Обитаемая зона

Спустя три дня упорной работы над исследованиями омеги, Сехун зашёл в тупик. Даже при самом качественном оборудовании он не мог дать гарантии, что альфа, которого создаст наука по его наброскам, полюбит омегу или хотя бы будет испытывать влечение. Со психу Крис бросил в плазменный экран одноразовый планшет с графиком парой несходящихся элементов тел, разбивая и его, и телевизор вдребезги. Но экран последнего регенерировался столь быстро, что Сэ и моргнуть не успел. В итоге эмбрион на стадии развития пришлось заморозить, а проект альфы прекратить. Спустя ещё пару дней Сехун закончил динамические и молекулярные расчёты, чтобы эмбрион правильно функционировал хотя бы на начальной стадии, чтобы далее изучить его особенности подробней и подобрать качественный исход. За всю неделю парень не выходил из своего кабинета ни разу, с головой окунаясь в работу и не тратя времени даже на сон. Нервы у людей уже стальные, поэтому парень особо не раздражался. Единственное - поджимало время. На землю надвигается землетрясение, начинаясь от центра расколотой Евразии и заканчивая у них – в Норвегии. Учёные уже решили вновь развернуть землю, но от этого происходят различные дисфункции микроорганизмов и может пострадать такой маленький эмбрион. Его нужно было выходить как можно скорей, чтобы вновь не потерять. - Как же я устал, - Сехун плюхнулся в форменное кресло Чанёля, который только что закончил послание о землетрясении во все головные чипы людей. - Не ври, ты пил сутра «здоровье», - хмыкнул Пак. - Оно уже, кажется, не помогает. Нужно сказать Минсоку, чтобы добавлял туда больше энергии, - вздохнул Сэ. Он так хотел увидеть разработку №2, узнать о его самочувствии и как скоро он адаптировался к лабораторному миру, но не смог даже в туалет отлучиться из кабинета. Пришлось пользоваться утолителем в таблетках – они впитывали в себя всю жидкость, а потом превращались в обычный воздух, дающий возможность не дышать целый час. Так человек мог с пользой для себя, например, погружаться в мутную воду океана. Сехун думал, что омега, наверное, помнит его. Помнит, как открыл глаза и увидел альфу пред собой через стекло. От чего-то даже стало грустно и тоскливо. Но он тут же вспомнил о друге. - Хэй, а у тебя как с твоей омегой? - Да никак. Он всё свободное время стоит под окном и выглядывает меня, - альфа указал на большое стекло – единственное не тонированное (за исключением босса), и он не знает, почему так вышло. – А я могу выйти и забрать то, что он оставил, только когда Крис спит. Позавчера я оставил ему записку о том, что не помню ничего, что было в моей прошлой жизни, но почему-то верю ему. А ещё я попросил его больше не приходить - не хочу, чтобы расстраивался, ведь мы не сможем увидеться без посредства стекла. Но он не послушал, видимо, ему всё равно. Вот, можешь сам выглянуть, - Пак подтолкнул друга к стелу, заставляя посмотреть вниз. И правда, там стоял парнишка, наверное, совсем не высокий, с кофейным цветом волос и в зелёной футболке. - Надо предупредить его, чтобы теплее оделся, завтра Земля повернётся на зиму, - сказал Сехун, не отрываясь от окна. - Я не смогу, Крис спать не будет, - грустно ответил Чан. - Давай я ему передам, я же имею доступ в нижний отсек. У меня там омега, - Чанёль одарил его шокированным взглядом. – Нет-нет, ты не так понял. Омега, который «разработка №2», не мой, - замотал руками Сэ, чуть посмеиваясь, - я должен создавать для него альфу, вот и придётся с ним общаться. Чанёль тоже засмеялся, стоя пред окном, а потом перевёл взгляд на Бэкхёна и глядел дальше на него с невообразимой нежностью. Сехун решил не мешать им хотя бы просто переглядываться, поэтому поспешил ретироваться. Ранее Чанёль никогда не испытывал к кому-то трепета, никогда так яро не хотел обнять человека и больше никогда не отпускать, как хочет этого сейчас. Непривычным стало и то, что на него обращают внимание. Не простое «Чанёль, дело небывалой срочности, вся Земля зависит сейчас от тебя…», а реальный и беспричинный ежедневный визит Бэкхёна на самую высокую земную точку у Лаборатории. Новые чувства, внезапно поселившиеся в нём, разрывали на части и заставляли желать не только с глазу на глаз встретиться с омегой, но ещё и чтобы Крис остался в неведении, иначе промывки мозговых чипов и пожизненного подвального заключения не избежать. Впервые в жизни Чанёлю хотелось плакать…

🚀🚀🚀

