Он - самое дорогое, чего у меня нет.

- Тем, иди сюда! Смотри! – кричала Вася, махая рукой в коридоре первого этажа, рядом с раздевалкой. И чего это она такая активная с утра пораньше? Мне так выть последние месяцы хочется…. Подойдя к ней, увидел ее милую улыбку, и она показала на стенд. – Я записалась на концерт ко Дню всех влюбленных! - Ммм, опять петь будешь? Ты.. сейчас скажу… Ты пела в четвертом классе на День Святого Валентина. Тогда ты была прекрасна, - честно сказал я, на что ее улыбка сменилась на лукавую. Что-то мне это не очень нравится.. – Ладно, пойдем, а то на урок опоздаем. Войдя в класс, мы увидели Гошу, которому Катя пыталась показать, что-то в учебнике по литре. Может он домашку не сделал? А что задавали? Я сел за парту и, достав дневник, вспомнил. Сонеты Шекспира! Их надо было прочесть и как обычно мы должны будем их «разжевывать». Опять искать и объяснять фразеологизмы, олицетворения. Надоело, хотя если это что-то интересное типа «Капитанская дочка» или «Дубровский», то можно. - Тем, я сяду сзади вас, если что, поможешь? – спросил друг, кидая на парту учебник и тетрадь. - Ты с Егором поменялся? – поинтересовался я, на что получил кивок, - ладно помогу, чем смогу. Вася сидела и что-то увлеченно рассматривала в телефоне, а Гоша читал сонеты, которые, как мне кажется, можно выучить за десять минут. Ну, пусть так… Но тут в кабинет вошел Филипп в обнимку с Кирой, а у меня снова заныло сердце. После того поцелуя он почти со мной не говорит, хоть и старается. Но я-то вижу, чувствую. Все время проводит с Кирой, и… И кажется они стали еще ближе друг другу. Вот и сейчас он спокойно держит ее за талию, даже перед учительницей. А ей это нравится! Как же больно видеть их вместе и такими счастливыми, но я ничего не могу с этим поделать. Я ему просто младший брат, не более, а тот поцелуй был… Ошибкой. Случайностью. Или как Катя говорит, ляпсусом… Забудь уже о нем! - Тем, у тебя сейчас слюна потечет, - услышал я Васин голос над ухом. - Чего?! - Ха-ахах видел бы ты сейчас свое лицо! Хаха-аха.. Прелесть-то какая! – давилась смехом Вася, а у меня загорелись щеки. Черт, Вася, зачем… - Привет, - произнес Филипп с долькой злости, проходя мимо. На что Вася резко обняла меня за шею и начала курлыкать: - Темка, хороший.. Милый.. - Может, хватит!? – крикнул Гоша, Вася сразу отпрыгнула от меня. Я перевел взгляд на то место, где стоял Филипп с Кирой, а… Их и след простыл… Он меня ненавидит? А так липнет к ней, чтобы стереть воспоминания о том поцелуе? Или, или он его особо и не беспокоил? Почему… Филипп… Почему теперь ты говоришь мне такое холодное «Привет»? - Сколько можно играть в «это»?! - Ой, не придирайся. Я тут другу помогаю, а ты… - с толикой грусти сказала она и уткнулась в телефон. Я перевел взгляд на Гошу. Мама, он очень зол! Черт… - Я вроде предупреждал, - произнес он, еле открыв рот, а зубы так и скрипели. - Ребят, мне нужна ваша помощь, - неожиданно уставилась на нас подруга с яркой улыбкой на губах и блеском в глазах. Мы с Гошей переглянулись. – Так как я буду петь на Дне Всех Влюбленных.. - Опять? – прервал ее друг. Вот же идиот. И причем это не лечится. - Ну а что? Я хорошо пою.. Или нет? – с опаской, грустью и даже болью спросила Вася, смотря точно на Гошу. Я пнул его ногой, но боли он не показал, а, только закатив глаза, произнес: - Нет, ты хорошо поешь. Я просто так сказал. И с чем мы должны тебе помочь? - С нарядом. Так что после школы идете со мной в торговый центр, поняли? – строго, даже не спросила, а подтвердила она, видимо приободрившись от слов Гоши, ну а мы только кивнули. Когда начался урок, Вася активно обсуждала с Ксенией Сергеевной сонеты, причем так, как будто больше никого в классе кроме них не было. Я, конечно, понимаю, что она любит литературу, но не настолько же. Гоша сидел сзади меня и видимо прятался за мою спину, хотя я и ниже его, но на него не обращали внимания. А у меня в голове только он. Ему, правда, было настолько противно, что он теперь такой холодный со мной и такой теплый, заботливый с ней? Почему? Зачем он меня тогда поцеловал? Я не смогу этого забыть, а от понимания, что