Cassiopeia

Гарри произнёс заклинание, не задумываясь — и белоснежный луч попал Флёр точно в грудь. Светлые волосы взметнулись, словно их всколыхнуло порывом ветра, и серые глаза закрылись. До неё было едва ли три шага, и парень успел подхватить девушку раньше, чем она коснулась пола. Круг мигнул и рассеялся так же быстро, как и появился. Первый чемпион определился раньше, чем он сам это осознал. В ту же секунду громыхнуло в стороне — так, что стоявшие ближе к аренам зрители отшатнулись в сторону, как круги расходятся по воде. Крам и Ришар вскинули палочки и их заклинания столкнулись, разлетевшись в стороны, чтобы их поглотил барьер. И вдруг по залу снова полилась музыка — тяжёлая, давящая — словно создавая настроение драки. Гарри передал спящую Флёр подошедшей к ним мадам Максим и, встряхнув головой, перевёл взгляд на Кас. И замер. Они… танцевали.

***

— Ты знал, что это случится. — Догадывался. Это было очевидно. Напряжение буквально повисло в воздухе, пока двое танцевали по мраморному полу, словно по натянутым стальным нитям. Кассиопея буквально чувствовала, как бешено в груди колотится сердце. Сломанные днём рёбра свело болью, которая мешала ей сделать вдох. — Красивая песня. Лучший вариант для нашего последнего танца, — с лёгкой улыбкой проговорил Пламен, остановившись, и Кассиопея чувствовала себя оголённым нёрвом в его руках. Усмехнувшись, он подошёл к ней, едва не касаясь губами её шеи. Так, чтобы его голос слышала только она. — Так кто ты кроме волка, Кассиопея Блэк? Черты её лица на мгновение заострились, и девушка шагнула назад, глядя на него холодным взглядом похожих на лёд глаз. — А ты? Он ухмыльнулся и прикрыл глаза. — Тебе стоило взять с собой палочку, маленькая глупая Блэк, — проговорил он, обходя её по кругу. Она следила за ним только взглядом, не оборачиваясь, когда вдруг он достал из ножен на рукаве свою волшебную палочку и просто разломил её пополам. Громкий хруст резанул по ушам, но Кас не шелохнулась. — Как ты думаешь, Кассиопея, что означает моё имя? Меховая багровая мантия упала на пол, и он остался в одной лишь темной рубашке. Блэк стояла, не сводя с него пристального взгляда. Это произошло за мгновение. Он оказался рядом раньше, чем многие это заметили — и громкий звук удара заставил зрителей вздрогнуть. Несколько человек закричало, когда он ударил её так, что девушка отлетела и ударилась спиной о барьер. — Скажи! — почти закричал он, схватив её за горло и подняв на вытянутой руке, вжимая в спиной в барьер. Кассиопея, хрипя, сжала пальцы на его запястье, пытаясь приподняться на своих руках. — Оно… значит… огонь, — прохрипела она, сама не понимая, откуда в ней столько воли. — Тогда кто я, Блэк? — его улыбка на мгновение показалась совершенно безумной. Он поднял её ещё выше, заставляя оторваться от земли и повиснуть на его руке. — Ты уже знаешь ответ. — Ты гибрид, — выдохнула она, оставляя своими ногтями глубокие борозды на его руке. — Оборотень и симаргл. — Верно, Блэк. Теперь мне тебя даже жаль…

***

Огонь вспыхнул за долю мгновения, сплошным рыжим маревом заполнив круг. Гарри дёрнулся вперед и закричал. Толпа замерла. Тишина была такая, что было слышно, как в кольце гудит пламя. Он не заметил, как подбежал к кольцу и упал на колени, пустым взглядом глядя на бушующее там пламя. Он видел, как дёрнулись близнецы за его плечом, слышал, как закричала Гермиона. Слышал навязчивый шум крылышек фотоснитчей, кружащих над ареной с незаметно победившим Крамом, и над столпом огня внутри второго круга. И вдруг огонь стал рассеиваться. Всё отчетливее становились тени, мелькавшие в нём. Мгновением позже Гарри вздрогнул, когда прямо перед ним о стену барьера ударилось багровое от ожогов тело, словно и само покрытое огнём. Это… поднялось. Огонь оседал покровом на обугленной коже, смешивался с кровью и становился почти багровым, за лопатками вырываясь вверх, словно два крыла. А в мареве огня в полный рост стояла фигура, покрытая чёрной, словно драконьей кожей. Человеческий силуэт с длинными драконьими когтями, которые разрывали глубокими бороздами мраморный пол. Чешуя на нем рябила и мешалась с кровью, на мгновения открывая покрасневшую кожу — было видно, как сложно Кас давался контроль над этим превращением. Этот бой — страшный и нереальный, закончился, едва начавшись, когда Кас, увернувшись от удара Пламена, полоснула его рукой по шее, от подбородка до груди, разрывая горло когтями. Кровь, полившаяся из ран, вскипела на его шее и обуглилась чёрной коркой, словно залечивая смертельную рану. Пламен захрипел и упал, обхватив рукой шею. Огонь на нём осыпался и растаял в воздухе, оставив только его обожженное, покрытое кровью тело. Кассиопея вздрогнула, чувствуя, как чешуя обратно становится её кожей — покрытой копотью и гарью, но не тронутой огнём. Черные волосы упали на спину. Она стояла, опустив плечи, и смотрела, как капли крови стекают по её пальцам вдоль ладони и падают на пол багровыми каплями. Стояла, словно замерев. Она не заметила, как упал барьер. Не заметила, как оказавшийся ближе всех Гарри накинул свою мантию ей на плечи, скрывая от чужих глаз ей обожжённое и нагое тело. — Он жив. Я не убила его, — проговорила она, сжимая чистой рукой ворот гарриной мантии, и вдруг совершенно спокойно прошла вперёд, подходя к столам и набирая стакан пунша, чтобы полностью осушить его в несколько глотков. Горло всё ещё жгло от жара, и только волчья кровь помогала ей спастись от агонии, залечивая раны за считанные секунды. Никому не стоит знать, что кровь на полу — её. Она набрала ещё стакан, и окинула взглядом собравшихся у арен, отмечая побледневшего от нервов Гарри и потрёпанного Крама. Колдомедики уже успели унести проигравших. — Кас! Касси, как ты? Наверное, они все подошли одновременно. Бледный Гарри, взволнованная Гермиона, близнецы, у которых в карих глазах клеймом застыл страх. Джордан и Алисия, сёстры Патил, Рон, Джинни, даже Анджелина. Все подошли к ней. Кассиопее хотелось смеяться. — Никогда не думала, что баловство с превращениями однажды спасёт мне жизнь, — вдруг совершенно беззлобно усмехнулась она. — Кажется, я превзошла себя… Пошатнувшись, она совершенно неловко шагнула вперед и упала практически на руки Гермионе, захотевшей её обнять. — Прости… ноги подкашиваются, — прошептала она, обнимая девочку за плечи и притворяясь, словно это было не падение. — Я сейчас уйду. И должна уйти одна. — Да… хорошо, Касси… — сконфуженно проговорила Грейнджер, проведя ладошкой по оголившемуся худому плечу. Кассиопея выпрямилась и, вскинув голову гордо и непринуждённо, медленно прошла вдоль толпы к выходу из зала под вспышки колдокамер. Каждый шаг был сложным, и в глазах темнело от слабости и потери крови, но она шла, собирая в кулак все свои оставшиеся силы. Но стоило ей ступить на первую башенную лестницу, как эти силы закончились. Третья чемпионка турнира пошатнулась, и упала бы вниз, если бы её не подхватили на руки.