Cassiopeia

Близнецы сидели в холле опустевшего замка прямо на широкой мраморной лестнице. По развёрнутой старой карте неспешно двигались крохотные следы с именами, подписанными на забавных свитках над ними. Вот в своём кабинете ходит по кругу Филиус Флитвик, а у башни директора мнётся с ноги на ногу Миневра МакГонагалл. Вот крадутся по третьему этажу Гарри Поттер, их брат и какой-то Питер, наверное, с Пуффендуя, а чуть дальше, перед ними, стоят в коридоре Северус Снейп и Квиринус Квирелл. Аврора Синистра и Семтима Вектор идут к Астрономической башне, а Перси Уизли и Пенелопа Кристалл так близко, что их имена едва не сливаются… Стук каблуков тихий, но отдаётся от стен гулким эхом. Фред обернулся на мгновение раньше, и карта, сокровище Мародёров, которое он держал в руках, упала на мраморные ступени. Джордж, словно зачарованный, на мгновение склонился над ней и медленно повернулся, не веря своим глазам. Кассиопея шла по холлу, губы у неё были почти лиловыми от холода, и на бледной коже это смотрелось отчего-то красиво. Холодная красота, почти ледяная. Почти мертвенная. Фред оказался рядом на мгновение раньше брата и, обняв продрогшую девушку, прижал её к себе, прижимаясь щекой к её ледяным волосам, в которых медленно таяли белые снежинки. Джордж, подбегая, обхватил одной рукой брата и, резко развернувшись, сгрёб в охапку обоих. Кас даже не дрожала — просто стояла, не шелохнувшись, замёрзшая и уставшая, почти разбитая. Кожа в уголках глаз и на скулах была сухой и уже бралась паутиной крохотных трещин от влаги и ветра. Ей не было холодно. Уже — нет. Дом там, где твоё сердце. И Кас… Теперь она была дома.

***

Небо светлело, и на опушке Запретного леса расцветали первые весенние цветы. Первые недели семестра Кассиопея провела в больничном крыле. Сегодня был последний приём зелий — полёт домой обернулся для неё тяжёлым лечением и долгой реабилитацией. Пневмония. Маги нашли способ её излечить всего несколько лет назад, и лечение было долгим. Но Кас не жаловалась. Она, кажется, просто не умела жаловаться. Как-то незаметно в Больничное крыло переместились сначала близнецы Уизли, которых иногда нельзя было выгнать до глубокой ночи, затем пробились несколько первокурсников, отчаянно заболевшие ради того, чтобы остаться в крыле подольше, после — соседка девочки по комнате неожиданно обнаружила у себя мигрень… И даже комментатор матчей Ли Джордан, которому стало скучно, когда гостиная факультета вдруг опустела, пришёл лечить вдруг заболевшее горло. Кассиопея Блэк, дочь преступника, вдруг стала сердцем своего факультета. И это… было удивительно.

***

Дни шли своим чередом, воздух теплел, и на берегу запретного озера прогрелась под солнцем галька. Кассиопея, раскинув в стороны руки, бегала по самой кромке озера, кружась и почти танцуя в воде. Близнецы, побросав ботинки и мантии, с весёлым смехом гонялись за ней, зачерпывая ладонями воду и брызгаясь. Кассиопея, заливисто смеясь, развернулась на одной ноге, касаясь второй воды. В Чёрном озере вода, на самом деле, кристально прозрачная. Настолько, что в её брызгах на миг отражается радуга. Парни смеются и, закрывая лица руками, наклоняются к воде, и теперь очередь девушки замереть на камне, сжавшись и приготовившись безвозвратно промокнуть. На дворе тёплый апрель. И всё хорошо.

