Он - самое дорогое, чего у меня нет.

В больнице я уже три дня. И честно скажу, мне намного лучше. Да и в школу ходить не надо, а можно спокойно спать, хотя первые два дня меня будили в восемь и брали кровь из вены. Не люблю я эту процедуру, но медсестра была очень опытной, и я почти не чувствовал боли. Да и по сравнению с тем, что я пережил, эта боль как укус комара. Но… душевная боль намного сильнее волнует меня, чем физическая. Филипп, как и пообещал, готовил мне еду. И каждый раз мое сердце толковало это не так! И вообще, обязательно было в первый раз кормить меня с ложечки? Я ему, что, младенец!? Хотя, хотя бы себе я могу признаться… Мне понравилось… Рана уже почти не болит, и я спокойно могу ходить. Да и вообще мое состояние очень хорошее, врач сказал, что дня так через три-четыре меня выпишут. И снова все вернется в прежнее русло. Филипп будет с Кирой, которую я, Слава Богу, за время, проведенное здесь, не видел, но звонки и смски Фил получал. Но самое страшное было на второй день после операции. Пришла Вася! Я думал, она меня саморучно на тот свет отправит. Но все обошлось, так как именно в тот момент, когда она хотела кинуть в меня своим обожаемым Сиэлем, вошел Филипп. Вася замерла и, сев на диван, стала смотреть, как он меня уговаривает поесть. И не просто поесть, а чтобы он покормил меня! Но отвертеться мне не удалось, и пришлось есть манную кашу, которую я люблю в отличие от геркулесовой, и пить кисель под тихий смех Васи. А когда Филипп ушел, она прямо расписала мне, как он меня любит, но боится сказать. Ага, фантазерка ты, Вася! Иди книжки пиши. Но вот, что интересно. Вася с Гошей приходили в абсолютно разное время. Хотя, Гоша скорее всего боялся прийти с ней одновременно. Не хочет, чтобы я рассказывал Васе о его любви к ней? Ну и не особо хотелось! Хорошо-хорошо, вру. Хотелось, но придется держать язык за зубами, пусть сами придут к решению. Мама с папой приходили каждый день, но поздно вечером. Странно, как их еще в больницу пускают. Но материнский и отцовский инстинкт все преграды разрушит. - Тем, можно? – слышу вопрос и, посмотрев на дверь, вижу Филиппа. Все сейчас опять начнется кормежка. - Ага. - Как себя чувствуешь? Живот не болит? – поинтересовался он, сев на стул возле кровати. - Все хорошо, правда чуть больно, когда нагибаюсь, - честно ответил я и посмотрел на пакет у него в руках, - опять еда? - Конечно, тебе надо набираться сил, братишка, - мягкая улыбка сияла на его губах. Нет. Только не снова! Хватит так меня называть! Не могу! Больно… Сердцу больно… Тут Филипп протянул мне тарелку с куриным бульоном. Да не могу я есть, когда мне так плохо! - Тем, ты чего такой мрачный? Скучно? Может, что-то из дома принести? – обеспокоенным тоном спросил он и дотронулся до моей щеки. Я резко отстранился от него, отвернувшись в другую сторону. Не хочу, чтобы ты трогал меня с мыслями, что я твой брат! Не хочу! – Тем, что такое? - Ничего… Я попозже поем, - протянул я и поставил тарелку на тумбочку возле кровати. - Нет уж! Я готовил все это для тебя! – грозно произнес он, - я даже отменил свидание с Кирой, чтобы прийти к тебе! Тема, спокойно! Тебе ведь и раньше было так больно.. Но.. но сейчас это звучит так, будто… Стой, только не говори! Тема! Я больше не могу!! - Уходи.. - Что? - Уходи! Иди к своей Кире! – закричал я что есть сил, прикрыв глаза рукой, из которых текли слезы. - Тем.. - Какую часть фразы: «Пошел ты!» ты не понял?! Уйди! – крикнул я и выбежал в туалет, закрыв за собой дверь. Сполз по ней, выпрямив ноги и закрыв лицо руками. Да за что мне это? Что я такого сделал? Где я ошибся? Господи, хватит так надо мной издеваться! Я так больше не могу! Это слишком больно. Я.. я просто молюсь на него! Смотрю в его глаза, которые дарят свет ей! А не мне! Не могу… Я остался один, в тишине. Почему, почему все так? Почему? Какого хрена я влюбился в него?! В ПАРНЯ и БРАТА?! Слышу стук в дверь. Да уйди ты! Прекрати меня мучить! Хватит! - Уйди! Не хочу тебя видеть! - Тем, это я, - слышу голос, который может принадлежать только Васе, - пожалуйста, впусти меня. Темка. Я чуть сдвинулся, позволяя подруге войти. Она села рядом и дотронулась до моих рук, которыми я прикрывал глаза. - Тем, не плачь, прошу… Все будет хорошо, - такое чувство, что она тоже плачет, хотя у нее бывает такой голос. Резко одергиваю ее руки и смотрю на нее: - Какой нафиг хорошо?! Чего хорошего!? Я так больше не могу, мне слишком больно. Ты даже не представляешь, насколько! Мне больно постоянно, я живу с постоянной сердечной и душевной болью!!! Заберите у меня эту боль, пожалуйста, кто-нибудь… - Тем, хватит, все будет в порядке, - тихо говорила она и обняла меня. - Вася. Я так больше не могу…. – проговорил я и обнял ее в ответ. Почему же так больно… Филипп, прошу, хватит! Хватит меня убивать! Хватит! Конец POV Тема. POV Филипп. Иду по больничному коридору, ноги просто ватные. Что с Темкой случилось? Почему он так отреагировал? На что? Почему он так разозлился? Но самое странное, что он плакал. Он же плакал? Нет, я не мог ошибиться! Но я так давно не видел его слезы. С самого детства, а тут так! Я что-то не так сделал? Сказал? Больно видеть его таким. Не хочу, чтобы он плакал. Хочу, чтобы он улыбался и был счастлив! Но что могло его так расстроить? Он плакал из-за меня? Или… или из-за Василисы? Они…. Залезаю рукой в карман и понимаю, что телефон я оставил у Темы в палате. Не очень хочется возвращаться, но надо. Надеюсь, Темка уже успокоился. Подойдя к дверям палаты, увидел, что они открыты. Но я же их закрыл! Тихонько зайдя в комнату, первое, что я услышал - всхлипы, доносящиеся из ванной комнаты. Он все еще плачет? Да что же его так расстроило, что он до сих пор плачет?! - Тем, не переживай, мы все преодолеем, все будет хорошо… Не плачь… - Вася?! Она здесь? И вообще, какого черта она его утешает и говорит таким голосом. Это должен делать я! Ведь я… «Уходи! Иди к своей Кире!»… его брат. Что? Она его еще и обнимает? Тема, почему ты ей отвечаешь? Она.. я.. ты.. Черт! Что я хочу сказать?! Но почему тогда колет сердце? Что.. это… - Вася, спасибо, спасибо большое… - прошептал мой брат и обнял ее еще крепче. Все, я пошел, а то как-то странно себя чувствую, и есть желание убить одну черноволосую особу. Тем… что же это такое… Конец POV Филипп.