он это делал из этих братских чувств, причиняет ужасную боль! Почему сейчас он целует, обнимает, заботится, ухаживает за ней, а не за мной? Хотя чего я жду? Ведь с девушкой лучше и… Я его брат. Но он меня теперь даже как брата не любит? Я не переживу этого. Е-если он перестанет быть со мной таким… Я.. Я не смогу дальше жить. - Эй, Тем, смотри, - шепотом сказала Вася, видимо получив пятерку. Я поднял глаза на учительницу, которая теперь обсуждала все с другими ребятами. - Чего? – спросил я, а она показала на двадцать третью сонету. Я пробежался по ней глазами, затем Вася указала на четыре строчки: - Давай их напишешь. - Куда? – недоуменно спросил я, а она прикрыла глаза рукой. - Какой у нас праздник через четыре дня? – задала она вопрос, убрав руки и строго посмотрев на меня своими темно-серыми глазами. - День Святого Валентина, а что? - Ты писать валентинку должен, - просто сказала она и полезла в сумку. Чего? Она, что, с ума сошла? Хотя стоп, она же всегда была такой! Когда ее мозги в последний раз были в порядке? Кажется, в третьем классе… - Вася, я тебе не влюбленная девчонка, которая.. - Ага, ты не девчонка, ты укеша! – сказала Вася и вынула из сумки цветную бумагу, - выбирай. - Ты издеваешься? Я не буду ему ничего слать! – резко произнес я, а она только посмотрела на меня, затем взяла золотистую бумагу. - Я сама сделаю, - тихо ответила она и начала вырезать сердечко. Я наблюдал за этим и не верил своим глазам. Она серьезно? Но когда она взяла в руки ручку, я быстро выхватил у нее валентинку и положил под тетрадь. – Вот и молодец. И помни, я легко могу ее написать, так как подчерк у нас одинаковый. Е-мае! Ну почему я должен это делать? Какой в этом смысл? Ему это не нужно! Он как обычно получит валентинки от девчонок с первого по одиннадцатый класс. А эта будет также прочитана и выброшена, как он всегда делал. Или в этом году он их без прочтения выкинет, ведь самую главную он получит первой. От Киры… Но, но может все же послать? Без подписи, просто так… Может легче станет. - И что писать будешь? – неожиданно спросила Вася, листая учебник литературы. - Не знаю, - просто ответил я и стал соображать. - Может, выпишешь эти строки? Они очень подходят, - сказала соседка и показала на четверостишие из двадцать третьей сонеты Шекспира. Я еще раз прочел их и кивнул. – А как будешь подписываться? Темка, Артем или Тема? - Я не буду подписываться! – грозно сказал я, а она только фыркнула: - Тогда какой в этом смысл… - Я это пишу не для него, а для себя, - ответил я и посмотрел на аккуратные буквы, из которых получались слова: « Так я молчу, не зная, что сказать, Не оттого, что сердце охладело. Нет, на мои уста кладет печать Моя любовь, которой нет предела » - Мило получилось, - сказала подруга с улыбкой, а затем добавила, - может, подпишешься? - Нет! - Ну хоть инициалы! Хоть одну букву! – достаточно громко крикнула она, на что мы получили замечание Ксении Сергеевны, - если ты не подпишешься, то он не поймет. - А мне и не надо этого… Он будет думать, что это одна из его поклонниц. Пусть так и будет. - Ладно… Посмотрим, что получится из этого Дня Всех Влюбленных… После уроков мы направились в самый близкий и большой торговый центр. По дороге Гоша практически все время молчал, а Вася как-то странно на него косилась. Интересно, а они будут посылать друг другу? Хотя вряд ли. По крайней мере, Гоша этого точно не сделает, а вот Вася вполне может, хотя она ведь боится, что ее опять отошьют из-за того, что она яойщица. Я вот думаю, что пофиг, чем человек занимается, увлекается, ведь когда ты любишь, то любишь в нем все. Даже если человек не отвечает тебе взаимностью… Придя в торговый центр, мы поднялись на третий этаж, где был отдел женской одежды. Перед тем, как пойти по магазинам Вася встала напротив нас и, улыбаясь, сказала: - Итак, мне нужно выбрать платье, в котором я буду крутой, модной, веселой и красивой. Чтобы я могла в нем ходить и дышать, и оно должно быть на лямочках, так как я не хочу задевать рукавами все дверные ручки. - Ты составила список? – спросил Гоша, оглядывая витрины магазинов. Чувствую, мы так скоро