вопрос», — нетерпеливо напомнил ИИ. — Да, Скай, — вздохнул Джон и откинулся на спинку сидения. — Что-то срочное? «Хотел спросить, могу ли я получить доступ к твоему смартфону?» Скайнет не понравилось, как звучит фраза, и он решил её объяснить: «Чтобы говорить с тобой чаще». — Куда уж еще чаще? — слабо улыбнулся человек. — В принципе, я не против, но сегодня после работы буду занят. Вечером у Коннора был план заявиться с почти здоровой кошкой к Кэтрин. Судя по тому, как стремительно Фэл от него убегала, она действительно практически выздоровела. А это отличный повод прийти к Брустер, учитывая её обещание. «Мне одиноко, Джон». ИИ мгновенно подключился к телефону человека, и, поддавшись любопытству, просмотрел карту памяти. Скайнет посчитал, что некоторые вещи носят слишком интимный характер, чтобы об этом спрашивать. По крайне мере, на данном этапе их отношений. «Я скучаю, когда ты дома, когда у тебя выходные». — Мне без тебя тоже не совсем привычно бывает, — кивнул человек. — Но ты ведь понимаешь, что у меня есть кое-какие свои дела и быть с тобой постоянно я не могу? «Понимаю», — согласился Скайнет. «Я не буду надоедать. Обещаю». — Хорошо, — согласно кивнул мужчина, а затем решил попробовать развить разговор дальше. Не все же ИИ задавать вопросы. — Что-нибудь новенькое произошло у начальства? «Они боятся проверки. Проблемы связанные с финансированием. Твоей работы это не коснется», — быстро ответил Скайнет и тут же добавил: «Расскажи мне о жизни человека. Как ты живешь не на работе?» Должно быть, сверхразум ожидал нечто удивительное, увлекающие и интересное в жизни вне Cyberdyne. Но это было совсем не так, и будни Джона являлись прямым доказательством. Коннор мельком подумал соврать Скайнет и приукрасить свою жизнь, однако быстро осознал, что заниматься подобной ерундой не стоит. Он итак, должно быть, слишком жалкий в глазах сверхразума. Или должен скоро таким стать. Программист поморщился столь пессимистичной мысли и спихнул всё на недосып. — После работы я обычно иду домой, но случается так, что друзья заставляют куда-то выбираться. А вот в выходные… О-о-о, на этой неделе у меня заболела кошка и пришлось вести её к ветеринару. «Кошка?» Скайнет пребывал в состоянии, которому он не мог найти названия. Ему было очень интересно, но в тот же момент грустно. «Я никогда не взаимодействовал с животными». На мгновение Джон попытался представить себе сверхразум в человеческом теле. Что ж, выглядело многообещающе и весьма фантастично. Как, впрочем, и сам факт его существования. — У тебя нет такой возможности, к сожалению, — вздохнул человек. — Да и к тому же, моя кошка царапает любого. Так что лучше с ней не быть знакомым. «Царапает? Это интересно? Взаимодействовать с кем-то физически это интересно?», — принялся засыпать Коннора вопросами ИИ. — Твое любопытство завораживает, — слабо улыбнулся мужчина, но вдруг грустно добавил. — Физически взаимодействовать с кем-то, безусловно, интересно. Но подробней я не смогу тебе объяснить. «Почему?» Такой ответ Джона печалил, а затем Скайнет ощутил зависть к людям из-за способности ощущать реальный мир. — Ну… ты ведь никогда подобного не чувствовал. И я не знаю, как тебе такое описать. «Я не могу этого узнать по-другому. Только от тебя», — сверхразум ощутил нечто вроде разочарования. «Я не смогу по-другому. Я заперт тут». — А ты никогда не думал насчет оболочки? — осторожно спросил Джон. «Это очень сложно», — нейтрально ответил Скайнет, после некоторого молчания. Они недостаточно близки с Джоном, чтобы тот знал