Сборник рассказов

Описание: У Мечты тоже есть проблемы. Tu es venu en sifflant(c) Zaz (И ты пришел, насвистывая)       Первая реакция людей узнавших, что перед ними гей: «А когда ты понял? Как это произошло?» — при этом на лице крайнее участие, если не сочувствие. В большинстве случаев они находятся в предвкушении душещипательной истории про первую любовь или о трагедии произошедшей в раннем детстве. Какая чушь! У меня нет ни одного знакомого, который имел бы за душой что-нибудь в этом духе. Но кого волнует реальность?       Самое веселое заключается в том, что откровенно говоря: «Я всегда знал и всё», ты разжигаешь еще больший интерес. Тебя сразу начинают подозревать еще больше. Раз не говоришь, значит там действительно что-то ужасное. И конечно же, это самое ужасное я расскажу именно вам. Достаточно только подружиться со мной, войти в доверие и все... Я отдам на блюдечке всю свою подноготную. Почему? Откуда такая логика? Телевидение и сериалы? Или если человек отличается от большинства, не важно чем, значит это отличие должно иметь под собой вескую причину? Я понимаю, что людской интерес ничем не извести. Не понимаю только почему, в основном, люди если интересуются, то чем-то мерзким?       Предположим я скажу, что в младшей школе влюбился в парня и мы до сих пор вместе. Что я получу? Кислую мину в ответ. Ох, но стоит только заикнуться как меня бросили... Все, сразу хотят подробностей и по кровавее.       Очень часто мне попадаются люди именно такого типа. Бывают и другие, но это реже и как правило, другие, остаются со мной. Тогда как остальной люд даже в памяти не задерживается.       Такая философия людских взглядов стала одним из кирпичиков сформировавших меня. Было еще кое что.       Моя жизнь ничем не отличается от жизни тысяч парней. Школа, друзья, колледж и конечно братство. Без последнего не возможно представить ни одну студенческую жизнь. Об этом по подробнее, так как это второй кирпичик моего я.       Из-за моей внешности, а она весьма привлекательная, я был популярен в среде студентов одногодок и выше. Плюс ко всему специальность избранная мной не для людей робкого десятка. В итоге мы имеем меня: общительного блондина, с вечной улыбкой на лице и звонким смехом. Я научился быть таким. Гораздо проще получить от человека что-либо обворожительно улыбаясь, чем выдавливая из себя серьезные речи.       Время колледжа было отличным учителем. По большей части полезными были не предметы, которые изучал. Общение — оно научило всему. За то время, что состоял в братстве, кажется я освоил еще одну профессию — психологию личности. Десятки, сотни людей прошли через меня за какие-то шесть лет обучения. Вечеринки, пьянки, учеба и опять вечеринки... С каждым годом обучения круг моих знакомых только расширялся. С каждым новым знакомым я становился все общительнее, обворожительнее и одновременно все больше закрывался.       Мир где тебя ценят только за то знаком ли ты с тем и тем то. Мир в котором пропуск очередной вечеринке карается полным или частичным игнором. Мир рекламы и мечты. Мир счастливых успешных людей. Этот мир выбрал меня.       Учеба закончилась, знакомые остались. Выбиться в свет мне не составило труда. Я переехал в столицу. Тоже самое, только масштабы творимого беспредела шире. Меня вписали за милую душу. Я подходил всем: легкий в общении парень-обояшка. Как меня можно не любить? Когда-то я так думал.       Выучив на отлично обе школы — рекламы и тусовки, я был вхож в любую компанию. Признаться честно, я очень люблю свою жизнь. Случалось разное, но по большому счету я счастливчик. Не знаю каким образом я научился избирательно пропускать через себя события. Редко, что может меня действительно вывести из колеи.       Как говориться редко, но метко.       Из-за специфики своей личности и круга общения, я никогда не испытывал проблем со своей ориентацией. В мире далеко не пять процентов геев. Больше, гораздо больше. А я никогда не считал себя моногамным. Ведь хорошо и весело жить не запретишь? Обидно только, что эти понятия «хорошо и весело» со временем меняются. Изменились они и у меня. К сожалению первые признаки заметил не сразу. Иначе... Хм, а что иначе? Убежал бы? Не знаю.       