Человек, которого я ненавижу

Смирно отсидев в школе два урока, ко мне пришла Юля. Я её практически неделю доставала тем, что жутко хочу курить, а так как после травмы еще месяц-другой не смогу покинуть двор, то она стала моим единственным спасением в этой неравной борьбе с никотиновой ломкой. — Нелина, открывай, я не одна, — она постучала в дверь в то время, когда я варила себе чай на кухне. Поставив чашку и заварник, я подперла свое дрожащее тело костылями и пошла открывать гостье. Или гостям. Юля действительно пришла не одна, а с нашим одноклассником — Димой. Такой слегка туповатый и шкафообразный парень стоял за девушкой и доброжелательно улыбался. Хороший мальчик, мне такие нравятся. Он как воск — можно лепить из него, что угодно. — Чай, кофе, потанцуем? — я чмокнула подругу и ухмыльнулась, взглянув на Диму. Он тут же смущенно опустил взгляд. — Пиво, водка, полежим! Пошли, покурим, а то у нас только двадцать минут есть, а потом нужно бежать на историю, а то Филимоновна оставит нас без Пасхи в этом году, — рыжая засмеялась и развернувшись, похлопала парня по плечу. — В смысле? — Яйца оторвет, не тупи, Ольга-а-а! — взвыла Юля, подкуривая на улице толстую сигарету. Дима же увидел, как я переступаю через порог, и помог мне выйти. Холод тут же ударил по телу, словно длинными ледяными когтями начал сдирать кожу практически с самой шеи и до щиколоток. Щеки мигом покраснели. Стена из кирпича показалась мне ледяной башней, все же не зря на улице было больше -20°C. Да еще до жути непривычно, так как я почти два месяца зиму чувствовала только через окно. Дима протянул мне сигарету и поджег её зажигалкой. Легкие как будто что-то пронзило изнутри, они медленно стали наполняться ядовитым дымом и я резко закашляла. Подруга улыбнулась и начала выпускать изо рта кольца дыма. — Первая затяжка, Нелина. Все впервые непривычно. Особенно то, за что может последовать наказание. От слов Юли меня бросило в сильную дрожь и я снова затянулась. На этот раз было легче. Почему слово «наказание» у меня ассоциируется с Оксаной Ивановной? А также «подчинение». Подчинение без слов. Садомазохизм какой-то, ей-Богу. — О чем задумалась? — Юля подошла ко мне поближе и похлопала по плечу. Я немного пришла в себя и широко заулыбалась. — О-о-о, о том, что я думаю, да? — девушка засмеялась, бросив взгляд на Диму. Она выбросила бычок в урну и направилась к выходу, — вы-то курите, а я пошла по делам. Дим, верни её потом в дом, чтоб она не убилась тут, хорошо? Парень смирно кивнул, и подруга вышла со двора. — Как ты? — я услышала его тихий голос. Этот вопрос за все время мне порядком надоел и я решила не отвечать ему, а показать. Задрав практически по пояс халат и опустив штаны, оголила ногу. Он презрительно скривил лицо и отвернул взгляд. — Я все понял. Мне очень жаль, — парень виновато улыбнулся и немного приобнял меня за плечи. — Ты здесь ни при чем, но спасибо. И спасибо, что пришел. Мне приятно. Заходите почаще с Юлей. — А без неё можно? — его выражение лица немного изменилось и приобрело слегка вульгарное настроение. Но так как Оля у нас очень любит флиртовать, отказывать я ему не стала. А почему нет, собственно говоря? Тем более, я-то сейчас нуждаюсь в физической поддержке и… разрядке. — Приходи, конечно. Я ближайшие два месяца еще буду дома, — я однозначно подмигнула однокласснику и облокотилась на него, чтобы он меня завел в дом. Дима обхватил меня под грудью, слегка приподнял и помог поставить ноги на порог. Бычок быстро улетел в сторону, и мы вошли в дом. Дима усадил меня на стул и снял с меня обувь. Милый мальчик, обходительный, но не то. Далеко не то. — Спасибо, — я обхватила его шею и поцеловала в щеку, — беги на физику. — У меня история, — он улыбнулся и выглянул из окна, — а вот у тебя, похоже, физика. Безусловно, он был прав. Оксана Ивановна уже была у меня во дворе. От этой мысли сердце внутри предательски затрепетало, и я еле сдерживала улыбку, вспомнив, как пару дней назад она фактически вжала меня в эту стену. Интересно, как там моя контрольная? — Беги, пацан, — я рассмеялась. Дима только накрыл рукой ручку двери, как та распахнулась, и в проеме показалась женщина. Заметив, что я не одна, она изменилась в лице и стала гораздо