Когда Фриск умирает

      Небольшое помещение было окутано тьмой. Поле битвы исчезло, и Ториэль взволновано смотрит вокруг. Её HP было в норме, чего не скажешь о HP Фриск, однако рогатая не слышала звука переломившейся души. Это вселяло в неё надежду, надежду на то, что их просто выбросило и с девочкой всё в порядке.       Чуть сощурив глаза, она осмотрелась. Ториэль не спеша обвела взглядом помещение, но так ничего и не обнаружила, кроме потрескавшихся колонн, сверху покрытых мхом, и четырёх стен, на которых также было множество трещин. "Может она убежала? Пожалуйста... Пусть... Она убежала"       - пробормотала монстриха, вновь судорожно осмотревшись. Нет, зрение её не подводило, малышка в самом деле исчезла.       Затем она обратила внимание на пол. На её лице отразился неописуемый ужас, она молча упала на колени перед трупом девочки, будучи не в силах сделать хоть что-то. Ториэль просто сидела перед мёртвой Фриск, подобно русой, безмолвно и не шевелясь, как два каменных изваяния, таких же древних, как и руины. Она сидела так долго, с полчаса, а может и больше, но сейчас для неё время, подобно сердцу Фриск, остановилось. Для неё уже не существовало сейчас, потом, до этого, - лишь обездвиженная девочка, что не так давно упала в Подземелье. Упала будто на руки Ториэль, будто знак судьбы, будто луч надежды. Восьмой луч надежды, который угас, как и все остальные, вот только... Вот только Асгор тут совсем не при чём.       Раздался короткий всхлип. За ним ещё один и ещё, пока рогатая не умолкла. В носу защипало. Сильно, очень сильно защипало... Слёзы градом льются из её карих глаз, звонко ударяясь о фиолетовую плитку. Ториэль схватила труп Фриск и крепко прижала её к себе, будто та до сих пор была жива и чувствовала крепкие объятия "мамы".       - Прости меня... Дитя - проревела та, крепче сжимая тело малютки. Она рыдала взахлёб, не в силах двинуться с места, она просто не могла бросить её тело здесь, но и похоронить её тоже. Монстриха не могла похоронить Фриск. Не могла похоронить так скоро. Просто не могла расстаться с ней, так не хотелось покидать её, даже сейчас...       Глупа, глупа, так глупа... Она ведь всего лишь... Хотела немного понизить её HP, чтобы Фриск осталась в руинах, чтобы она осталась жива и осталась... С ней. С мамой. Так забавно, да? Хотела защитить, но вместо этого сама оказалось главной угрозой...       Никогда, никогда она не забудет её выражение лица перед началом битвы. Она детально помнит каждую капельку пота, выступившую на её лице в тот миг. То лицо, милое детское лицо, на котором вместо лучезарной улыбки и сверкающих счастьем глаз были страх и недоумение. Как в тот миг она нахмурила лоб, как крепко сжались её маленькие кулачки. Девочка была полна решительности, но при этом что-то останавливало её. Её голос дрожал, словно кто-то в тот момент мягко и быстро постукивал её по шее. В ней не было ярости, жажды мести - лишь непонимание и ужас. Она не хотела биться, она просто хотела домой. А ты... Мохнатая дура!       Сколько жизней... Сколько жизней и судьб Фриск могла спасти... А она убила её! Убила это светлое дитя, которое, наверняка, пришло спасителем! Она же не могла упасть сюда просто так, верно?       От её руки... Подумать только... Всего один удар огнём и всё - одна улыбка угасает. Больше не стучит доброе сердце, гаснет свет пылкой души и нет больше жизненного огня в её маленьких карих глазках. Не будет больше греть слух её милый смех, больше никто и никогда не назовёт Ториэль мамой.       Она аккуратно положила труп на пол, смахнула слёзы с глаз и глубоко вздохнула, дабы хоть как-то успокоить себя. Рогатая взяла девочку на руки и понесла её куда-то. Куда-то прочь отсюда, куда-то в темноту коридора.

***

      - Это ты прости меня... Мама, - прошептала красная душа. Ей так хотелось обнять её в ответ... Стать чуть более ловкой, чтобы не разочаровывать Ториэль, а ещё лучше - не высовываться из руин. Но... Прошедшего уже не вернуть.