There's no Place for Me in These Hallways

*** Milck – Devil Devil - Я был его первой жертвой,- Яко не знал, что всего с несколькими словами в душе могли оборваться те самые ниточки, за которые держалось твое мировоззрение. Те самые ниточки, за которые держался ты сам. Они есть у каждого в душе, и это самое хрупкое, что есть в человеке. Он просто перестанет существовать, если все такие ниточки оборвутся. Это молчание нельзя было назвать затянувшимся, потому что это было бы как сказать, что затянулось бесконечность или что-то в этом роде. Никто не обронил ни звука, ни нервного смешка, ни какого-то нелепого комментария и даже вздоха. Ничего не последовало после этих слов, будто вместе с ними наступил конец света, только не шумный, с войной и крушением всего вокруг, а будто все просто взяло - и исчезло. Яко Мюррей не мог отвечать за весь мир, но внутри него в этот момент точно что-то прекратило существовать. Он молча смотрел на своего друга, и все его выражение лица приняло такое несчастное и растерянное выражение, а руки его сами бессильно опустились вдоль тела, что это даже позабавило Рошель, который прервал эту невыносимую тишину своей ухмылкой и каким-то хулиганским щелчком языка, который в эту секунду был настолько неуместный в этой атмосфере, что был при этом так необходим, чтобы разрушить эту ауру молчания. Мюррей сдвинул непроизвольно брови на переносице, еле слышно шмыгнув носом, моргая быстро-быстро, чтобы не приходилось вытирать выступившие слезы руками. Яко думал, что успел узнать, что такое, когда ты не понимаешь, что происходит, но на деле же он прочувствовал это бессилие только сейчас, когда стоял с приоткрытым ртом, с которого так и не слетело ни звука, смотря на Арчибальда так, будто тот сказал сейчас что-то такое обидное о самом Мюррее, что это разрушило его жизнь. В какой-то степени так и было. Те самые ниточки. Одна из них оборвалась с этими словами. - Черт,- Рошель отошел от Тенненса, прогнувшись в спине так, словно падал назад, но удержался, расслабленным жестом указывая на новенького.- Так шлюшки дружат бандами?- рыжий произнес это с таким удивлением, будто бы его это и правда очень сильно поразило.- Какая. Ирония,- раздельно произнес он, медленно захлопав в ладоши, замечая, что Арчи так и не сдвинулся с места ни на миллиметр.- 101* и последняя подстилка Франца, потрясающе,- глаза Рошель загорелись, и он достал из заднего кармана айфон, снова подходя к каштановолосому парню и перекидывая руку ему через плечо, очень нежно, как тисками, сжимая его подбородок, заставляя тем самым посмотреть в камеру своего телефона.- Улыбайся, придурок. Селфи для Мальти,- сам же Винстон улыбался во все тридцать два зуба и выглядел самым счастливым человеком на этой фотографии.- Он будет в восторге от того, кого я встретил. Ну камон, 101, разве ты не рад нашей встрече?- с фальшивой наигранностью уточнил Рошель, при этом в его голосе появилась такая еле уловимая прохлада, которая была способна сделать Англию островами льдов и вечного холода. - Рад,- через несколько секунд прошептал Арчи, который потупил взгляд в пол и сам был на гране истерики, и от потока слез его спасал только ужасный шок. - Арч?- Мюррей подал голос, чем очень удивил Рошель, забывшего уже о его присутствии. Голос новенького звучал слабо, будто последние свои слова он произнес несколько дней назад, и сейчас его просто вынудили говорить.- Арч, что… - Я…- Тенненс хотел было собраться с силами, чтобы что-то ответить другу, хотя он понятия не имел, ЧТО вообще можно было сейчас сказать. - Можешь говорить, 101, да,- издевательски протянул Рошель, усаживаясь на барный стул и делая вид, что очень заинтересован своими ногтями. Арчибальд всхлипнул, и ничто не заглушило этот всхлип, потому что в Бон Айвере воцарилась гробовая тишина. Все посетительницы, которых увлек визит городской легенды в первые минуты, так и не вернулись к своим делам, совершенно в открытую уже наблюдая за происходящим с раскрытыми ртами и думая либо о том, что стали свидетелями какой-то сенсации (пока еще сами не очень понимая чего и какой именно), либо о том, что это был просто лучший день в их жизни. - Арч? Арч, объясни, какого…- Мюррей хотел сделать эти несколько шагов к другу, что их разделяли, хотел дать арчи пощечину, хотел схватить его за руки, посмотреть в глаза и убедиться в том, что он не так сейчас все понимал и что он надумал у себя в голове какой-то бред, а Арчибальд сейчас посмеется и скажет, что Яко все не так понял. Но Арчи молчал, и Мюррей уверен был, что сходил сейчас с ума, не иначе.- Он… Он же врет, да?