Пепел крыльев ангела

20. Твои проблемы – не мои проблемы. Почти как «вассал моего вассала – не мой вассал». Крис от души выматерился. Мысленно. Мило улыбаясь администратору клуба. Мироздание точно решило поглумиться над ним, подбрасывая проблемы одну за другой. На самом деле бОльшая часть этих проблем не стоила и ломаного пенни, другой вопрос, что каждый, кто хоть что-то представлял из себя в этом городе, пытался раздуть из затруднения трагедию за малым не мирового масштаба. - О чем ты хотел поговорить? – Джуниор грел в ладони пузатый коньячный бокал, со скучающим выражением лица рассматривая официанта, фланирующего по залу. Мальчик, явно омега, до оторопи напоминал Макса, разве что был более мягкого, андрогинного типа. Джуниор, ранее не замеченный в тяге к людям с типом омеги, проявлял небывалый интерес к юноше. Можно было даже предположить, что младший из семейства Дауни решил присвоить маленькую омегу, невзирая на состояние паритета и «ничейную» территорию, выбранную Крисом для общения с главами картелей. Впрочем, интерес был показным. И Крис об этом знал великолепно. Роберт Дауни-младший, среди глав прозванный так же Джуниором, был стопроцентным гетеросексуалом и вполне счастливо сосуществовал вот уже десять лет с женщиной-омегой, замену которой искать совершенно не планировал. Более того, Линда не так давно преподнесла ему чудесный дар в лице крохотного вопящего комочка. Прекрасной дочери. К вящему удовольствию отца – родившейся альфой. - Я бы все-таки предпочел дождаться остальных, - Крис проследил за его взглядом и улыбнулся одними уголками губ. Джуниор не менялся. Легкая седина на висках его совершенно не портила. Напротив, делала его лицо еще более выразительным, а образ – мужественным. Карие глаза, породистые черты, холеная бородка-эспаньолка, делали его похожим на апокрифического демона. В том, что Дауни его поддержит – Крис не сомневался. Несмотря на свою демоническую внешность, манеры записного сердцееда и прожженного бабника, Джуниор был верен своей паре. Более того, женщина-омега держала его на этом свете якорем более прочным, чем отец, мать и вся его прошлая жизнь. Именно Линда вытащила его когда-то из запоя, спасла нелегальный бизнес и помогла легализовать то, что теперь приносило вполне себе законные доходы. - Викинг, - поморщился Дауни. – Ты знаешь, я не люблю эти пафосные сходки. От них за милю разит понтами. - На этот раз все серьезно, Роб, - Крис побарабанил пальцами по кожаному подлокотнику кресла и бросил мимолетный взгляд на вход в зал. За небольшой аркой, скрывающей от зала холл, наметилось движение, и спустя пару неспешных ударов сердца в зал вошел следующий участник импровизированного совещания глав «большой семерки». - Викинг… Роберт… - Эван Кристофф, не менее нордический блондин, чем сам Викинг, такой же голубоглазый, но коротко стриженный, тоже был альфой. Правда, на этом сходства и заканчивались. Эвана среди своих называли «Капитан Непреклонность». И еще он был главой радикально настроенных доминант Хэллфайра. «Альфа всегда права. Если альфа не права – смотри пункт первый». Эван Кристофф всегда и во всем был прав. И это не обсуждалось. – По какому поводу мы сегодня собрались? - По важному, Капитан, - уклонился от ответа Крис. - Не сомневаюсь, - Обаятельно улыбнулся Эван. – И все же?.. - Я не люблю повторяться, ты знаешь. Так что предпочту объяснить сразу все и всем. Единожды… Напирать и требовать объяснений Эван не стал. Следующей явилась Лотта. Рыжая красавица была единственной бетой в компании грозных альф. Вот только ее право на присутствие в этом обществе не оспаривал даже Эван. Лотта была настоящей акулой. И если Дауни плотно занимался оружием, то мисс Шарлотта держала в своем стальном наманикюренном кулачке все медиа-каналы города и всю его связь с внешним миром. Следующим был мистер Реннер. Стрелял мистер Реннер отменно и слыл прекрасным охотником. На людей. Именно Реннер являлся главой маленькой, но очень сплоченной группировки