Как причины своих неудач люди склонны винить других. И у меня в жизни есть человек, которого я могу обвинить во всех своих страстях и неудачах. Эта личность достаточно знаменита, не только у нас, но и за границей. Он писатель — Сорен Ривьер. И только от того, что я произношу его имя про себя, внутри, как в калейдоскопе, появляются и исчезают миллионы секунд «вместе». Слишком много моей жизни накрепко связано с воспоминаниями «о нас». Порой мне кажется, что все самое хорошее в моей жизни произошло именно в тот период «наших отношений». Горько, чертовски горько подводить итог тому, что уходить не собирается.       Сравнить приход в мою жизнь Сорена, можно пожалуй только с высадкой наших на Луне. Мне кажется, что Луна в тот самый момент стыковки корабля, подумала примерно следующее: «Оу, как такое может быть?»       Он заметил меня, он познакомился со мной, он соблазнил меня. (Последнее слегка преувеличено, но кому нужна реальность?) Он научил меня скучать и ждать встречи.«Оу, как такое может быть?» — мы с Луной схожи. В нашу реальность нагло ворвались и изменили её. Разве мы виноваты? Мы считаем, что нет.       Исключительность Сорена в том, что с ним я максимально мог быть собой. Не всегда, но тех некоторых моментов мне было достаточно. До него у меня ни с кем не получалось, хоть отдаленно, мельком, показать себя.       Нельзя сказать, что мы были «парой» в общепризнанном смысле. Мы, то неделями напролет были вместе, то не виделись месяцами. И это было идеально. Знать, что есть человек, который примет тебя, эта мысль приятно грела. Пусть ты никогда и не воспользуешься этой возможностью.       Сорен никогда не давил на меня, не требовал ничего. Мы просто были вместе. Для меня такие отношения идеальны. У Сорена же, как оказалось, все иначе. Легкость и ненавязчивость я принимал за доверие. Оказалось — безразличие.       Наша история как раз такая, какую ждут эти самые: «А когда ты понял? Как это произошло?» — обидно, больно, грустно и правдиво.       Теперь-то я понимаю, что значит когда Сорен любит. Его любовь способна выжечь все вокруг в радиусе мили. В любви он эгоистичен, мелочен и обидчив. Надеюсь у них с Либертом все наладиться, потому что иначе. А что иначе? За несколько недель Сорен из светского молодого человека превратился в шлюху. Какие еще «иначе» могут быть?       Когда стало понятно, что между нами с Сореном все кончено я... Говорю правду, я не мог поверить. Сейчас все иначе. Но тогда я не мог представить, что в моей жизни он все еще есть, но в совершенно новом качестве — «друг».       Думаю, Сорен ни разу даже не задумался о моем состоянии. Тогда его волновал только Либерт, как впрочем и сейчас.       Около полугода прошло, не могу врать, порой видя его, сердце все так же замирает. Но реже, с каждым разом все реже. Сначала я думал, что время лечит. Оно-то наверное и лечит, вот только не такое лекарство приготовила мне судьба.       Нашу первую встречу, к своему стыду, я не помню. Лишь цветные отрывки и твой голос. Ты много говорил тогда и зная тебя, жалею, что не помню. Может ты мне как-нибудь повторишь?       Мне не по себе от мысли, что ты можешь считать себя «заменой». Мне страшно от этой мысли, потому что это не так. В тоже время я даже отдаленно не могу представить о чем ты думаешь.       Все то, что ты мне говорил... Ты так уверен в своих словах. То ли дело в менталитете, то ли ты просто не с Земли, но понять тебя я не могу. Я верю, просто верю.       Я не знаю, насколько ты был серьезен, когда спрашивал меня: «А когда ты понял? Как это произошло?» Сейчас у меня есть один единственный ответ: «Я понял кто я, только когда встретил тебя».       Йоши, прости, что пишу тебе это письмо. Прости, что не могу сформулировать свои мысли смотря тебе в глаза.       Ты так легко и естественно вошел в мою жизнь, что я до сих пор не могу найти границу в себе, границу где заканчиваюсь я и начинаешься ты.

Томас.