Можно задать тебе вопрос?

      Реджина сама затеяла этот разговор, но ждала, что по существу первой заговорит именно Эмма.       — Хорошо, — Эмма нервно поёрзала на диване, не зная, с чего начать. — После Феникса, после того, как я вышла из… этого места… Я хотела отвезти тебя в Таллахасси. Я собиралась поехать туда с Нилом, но потом… потом я посмотрела на тебя и поняла, что не должна этого делать. Нил был моим прошлым, а ты — моим будущим.       Реджина молча слушала историю Эммы. Воспоминания, которые она подарила им, были чем-то вроде костяка, а детали Эмма и Генри создали сами. И ей было интересно, действительно ли в своих воспоминаниях Свон пропустила Таллахасси.       — И, в конце концов, я оказалась в Сторибруке…       — Ты хотела сказать, что врезалась в городской знак на въезде? — Реджина ухмыльнулась.       — Шёл дождь и потом, там на дороге был волк, — с наигранным вздохом принялась защищаться Эмма, а потом обеих внезапно посетило осознание. Они вспомнили Грэма.       — Что? — Генри почувствовал перемену настроения.       — Эм, местный шериф… он умер вскоре после моего приезда, — сказала Эмма и развязала один из шнурков на своём запястье. — Это принадлежало ему.       — Разве это не странно? — спросил Генри. — То есть, ты ведь его почти не знала, правильно?       — Иногда не надо много времени, чтобы почувствовать с кем-то связь.       — О! Так вот что у вас двоих случилось? Любовь с первого взгляда?       Ни одна из женщин не смогла достаточно быстро выбрать из тысячи возможных вариантов сказать «нет» тот самый — единственно верный. Их замешательство вызвало улыбку на лице Генри.       — Если честно, поначалу мы друг друга терпеть не могли, — осторожно сказала Реджина. — Твоя мать была заносчивой и назойливой.       — Заносчивой? Чья бы корова мычала, — парировала Эмма. — Кроме того, ты мне угрожала!       — Я спрашивала тебя тогда, спрошу и сейчас, — невинно ответила Реджина. — Когда это яблоки стали угрозой?       — Когда они — твои, — не осталась в долгу Эмма.       — Хорошо-хорошо, — Генри наслаждался перепалкой, но ему было любопытно, что произошло потом. — Когда всё изменилось?       После секундной тишины Эмма произнесла:       — В больнице. Ты съел кое-что, из-за чего тебе стало плохо, и я не знала, что с тобой будет. Реджина помогла мне пройти через это и… хорошо… твоё мнение о человеке может измениться, когда вы вместе переживаете что-то подобное.       — Но почему ты так сильно заботилась обо мне? — обратился Генри к Реджине.       — Что ж… — Реджина хотела придумать что-нибудь правдоподобное, но поняла, что ничего дельного просто не приходит на ум. — Когда-то в моей душе была пустота, но это было до того, как ты появился в Сторибруке. Ты смотрел на меня таким взглядом, что я осознала, я могла бы стать лучше. Именно благодаря тебе я почувствовала, что кто-то верит в меня.       — Я был совсем крохой, — Генри немного смущённо рассмеялся.       — Очень особенным крохой, — Реджина протянула руку и коснулась его подбородка.       Генри почувствовал, как к щекам подступает краска.       — А что случилось потом? Почему вы разошлись?       — Точно… — Эмма никак не могла придумать убедительной причины, тем более, что они никогда встречались. — Хм, ладно…       Было несколько разных историй, которые они могли бы использовать, но Реджина смогла вспомнить только подставу с убийством и боль от предательства, когда Эмма отвернулась от неё.       — Тебя похитили, — вдруг выпалила Свон. — Люди, которые пытались навредить Реджине. Мы тебя спасли, но тебе было небезопасно и дальше оставаться в Сторибруке.       — Но почему ты не вернулась? — не унимался Генри.       — Я забыла, — только и смогла прошептать Эмма.       Генри хотел сказать, что не верит ей, что всё это — чушь собачья, но промолчал. Услышал сожаление в голосе мамы, увидел выражения лиц обеих женщин и понял, что не должен давить.       — Генри, — добавила Реджина. — В любых отношениях наступает момент, когда они могут перерасти во что-то большее или закончиться. Мы можем быть друзьями, но на этом всё. Остальное осталось в прошлом.       — Да, — кивнула Эмма. — В прошлом, и самое главное, что мы никогда не будем вместе, ясно. Никогда.       — Божечки, мам, тебе необязательно скатываться до песни Тейлор Свифт, — Генри закатил глаза. — Я понял.       — Правда? — Эмма не доверяла ему настолько, чтобы спустить всё на тормозах. Она любила пацана, но правда в том, что он — подлый малый, а ещё не из тех, кто безропотно соглашается с положением вещей.       — Да, а теперь извините меня. По-моему, я забыл телефон в закусочной, — Генри вскочил на ноги и помахал Реджине. — Ещё увидимся.       — И… Что ты думаешь? — спросила Реджина.       — Не знаю, — Эмма пожала плечами. — А что ещё мы можем сделать?       Договорившись о следующей встрече, чтобы обсудить, что им удастся выяснить о летучих обезьянах и злой ведьме, женщины попрощались.       Реджина села в машину и вырулила на дорогу, чтобы отправиться домой, когда с заднего сидения выскочил Генри.       — Эй!       — Генри! — Реджина едва не вылетела на тротуар. — Ты не должен быть здесь.       — Тебе необязательно быть злюкой. Я знаю, что нравлюсь тебе, а ещё знаю, что тебе до сих пор нравится моя мама.       Генри улыбнулся, когда Реджина всё-таки съехала с дороги и припарковалась на обочине.       — Генри, — она виновато посмотрела на него, всей душой желая, чтобы он мог вспомнить.       — Всё нормально. Я понимаю, почему ты отослала нас прочь, ты хотела, чтобы у нас был лучший шанс, — Генри видел, что Реджина собирается возразить, но продолжил говорить: — Но теперь мы вернулись, и я вот думаю, может быть, мы снова станем семьей.       — Не обольщайся, — Реджина вымученно улыбнулась. Она предупреждала и себя тоже.       — Не переживай, у меня есть план, — Генри самоуверенно улыбнулся, проигнорировав встревоженный взгляд Реджины, потому что, да, она не сомневалась, что у сына уже есть план. Генри вышел из машины, но прежде чем побежать обратно к закусочной, добавил: — Тот момент, о котором ты говорила. Ты не думала, что, возможно, он не в прошлом? Может быть, он просто пока не наступил?       —       Тем временем…       Злая Ведьма стояла в ожидании одной из своих обезьян.       — О, ты вернулся, — она улыбнулась, и обезьяна издала визгливый крик. — Значит, ты следил за ними весь день, и никто тебя не заметил?       Обезьянка запричитала, и Зелена кивнула.       — Всему своё время, моя прелесть, всему своё время. И потом, сестрёнка только что воссоединилась со своим сыном. Мы же не хотим, чтобы всё закончилось раньше, чем оно начнётся, не правда ли?