высококлассных наемников-убийц. Ему платили много. В том числе и за молчание. Впрочем, те, кто ему не платили, жили плохо и очень недолго. Джереми Реннер так же был альфой. Но альфой, потерявшей свою омегу по воле жестокого случая. Один из «клиентов» кондоминиума попытался давить на убийцу посредством семьи. Его омега решил вопрос быстро, четко, эффективно и крайне жестоко. Правда, это было последним, что совершил парень. Он тупо подорвал компанию зарвавшегося клиента. После этого случая Хоукай устроил «охоту на волков» - массовую чистку, показательно уничтожив клан заказчика. Подчистую. Не пожалев ни женщин, ни отпрысков покойного. Больше ни у кого не возникало ни малейшего желания юлить или пытаться обмануть Реннера и его людей. Правда, его любовника это вряд ли смогло бы вернуть. Последним, кто явился на встречу, был Билли Бонс. Никто не знал, как его зовут на самом деле. Даже аналитики Тома спасовали перед этой задачкой. Билли явился как всегда один. Одноглазый бес незаметно просочился в зал и присел в свободное кресло. Одним только своим присутствием он создавал ощущение угрозы. Бонс был гаитянцем. А еще он был адептом вуду и руководил… или, сказать точнее, подмял под себя черные районы Хэлла и был наиболее проблемным оппонентом для Криса. После Музыканта. А может и еще более проблемным, нежели Гаррэтт. - Это все? – томно протянула Лотта, не глядя в сторону Билли. - Все, - кивнул Крис, жестом подозвав официанта. Парень кивнул и спустя минуту перед собравшимися стояли бокалы с коньяком, кофе и легкие закуски. Еще спустя пару минут дверь в зал тихонько затворилась, отрезая собравшихся альф от внешнего мира. И от прослушки. - Здесь нет Музыканта, - скрипучим голосом заметил Бонс. - Музыкант здесь и не нужен, - негромко припечатал Крис. - Викинг… - скрип трансформировался в почти змеиное шипение. – Неужели ты думаешь, что я не знаю?.. - Музыканту здесь не место просто потому, что это по его милости мы имеем очень серьезную проблему в городе. - Крис поднял свой бокал, сделав глоток. Терпкая горечь осела на корне языка, растеклась теплом по телу. - Вот как? – выгнул бровь Билли. – Мне казалось, что эта встреча – месть Музыканту за твою омегу, Викинг. - Это не месть, - Крис посмотрел на него. Прямо, очень спокойно, буквально всем телом ощущая, как нарастает в зале напряжение. – Это констатация факта. Музыкант заварил кашу, расхлебывать которую доведется всем нам. - Нам? – вскинул бровь Капитан. - Нам, мистер Кристофф, - кивнул Хэмсворт. – Не так давно мы обнаружили новый наркотик. Он воздействует на организмы всех видов. Но только для альф его употребление уже после первой же пробы приводит к смерти. Мучительной смерти. Многие из вас слышали о происшествии на пирсах. Небольшая группа альф-отморозков напала на дилера. На границе с районом, который контролирую я. Им было предложено попробовать новую дурь. После приема препарата альфы попросту перебили друг друга. Я был там и видел место происшествия. Скотобойня выглядит райским уголком в сравнении с тем, что творилось там. Уцелел только один из нападавших. И совершенно случайно уцелевший оказался бетой. - Вот как… - Реннер покачивал в пальцах свой бокал, не глядя больше ни на кого. - Только ради этого ты не стал бы собирать нас и к тому же так настойчиво, - флегматично заметила Лотта. - Верно, - кивнул Крис. – С наркотой я справился бы сам. Все намного сложнее. Музыкант прикрывает бету человека, который сейчас активно продвигает на рынок некий препарат, который позволяет омегам контролировать период течки, откладывать ее при необходимости. И контролировать и планировать, собственно, беременность. Мы провели тесты и выяснили, что этот препарат - производная того самого вещества, которое является сильно действующим наркотиком, воздействующим на альф. Более того, этот препарат стерилизует омег. Раз и навсегда. И этот эффект в побочных явлениях препарата не прописан. То есть, омеги, принимающие препарат, никогда не будут иметь