Посланник с неба

***Die Antwoord – Banana Brain***       Сколько дней прошло с последней встречи Чимина и Юнги. А дней ли? Чима потерялся во времени. Живет от ночи к ночи, совсем не думая о днях. Единственное, что полезное он сделал за эти дни…недели, это защитил наконец-то диплом.       В душе какая-то бездна. Мысли возвращались в тот день, когда он шел домой крайне медленно, до последнего надеясь, что Юнги догонит его, остановит. Что парень одарит своей слегка безразличной, но в то же время теплой улыбкой. Выслушает, поверит.       Но ничего не произошло.       Изредка выходя на улицу просто потому, что надо, потому что холодильник периодически пустел, хотя и ел Чимин сомнительно. Если бы Чонгук, маячащий перед глазами, не заботился о бесхозной оболочке по имени Пак Чимин, то и не ел вовсе.       - Хен, ты долго будешь там лежать? Может прогуляемся?       Чонгук готов был душу продать, лишь бы его друг вновь стал прежним. Мальчишке не хватало того улыбчивого, ни о чем не заботящегося Чимина. Тот крайне редко унывал, проблемы решал на раз-два. Рядом с ним самому грустить особо и не хотелось.       Они познакомились случайно. Именно по воле случая. Если бы Гука не занесло с психу в тот район, два парня и не знали бы о существовании друг друга. Появился не в то время не в том месте, или же все наоборот. Если бы Чон не поссорился со своим братом, не сбежал из дома, спотыкаясь о свои же ноги, не столкнулся с каким-то бугаем. Который в итоге чуть не убил. Чонгук бы не встретил Чимина. Старший благородно вступился за школьника. Сам же жертвуя собой. Но зато оба были живы. С садинами, со сломанными ребрами, которые Чимину в итоге доставили не мало проблем.       С того дня Чонгук был незаменимой тенью Пака. С годами вымохав выше его самого. И уже наоборот защищая своего доброго, такого нужного и единственного друга. Чимин был своего рода идолом для мальчишки. Он хотел быть таким же, но нет похожих людей, каждый индивидуален. Чонгук совсем другой. Слишком смущающийся, местами боящийся и слова вставить в разговор. Но в то же время сломя голову мчался, ища неприятности на свою голову, но выкручивался все равно благодаря компании Чимина, либо его самого.       Чон знал, что старший всегда будет рядом. Всегда поддержит, скажет, как лучше поступить. При этом сам не отличавшийся разумностью. Но о своем друге заботился явно в 300 раз лучше самого себя.       Так было ровно до того момента, пока Чимин не встретился с Юнги. Мин Юнги. Сколько всего он рассказал о нем. Чонгук ревновал. Это можно было бы назвать юношеским максимализмом. В какой-то степени эгоистично. Но его до жути злило, что теперь большая часть внимания уделялась какому-то детсадовцу и ее отцу. В голове не укладывалось, как так произошло. Чем этот старик зацепил их неприступного Чим-Чима.       - Хен, я хочу с тобой погулять. Ты уже третью неделю не вылезаешь из своей кровати.       - Неправда. Я хожу в туалет. Даже моюсь. – Чимин не поддавался ни одному уговору, отвечая всегда с нотками сарказма. Отшучивался чаще, чем вел нормальный диалог.       - Ага. Утопиться пытаешься, а не моешься. Я боюсь после того раза теперь тебя в ванную одного пускать.       - Я просто уснул.       И вновь в комнате повисла тишина. Гнетущая. Раньше можно было спокойно находиться рядом с Чимой и ни о чем не разговаривать. Сейчас же сами стены давили. В душе скреблись кошки.       У Гука были ключи от квартиры парня. Несколько дней назад он пришел в очередной раз с пакетом еды, чтоб что-нибудь сносное приготовить. Квартира была заполнена шумом воды, доносящейся из ванной. И Чон не обратил бы внимание на это, если бы на полу не текла приличная такая лужа.       Пулей влетев в ванну, он увидел Чимина, почти по самую макушку окунувшегося в воду. Сердце пропустило пару ударов. Дрожащими руками он вытащил того из керамического «гроба», еле как приведя в чувства. Хотел уже скорую вызывать. Но все обошлось.       В тот день каждый сосед, наверно, слышал, как кричит Чонгук.       - Ты вообще своей головой не думаешь.       - А кому до этого есть какое-то дело? – сухо отвечает Пак, в очередной раз проверяя телефон на предмет пропущенных звонков или же сообщений.       - Что ты пытаешься увидеть в телефоне?       - Ничего. Я хочу спать. Гукки, оставь меня, прошу.       - Да ни в жизнь. Ты тут вены вскроешь еще из-за неразделенной любви. – суровый взгляд заставляет отступить на шаг назад.       - Нет никакой любви. Он мне был интересен не более.       - Так что мешает пойти и поговорить с ним?       Тяжелый вздох. По идее Чим сам выбрал оборонительную позицию. Ведь Юнги звонил первые два дня. Но никто ему не пытался ответить. Пак игнорировал. Убеждая себя, что обиделся. Решая для самого себя, что эти два дня будут старшему уроком, а на третий он ответит и прибежит, обрадовав того своим присутствием.       Но звонка на третий день не было. Как и на четвертый. Была тишина в комнате, только жужжащий холодильник оповещал о том, что это не время остановилось. Это Чимин где-то оступился. Юнги больше не шел на встречу. А позвонить самому как-то и смелости не хватило. В итоге Чимин имеет то, что имеет. А свойственно ничего. ***       Чонгук просидел с другом до самого вечера, пытаясь отвлечь. Рассказывал смешные истории из жизни, пытался поиграть с ним в видеоигры. Но выражение глаз у парня не менялось. Он улыбался даже, чтоб не расстраивать младшего, но в глазах чуть ли не слезы были.       - Да ебал я!       Психанув, Чон тормозит такси, называя на память адрес, который посещал от силы раза два-три. Адрес Юнги.       О чем он планировал говорить? Обвинить парня в том, что он мудак и разбил сердце его хорошего и до смерти любимого друга? Друга… Чонгук не знает, может ли назвать Чимина другом или стоит назвать кем-то другим. Он никогда не встречался ни с кем. И не уверен, что понимает, что значит любить. Ему нравится, как человек выглядит, или то, что он делает. Но можно ли это назвать любовью? Он точно может сказать, что любит своего кота. Хотя это кот брата. Но он его любит от этого не меньше. С людьми какой-то провал.       Ему много девушек предлагали встречаться, говорили, что он нравится. А у него даже не йокает в сердце, как пишут в книгах и на форумах. Ему хочется обниматься с Чимой, хочется его гладить, хвалить. Он восхищается им. Любит. Но любит не до сводящих пальцев ног или щемящего сердца с бабочками в животе. Он просто хочет быть рядом. Хочет защищать. И чтоб Пак был счастлив. И если для счастья ему нужен этот бледнолицый, то Гук добьется этого. Силком заставит того встретиться с Чимой, на плечо закинет и принесет прямо в руки, но сделает своего друга счастливым.       Такси доехало слишком быстро. Из-за размышлений парень даже не заметил этого. Недовольный таксист попросил покинуть машину, тогда и дошло. Как в тумане, подъем на нужный этаж. Та самая дверь. И … заминка.       Чонгук мнется у двери, так и не позвонив. Вся решимость, которой он был наполнен еще в такси, куда-то улетучилась. По ногам прошлась дрожь. Перед глазами то самое лицо, которым Юнги одарил его при их первой встрече несколько недель назад. Он не выглядел самым доброжелательным и честным гражданином. У парня был холодный, злой взгляд, как у их лидера банды - Гонхи. На того тоже нельзя было взглянуть без внутреннего страха. Подсознательно понимал, что не то слово, не то движение, и ты окажешься прижатым к стене, и если повезет всего лишь с парочкой переломанных костей. В какой-то степени хорошо, что они ушли от туда.       - Папа. А кто это возле нашей двери?       Чонгук заметно вздрагивает, не в силах повернуться в сторону только что подошедших людей. Вдох-выдох. Кадык нервно дергается от частого сглатывания. Рука на плече заставляет испустить дух. И если бы не воспоминание об увядающем Чимине, то парень бы давно валялся в обмороке.       - И что ты тут забыл? – прям над самым ухом раздается хриплый голос. – Ханьюль, заходи домой, я поговорю с этим … - пытаясь подобрать слово, описывающее в его глазах парня, но не найдя, Юнги продолжил. – И зайду тоже.       Хани понимающе кивнула и вошла в заблаговременно раскрытую дверь своей квартиры. Гук проследил за всеми действиями Юнги исподлобья, не решаясь поднять взгляда на парня. Что-то ощутимо треснуло внутри. Гордость ли. Вся уверенность в себе разбилась вдребезги о бетонный пол в подъезде. Стоит только посмотреть на ничего не выражающее лицо, все кажется настолько напрасным. Даже само существование.       - Ты пришел на меня просто посмотреть? Я не экспонат в музее, либо говори, либо проваливай.       - Чимин… - шаг назад. Руки сжимаются в кулаки, последняя попытка собрать силы и продолжить. – он страдает… без тебя, Юнги.