"Если хочешь рассмешить Бога"...

      — Андрей Павлович, — голос в селекторе был уже деловым и спокойным, — я могу к вам зайти с документами?       — Конечно, Катюша.       Андрей заулыбался, черт его знает почему, но утреннее происшествие оставило шлейф теплоты, доброты и радости. Ему понравилось и то, как он совершенно не психуя, как это бывало раньше, отреагировал на Кирину попытку устроить скандал, и то, что сумел защитить эту такую непредсказуемую (кто бы мог предсказать, что она возьмет и поставит Воропаеву в тупик), такую ершистую и в то же время такую беззащитную Катю. Андрею понравилось ее защищать, будто она и в самом деле была его младшей сестрой.       — Андрей Павлович, у меня к вам сразу три дела.       — Сразу три? А может давайте будем гулять постепенно? Как по Дерибасовской?       — Хорошо, давайте поговорим за Одессу.       И это ему понравилось то, как она реагирует на его шутки, Кира бы сейчас скривилась и сказала, что у него дурацкое чувство юмора. Стоп! Катю нельзя сравнивать с Кирой. Кира когда-то была его женщиной, Катя — его помощница. У них разные ипостаси. Но он почему-то все время их сравнивал…       — Это ваш новый бизнес-план, Андрей Павлович. Он, правда, еще не оформлен, там нет красивостей. Зато там есть суть.       На изучение нового плана у Андрея ушло совсем немного времени, чуть более часа. А все потому, что Катя была рядом и давала пояснения по каждой позиции. Более того, они могли работать совершенно спокойно, потому что, и об этом тоже подумала Катюша, в приемной, охраняя их тайну, все это время сидел Роман Дмитриевич. Наконец, последняя строчка была прочитана.       Андрей открыл двери в приемную и жестом позвал Малиновского.       — Катюша, теперь вы поработайте сторожем, ладно? — попросил Жданов.       — Никого к нам не пропускать. Будут пробиваться с боем — отстреливайтесь. Палыч! Нужно Катюше купить пулемет! Будет у нас Катька-пулеметчица! — Ромка был безумно рад сменить дислокацию и превратиться из охранника в охраняемого.       — Пошли, балбес! — Андрей улыбнулся, улыбнулась и Катя.       Из кабинета вначале доносился невнятный гул голосов, потом хохот, такой веселый и заливистый хохот Малиновского, что Катя поняла — Андрей рассказывал о ее стриптиз-шоу. Но это не было обидно, все равно Кира разнесет о происшествии по всему «Зималетто». Потом наступила тишина, изредка прерываемая какими-то фразами. «Изучают бизнес-план» — подумала Катюха и, уже в который раз, попыталась сконцентрироваться на работе.       Это удавалось ей плохо, очень плохо. Она бы даже сказала, что ей вообще так и не удалось поработать продуктивно. Все время кто-то заходил в приемную, кто-то что-то спрашивал, звонили телефоны, забегали какие-то девочки из какого-то женсовета, тянули ее в этот самый женсовет… Время еще было дообеденное, а голова трещала, как будто Катя отработала не только весь рабочий день с полной нагрузкой, но еще и десять часов сверхурочных прихватила.       Из кабинета раздалось пение на два голоса:

Так громче, музыка, играй победу! Мы победили, и враг бежит, бежит, бежит! Так за царя, за Родину, за веру Мы грянем громкое ура, ура, ура!