***

Кассиопея относилась к прогулам философски и перестала тратить время на зубрёжку. Вместо этого она с двойным усилием засела за разработку новых проектов. Близнецы перелопатили подаренную книгу вдоль и поперёк, выучили наизусть и прочитали с конца, и теперь с непередаваемым энтузиазмом занялись подпольным производством. — У меня есть идея. Кас лежала на кровати Джорджа в спальне мальчишек и, нагло закинув ноги на широкую балку, задумчиво смотрела в пыльный бардовый балдахин. Близнецы, сидевшие по-турецки на той же кровати, в этот момент увлечённо меняли чарами маггловскую баночку для жидкого мыла, которую им по просьбе достала Алисия Спиннет. Идея фасовать крем для лица не по пакетам и банкам, а по удобным флаконам с дозатором пришла именно ей. — Я, безусловно, ценю теорию слухов, — не дожидаясь ответа, фундаментально изрекла Блэк. — Но этого недостаточно. Ли Джордан, пребывавший в этот момент в мечтательном состоянии у раскрытого настежь окна, возмущённо обернулся. — И что ты предлагаешь? — Да, Пепелок. Сейчас о нас… — И так многие наслышаны. — Это одно, — фыркнув, покачала головой девушка. — Но они наслышаны о «каких-то кремах от чего-то там, и вообще неизвестно, что это такое и сколько стоит». А говорить с каждым, согласитесь, времени нет, да и не все находят в себе смелость подойти к Ли и расспросить его. Темнокожий парень, на секунду задумавшись, вдруг кивнул и повернулся к своим соседям. Близнецы, сосредоточено нахмурившись, закусили губы — совершенно одинаково, как умеют только они — и так же синхронно хмыкнули. — Я видела у Алисии маггловский каталог косметики, — снова опережая вопросы, проговорила Кас. — Там всё иллюстрировано и хорошо подписано. Не в смысле состава и секретов рецептуры, а красиво, рекламно даже. Например, «масло абрикосовых косточек, входящих в состав крема, безупречно очищает кожу и выравнивает её тон» или «маточное молочко превосходно питает кожу, не забивая пор». Понятия не имею, что такое маточное молочко и поры, но звучит так, что я бы и сама купила. — Идея интересная… — Нам нравится. — Только нужны колдофото? — Я думаю, это можно нарисовать, — вдруг вмешался Ли Джордан. — Я видел, как Поттер рисует на полях тетради, у него неплохо получается. А краски есть у второкурсниц, я могу попросить их. — Я смогу помочь Гарри, — улыбнулась Кас, серьёзно кивнув самой себе. — У меня неплохо получается зачаровывать рисунки. А Ли сможет отлично придумать описания, у него хорошо язык подвешен. — Какие комплименты, Блэк, я польщён, — со смехом ухмыльнулся парень — Звучит круто! — Пепелок, а что там ещё было? — Описание… — Рисунки… — Цена! — вдруг, не дожидаясь ответа, хлопнули в ладони близнецы. — А как назовём? — «W», — просто ответили парни. — W — значит Уизли? — поинтересовался Ли Джордан. — Нет. — Точно нет. — Может совсем немного. — Но, по сути, нет. — А что? Парни посмотрели на подругу и усмехнулись, подмигнув ей. — «W» — это созвездие Кассиопеи.

