I'm in Love with Sociopath

Фрэнк ушёл под покровом ночи, опрокинув кружку с чаем на ворсистый ковёр, в колючем свитере и тапках. Было смешно даже представить этого ненормального, идущего в таком нелепом виде по тёмным переулкам. Наверное, заметь его полиция, то давно бы приняли за сумасшедшего маньяка, как один пугливый парнишка принял его за клоуна-убийцу с щупальцами вместо рук, когда тот явился к нему домой около полуночи. Но, по всей видимости, полиции он всё-таки не попался, ибо в девять часов утра, в святой день досыпания, то бишь субботу, снова припёрся к Джерарду в дом с радостной улыбкой выспавшегося непостижимым образом человека. Через полчаса два парня уже тряслись в автобусе по пути в город. Уэя сильно настораживала самодовольная улыбка Фрэнка. С такой улыбкой Майки выигрывает у него в видеоиграх при помощи чит-кодов, а бабушка покупает продукты со скидкой. Последствия такой вот лучистой ухмылочки на лице «учителя социопатии» могли быть намного масштабнее. Джерард понял, что не ошибся в своих плачевных догадках, когда они оказались перед парикмахерской. — Ни за что, — отчеканил он. — Я ничего не собираюсь делать со своей внешностью. Фрэнк очень строго на него посмотрел, упомянув про обязательность всех заданий. Он по-хозяйски открыл дверь и ввалился в салон, увлекая за собой испуганного Джи. Он ловко проскакивал мимо девушек, занимающихся стрижками, в то время как Уэй всех задевал, спотыкался о кресла и ноги, поспешно извиняясь и ловя косые взгляды. Наконец коварный мучитель остановился около какого-то парня, с которым, кажется, был хорошо знаком. Он что-то быстро шептал ему на ухо, так, чтобы Джерард не слышал. Но последнюю фразу ему всё-таки удалось уловить. «И отверни его от зеркала». Парень умоляюще смотрел на парикмахера, но они с Фрэнком заговорчески захихикали, не оставив ему не малейшей надежды на пощаду. В глубине души Джи чувствовал, что Айеро не желает ему зла, но выглядел он как безумный учёный, собиравшийся поставить очередной сумасшедший эксперимент. Джерарда отвернули от зеркала и завязали ему глаза, несмотря на его отчаянные протесты. В конце концов парень сдался, хотя начал проклинать тот день, когда попросил Айеро о помощи, в тот момент, когда его волос коснулась кисточка и он понял что его красят. Даже сквозь повязку он чувствовал ухмылку парикмахера, когда спросил, в какой же цвет его, интересно, красят. Наверняка в зелёный. Но ему ведь совсем не подойдёт чёртов зелёный! Когда мастер закончил свои «эксперименты» над внешностью Джерарда и собирался развязать повязку на глазах, Уэй услышал яростный шёпот Фрэнка: — СТОЙ! — Послышалось торопливое шуршание пакета. С Джерарда сняли балахон, который защищал его одежду от капель краски. — Надень, — сказал Фрэнк и помог ему просунуть руки в куртку, пахнущую новизной. Когда повязку всё-таки сняли, челюсть Джерарда стремительно начала тянуться к полу. Из зеркала на него смотрел не Джи. Не привычный Джи, а… Пати Пойзон, чёрт возьми! Его красные волосы пылали на фоне бледного салона, а ярко-синяя куртка выделялась среди серых свитеров и толстовок. Покажи ему кто-нибудь фотографию такого себя, он бы ни за что не узнал себя на изображении. На секунду ему показалось, что это обман. Что перед ним висит картина, сейчас её снимут и из отражения на него уставится зеленоволосый уродец. Но отражение повторяло действия Джерарда, что могло значить только одно — это правда. — Тебе не нравится? — вздохнул Фрэнк. Джерард живо затряс головой и улыбнулся. — Нет, это… Это очень здорово. Спасибо. Распрощавшись с парикмахером, которого, как оказалось, звали Патриком, они покинули салон. На парней пахнуло морозным воздухом, ветер тут же растрепал шевелюру Джерарда, но вовсе её не испортил. Ребята направились в сторону торгового центра. Уэй не