грознее. — Мишка Кала, что ты тут делаешь? — Она звонко рассмеялась, но в лице не поменялась. — Я… Это… Блин… — он замялся и бросал на меня взгляды с мольбой о помощи. — Дима мне книжки принес, которые я просила. Все в порядке, он идет на урок, — я незаметно ему подмигнула, он быстро проскользнул в дверной проем и убежал. — Вы знаете, Оля, что я больше всего не терплю рядом с собой? — Оксана Ивановна начала плавными движениями стягивать с себя куртку и шапку. — Эм, счастливых людей? Она одарила меня уже таким привычным презрительным взглядом и отрицательно качнула головой. — Ложь. То, что отличает социального человека от зверя в стае — человек постоянно лжет. Это хуже всего, — её голос был очень серьезным, и мне поначалу показалось, что она вводит меня в транс. — Такое чувство, что вы всегда говорите правду. Все врут, особенно женщины. — Я говорю правду только людям, которые мне не нравятся. Знаешь, болезненная правда. Боль — это моя специальность, — женщина подходит ко мне ближе и практически нависает надо мной. — Знаете, с последними визитами вы начинаете меня немного пугать, — мой голос слегка сорвался от нарастающего страха. — Правда? — Оксана Ивановна снова легонько дотронулась до моей шеи, но без прошлой агрессии. Просто невинное прикосновение. А в моей голове уже промелькнула сцена, где она одним таким невинным движением ломает мне шею, а я даже не сопротивляюсь. Да уж, что творит с людьми фантазия. От этих мыслей сердце начало биться еще чаще. — Вот видишь, у тебя уже рефлексы начали появляться. Я слышу, как колотится твое сердечко. Но это ведь точно не от страха? Если бы ты действительно меня боялась, то не улыбалась бы так при каждой встрече, глядя на меня. Правда? — её голос эхом звучит в моей голове и проникает в самую глубь подсознания. — П-правда, — бормочу себе под нос и опускаю голову, похоже, для того, чтобы рассмотреть её руку. Мягкие, теплые и длинные пальцы. Ногти окрашены в бордовый лак и аккуратным белым узором. Ах да, кольцо на безымянном пальце. Все пропало, шеф, все пропало! Хотя, на что я могла надеяться, учитывая нашу разницу в возрасте? Женщина большим пальцем надавливает на нижнюю губу и ведет им до подбородка, сверкая глазами, словно хищный зверь. — Ставь чайник, отличница, — голос её звучит несколько разочарованно, однако так же бодро, как и в начале, — будем праздновать твою «11» по физике. Первую и последнюю. — Вы сейчас очень серьезно? — моей радости не было предела. — Очень-очень, — учительница улыбнулась настолько снисходительно, будто подарила мне то, о чем я всю жизнь мечтала. Хотя, где-то процентов на 40-50 так оно и было. — Ура! — я резко подскочила со стула и, не имея опоры под собой, практически свалилась обратно, если бы не крепкие руки физички, которые рефлекторно меня подхватили. Дрожь разлилась по всему телу. Губы учительницы были настолько близко, что если бы я хотя бы на сантиметр двинулась вперед, то поцеловала бы её, а потом, естественно, получила бы звонкую пощечину. Мои инстинкты буквально разрывали меня на части — один боролся с другим. Победил, конечно, инстинкт самосохранения и то, что женщина унюхала от меня запах сигарет. От этого даже ножки задрожали. — Ты куришь? — зло спросила женщина, держа меня одной рукой. Я отвернула от неё голову. — Нет. — Кажется, ты забыла о том, что я тебе говорила несколько минут назад, — голос Оксаны еще больше огрубел, — посмотри на меня. Когда говоришь со мной — смотри мне в глаза. Не хочу, чтобы в моем присутствии ты смотрела куда-то еще. — Это угроза? — Почему так грубо? Это совет, малышка, — снова этот оскал. На ощупь ищу костыли, вырываюсь и иду к чайнику. «11» по физике. Счастье же, почему чайку не выпить? — А может… — Я тебя пугаю снова? — Нет, дело не в этом. Может, вы мне нравитесь, и поэтому я боюсь на вас смотреть. — Чушь. Ерунда. Сделаем вид, что я не слышала этого, — она села за стол и вальяжно закинула одну ногу на другую. Черт, зачем я это сказала?! — Ну да, проще ведь игнорировать, чем признать очевидное. Розовые очки, как говорится. — Чем больше ты нарываешься, тем больше вероятность, что твои розовые очки разобьются стеклами внутрь. Будь осторожна. — Снова угроза? — Дружеский совет.

А как давно мы стали друзьями?