детей. И препарат и наркотик были синтезированы в лаборатории. Оба вещества направлены на одно… - Ты хочешь сказать, что у нас появился новый Доктор Смерть?! – обычно иронично-отрешенное лицо Джуниора исказил почти ужас. - Боюсь, что да, - Крис отставил свой бокал и скрестил на груди руки. - Не понял, - нахмурился Эван. - Проще говоря, появился некто, кому альфы и омеги поперек горла встали, и он, как когда-то нацисты, пытается уничтожить альф и омег, как вид, - процедила Лотта. – Беты, как преобладающие на Земле, должны быть единственными жизнеспособными. Если не станет альф – омеги не смогут размножаться. Если не станет омег… потребность в альфах у природы отпадет напрочь. - Ссссука… - выдохнул Эван. - Целиком с тобой согласен, - буквально выплюнул Дауни. - За каким хреном Музыкант прикрывает этого выбля... эту бету? - оборвал себя Кристофф. - Это его единокровный брат. Злой как черт на всех омег. Детская травма и все такое, - Крис привычно закинул ногу за ногу и на миг прикусил губу. - То есть, отомстить брату и забыть все, как страшный сон, для него - не вариант, - до сих пор молчавший Реннер подал, наконец, голос. - Ты же знаешь таких парней, - поморщился Роберт. - Не тот случай. Это слишком для него мелко. Ему глобальные масштабы подавай. Если мстить - то всему виду. За родителя-кобеля и за раздвинувшую ноги омегу. И за все поколения страдавших под пятой генетических ошибок бет. Я знаю таких. Его только пуля остановит. - Ну так и устройте ему пулю, - передернула плечиками Лотта. Она была маленьким исключением из правил. После гибели омеги ее отец женился на бете. Ее старший брат, альфа, рожденный от омеги, любил сестру беззаветно. Поговаривали даже, что не просто любил. Но досужие свои мысли оставляли при себе. - Хоукай это быстро может организовать. Я - только «за». - И я тоже...- Джуниор щелкнул ногтем по своему бокалу. - Я - за, - отозвался Эван. - Браво… - Дверь ударилась о стены с громким стуком, и в зал вошел Джим Скотт собственной персоной, изображая бурные овации. Окинул сидящих довольным взглядом и улыбнулся. – Однако, я удачно зашел. Все птички в одной клетке. – Он опустил ресницы, сделал еще шаг вперед, и в комнату ворвались четверо в камуфляже и масках-респираторах. Широкий жест, и по полу рассыпались сотни металлических шариков. Секунда – и они раскрылись, как крохотные цветы, ощерившись острыми пластинками лепестков. Зашипели, выпуская тонкие струйки газа. - Как жаль, что наше знакомство было столь недолгим. – Джим кивнул головой, изображая приветствие, и вышел, захлопнув за собой тяжелые двери. Они только и успели, что вскочить на ноги. Хваленая реакция альф. У них есть считанные секунды, прежде чем пойдет реакция и их накроет. - Нахрен, в стороны, все!.. - Перестраховка и предусмотрительность впервые сыграли с ним злую шутку. Пуленепробиваемые стекла, мощные бронированные двери. Ни малейшей возможности вырваться из ловушки. Это конец... Нет, сука, не конец! Хэмсворты без боя не сдаются! - Роб... - Темные глаза Дауни-младшего все еще не потеряли осознанности. Оставалось надеяться, что тот его услышит. - Все, что ты будешь видеть - глюки. Нас убивает страх. Зашейся куда-нибудь и не высовывайся, что бы ни происходило. И главное... не стреляй!.. Дальнейшее слилось в сплошную полосу бреда. Непрекращающегося бреда, отделить который от действительности он не мог. Он видел Тома. Он видел, как Том липнет к Музыканту. А тот, потрахивая Хиддлстона, с улыбкой перерезал ему горло. Он слышал выстрелы. Слышал дьявольский смех. Его тело сводило от боли. И да, впервые в жизни ему было страшно. До одури, до липкого пота. Сладковатый запах прочно поселился вокруг. Этот запах буквально прилип к одежде и, кажется, поселился на кончике языка. Он крепко сжал, сцепил зубы. Показалось? На губы брызнуло медью и солью. И еще со всех сторон пахнуло кровью. Кровь, кажется, залила глаза. Кто-то кричал. Кто-то, кажется, бил его. Крыльями. Громадными, тяжелыми крыльями. Господи... Только