отсюда не уйдем. - Ну, не то чтобы список. Ладно, пошли! – крикнула Вася и, схватив нас за руки, потащила в первый магазин. Когда мы зашли, Гоша сразу сел в кресло и начал шарить в телефоне. – Эй! Ты обещал помочь! - Обещал? Ну может. Ты тогда выбери, померяй, а я оценю, - сказал он с ехидной улыбкой. Вот же… Вася ничего не ответила, а принялась рассматривать платья. Я помогал ей, хотя бы с фасоном, так как абсолютно в этом ничего не понимал. - Ну как? – спросила она, выйдя из примерочной. На ней было короткое белое платье. Ткань накладывалась друг на друга и при каждом движении покачивалась, создавая ощущение мягкого облака. Гоша осмотрел ее и сказал: - Черный! - Белый! - Мрачный! - Светлый! Какой темный на такой праздник, идиот! – крикнула она и хлопнула дверью примерочной, а у Гоши на губах блестела игривая усмешка. - Ты специально? – тихо спросил я, чтобы Вася не услышала. - Дай насладиться, - так же тихо произнес он, и через минуту подруга вышла в совершенно другом платье. Еще более короткое ярко красное, без лямок, оголяло плечи и шею. Гоша и я сглотнули, и я увидел на его лице какое-то беспокойство: - Ты хочешь, что бы малыши твое нижнее белье увидели? - Придурок! – прокричала Вася, покраснев до кончиков ушей и зашла в примерочную. Он только улыбнулся. Вот же чудные. Через несколько минут Вася предстала перед нами в нежно-кремовом платье, длиной чуть выше колена. От пояса платье становилось очень пышным и выглядело это очень игриво. - Тесное! – крикнул Гоша, фыркнув, а Вася аж закипела от злости. Как я ее понимаю. Ну он реально сейчас перебарщивает! - Пышное! – сказала в ответ Вася, - если не нравится, выбери сам! - Хорошо, - спокойно ответил он и, наконец, встав, прошелся по магазину, рассматривая платья, и вернулся с трофеем, - вот. Это будет идеально. Вася молча, только с небольшим румянцем ушла в примерочную, а я посмотрел на друга, который тоже был весьма красный, спросил: - Ты этого и добивался? Он промолчал, отводя глаза, и этот жест я принял за положительный ответ. Может он все же признается ей? Так как первый шаг она точно не сделает. - И.. как? – тихо, почти шепотом спросила Вася, выйдя. Я открыл рот. Хоть я и гей, ладно я признал это. Она очень красивая, платье изумительное! Платье насыщенного цвета моря после грозы, лямки завязанные бантиками от которых отходили толстые ленты, длинной платье было чуть выше колена, не очень глубокий вырез, темно-синий пояс подчеркивает талию. - Предыдущее было лучше, - сказала она, и уже хотела повернуться, но мы в один голос крикнули: - Нет! - Да! Все я решила! Беру кремовое, - прокричав это, она хлопнула дверью примерочной. - Блин, это же лучше, - проскулил я. Но взглянув на Гошу, понял, что ему обиднее в сто раз. Ну конечно, выбрал платье для любимой, а она так поступает. И то мне кажется, что она это делает из-за вредности и все тут! - Я готова, - сказала обладательница черных волос и упрямого характера, выйдя из примерочной с платьями в руках. Она подошла к продавщице и что-то сказала, отдав все платья. Вернувшись к нам, Вася пролепетала, - Я потом у папы кредитку возьму и куплю, а пока я его отложила. Пойдемте. Пока мы шли к выходу, Гоша выглядел еще более задумчивым, раздраженным, чем когда мы шли сюда. Могу его понять…. Тут Вася подбежала к витрине ювелирного магазина и начала что-то восхищенно рассматривать. Да, она любит все эти брюлики намного больше чем одежду. Это научный факт. Я подошел ближе к ней: - И чего увидела? - Смотри, прелесть. Такой красивый кулон, - сказала Вася, показывая на кулон из белого золота в виде лебедя с сапфиром. - Да, красивый. Гош, посмотри, - друг подошел и стал смотреть на витрину. Я проследил за его темно-зелеными глазами, которые были сконцентрированы вначале на кулоне, а затем на Василисе, которая так и светилась от счастья, разглядывая его. - Ага, тебе нравится? – спросил он, а она кивнула. Вася еще чуть-чуть посмотрела, и мы пошли по домам. А ведь интересно, как все у них сложится. Жаль только, что меня этот праздник не выручит. А эта золотая сердечная бумажка и подавно. А ведь очень больно и обидно… Конец POV Тема.