Посланник с неба

*Taemin – Goodbye*       Юнги шел по людным улицам. Выходной. Дороги заполнены прогуливающимися парочками, родителями с детьми, просто одинокими, как он, людьми. Кто-то шел счастливый, кто-то вставил наушники в уши и не смотрел вперед. Каждый человек имел свой оттенок. Свои мысли, свои чувства.       Мин хотел проветриться и хоть как-то понять, что чувствует к мальчишке, похожему на его жену. Все произошло слишком сумбурно. Парень свалился на голову, словно снежный ком. И с каждым шагом ком рос и становился все больше в жизни Юнги.       Мин пропустил момент, когда все заполнилось не только ребенком, но и смуглым парнем, на несколько лет младше его самого. Будто уснул. А проснулся уже с ним.       Каждый ищет человека, который сможет заполнить пустоту. Сможет рассмешить, заставит выползти из грустных мыслей. Своим присутствием. Просто потому, что он есть рядом. Таких немного.       Или много?!       Каждый для кого-то является той частичкой, которая нужна просто рядом. Без всяких корыстных умыслов, не для того, чтоб что-либо иметь?       «Спасибо за то, что ты есть».       Юнги никто не благодарил, что он родился. Что он рядом и общается с тем или иным человеком. Для дочери он нужен, потому что маленькая она. Дети растут, в итоге уходя в собственный полет. А кому после он будет нужен? Раньше слова "умереть в одиночестве" не были настолько страшны. С возрастом понимаешь их смысл.       Мин не отличался доброжелательностью. Или какой-либо веселостью. Скептик. Слишком практичный. Ворчливый. Курит. Пьет. Покрывает всех трехэтажным матом. Что он сделал в этой жизни такого, что судьба ему послала Чимина. Парня, который с первого дня беспрекословно восхищается им. Не особо явно. Скорее латентно.       Чимин приносит в обычную серую рутину нотки радужности. Сонная мордашка, с которой выползал Пак из комнаты, чтоб встретить старшего с работы, на которой он каждый день задерживается, вызывала сплошное умиление. Чима одаривает теплом одним взглядом, легкими, невесомыми прикосновениями.       Уютно.       Как никогда.       В объятиях спокойно. Словно ты находишься в чертовом панцире, который невозможно пробить. Любит ли его Чимин? За что?       А разве по-настоящему любят за что-то? Нет определенной причины. «Я просто люблю».       Холодный ветер у реки вызывает толпу мурашек. Юнги понимает, что хочется обратно домой, к Ханьюль… к Чимину. Парень согреет, стоит только сказать об этом.       Чима уже грел так одной ночью.       Мин не мог уснуть, ворочался. Чем и разбудил Пака. Сказав простое «мне холодно», парень оказался прижат к широкой груди. Чужая рука слегка поглаживала по плоскому животу через футболку – убаюкивая. Горячее дыхание в макушку … мысли в никуда.       В такие моменты Юнги казалось, что это он маленький школьник, даже не студент, а Чима взрослый парень, который заботиться о нем больше, чем сам может Мин.       Вспоминая этот момент, Юнги осознал, что, если Чимин уйдет, оставит их с Ханьюль одних, то вся жизнь провалится в яму. Бездонную… одинокую, холодную. Минни маленький комочек счастья с заразительной улыбкой. Независимо от своего образа жизни, вечно побитого тела, он создает только нежную атмосферу.       Юнги ставит галочку в своем мозгу известную только ему и разворачивается в сторону дома. Правда возвращается только ближе к ночи. ***       - Хани пора спать.       Юнги ушел днем, время перевалило за одиннадцать. Телефон он спокойно оставил дома.       - А если он потерялся, а если на него напали, обокрали, хотя… что красть у парня в одних шортах и футболке. – Чимин ходил на кухне от одной стены к другой, так и не присев ни на секунду. – Стоп. Футболка и шорты. А если он кому-то понравился и этот его загнул и изнасиловал.       Чим хватается за голову и с большим желанием вылететь из дома на поиски, идет к двери. Звонок останавливает.       - Ты, блядь, охуел что ли? Ты знаешь, как я…       - Не самое дружелюбное приветствие, хен.       В дверях стоит чернявый парнишка с подбитой губой, в грязной и местами рванной одежде. Чонгук. Пак готов провалиться сквозь землю, этот ребенок слишком раним, чтоб его так встречали.       - Что случилось? – волнение из-за состояния берет вверх над смущением.       Скрывать, что он ждал другого, смысла не было. Да и бессмысленно. Гук знал Чиму лучше самого себя. Слишком смышленый.       - Я заступился за тебя. Сказал, что без тебя не буду шататься с парнями. Они избили и выпнули меня. Но ничего. Зато мы теперь свободны. Да, хен?       