бы Том уцелел!.. Дыхание перехватило, когда под ногами вдруг разверзлась бездна. Бархатная тьма, оскалившаяся острыми лучами звезд, рассыпанных вокруг. Бесконечное ничто, падение в начало и конец. Ни оглянуться назад, ни схватиться за опору. Ледяной ветер дохнул в лицо, Крис сделал судорожный вдох, но горло свело спазмом. В вакууме воздуха нет. От прокатившегося по позвоночнику ледяного ужаса свело сердце, Крис забился, силясь сделать вдох, но застыл парализованный, почувствовав, как шевелится что-то под ногами. Отвратительно мягкое и податливое. Зажав рот ладонью, он медленно опустил взгляд вниз. Белый опарыш копошился, извивался всем своим мягким тельцем. И Крис закричал, падая в бездну, раскрывшую для него свои объятия. ** С самого утра сердце было не на месте. Чтобы Крис взял его с собой, пришлось прибегнуть к шантажу, но Том настоял на своем. Они поссорились и до места добирались на разных машинах, но все это проходило мимо Хиддлстона, только поджимающего губы. Он лично перепроверил все посты охраны, замки, окна и наличие бронированных стекол. Ему было плевать, как глупо он выглядит со стороны. Он сам посмеется над собой, когда все это закончится, но пока это не закончилось… Чак сидел тихонько, выполняя приказ Криса не отходить от Тома ни на шаг, но сам Хиддлстон метался, как раненый зверь, в маленьком кабинете ресторана. Три шага до стены, поворот, еще семь до другой и снова поворот. Остановиться возле двери, прислушиваясь к звукам и снова до стены. Когда по ресторану прокатился первый крик, полный ужаса, Том побелел. Оглянулся на вскочившего Чака, и тот через секунду оказался рядом, закрывая его спиной. Оттолкнул в угол комнаты, подальше в тень и, вытаскивая пистолет из кобуры, приоткрыл дверь. И тут раздался второй крик, затем третий, четвертый, и все слилось в бесконечный вой. Том взвился с места, наплевав на предостерегающий окрик, забыв о собственной безопасности. Рванув из кобуры на поясе Чака второй пистолет, побежал в сторону закрытого зала, лишь краем сознания отмечая жмущийся в страхе по стенам персонал. Охрана… Где, черт бы всех побрал, охрана?! Когда он со всей дури вломился в дверь, та даже не дернулась. Том со злостью пнул ее, а потом почувствовал, как с силой сжимают его плечи и отводят в сторону. Он еще брыкнулся, но покорно затих в руках Чака, глядя на то, как взламывают подоспевшие ребята непокорную дверь, за которой с каждой секундой становилось все тише. - Пожалуйста… только не это… пожалуйста… - он шел, как в тумане, когда зал наконец открыли, и Чак его отпустил. Шептал еле слышно, пробираясь в полумраке и шалея от запаха крови. Он шел на голос, знакомый, любимый, полный ужаса и боли. А когда добрался до дрожащего воющего комочка, бьющегося на полу, словно в агонии, коротко всхлипнул и, потянув на себя, обнял, прижимая голову к груди. - Все хорошо, все уже хорошо… - покачиваясь, он словно убаюкивал потерявшего рассудок от страха мужчину, смотрящего прямо перед собой мутными глазами. – Крис, мой Крис… Вернись… я здесь… здесь… Иди ко мне… - поглаживая по окрашенным в красное волосам и плечам, он то пел ему детские песенки, то тихо признавался в любви. И звал, звал, мягко целуя соленую от слез кожу. – Крис… хороший мой… я с тобой… жду тебя… Крис… …Страх - подлая тварь. Крис падал бесконечно долго, пока не упал так низко, что оказался не в силах подняться на ноги. И его облепили мерзкие копошащиеся твари. Они ползали по нему, они проникали в него, они проникали внутрь его тела сквозь поры кожи. Они растягивали его кожу, и это причиняло адскую боль. У него не было сил кричать. Он кусал губы, давился собственной кровью и скулил, как раненое животное. А где-то далеко, едва слышным эхом звучал голос. Тихий-тихий. Дрожащий. Но такой теплый голос. - Помоги... мне... - Ему казалось, будто он кричит. На самом деле его губы лишь чуть шевельнулись, выталкивая вздохи, пузырившиеся кровью. Свет появился внезапно. Он ослепил и исчез, чтобы через