понимал, как это действовало, но как-то это определённо действовало. В нём зародилась маленькая уверенность. Он не шарахался от прохожих и почти не волновался, когда на него оборачивались люди, что они делали довольно часто. Посреди безликой улицы он был словно героем, сошедшим со страниц собственного комикса. Смотря на то, как Джерард больше не сутулится и не пытается спрятаться от мира, Фрэнк тоже самодовольно улыбался, чувствуя свою заслугу. Словно маленький плюс к самооценке Уэя стал и его собственным плюсом. Проходя мимо смешных витрин и забавных товаров, ребята тихонько хихикали. Им казалось, что они давние друзья. В груди Джерарда зародилось тёплое чувство — надежда на кого-то близкого, кого-то, кто поймёт его и не обидит. Даже глупые подшучивания Фрэнка не могли разрушить этой магии. Но в кафе всё стало намного печальнее. Джерард снова согнулся над своим кофе, бесконечно помешивая его блестящей ложечкой. Посетители то и дело поглядывали на него и шептались, мол, вот развелось всяких субъектов, что если мой ребенок увидит и тоже захочет так странно выглядеть. Они бы такого никогда не позволили! Обрывки этих разговоров, осколками летели в парня, пока Фрэнк не заметил, как тому неловко. — Эй, — он отодвинул от него чашку, чтобы Джи обратил на него внимание, — забей ты на них. У них дети, семьи, скучная работа и рутинная жизнь, вот они и завидуют. Джерард попытался выдавить улыбку, но всё же чувствовал себя немного паршиво. Допив кофе, они отправились на автобусную остановку, чтобы вернуться в свой район, находившийся на окраине. В транспорте на Джерарда тоже недовольно косилась какая-то очень уж сварливая бабушка. Фрэнк обворожительно ей улыбнулся, но улыбка была больше похожа на оскал. На такой «доброжелательный» жест пенсионерка ответила возгласом «Хам!» и отвернулась к окну. Айеро показал ей язык и протянул Джерарду один наушник. — Если сломаешь, я подам на тебя в суд за моральный ущерб. Они новые, — пояснил он. Фрэнк включил какую-то очень тяжёлую песню. Под такую не подремлешь в дороге. Зато ему показалось довольно смешным то, что Уэй испуганно вздрогнул, услышав первые аккорды. Джерард прижался щекой к стеклу и смотрел на пролетающие мимо кварталы и своё полупрозрачное отражение. Кто бы мог подумать, что один человек за один день может так перевернуть его жизнь. Он будто излучал вибрации благодарности к Фрэнку, которые распространялись в радиусе нескольких километров. Фрэнк тоже был благодарен Джерарду. Прозвучит высокомерно, но ему было приятно управлять чьей бы то ни было жизнью и вертеть её теми сторонами, какими ему самому по нраву. В то же время его настораживало, что один человек мог значить для него немного больше, чем целое ничего! Когда автобус достиг нужного квартала и пришло время прощаться, Джерард неловко топтался около фонарного столба, а Фрэнк решил закурить. Их силуэты освещал мутный жёлтый свет, будто держа в объятиях. Мимо прошла какая-то подвыпившая компания, отпуская шуточки в стороны прохожих. Джерард проводил их взглядом и обернулся на Айеро. — Уэй? — нарушил он тишину. — Да? — Покажи им фак, — его словно осенило. — Представь что они — это твои страхи. Твоя социофобия. В конце концов, так и есть. Они ведь люди. И, судя по всему, не самые хорошие. Фрэнк крикнул что-то в их сторону и несколько человек разом уставились на них с Джи. Не задумываясь, Джерард показал им средний палец и, смеясь, рванул за Фрэнком по узкой дорожке, меж дворов. Компания и не думала бежать за ними, но ребятам казалось, что они герои, спасшие свой зад от неминуемой опасности. — Ну ты и наделал шума, Киллджой хренов, — хихикал Фрэнк. — Я больше не боюсь, — промолвил парень, тряхнув алеющей в темноте шевелюрой. — Я БОЛЬШЕ ИХ НЕ БОЮСЬ! — кричал Джерард, обнимая Фрэнка и улыбаясь мерцающим звёздам.