Твои слезы - кровь на кафеле

Крис не произносит ни слова, пока они едут в машине. Сосредоточенно смотрит на дорогу и ни разу - на Себастиана. Навык вождения у Эванса на высоте, он мог бы вести одной рукой, второй прихлебывая из горла виски, иногда убирая руку с руля, чтоб наклонить голову Себастиана к своему паху и удержать там как можно дольше. Стэн, в общем-то, и рассчитывал на что-то подобное, но Крис словно вообще забыл о его присутствии. Себастиан принимает эти правила, не нарушает тишину, смотрит в окно, на проносящийся мимо город, узнает улицы, которые ведут к дому Криса, а в голове: "в этом переулке меня избили и отобрали дозу, пришлось искать деньги на новую", "за тем магазином я отсосал трем байкерам, и они не стали платить", "на этой остановке меня выбросили из машины". Себастиан избегает мыслей, что утром, скорее всего, его выставят за дверь, что ему никто ничего не обещал и он вообще не знает, что придет Крису в голову в следующую минуту. И никогда он этого, блядь, не знал. Вряд ли это вообще хоть кому-то известно. Себ уверен, сам Крис иногда охуевает от своих решений, только не подает виду. И Стэн клянет себя за то, что прыгнул с разбегу на уже не раз въебавшие ему грабли, красивые, сука, грабли. Машина останавливается возле высотки в центре города. Себ помнит этот дом, помнит, как Крис трахал его в лифте с зеркальным потолком. И на лестничной клетке под прицелом камеры (на радость охранникам). И перед входом в квартиру, потому что Эванс не мог найти ключи, а пристроить свой член в Себастиана нужно было пиздец как срочно. И Стэну все это неебически нравилось, он готов прямо сейчас повторить, только руки начинают дрожать, потому что барыга, у которого он купил несколько часов назад - хуйло. Крис замечает напряжение Стэна, фыркает, качает головой, и ведет Себастиана домой, придерживая под локоть. Вцепившись, как коршун, чтобы тот не сбежал. И все это в том же напряженном безмолвии. Крис выпускает его руку только в лифте, когда двери за ними закрываются. Упирается спиной в стену, а Себастиан обхватывает себя руками в надежде, что Эванс не видит, а то еще подумает что-то себе. Но он видит. Слепой бы понял, а Крис, хоть и мудак, не слепой. Себастиан стучит пальцами по собственной куртке и даже не замечает, кусает губу так, что Эванса самого бросает в жар, но он держится. Он же сегодня джентльмен и сраный диснеевский принц. Крис пропускает Себастиана в квартиру первым, заходит сам и закрывает дверь на ключ, который сразу убирает в карман джинсов и его гость понятия не имеет, есть ли где-то второй. Единственное, что интересует Стэна сейчас, само срывается с языка: - Ширево есть? - Есть. Еще бы, блядь, не было! У него все всегда есть. Наркота – завались, деньги – сколько угодно, гандоны в таком количестве, что странно, почему они не сыпятся с него при ходьбе. Подобное притягивает подобное, очевидно, Крис ведь тот еще гандон. Себастиан злится, и взглядом просверливает в удаляющемся в комнату Эвансе дыру. Ловит себя на том, что пялится на его охуенную задницу и раздражается еще больше. Он перестает убеждать себя в том, что пришел сюда за чем-то еще, а не обдолбаться и потрахаться так, чтоб неделю свое имя не помнить. Нахуй чувство собственного достоинства. Нахуй остатки принципов. Нахуй ненависть к блядскому Эвансу. Все это вместе с Себастианом натянет на хуй Эванс и будет ебать, пока член не сотрет. И ничего другого ему и не светит. Крис зовет его из ванной. Возможно, уже не в первый раз, и Себастиан идет к нему, проходит через гостиную, которая в два раза больше, чем бар Скарлетт. В центре комнаты в глаза бросается углубление в полу, там стоит диван и журнальный столик, на котором они частенько раскладывали дорожки, и борода Криса вечно была в порошке. Счастливые, мать их, воспоминания о семейной жизни. Ну а теперь куда уж заколышу вдыхать кокаин, только зря переводить качественный продукт на такого. Ванная Криса - еще один дворец, Крис восседает на каком-то дебильном соломенном кресле, возле непонятного столика на колесиках. На столике кассета с дозой, плитка с сухим спиртом и даже сраная фарфоровая чаша, вместо ложки. Этот ублюдок даже шырнуться по-человечески не может, надо устроить из этого ебаную химическую лабораторию. Себастиан садится на кресло напротив, снимает куртку и достает из кармана шприц, что отдал ему патлатый. Эванс недовольно хмурится, молча забирает машину и придирчиво разглядывает ее содержимое. А разглядывать есть что: корка засохшей крови, остатки препарата. Лицо Криса – смесь изумления и отвращения: - Ты серьезно собирался использовать это? Знал я, что ты долбоёб, но блядь, это пиздец. Он достает новый шприц, берет кассету со столика с разворачивает. Настолько джентльмен, что сам приготовит "ужин" для своей сучки. Ссыпает в чашу половину дозы с кассеты и разбавляет водой. - Мне этого мало, - Себастиан смотрит на оставшийся в кассете порошок. - Сыпь ещё. - Это чистый, ты тут откинешься, если я вкачу тебе всё. В мои планы не входит возиться с твоим трупом, удивлен? - не отрываясь от готовки, сообщает Эванс. - Вообще-то да, пару часов назад тебе вообще было похуй, жив ли я. Крис поднимает на него взгляд, но молчит. Все так же, не отрывая глаз, наполняет машину и поднимается с кресла. Себастиан встает тоже, и теперь Эванс может разглядеть его руки. Тонкие, посиневшие от уколов, на левой нарывы, которые Себ и не думает скрывать. И лечить, вероятно, тоже. Хочет что-то сказать, но слова встали комом в горле и Крис, по-прежнему молча, бережно берет его правую руку, тянет к себе, перетягивает жгутом выше локтя и с первого раза находит нужную вену. Игла проходит под кожу, и он давит на поршень, глядя Себастиану в глаза. Этот момент кажется им обоим таким интимным. Это более личное, чем сорванный в ночи крик. Чем имя, которое они стонут друг другу в губы. Все это - слишком просто и обыденно, и было уже тысячу раз с кем-то другим. Укол партнеру – никогда с кем-то еще. Всегда – только между ними. - Иди в душ, - приказывает Крис, убирая все со стола. Себастиану теперь хорошо, он не спорит, не огрызается. Послушно раздевается, бросает одежду на пол, не замечает, что Эванс и не смотрит на него. Когда Себастиан встает под струи воды, Крис вообще выходит из ванной и возвращается только затем, чтоб оставить чистое полотенце и рубашку. Себастиан находит Криса в спальне. Тот сидит на краю кровати, хлопает рукой по месту рядом с собой и Стэн послушно садится. Ему слишком хорошо, он не хочет об этом думать, льнет к Эвансу, но тот отодвигает его без особых усилий, а затем опрокидывает на кровать: - Я обещал тебе, что ты будешь спать сегодня в тепле. Ничего больше. Себастиан кивает и расслабляется, позволяя Крису укрыть себя одеялом. Эванс сидит с ним еще какое-то время, но вскоре выходит из комнаты и больше не возвращается.