секунду снова появиться. И снова раствориться в темном гулком эхе. Бесконечном, как падение с чудовищной высоты. Свет снова появился, а потом появилось жесткое нечто, накрывшее его нос и рот. В легкие ворвался прохладный воздух. Он распирал грудь и, кажется, почти разрывал его на кусочки. Мелкие кровоточащие кусочки. Он хотел сорвать с лица это жесткое нечто, но его руки кто-то держал, а воздух снова и снова разрывал грудь. Боль уменьшилась, а вскоре и вовсе сошла на нет. Растворилась в свежих холодных глотках. Напряженное до судорог тело расслабилось, а далекий голос стал ближе. Он мог даже различать слова. ...жду тебя... я с тобой... *** Том стоял у окна, сложив руки на груди, и мрачно смотрел на стену дождя. От тугих холодных струй несло безнадежностью и тоской, от стука капель по стеклу сжималось сердце. Том медленно опустил ресницы, сглатывая горечь, разлившуюся на языке. Хорошо, что Ли и Макса нет. Плохо, что их нет. Хиддлстон повернулся и, подойдя к широкой кровати, сел на край. Сжал расслабленные пальцы лежащего Криса, вглядываясь в его лицо. Спокойное, почти умиротворенное. Ему пришлось провести почти полную очистку крови, прежде чем химия вышла из организма. Крис метался и стонал, не приходя в себя, но к утру успокоился и заснул. Вот только сам Том теперь валился с ног от усталости. Но пока Крис не откроет глаза… Том склонился к нему, коснулся губами губ, грустно улыбаясь. Вернись ко мне… Губы легко шевельнулись, продляя касание. - Я жив... - Голос не слушался. Дрожал, срывался и был сиплым и тихим. Будто Крис долго и надрывно кричал. Том зажмурился, а потом выдохнул облегченно, кусая губы: - Жив. – Стиснул пальцы, словно пытаясь уверить в этом их обоих. – Конечно, жив, сумасшедший ты мой. – Погладил щеку и уткнулся лицом в грудь, судорожно дыша и чувствуя, как наваливается на плечи усталость. - Ложись ко мне... - горло свело, и Крис скорее выдохнул, чем прошептал. Превозмогая слабость, подвинулся, освобождая Тому место. - Тебе повезло, Хэмсворт, ты знаешь? – Том, не отпуская его пальцев, вытянулся рядом, поглаживая плечо. – Тебя только помяло. Пару дней постельного режима и будешь, как новенький. - Остальные? - Внутри плеснула паника. Растеклась по венам, вынуждая все силы бросить на пожатие. Ему казалось - сил много. На самом деле - почти нет. Слаб, как котенок. - Только Дауни, - выдохнул Том и стиснул пальцы. – Прости… Я не успел. - Черт... - Крис устало прикрыл глаза. Те, кто был с ним в зале - были самыми адекватными из глав кондоминиумов и группировок. Теперь из всех жив только Роберт. Значит, справляться придется своими силами. - Это был Скотт... - Я догадался, - Том скривился. Прижался лбом к его плечу. – Хорошо, что мальчишек нет в городе… - Да, - Крис сглотнул. Это было самым верным решением из всех: выслать Лиама и Макса из Хэлла, мотивировав это тем, что необходимо выяснить, как далеко зашел в своих планах Скотт и куда разослал пробные партии своего препарата. Парни возмущались и спорили до хрипоты. Но Крис все решил за них. - Пообещай, что не станешь принимать... резких решений... - Решения принимаешь ты, - Том поджал губы. – Главное – живи. Крис… Нужно, чтобы тебя осмотрел врач. - Как ты?.. - Крис с трудом повернул голову, глядя на Тома из-под полуопущенных век. Всю жизнь вот так смотрел бы. На острые скулы, тонкие губы, легкое раздражение на коже - результат работы бритвы. И в затуманенные усталостью глаза. - Если не считать того, что чуть не свихнулся от страха за тебя – нормально. Что… тебе казалось? Крис судорожно вздохнул и зажмурился. - Я падал. С жуткой высоты. И еще я... видел... тебя... только ты был с... Гаррэттом... и он убивал тебя... - Самый страшный страх? – Том подтянулся повыше, коснулся губами щеки. – Я с тобой, Крис. Я ВСЕГДА с тобой. И, знаешь… Только рядом с тобой у меня бьется сердце. - А я ВСЕГДА буду бояться... потерять тебя... больше всего на свете. - Крис осторожно поерзал и поймал губами его губы. - Спи, счастье мое. 