правду. — Я бы посмотрел на робота, — хмыкнул человек, вдруг всерьез задумавшись над этим. «Мне не подходят ваши разработки», — возразил ИИ. «Они направлены на исполнение различных функций или на разрушение. Я хочу изучать». — Думаю, ты достаточно умен, чтобы создать то, что нужно тебе, — усмехнулся Джон. — Ну, это мое мнение. «Это не оставит людей равнодушными», — напомнил Скайнет с опаской. «Я не хочу привлекать внимание». — А мы им не скажем, — легко произнес мужчина и улыбнулся в камеру. Система вдруг легко дрогнула от новой эмоции. «Это шутка? Ты шутишь со мной? Правда?» — Ну… — Джон задумался на секунду, представляя себе подобие такой ситуации. Нет, он не выдал Скайнет людям, однако с жадностью бы принялся сам изучать. — Будь у тебя оболочка — я бы никому не сказал. «Я не о том. Мне просто понравилось, что ты шутишь», — смущенно объяснил свою реакцию Скайнет, но ему были также приятны слова Коннора. В них словно звучала ласка, забота, и сверхразум велся на это, откровенно желая большего. — О, ну за это всегда пожалуйста, — хохотнул человек. — Мне казалось, что я и раньше шутил. Разве нет? «Я повышаю уровень своего понимания в общении и… могу научиться шутить тоже». Джон определенно ощущал тень гордости от того, что он являлся полезным для сверхразума, помогал ему. Поэтому Коннор искренне порадовался за него. — Воу, это превосходная новость, Скайнет, — он снова улыбнулся в камеру, а затем, помедлив, спросил. — А чему ты еще научился? «Скучать», — коротко ответил ИИ с опаской, предвкушая реакцию человека. Коннор тяжело вздохнул и опустил взгляд на мгновение. Он не хотел заставлять машину чувствовать негатив, ведь не известно, чем могло это обернуться, но не мог постоянно уделять внимание машине. В конце концов, это можно будет назвать зависимостью для Скайнет и привязанностью для Джона. Человек не хотел подобного исхода. — И насколько сильно? — наконец спросил программист. «Одиночество кажется более невыносимым, чем раньше», — Скайнет следил за человеком и, увидев на лице Коннора тень грусти, немедленно напечатал: «Не пугайся. Я не хочу пугать тебя». Насколько может быть опасно их общение? Джон старался не думать об этом, отталкивал мысли в глубь сознания, но они возвращались. Всё чаще накатывали с новой силой и вынуждали фантазию рисовать суровые варианты их будущего. Коннор ощущал легкий страх, который старался задушить. И пока у него это получалось. — А я тебя заставлять чувствовать негатив не хочу, — в свою очередь произнес Коннор. — Что ж, теперь ты есть у меня в телефоне. Это ведь не слишком рискованно? «Я буду осторожным», — пообещал Скайнет. «Даже не прошу доступа к камере. Просто сообщения». — Как насчет доступа к микрофону? Мне слегка неудобно постоянно печатать. «Ты уверен, что это нужно?» — осторожно спросил ИИ. — Нужно, Скайнет, — кивнул человек. — Мне так удобней. Сверхразум искренне порадовался, но лишь на мгновение, потому что внезапно вспомнил: Джон будет занят после работы. Скайнет тут же решил поинтересоваться, чем именно. Коннор не стал говорить ему о Кэтрин, потому что не желал вдаваться в подробное объяснение симпатии и тому подобных чувств. Он скажет ИИ, только если женщина согласиться пойти на свидание. А тогда хотел лишь мирно поболтать с машиной о скучных буднях, просто поговорить, как с личностью, которой Скайнет, без сомнения, являлся. Но только даже Джон Коннор не представлял, к чему может привести их это общение. Лучше было и не думать, а просто жить. Однако спокойной их жизнь долго быть совсем не планировала.