Сехун вышел за дверь и запустил руки в карманы, понимая, что нужно сходить и проведать омегу. Не медля ни минуты, он пошёл вперёд, но тут же свернул в свою комнату, на ходу приказывая зеркалу образоваться на стене. Убедившись, что с причёской и с лицом в целом всё в норме, альфа двинул в «золотой» отсек. Джунмён разглядывал в колбе эмбриона будущего альфы, что-то печатал в наручном компьютере по левую руку от себя, затем возвращался на перемещающемся стуле к основному столу и записывал от руки на лист световой пастой, проявляющейся спустя десять секунд. - Привет, Джун, а где омега? – с ходу спросил альфа. Второй оторвался от своих записей и посмотрел на него слегка недоверчиво. - Зачем он тебе? - Ну ты чего, я же для него альфу создаю. Нужно пообщаться с ним. Кстати, как его здоровье? - Рекреация Y, кабинет 43. Спроси у него сам, он уже не спит, - выдохнул Джунмён, вручая парню карту от комнаты, почти не отвлекаясь от эмбриона. - Оставлю себе? – Сехун покрутил картой в руках, приподнимая уголки губ. - Сгенерируй сам, - фыркнул старший, навострив микроскоп на правом глазе. Сехун сморщился, но, поблагодарив, вышел. Он прекрасно знал, где находится эта рекреация Y, но от чего-то медлил. То ли страх, то ли ещё что-то одолело альфу, он всё не решался войти внутрь. За дверью послышался мелодичный голос, и сердце тут же пропустило удар. Неужели стены у парнишки попускают звук? И разве там с ним в комнате кто-то есть, что омега разговаривает с ним? Альфа напрягся и открыл дверь одним прикладыванием карты к металлической пластине. Перед ним на постели лежал омега в белых коротких шортах и такой же белой майке, сползающей с ключицы. Волосы его растрепались, а глаза были плотно сжаты. Мальчик спал, бормоча что-то во сне и то и дело ворочаясь, ещё больше позволяя майке на своём теле задраться вверх. Сехун нервно сглотнул, закрывая за собой металлическую дверь и проходя внутрь комнаты. Она была совсем небольшая. Лишь кровать с железным столом и ванная комната по левую сторону, да одинокая вспышка, созданная здешними учёными, которая может гаснуть от одного только желания человека. Альфа присел за стол, включая свой планшет и настраивая камеру, чтобы запечатлеть сонного и нежного омежку. А тот в свою очередь сладко простонал, заставляя альфу покрыться потом, что как минимум было странно. Он никогда не знал, что это такое, ведь в лаборатории всегда была одинаковая температура для поддержания нормальной жизнедеятельности. Он вытер со лба неизвестные капли и уткнулся носом в какие-то диаграммы, присланные Ченом относительно графика юного омеги, заставляя себя на минуту отвлечься. А в следующее мгновение заметил, как парень сел на специально для него созданную мягкую постель, руками медленно растирая большие глаза и мило дуя щёки. - Проснулся? – спросил Сехун, убирая сжатый планшет в карман. Но омега только вылупил на него глаза, изучая лицо альфы за столом. - Кто ты? – мелодичным и хрипловатым ото сна голосом спросил он. - Я тот, кто тебя создал. Можешь звать меня просто Сехун, - он улыбнулся, вставая из-за стола и садясь рядом с омегой на кровать. – Я буду следить за тобой и твоим здоровьем, а так же сближаться, чтобы создать подходящего альфу для… дальнейшего эксперимента. Омега закусил губы и как-то натянуто улыбнулся. Ему уже объяснили, как и зачем он тут появился, его научили всем азам, свойствам омеги и ещё много чему, что нужно знать в современной жизни. Конечно, на стадии эмбриона в его головной мозг уже вживили пластину с одним терабайтом информации, её просто нужно постепенно разбудить. На самом деле так и у всех современных людей, просто большинство из них настолько деградировало, что всю свою жизнь провели в четырёхстенном Квадрилейтере, играя в виртуальные 6D игры и смотря фильмы/мультики в том же формате. Они не в силах просто взять и «распаковать» этот терабайт. Альфа вручил омеге блокнот с ручкой и попросил записывать в него всё, что угодно. Начиная от маленьких придуманных историй и зарисовок до описания снов и реально происходящих событий. Он сказал, что так будет проще завязать дружбу с ним. Сехун предложил поиграть в слова, чтобы многому научить омегу, а тот скоротал своё одиночество под боком у альфы, который в скором времени станет другом. - Сехун, а что там – за окном? – спросил омежка, уже лёжа в кровати и рассматривая потолок. Рядом с ним на полу поместился альфа, считывая какую-то информацию с наручного компьютера омеги. - Там за окном? – переспросил