21. Позволить себе провести в постели больше, чем сутки, Крис не мог. Уже к вечеру начались звонки, ночью он созвонился с медленно приходящим в себя Джуниором и выяснил, что после того, как парни Криса перетряхнули клуб, туда потянулись представители всех остальных групп. Впрочем, копии записей камер наблюдения очень быстро охладили пыл всех разъяренных сторон. Теперь охоту объявили на Джима Скотта. Охоту под грифом «стрелять на поражение». Завтракал Крис, невзирая на протесты Тома, на кухне. Пообедать ему, впрочем, не дали. - Мистер Хэмсворт... к вам гости, - все еще чувствовавший свою вину за бойню в клубе Чак, самолично проводил его в кабинет и только тогда открыл дверь перед посетителем. - Мистер Гаррэтт... какой сюрприз!.. - Не делай вид, что рад меня видеть, - Дэвид был очень бледен и выглядел откровенно неважно. – У меня не так много времени, поэтому давай сразу к делу. - Дэвид! – Том, увидевший свою альфу из окна, поспешил спуститься вниз, опасаясь того, что Крис сорвется, а равновесие и так стало слишком хрупким. – Ты что здесь… - Том, - Дэвид шагнул к нему и дернул к себе, обнимая сильно, почти отчаянно. Зарылся лицом в его волосы, вдохнул запах и вскинул взгляд на Криса, не разжимая рук. Но ни насмешки, ни радости не было в его глазах. Только боль. Том дернулся, сглатывая, но затих, почувствовав, как сильно трясет Гаррэтта. – Дэйв? Ты в порядке? - Нет. Но об этом позже. – Дэвид медленно поднял голову, глядя на Криса. – Вы должны знать. Джим ищет твоего брата и его омегу. И, как только они окажутся у него, тебе придется отступить. Взгляд Криса потяжелел. Пальцы сами собой сжались в кулаки. Почти физическая боль прошила тело. - За его голову объявлено вознаграждение, - голос так и не восстановился. И теперь каждое слово скорее походило на воронье карканье. - Знаешь, что мне интересно? Какого черта ты позволил ему сделать все это? Он убил стольких людей! Он каждый день убивает альф и омег. И ты позволяешь этому происходить. - Крис, ему плохо, - Том всем телом чувствовал лихорадку прижимающегося к нему тела. Омега внутри била тревогу, и на этот раз сам Том был с нею солидарен. Но Гаррэтт только сильнее сжал объятия, словно призывая его молчать. - За свои дела я буду отвечать сам. Я пришел сюда не разговаривать. Ты еще не понял? Тебе придется уйти из города. Всей твоей семье. Кроме… Тома. Джим решил, что моя омега послужит хорошей гарантией твоего НЕвозвращения. - Дейв! – Том развернулся в его руках, заглянул в глаза и невольно охнул. Из-за расширившихся зрачков радужку было почти не видно. - Я оказался слабаком, Том, - Гаррэтт смотрел на него со смертельной тоской. - Прости. Смерть Гаррэтта автоматом означает мучительную смерть Тома. Ли и Макс - далеко. А это значит - им придется действовать. - Ты сейчас ведешь себя, как слабак, - отрезал Крис. Снял трубку телефона и быстро набрал знакомый номер. - Чак, мухой за «скорой». И проследи, чтобы это была НАША «скорая»... Дейв. Он зовет Гаррэтта Дейвом. Близость, которая будет всегда. - Я не покину этот город. Ни с Томом, ни, тем более, без него. - Крис! – Том резко обернулся. - Он прав. А не быть альфой – почти не больно… - Гаррэтт покачнулся, оседая на пол, и Том еле успел его подхватить. Аккуратно уложил на пол и с удивлением, почти шоком посмотрел на собственную руку, испачканную в красном. – Дейв? – почти со страхом позвал он альфу, но потерявший сознание Дэвид не отозвался. – Какого… - Том быстро расстегнул пуговицы его пиджака, развел полы в стороны и невольно отшатнулся, заметив пятно на светлой рубашке, берущее начало где-то внизу. Затаив дыхание от ужаса, чувствуя, что больше не в состоянии контролировать свою омегу, потянул пряжку, расстегивая ремень. И сжался в комок, закрыв рот ладонью. «Не быть альфой – почти не больно…» - Блядь... - Крис рванул ящик стола, выворачивая из него все, что там находилось. - Том, за аптечкой!.. - Крис буквально рухнул перед бесчувственным Музыкантом на колени. Аккуратно приспустив