      «План понравился!» — Катя даже зажмурилась от радости и… чуть не пропустила гол.       В приемную вошла симпатичная пожилая женщина и прямиком направилась в президентский кабинет. Еще хорошо, что Катюха не растерялась, сделав вид, что не знает, кто перед ней, Катя остановила посетительницу, одновременно нажав на селекторе кнопку «вызов». Пение прекратилось.       — Я могу вам чем-нибудь помочь?       — Нет, спасибо, я сама справлюсь. Андрей у себя?       — Андрей Павлович у себя, а вы по какому вопросу?       — Я? — женщина усмехнулась.       — Все в порядке, Катюша, — раздался из селектора голос Андрея, — можете пропустить. Мы с Ромкой коньяк уже спрятали, а больше мама ни за какие шалости в угол меня не ставит.       — Простите, пожалуйста, Маргарита Рудольфовна, что сделала вид, будто не узнала вас. Но я же должна была дать время Андрею Павловичу, чтобы он успел спрятать коньяк, — Катя, преувеличено раскаявшись, опустила глаза.       — А вы, значит, и есть та самая, знаменитая Катя Пушкарева?       — Насчет «знаменитая» не знаю, но Катя Пушкарева — это, действительно, я.       — Мда… натворили вы дел, — покачала головой Маргарита и прошла в кабинет президента.       Андрей распахнул объятия матери.       — Привет, мамуль, я соскучился. Ты когда прилетела?       — Здравствуйте, дражайшая Маргарита Рудольфовна, — раздалось из разных концов кабинета.       — Здравствуйте, здравствуйте. Андрюш, что-то я не уловила запах спиртного, а ну сознавайтесь, против кого дружим, какие заговоры планируем, чего ждать на совете?       — Понял, Ромео? Ни тебе «сынок, я соскучилась», ни тебе «как я рада вас видеть, мальчики». Мам, что тебе всюду заговоры мерещатся? Романов перечитала?       — Сынок, я соскучилась, как я рада вас видеть, мальчики! Теперь ты доволен, Андрюша?       — Да!       — Вот и хорошо, Ромочка, ты уж не обижайся, но мне нужно поговорить с сыном наедине.       — У меня как раз появилось неотложное дело, — Роман поцеловал Марго в щеку и растворился.       — Мама, садись. Мне нужно с тобой поговорить.       — Мне тоже, сынок, нужно с тобой поговорить. Это правда, что ты расстался с Кирой?       — Ну, ты же читала в СМИ, да и Кирюша, наверняка, тебе уже рассказала.       — Я неправильно задала вопрос. Почему ты расстался с Кирой?       — Ма, тебя Кирюша выдернула из Лондона на два дня раньше совета?       — Допустим, но ты не ответил на мой вопрос.       — Сейчас отвечу, только вначале расскажи мне ее версию расставания.       — Кира сказала, что ты в последнее время неадекватен, потребовал от нее извинений перед своей помощницей, а она даже не поняла, за что она должна извиняться, если нахамили ей, а не она. Что ты использовал этот случай, как повод и разорвал помолвку.       — Мам, я, действительно, использовал ситуацию, как повод для разрыва отношений, все остальное — ложь, и папа тому свидетель, — Андрей рассказал матери как все было на самом деле.       — Мда… Кирюша всегда умела ходить по границе между правдой и ложью. Ребенок, а зачем тебе нужен был повод? Чем невеста тебе не хороша была?       — Прежде всего тем, что я не люблю ее. Думаю, что одного этого вполне было бы достаточно, но Кира умудрилась сделать все, чтобы я ее еще и возненавидел. Мам, ты не представляешь, какая она шантажистка. Чуть что не по ее сценарию происходит, она делает вид, что пытается покончить с жизнью. Скажи ты хочешь, чтобы твой единственный сын прожил свою жизнь под угрозами и шантажом.       — Нет, конечно.       — Ты же знаешь, как и почему мы стали женихом и невестой.       — Знаю, сыночка. Но я все равно расстроена. Я так мечтала, что мы породнимся. Вы такая красивая пара…       — Мам, давай, чтобы ты больше не расстраивалась, что мы расстались, я расскажу тебе, чем Кира меня пытается шантажировать сейчас. Она хочет сообщить журналистам, что это она рассталась со мной из-за моего бесплодия. — Андрей очень не хотел говорить этого матери, она до сих пор винила себя в произошедшем, хотя сын так не считал. Это был случай, нелепый случай. Они просто не успели сделать прививку, он просто заболел на неделю раньше назначенной даты прививки, вот и все.       — Ах, дрянь. Она что прямо так и заявила? Или ты женишься, или я сообщаю прессе?       — Да, прямо так.       Маргарита вдруг вскочила с кресла и ни слова не говоря бросилась в приемную…