***

Первокурсники участвовать согласились, причём с невиданным энтузиазмом. Гарри, у которого действительно был талант к искусству, старательно рисовал каталог вместе с Гермионой, очень ответственно подошедшей к вопросу. Девочка привлекла к проекту даже профессора Флитвика, скрупулёзно допрашивая мастера Чар на предмет волшебных рисунков и заклинаний для книг и журналов. Кассиопее оставалось только молча удивляться ответственной девочке. Флитвик проникся и выдал список литературы, и вся банда дизайнеров засела в библиотеке с таким важным видом, что мадам Пинс удивлённо вздыхала, глядя на ребят, неизменно собиравшихся за одним из столов. Детей настолько увлёк маленький бизнес, что о своих расследованиях они вспомнили только в середине мая, когда лесничий, который очень грустил, потому что дети перестали заходить к нему в гости, случайно на квиддичном матче проговорился им о секретах усмирения церберов. Настолько случайно, что сам задел этот вопрос, когда разговор зашёл о гитаре, которую притащил в школу Дин Томас. И случайно показал им дракона. Кассиопею и близнецов дети своим вопросом застали врасплох сразу же после матча — Гермиона, схватив за руку попытавшегося уйти Гарри, который умело делал вид, что он к этому непричастен, вдруг выложила всё, что знала. И о цербере в запретном коридоре, и о каком-то сокровище в подземельях замка, и об охоте на этот камень кого-то из преподавателей и даже о том, что за должность похитителя борются на равных ужас подземелий Снейп и заика Квирелл, и о драконе в хижине Хагрида… Компания села на землю там же, где и вышла из раздевалок. Кассиопея каким-то отсутствующим взглядом смотрела на дым, поднимавшийся из каминной трубы лесничего в такую тёплую погоду. Братья как-то глубокомысленно косились на фундамент замка, задумчиво закусывая губы. Переглянулись и кивнули друг другу. — Я уверен… — задумчиво протянул Фред. — Что это подстава, — припечатал Джордж. — Я тоже так думаю, — кивнула Кассиопея. — Вообще, прости, Гарри, но как только ты появился в школе, начались какие-то странные вещи… — То тролли… — Церберы… — Драконы в камине… — Свёртки из сейфов… — Да и Квирелл был нормальным в прошлом году. — Кстати да. — И тюрбан не носил. — Стригся, конечно, коротко… — Но он просто кудрявый… — … и его часто дразнили. — Мы сначала думали, что он намутил с зельями… — И облысел… — И теперь стесняется… — Но вряд ли лысина так сильно воняет гнилью… — Хотя, это не наше дело. — Да. — Но это, правда, странно. — И началось только в этом году. Гарри, как припечатанный, сидел на траве и переводил растерянный взгляд с близнецов на Кассиопею, которая каким-то немыслимым образом могла говорить в их манере. И эта манера, по правде, сбивала с толку. Гермиона, впрочем, услышанным оказалась довольна. — Значит, я была права! Значит, у меня не паранойя! — радостно хлопнула она в ладони, едва не запрыгав на месте. — Но… что делать со всем этим? За дракона светит Азкабан, я читала, а вот… — Как вариант — не лезть? — с усмешкой предложила Кассиопея, едва заметно дёрнувшись, когда Гермиона произнесла название тюрьмы. — Насчёт дракона, ребят… — Да, мы знаем. — Тоже об этом подумали. — Сегодня напишем Чарли… — Может, они заберут. — Он уже вылупился? — На днях должен, — сипло проговорил Гарри. — Хагрид звал нас к себе. Может, если там дракон, то… может, нам не стоит идти? — Сходите, — серьёзно ответила Кас. — В первые дни они не очень опасные. Да и стоит попытаться узнать, где лесник достал такое… эксклюзивное животное. — Это задание? — с горящими глазами переспросила Грейнджер. — Да. Это задание. Проведя с этими детьми почти полгода, Кассиопея привыкла и к стеснительному и робкому, но любопытному Гарри, и к парадоксально серьёзной Гермионе, которая ко всему старалась подойти ответственно и странно стремилась ассоциировать жизнь с учёбой, считая многие вещи особым «домашним заданием». Возможно, это и было странно, но… ей ли говорить о странностях? Близился май. Над Хогвартсом сгустились тучи, и оставалось надеяться, что это просто лишь грядущие майские грозы.

***

Нести дракона через всю школу казалось не просто безрассудным. Это было глупостью высшего пилотажа, и на такое не решились бы даже Близнецы Уизли — они и предложили протащить рептилию тайным ходом и передать брату в самой Визжащей Хижине. Так Норберт отправился на север к таким же, как он. Так Хагрид загрустил и снова погряз в одиночестве, с небывалой самоотдачей выслеживая в лесу того, кто пил единорожью кровь. Это было страшно и странно. И с каждым днём тучи становились темнее.

***

Как они оказались рядом с цербером, Кассиопея бы не ответила даже под сывороткой правды. Близнецы, очевидно, тоже. — Просто звёзды сложились так, — высказался Фред, пока Гарри, которого нелёгкая занесла туда с ними, с видом смертника вжимался спиной в запертую снаружи дверь. Кассиопея полным ненависти взглядом покосилась на него, нервно перебирая струны забытой кем-то арфы. Джордж, скептически отнесшийся к музыке, держал цербера на прицеле палочки, но, по правде, прекрасно понимал, что ничего не сможет сделать. Пёс разительно зевнул и завалился на бок с таким оглушительным грохотом, что, казалось, под ним должен был обвалиться пол. Открытый люк зиял в каменном полу. — Дамы вперёд! — поклонившись почти галантно, Фред покосился на Кассиопею. — Я сейчас эту арфу тебе об голову разобью, — искренне прошипела девушка. — О времена, о нравы! Вот так ныне дамы относятся к джентльменам! — закатил глаза Джордж, тем не менее, всё ещё подозрительно косясь на собаку. Вдруг, без предупреждения и вопросов, в люк с разбегу сиганул отлепившийся от стены Гарри — и в тот момент, когда сердце Кас от страха пропустило удар, снизу раздался его крик: — Здесь лианы! Фред, хмыкнув, пнул брата в люк. — Эй! Прыгай сюда! — Что там? — Я не хочу умирать в одиночестве! Кассиопея покосилась на парня и, поджав губы, сама шагнула в люк, не перестав играть на арфе. Уизли, сплюнув в морду заворочавшегося пса, стремительно сиганул вниз. Утробное рычание сверху ясно дало понять, что той же дорогой они не вернутся.