с бедер брюки, так же аккуратно принялся освобождать от пропитавшегося кровью белья. Крис выматерился. Кое-как освободив израненную плоть от «повязки», он, сложив пару салфеток жгутом, перетянул безвольный член у самого основания. Нужно хотя бы немного ослабить кровотечение. А о функциях будут думать уже врачи. Том взмыл с пола и вылетел из кабинета, с отчаянием понимая, что не в состоянии взять себя в руки. Омега внутри билась и выла от ужаса, дыхание перехватывало, и короткие распоряжения Том отдавал с трудом. А когда в кабинет зашли двое парней с носилками и домашний врач, только прижался обессилено к стене, лишь краем сознания отмечая сухие фразы доктора. Но когда в коридоре замелькали белые халаты, вскинулся. Он должен ехать с ним. Проследить, проверить… Вот только Крис… Его руки были чуть не по локти в крови. Вокруг на полу валялись перепачканные в крови салфетки. Но Гаррэтт дышал и все еще был жив. А значит - есть надежда. - Я распорядился об охране. Для него. И для тебя, - Крис закашлялся. От напряжения невыносимо болело горло. - Он - залог твоей жизни. Я не могу позволить ему умереть. Это значит, что умрешь и ты... - Не знаю, что сказал тебе Аммари, но я не умру без него. – Том проводил тоскливым взглядом носилки. Черт… Скулит и плачет омега внутри, а сердце все равно рвется к тому, кто рядом. – От наркоза он отойдет максимум к завтрашнему дню. И мы с тобой поедем вместе. Я хочу знать, кто это сделал… с ним. - Я могу только догадываться, - Крис обнял его за талию. Как пугает этот тягучий взгляд вослед. Заставляет нервы сжиматься в тугой болезненный ком. - Так или иначе - это Джим. Больше - некому. - Он говорил, что любит брата, - Том скривился от того, как его вдруг замутило. Запах крови… - А твой брат? Крис, мы не знаем, есть ли у Скотта связи в других городах. Ли надо хотя бы предупредить. А еще лучше – вернуть домой, под нашу защиту. - Любовь, она разная бывает, - Крис невесомо коснулся губами его виска, а потом вздохнул. - Я испачкал тебя. Том отстранился, не поднимая глаз. Кинул взгляд на собственную руку с разводами от уже высохшей крови и отвернулся. - Я скажу, чтобы в кабинете убрали. Спасибо за помощь, Крис. – От навалившегося вдруг ощущения захотелось завыть. Он – никто в этом доме. Можно было и не надеяться на то, что ничего не изменится. - Может, добавишь, «Извините за беспокойство, мистер Хэмсворт?» - Ты не хочешь разговаривать со мной о семье. Видимо, больше не считаешь меня ее частью. Я знаю свое место, Крис. - Ты сам озвучил лучший выход из положения. Вернуть Ли и Макса под защиту. Ты можешь позвонить Максу и вернуть их. Раньше ты так и сделал бы, не дожидаясь моего одобрения. Ты забыл о своем месте, Том. И я хочу, чтобы ты о нем вспомнил. - Я никогда не принимал подобных решений без твоего участия, - голос Тома зазвенел от напряжения. – Я не могу просто так позвонить Максу потому, что не я – его альфа. - Я тоже не его альфа, - возразил Крис. - Ты - аналитик. Ты - обе мои руки. А иногда и моя голова. Наверное, я ошибся, решив, что все может быть, как раньше. - Мы оба ошиблись, - Том сглотнул, облизнул пересохшие губы, а потом подошел к Крису, заглядывая в потемневшие голубые глаза. – Знаешь… Я так боялся, что теперь… после всего я не могу, не имею права быть здесь, что сам поверил в это. Я могу повторять тебе каждую секунду, что ТЫ – моя альфа. ТЫ – тот, кого я люблю. Но кто я для ТЕБЯ? Ты любишь меня, я знаю, чувствую это. Но ты альфа, а я – омега. Ты моя альфа, но я – все еще твоя омега? - Я никогда не был твоей альфой, так получилось... - Крис обнял его, больше не заботясь о том, что перепачканные в крови руки окончательно уничтожили одежду. - Но я всегда любил тебя. И я выбрал тебя своей парой. Я люблю тебя, ты моя семья. Как Ли. Как Люк. Ты не омега для меня. Ты моя пара. - Мне досталась самая лучшая из неправильных альф, - Том криво усмехнулся, легко касаясь его щеки. – И больше всего на свете я боюсь, что когда-нибудь она встретит СВОЮ омегу. - Обойдусь и без своей, - Хэмсворт снова закашлялся. Напряженное горло окончательно разболелось, а голос сел. - Придется... тебе... звонить. - Жизнь – странная штука, - невесело улыбнулся Том и, накрыв его горло ладонью, согревая, потянулся за телефоном. Набрал номер Ли, дождался гудка. Какое-то время ничего не происходило, а потом раздался негромкий голос. - Привет, Том. Что там у вас? - Здравствуй, Ли. – Судя по всему, он оторвал младшего Хэмсворта от какого-то дела. – Возвращайтесь. Ситуация сильно изменилась. - Насколько сильно? - в голосе наметилось напряжение. - Мы отсекли три канала поставки «дури» и навели полицию на нелегальную аптеку - Если в двух словах, то в городе почти хаос, твой брат на себе узнал, что такое «Пепел», а вас с Максом разыскивает «любимый» нацист. Ли, домой. Судя по всему, у этого типа очень длинные руки, а у вас там минимальная охрана. Если не боишься за себя, подумай о Максе. По ту сторону линии воцарилось тягостное молчание. Тяжелый судорожный вздох его завершил. - Как Крис? - Горло болит, и стометровку вряд ли сейчас осилит, но было хуже, - Том улыбнулся застывшему рядом Крису, поглаживая его по плечу. – Как вы? - В норме, - Ли не показал своего облегчения, но явно успокоился. - Я так понимаю, возвращаться нам надо тихо и так, чтобы нас не засекли? - Я... могу попросить... - Крис мучительно сглотнул. - Роба... у него есть... самолет... и вертушка... их заберут... - И будем надеяться, что у Джима нет ракет системы «Земля-воздух»? – Том поджал губы. – Но время терять нельзя. Так что, думаю, это совсем не плохая идея. Ли, ты слышал? Не дергайтесь пока, но потихоньку собирайтесь. - М... - протянул Ли. - Так это не ты его до хрипов заездил... ладно, через пару часов будем готовы. Присылайте свою вертушку. - Гаденыш... - кашляющим смехом рассмеялся Крис. - Ладно... позвонишь Джуниору? Попробую с ним поговорить. - Твой Роб меня ни во что не ставит. Так что со мной он разговаривать не будет точно. - Том повел плечом, но, забрав телефон у Криса, набрал номер Дауни и отдал трубку Крису. Голос у Джуниора был ничуть не лучше голоса Криса. В сущности, эти двое только поздоровались самостоятельно. Зла на Криса Роберт не держал. Напротив, горел желанием порвать к чертям того, кто заварил чертову кашу. Потом трубку взяла Линда, омега Роберта. Удивительно спокойная и уравновешенная женщина. Сущий ангел. Суть проблемы она уловила с полуслова. Вернее сказать, Крису долго хрипеть не пришлось. Ей достаточно было всего трех фраз: брат с омегой, в другом городе, надо забрать, иначе продолжение истории следует. После разговора Крис кашлял долго. До слез. Надрывно и страшно. - Онемею, - с натянутой улыбкой прошелестел он. - Размечтался, - Том подался вперед, прижимаясь губами к его губам. Запирая любую попытку сказать хоть слово. – Тебе надо отдохнуть. И немного помолчать. Обещаю даже не приставать. Но тебе НАДО, Крис. - Позвони доктору Аммари, - одними губами артикулировал Крис. - Как там Дэвид. Так странно. Отчего-то именно теперь Крис принял Музыканта, как «своего». Том недоуменно нахмурился, но задавать вопросов не стал. Только кивнул согласно. - Позвоню. А ты иди в душ и в постель. Обещаю задержать апокалипсис, пока не выспишься, чтобы ты смог принять в нем участие, - Том устало и лукаво улыбнулся и отступил, давая Крису возможность пройти. – Ли с Максом я тоже позвоню, чтобы предупредить. - В душ ты идешь со мной, - это было даже забавно: говорить, не произнося голосом ни слова. - Спинку тебе потереть? – хмыкнул Том, тем не менее, понимая, что в душ ему и правда надо. Он тоже порядком измазался в крови. – Обязательно. Только сначала сделаю пару звонков и скажу, чтобы кабинет убрали. - Ты просто сокровище, - Крис лизнул его губы и устало вышел из кабинета. Улыбаться и быть сильным - тяжело. Трудно быть опорой. Чудовищно сложно быть защитой. Быть одним и для всех - невыносимо. Но он должен. Он - альфа. И этим все сказано. Он - альфа. Иначе - нельзя.