Мы выживали, как могли

      Разочарованно выдохнув, Данте вернул своих «друзей» на место, когда понял, что город внешне пуст, однако его наполняли крики. Повсюду были разваливающиеся и горящие дома, в которых заживо горели их хозяева.       — Ты наверняка находишь это романтичным, — съязвил Данте, немного замедляя шаг.       — Не романтичнее того Стигийского болота, милый, — отозвалась блондинка, — или того состояния, в котором ты приволок ко мне свои дряхлеющие кости, старичок-склерозник.       — Как трогательно, прям сериал снимай. Я тебе уже миллион раз сказал, что не помню этого, — почесав затылок от негодования, ответил напарник.       — А я вот точно никогда не забуду этот благовонный аромат, перебивающий запах тлеющей плоти недавно убитых демонов, — Триш обескуражено глядела на Данте, картинно размахивая рукой, отгоняя смердящую вонь.       Диалог был прерван появлением Проводницы, которая пала замертво от электрической пули Триш. Полудемон обернулся: рука блондинки всё ещё держала пистолет в вытянутой руке, которую обвивали молнии, а её лицо искажала гримаса отвращения и злобы.       — Соври ещё раз, и я увеличу количество дырок в твоей тушке.       — Триш, ка-ак… какого чёрта?! — заорал Данте, подбегая, поднимая безжизненное тело Загребалы в человеческом обличье. Потом резко опустил, поняв, что та теперь снова бесполезна.       Как только он отошёл на несколько шагов, проводница восстала из мёртвых с безумной улыбкой и зияющей дырой во лбу. После чего получила ещё пару пуль и со злобным смехом провалилась в землю, проломив которую, повалил пар. Тем временем горевшие заживо души и демоны начали вываливаться и выползать из своих домов, окружая напарников.       — Потанцуем? — промурлыкал Данте, доставая «Мятежник».       — Данте, ты должен отвлечь демонов. Я проберусь к тому котловану и посмотрю, есть ли там выход, — спокойно проговорила блондинка.       — Почему ты опять забираешь самую лёгкую работу?       — Хочешь махнуться?! — изогнутая бровь Триш.       И вот Данте с ухмылкой отрицательно качает головой.       Блондинка побежала к котловану, попутно слыша скрежет меча об окаменелые кости и фразы: «Слишком легко», «Вдарим рок в этой дыре», попутно проглотив смешок от:       — Плохие дети должны отправиться обратно в зазеркалье.       Сомнения девушки не сбылись: котлован оказался проломленной крышей пещеры, когда пар почти рассеялся, из неё заметнее стало светло-голубое свечение.       — Данте?!       — Решай: остаться и подохнуть или поскорее запихать свой зад обратно в ад! Выбор за тобой, — глумился Данте, не сбавляя темпа, разрезая очередную тварь, — ну и сюрприз! Надеюсь, у тебя осталось хоть что-то в голове. Ох, чёрт, ты ж её только что обронил. Остынь, парень.       — Дааааанте?!       — Да, детка! Ты нашла ключ от всех дверей? Извини, но я сейчас немного занят, прокладывая путь, — прокричал полудемон, заметив пару догорающих скелетов, — а не вас ли я недавно видел? Устроили себе костлявую вечеринку? Небольшой пикничок без выезда из мира демонов? Посреди ночи выглядит чертовски забавно. Но вам не повезло, всё закрыто на уик-энд. Даже если бы вы ретировались, то далеко бы не ушли, — очередные твари превратились в мусор под подошвами сапог Данте.       — Бросай их. Ноги в руки, «Мятежник» в зубы и сюда. Пора твоего брата спасать, — крикнула Триш, спрыгнув вниз, как увидела, что Данте направился к котловану.       — Что ж. Пора заканчивать эту сумасшедшую вечеринку. Наконец-то. Мне уже надоело играть в эти глупые игры, — размозжив ещё парочку демонов мужчина, проскользнув под пауком, разрезал ему пузо и упал в котлован, — извините, ненавижу пауков, особенно таких блевотно болотных. У них слишком много ног!       Спиной к спине они разрывали пауков на части. Пока Данте резко не обернулся, прикрыв её пулей от особо гигантской Арахны, из тела которой как из нарыва выбежали сотни маленьких паучков.       — К сожалению, наша телефонная линия работает только с живыми людьми. Мы не имеем дела с разлагающимися трупами, верно, детка?!       — Данте, это храм, — сказала зачаровано девушка, приковав взгляд полудемона к архитектурному творению.       — Думаю, нам внутрь. По крайней мере, наружу вылезать я точно не собираюсь, эти Арахны ещё с Темен-ни-Гру вымотали половину души.       — А что с остальной? — произнесла девушка, протирая пистолет от паучьей слизи.       — Остальная безудержно наслаждалась, словно это было местью за того, что сплёл паутину в дальней лунке бильярдного стола.       Храм вырастал из скалы и частично был засыпан песком. Дверь была сломана и покоилась рядом со стеной, поэтому проблем с проникновением не возникло. Изнутри он был словно родом из Италии: прекрасные рельефные лепнины, полуразрушенные изогнутые лестницы, картины с облезлыми портретами, фрески на стенах и великолепные люстры, развалившиеся повсюду, но воображения им не занимать. Напарники осматривали здание в надежде найти хоть зацепку для следующего шага, но всё, что было, лишь разочаровывало и одновременно возрождало смех, отражающийся от одиноких стен, вероятно в истерике от усталости и интенсивности событий.       — Представляешь, сколько надо работать, чтобы накопить на такой дом?! С твоим везением в покер и отсутствием работы тебе это никогда не удастся, — Триш снова переворачивала части отвалившихся стен. Но снова ничего. Оставалось только подкалывать полудемона, словно это помогало не опускать руки.       — Всё просто. Я отдыхаю шесть дней в неделю. Таков мой вольный график, скользящий как «Агни» по маслу.       — Кто бы мог подумать, что я пойду с тобой в Ад.       — А почему бы и нет? — Данте пнул очередной кусок дерева, который когда-то был мебелью.       — Помнишь, какими любезностями ты меня поощрял? — на её лице промелькнула лёгкая меланхоличная улыбка, — Ты похожа на мою мать… А теперь убирайся отсюда, чтобы больше я тебя не видел. В следующий раз всё будет по-другому. Не приближайся, демон. Может, ты и выглядишь, как моя мать, но ты и мизинца её не стоишь. Тварь без души. У тебя её лицо, но ты и близко на неё не похожа..       — Дорогая, теперь ты демон с душою ангела, — прошептал Данте, обняв девушку сзади.       — Что, если мы опоздаем? — голос Триш дрогнул, а мужчина лишь сильнее обнял её.       — Нет, никогда не поздно. Мы, люди, никогда не сдаёмся.       — Осталась одна комната, — тихо проговорила демоница. Развернулась лицом к полудемону и поцеловала его. Казалось, в их поцелуй была вложена вся любовь мироздания: столько нежности, грусти, любви и надежды было в нём, что будь такой эпизод в какой-нибудь мелодраме, то зрители бы рыдали в три ручья. Это было бы неудивительно. Они многое пережили вместе, и надеялись пройти через столько же. Теперь, когда все карты лежали на столе.       Зайдя в последнюю комнату, Данте направился в сторону полуразрушенной стены и ловким движением «Мятежника» в нужную трещину обвалил её. Он сразу обернулся и увидел сияющую Триш.       — Вот и нужная дверь, — подытожила она и, пройдя мимо Данте, зашла в недра открывшейся шахты. А мужчина, лишь нежно улыбнувшись, пошёл за ней.       Шахта была достаточно узкой, на её стенах светились сталактиты. Через полчаса девушка остановилась, а после спрыгнула, исчезнув из поля зрения Данте. Он последовал за ней. Парочка оказалась в небольшой пещерке. Из стен росли сочно-зелёные деревья, повсюду была трава. Но даже не это поражало. Удивительным был стоящий посередине трон, вросший в землю, с почти разлагающимся на нём человеком, который во все глаза смотрел на них, поглаживая воробушка указательным пальцем. Он был очень стар, с седыми волосами, короной, в сиреневой мантией с золотыми вставками. На шее висел ключ. Голос старика скрипел, как несмазанная железная дверь.       — Ты что-то упоминал про Минотавра, — сказала Триш с пустовавшей кобурой.       — Сцена замерла. Занавес опускается, — проговорил Данте.