- повысив голос, как-то нервно задал вопрос Яко, указывая в сторону рыжего, который перегнулся через барную стойку и взял с другой ее стороны бутылку чего-то очень алкогольного, что Мюррей не убрал, когда делал коктейль посетителю.- Он же…- его голос сорвался на шепот, и он сделал шаткий шаг назад, прислоняя ладонь ко рту, будто собирался заплакать или сам не верил в то, что сам сейчас говорил.- Арч? Арч, не молчи!- он нервно хрипло вскрикнул, в ответ на что его друг все же нашел в себе силы поднять глаза и посмотреть в глаза Яко, которые сейчас просто тонули в непонимании. - Он не врет,- Тенненс знал, что не было смысла врать. Эти слова прозвучали тихо-тихо, как будто он поделился сейчас самым большим секретом в его жизни. На самом деле, он поделился своим самым большим проклятием. В жизни каждого человека есть день, который, как он думает, никогда не настанет, потому что этот человек делает все, чтобы этого не допустить. Он бросается в огонь, он топит себя и своих демонов в самых буйных океанах, лишь бы никто не освободил его самые страшные тайны, которые разрушают этого человека все свое существование, но которые окончательно его убивают, когда выходят наружу, когда становятся известными другим людям. Цена секрета иногда непосильна, и люди не знают об этом, когда обзаводятся подобными проклятыми тайнами, запирая их в своем подсознании как в самых неприступных тюрьмах. Люди думают, что создают все условия для того, чтобы их внутренние демоны не поведали никому об этих тайнах, но забывают о том, что нет на самом деле секретов, известных только тебе самому. Всегда есть кто-то, кто посвящен в эту тайну, даже если ты сам об этом не догадываешься. В случае с Арчи все же было очевидно, но он все же надеялся, он молился, чтобы этот день не настал. Чтобы эта его тайна никогда не стала явью. Не так, не… не для Яко Мюррея. - Но… Я ничего не понимаю…- Яко перевел свой растерянный взгляд на Рошель, который сейчас выглядел довольнее обычного, а затем снова на Арчи, который просто места себе не находил и не знал, что лучше: продолжать пытаться найти ответы на вопросы своего друга или убежать, прямо сейчас, лишь бы не испытывать на себе эти взгляды, которые его разрушили. Лишь однажды он позволил своему воображению представить, как на него посмотрел бы Мюррей, если бы узнал эту правду, и с тех пор Тенненс поклялся себе, что этого никогда не случится, потому что это было бы сильнее него. И он был прав. Вот только нельзя давать себе клятвы такие безрассудные, как эта.- Ты же… Ты же тоже... ненавидишь Кобхэм… Ты сказал, что в жизни бы не пережил встречи с одним из этих… Ты же… Почему, Арчи? Почему ты мне не рассказал?- у Яко в голове было сейчас столько вопросов, что он задал самый очевидный и не требующий ответа. - Как ты себе это представляешь, Яко?- Тенненс невесело ухмыльнулся, стараясь дышать ровно и не сходить на истерику. - Давно?- Мюррей знал ответ на свой вопрос, потому что знал, когда начались эти игры двоих идиотов, но ему было сложно поверить сейчас в то, что его друг был замешан в одну из них, да еще и был первой жертвой. Про первую жертву Рошель ходили легенды, которые они даже обсуждали с Арчи, потому что… Мюррею пришла в голову мысль, которая настолько заполонила все его тело, что выбила из него весь воздух, который тот успел набрать в легкие. - Арч… Арч, это же… было как раз тогда… получается,- Яко неопределенно водил руками в воздухе нахмурившись, потому что ту картинку, которая сейчас складывалась у него в мыслях, он хотел бы никогда не видеть, порвать и никогда быть не в состоянии сложить ее снова.- В тот день… - Да,- Арчи кивнул, не дав другу (другу?) закончить, пока все не стало совсем плохо. - Так это было…- Яко не знал, зачем продолжает говорить, когда уже все сам понял. Ему будто надо было услышать эти слова от Тенненса, чтобы окончательно и бесповоротно разрушить то, что сейчас держало его на ногах. - Да, Мюрри. Это было одно из заданий,- с этими словами Яко просто осел, нашарив рукой сзади себя один из высоких стульев, который помог ему совсем не упасть. Тот день, когда они познакомились. Тот день… это все… было фальшью? - Он… он тебя…- Мюррей не договорил, уже просто обливаясь слезами, из-за которых все стало очень хреново видно, и всхлипывая. Арчи в ответ просто кивнул. С этим кивком самая последняя ниточка внутри Яко с криком оборвалась. - Я тебя ненавижу,- в каком-то трансе прошептал Мюррей, резко вставая и замахиваясь со всей силы кулаком по лицу рыжего, который не успел увернуться от удара, просто не ожидая такого выпада от новенького, который еще секунду назад беспомощно сидел на корточках на полу.- Ненавижу, ненавижу, ненавижу!- Яко накинулся на Рошель, хватая его за грудки и укладывая на барную стойку, начиная беспорядочно колотить, пользуясь растерянностью Винстона, но тот очень быстро пришел в себя от шока, перехватывая руки новенького и в следующую секунду уже прижимая его лицом к бару. - Успокойся, истеричка,- презренно выдал Рошель, сплевывая кровь, выступившую из-за разбитой десны.- Это была фатальная ошибка, но мы это обсудим потом, шавка ты подзаборная,- Винстон зло вздернул и опустил Мюррея так, что тот еще раз нехило приложился головой о столешницу.- 101,- Винстон обернулся на парня, окликая его,- сюда подошел, быстро,- его рыжая копна волос находилась в эффектном беспорядке, и это впечатлило наблюдающих девочек, которые не решались даже пискнуть, не то что пошевелиться. - Не подойду…- очень тихо, так, что можно было совсем не услышать, если не ждать ответа вовсе, отозвался Тенненс, сжимая руки в кулаки, стараясь справиться со своей истерикой, в ответ на что вызвал гневный, в момент зажегшийся чем-то очень нехорошим взгляд рыжего. - Ты что-то там вякнул, мне показалось,- “констатировал факт” Рошель с таким выражением лица, будто ему вообще было зашибись и он не прижимал сейчас новенького к бару.- Сюда. Быстро. Подошел,- раздельно повторил Винстон, думая о том, что этому мальчишке лучше бы прямо сейчас подойти, иначе он за себя совершенно точно не отвечал. - Не подойду, Винс. Я больше не твоя… Арчи не закончил фразу. Ее прервал звук чего-то тяжелого, что упало, и этим чем-то был Яко Мюррей. Все произошло за секунду, и никто не понял, как Винстон буквально вырубил так бесячего его новенького, надавив мастерски на нужные болевые точки и просто отпуская парня, отчего тот ничком упал, будто словил обморок. Рошель еще какое-то время стоял рядом с парнем, который лежал в очень неестественной позе, что нормального человека напугало бы, но Винстон точно знал, что с ним все будет в порядке, хоть и очнется он с адовой головной и не только болью. Он провел рукой по лицу, стирая, скорее, даже размазывая кровь, которая выступила теперь и из носа, от удара Мюррея. Кто бы мог подумать, что у этой мелкой истерички был такой сильный удар? Рошель медленно, предельно медленно развернулся и подошел к Арчибальду, который настолько был сейчас в шоке, что даже не кинулся к своему другу, которого уложил Винстон. - Я предупреждал, что не отвечаю за себя,- пояснил Рошель с мертвой интонацией в голосе и неописуемой злостью в глазах.- Если я его прибил все же, это на твоей совести,- ядовито бросил Винстон, шмыгнув носом и выходя из Бон Айвера, оставляя Арчибальда еще на секунду в растерянность. Как только Винстон вышел из кофейни, и его уход ознаменовал звон колокольчиков, висевших на двери, Тенненс выпал из ступора и кинулся к Мюррею, переворачивая его с бока на спину и начиная в панике хлопать его по щекам и пытаться хоть как-то привести его в чувства. - Звоните в скорую!- бросил он посетителям, которые не сразу всполошились, отходя от шока от произошедшего.- Мюр… Мюррей, черт возьми, очни-и-ись,- он легко встряхнул друга, очень боясь что-нибудь повредить. Он прекрасно знал эти шаолинские замашки рыжего, ведь он испытал на собственной шкуре каждую. Хотя с тем, как быстро и без труда ему удалось вырубить Мюррея, он явно не терял время и совершенствовался.- Яко… Яко, черт возьми…- Арчи начинал нервничать, ощущая еще и просто ужасное чувство вины за произошедшее, которое было сейчас совершенно не вовремя и мешало трезво думать.- Мюррей, твою мать, ну давай, ну… Кто-нибудь вызовет эту гребаную скорую?!- Арчи снова кинул в сторону посетителей, сходя немного на истерику, снова склоняясь над Яко и уже собираясь делать тому искусственное дыхание на всякий случай, как парень вдруг закашлялся слабо, едва-едва приоткрывая глаза и переводя их на Тенненса. - Не… не надо…- Арчи не заметил бы никакого движения, если бы не расслышал слабый, какой-то даже загробный голос своего друга. Впрочем, он точно знал, что так звучал бы любой, столкнувшийся с выходками Рошель. - Ну слава богу,- Тенненс облегченно выдохнул, доставая из заднего кармана телефон и собираясь сам вызывать эту дурацкую скорую, потому что он по опыту знал, что даже если ты вопишь о том, что тебе не нужна скорая после того, как рыжий ублюдок испытал на тебе один из своих приемов, она тебе нужна с вероятностью сто процентов. И Арчи уже набирал 911, уверенный в том, что никакие уговоры Мюррея этого не делать не помогут, если бы только Яко не сказал то, что очень слабо, надрывно, но все же до безумия четко сказал: - Позвони Францу Мальтизерсу.