***

Всё оказалось почти тривиальным. Силки, боявшиеся света, и крылатые ключи, за которыми в охоту ринулся ловец Гриффиндора. Загонщики тем временем, оценив неплохие мётлы, придумали перелететь шахматную доску. Правда вот, метлу, на которой летели Фред и Кассиопея, разбил своим мечом офицер. Парень, прокатившись по полу, с глухим стоном растянулся на камнях, Кас же, повиснув на каменном мече, осторожно слезла на пол, едва прихрамывая. Лицо Фреда заливало кровью из рассечённой камнями скулы. — Вперёд! — чётко приказал он, когда брат дёрнулся к нему. — Идите вперёд! — Но ты… Братец, ты весь в крови… — Живы будем — не помрём. Идите, я сказал! — Я останусь с тобой. Я не брошу тебя! Гарри, подбежав к Кассиопее, подставил ей плечо и помог отойти от шахматной доски, откуда фигуры зло направляли на них оружие. — Слушай, там один мелкий пацан и наша Касси! Не бросай их, иди с ними! Драккл знает, что там дальше будет… Назад нам уже не вернуться, так хоть вперёд иди! — Я понесу тебя… — Идиот, лучше Кас неси! Ей тоже ногу задело, ослеп?! Я сейчас немного отдохну и догоню вас. Наверное… — Дождись нас… Мы вернёмся за тобой! — Ещё бы. Давай, братец, вперёд.

***

— Я не пойду туда! — Он в отключке, Кас! — Нет, я лучше вернусь к Фреду! — Кас, успокойся, всё хорошо. Нам надо идти вперёд! — Но… драккл дери… ладно. Парень, аккуратно усадив девушку на свою метлу, пролетел мимо храпевшего горного тролля — такого же, какого они случайно убили несколько месяцев назад. Гарри, летевший следом за ними, морщился, но не отводил взгляд. Кассиопея прятала лицо в испещрённых ссадинами ладонях. Кровь, срываясь с её рассечённой ноги, багровыми каплями падала на каменный пол. Тролль тяжело задышал и медленно поднялся. Джордж, обернувшись на шум, тут же запечатал крохотную дверь заклинанием. Их путь назад снова оказался отрезан. Гарри посмотрел на них с такой бесконечной виной в глазах, что у Кассиопеи на миг сжалось сердце. И шагнул вперёд.

***

— Здесь хватит только на одного, — прочитав свиток, сказал Джордж. Самая маленькая колба в его длинных пальцах казалась почти крохотной. — Двое смогут уйти назад. Пламя за их спиной, казалось, вот-вот полоснёт чёрным огнём по коже. Гарри нахмурился и засопел. — Я пойду вперёд. — Нет, — тут же отрезала Кас. — Разве не понимаешь, это ловушка! Они ждут там именно тебя. Тебе нельзя туда идти, как ты не понимаешь? Я пойду вместо тебя, я смогу притвориться тобой… — Ты права, Кас, — вдруг серьёзно кивнул Поттер, — но ловушка на меня. На меня, но не на вас. Вы… спасибо, что помогли мне, но это мой путь. Моя жизнь давно поставлена на кон. И если кто-то и должен быть там, то это я. И, неожиданно выхватив их рук Джорджа флакон с зельем, он осушил его одним глотком и шагнул в огонь. Кассиопея, словно подкошенная, упала на колени. Джордж опустился рядом, сокрушённо опустив голову. — Ты говорил, там есть вино? — Хочешь выпить? Звучит заманчиво. — А что нам ещё остаётся. — Пожалуй, ты права, Кас. Большой флакон приятно холодил саднившие ладони. Кас улыбнулась. Джордж растрепал волосы и откупорил крышку. — За мальчика, который выживает всем назло! — За Гарри… Пусть ему повезёт! И два флакона с тихим звоном столкнулись в оглушительной тишине.