Старший проводил гостя на кухню. Насколько он еще ребенок, что так наивно полагает, что их оставят в покое. Все же так сложно.       Чимин скатывается по холодильнику на пол, утыкаясь лицом в колени. Дурные мысли, что они могли вычислить его близкие отношения с Юнги, что могли найти его. Могли убить… Не тут он должен быть, Пак должен уже бегать и искать этого никчемного хена, который умудрился забыть телефон.       - Хен, что случилось?       - Юнги долго нет.       - Это хозяин квартиры, да? – Чон присаживается рядышком, обнимая за плечи, надеясь, что хоть так успокоит своего друга.       - И отец Хани, которая сейчас спит. Нужно тише вести себя. – парень невольно прислушивается к звукам в квартире. Чем и вызывает смешок со стороны Гука. Парень утыкается лицом в шею, пытаясь скрыть улыбку.       - Ты так изменился, Чимин-хен. Раньше тебя не волновали такие мелочи.       - Меня много, что не волновало. Юнги заставляет пересмотреть взгляды на жизнь.       - Все твои разговоры сошлись к этому парню. Ты будто ничего другого не видишь. – Чонгук смотрит прямо в глаза. Недолго. Молоденькое сердечко еще не забыло, что значит смущение, поэтому снова укладывает голову на плечо старшего.       - Наверно. Я не знаю, как быть. Он другой, понимаешь, Гук? Хотя ты не понимаешь, ты ж еще ребенок.       - Ничего подобного. Перестань смотреть на меня, как на маленького мальчишку. Мне скоро 18 уже. Я школу заканчиваю.       - А я универ. – Чимин смеется, обнимая мальчишку напротив.       - Ты как этот твой Юнги. Давно стал волновать возраст?       В ответ молчание. Чонгук перебирается на ноги к своему хену. Так удобнее. Да и давно он не сидел вот так на руках у Чимина. В какой-то момент Пак отдалился, заботы о Гуке меньше не стало, но вот дистанция, которой стал придерживаться Чима, появилась. Чон скучал. Он и не скрывал. Тянулся. Но в ответ слышал простое «ты такой милашка. Малыш Гукки».       - Миленько. - Чонгук резко отстранился от шеи, в которую ткнулся всем лицом. Чужой голос испугал.       - Я не слышал, как ты зашел, Юнги. – Чиму охватила паника, он реально не слышал звук открывающейся или закрывающейся двери.       - Двери научись закрывать. Что вы тут устроили в моей квартире. Совсем страх потерял, Чимин?       Брови были сведены, глаза чернее прежнего. Злость коконом обволакивала всех находящихся в этой кухне.       - Это не то, что ты подумал, хен. – Чима подрывается с места, аккуратно усаживая на пол самого младшего. – Он же мой друг. – пытается взять за руку Юнги. Но встречается с суровым взглядом.       - Меня это должно волновать? Я вроде бы ясно тебе сказал, что это твоя жизнь. Вот только гейское порно в моей квартире устраивать не надо. Пошли вон.       Юнги освободил проход, приглашая всех к выходу. Не с этим он надеялся встретиться, когда вернется. Думал, его встретит взволнованный Чимин, повиснет на нем. А в итоге висели на самом Чиме, вылизывая шею. А может и не вылизывая. Но зрелище не из приятных. Еле как, борясь с желанием взять обоих за шкирку и вышвырнуть прямо в окно, он выдавил из себя одно слово.       Чонгук вышел первым. Не дожидаясь Пака. А того бесило то, что младший промолчал. Не подтвердил, что они только друзья.       Мнется возле старшего, опустив голову, с интересом смотря вниз, будто пол нынче показывает все премьеры фильмов, которые еще в кинотеатры даже не вышли. Шаг навстречу. Его встречает неприступная ладонь, упершаяся в его грудь. Стоит сдаться, уйти. Или же бороться. Сколько Чимин уже вот так уходил, если все шло не по плану. Юнги – человек, ради которого хочется свергнуть все принципы.       - Хен. – тишина. – Прости.       Извиняться вроде бы и не за что. Он же не потрахался тут, групповухи не устроил. Просто подарил тепло своему маленькому другу, который пострадал из-за него. Это ведь можно понять. Но как доказать.       - Я думаю, тебя ждут. Вы же не закончили.       - Мы и не начинали. – вышло грубее, чем планировалось.       - А, я помешал начать вам, да? Простите, Пак Чимин.       Чимина резко одолевает злость. Он отталкивает руку, которая его тормозила. С силой толкает худое тело в стену, от чего вызывает неприятную боль – Мин морщится. Руки по обе стороны от головы. Поцелуй. 0 нежности. Только укусы, болезненные посасывания. Как только появился привкус крови, Пак сбавляет обороты, слизывая капельку, которая заменяется другой. Слишком глубоко прокусил.       - Я тебя люблю. Идиот ты, хен.       Чимин чмокает в щечку, выходит из кухни. Медленные шаги к входной двери, надежда, что его остановят. Но со стороны покинутой комнаты даже легкого шороху не было.       - Ну и иди нахуй.