Сехун, оборачиваясь к стеклу, не показывающему ничего, кроме окружающих лабораторию бело-чёрных гор. Это единственное, что ещё не смогла разрушить рука человека. – Если честно, то я и сам не знаю, что там. Даже не так, я не помню. Абсолютно ничего не помню до двадцати лет, до того момента, как попал сюда. - А почему? - Нам стирают память, прежде чем заточить в лабораторию. - И мне стёрли? - Нет, - альфа покачал головой. – У тебя её не было. Ты – генномодифицированное тело, служащее экспериментальной омегой. Тебя создал я, вернее схемы твоего тела и расчёт пропорций – моя часть, а кожа, глаза и вены – это другие учёные. Поэтому для меня ты являешься неким идеалом, даже запах твой так и манит. Омега призадумался, пальчиками обхватывая чужую ладошку. - То есть, я твой омега, да? - Нет, - выдохнул альфа. – Я – просто создатель. Непосредственный участник твоего развития, считай, что родитель, - хихикнул он. – Сейчас мне нужно собрать всю нужную информацию о твоих особенностях, чтобы запустить быстрое создание альфы, который полюбит тебя, а ты в свою очередь полюбишь его. Вы улетите на другую планету и будете там счастливы, а далее, если всё будет хорошо, учёные отберут физически и морально способных людей, чтобы транспортировать к вам. Всё просто, как дважды два, - всплеснул руками парень. - Но я не хочу другого альфу, - проканючил омега. - Это ещё почему? – он поставил на сонный режим наручный компьютер омеги и укрыл его мягким свинцовым одеялом, не подключая никаких ошейников и не давая ничего выпить. Прямо как восемьсот лет назад. - Потому что ты – мой альфа, - глаза Сехуна, казалось, хотят выпрыгнуть. Впрочем, сердце тоже. Как этот омега, созданный его руками и его умом, может говорить, что он – его альфа? Но парень выглядел настолько невинно, что Сехун на долю секунды поверил и чуть приблизился к чужому лицу, однако вовремя одёрнул себя и отстранился. Пластинки в голове неистово заболели, и, пожелав доброй ночи, альфа вылетел из комнаты омеги на всех парах. - Чанёль! Мне нужна твоя помощь! – Сехун забежал в чужой кабинет, роняя на ходу светловолосую башню, стоящего у огромного монитора и печатающего что-то на экране. - Э, полегче, сбавь обороты. Фея-советница принимает платно и только по четвергам, - возмутился старший, поднимаясь с пола. - У меня, между прочим, очень сложная ситуация, - надулся Сэ, плюхаясь в своё излюбленное форменное кресло. - Да-да, я бы удивился, если бы ты сказал, что «разработка №2» - твоя омега, - фыркнул Пак, доставая из нано-холодильника напиток для, как он сам называл, поддержания активной жизнедеятельности. Сехун подозрительно замолчал, и Чанёль, медленно и хмуро развернулся, всем своим видом умоляя не говорить, что это так. - Я не знаю, как так может быть, он мне сам это сказал, когда я считывал кардиограмму его сердца с наручного компьютера, - Сехун зарылся в волосах. – Ведь я его создал, Чанёль, я! Немудрено, что в основу вкладывались мои личные вкусы и пристрастия, я сам себе создал омегу! – внезапно прозрел альфа. Чанёль сократил расстояние между ними и присел в ноги, веля успокоиться. - Ему могло показаться. Он ведь из альф только с тобой общается, ранее он помнит только Джунмёна и других учёных, которые и рта не позволяют себе открыть в его сторону. Ты проверь завтра, как на тебя реагирует его организм, не делай преждевременных выводов, от этого лучше не станет. - Чего?! – опешил Сэ. – И что ты предлагаешь мне делать? Знаешь, меня не греет мысль, что в любой момент после твоих «проверок» мне сотрут память и скинут куда-нибудь в Индию на корм диких собак. - Просто соблазни его и посмотри, что будет. - Ты с ума сошёл, он как моё дитя! А если кто узнает? - Да никто не узнает, все его изменения в твоих руках. Подчисти в любой момент и с непоколебимой совестью можешь сдать в хранилище. Младший сильно удивился такой прямолинейной решимости. Конечно, ему ничего не стоило провернуть всё это, но главной помехой всё же оставались его собственные чувства, которые так некстати дали о себе знать. И, кажется, впервые в жизни. - Ничего не меняется, а факт остаётся фактом, - вздохнул альфа. – Я не буду ничего делать, а продолжу узнавать о нём, пока компьютер на моей руке не загорится зелёным как предупреждение, что вся необходимая информация собрана. Сехун пожал руку на прощание и со слёзной просьбы Чанёля пообещал отнести его омеге стальную коробочку с письмом и фотографией к выходу.