Родственные души

Прошла неделя. Осенние каникулы закончились, и мы снова вернулись в школу. Всё было почти как обычно — те же звонки, та же суета, те же лица. Только вот мы с Тёмой теперь были не просто друзья. Мы — что-то большее. Что-то тёплое, настоящее, такое, чего я раньше боялась, а теперь берегла как сокровище. Антон пришёл в себя. Пока он только открывает глаза и слабо реагирует на слова. Доктор говорит, что ему нужно время. Родители Артёма решили не рисковать и пока оставить его в больнице Минска. Сами они пока не приезжали — ждут улучшений. Сегодня понедельник. Я снова иду в школу. Умывшись и переодевшись в школьную форму, я спустилась вниз. На кухне за столом уже сидели Лидия, двойняшки и папа. Уютный запах блинов смешивался с ароматом кофе и домашнего тепла. — Доброе утро, — улыбнулась я, подходя. — Доброе, — ответили папа и Лидия почти хором. Двойняшки, завидев меня, радостно вскочили и подбежали обниматься. Их маленькие ручки вцепились в мои ноги, и они подняли головки, глядя на меня своими огромными щенячьими глазами. — А мы сегодня пойдём гулять с Атёмом? — спросили они хором. Папа с Лидией засмеялись. За эту неделю они буквально прилипли к Тёме. Он стал для них кем-то вроде большого брата. Даже я… чуть-чуть ревную. Совсем чуть-чуть. — Нет, сегодня не получится. Мы идём в кино, — ответила я, садясь на своё место. — Мы тоже хотим, — загрустили малыши, снова пуская в ход свою коронную щенячью мимику. — Дети, мы сегодня едем в кукольный театр, так что вы не успеете с ними, — вмешалась Лидия, подмигнув мне. Я кивнула ей с благодарностью. — Ура-а-а! Папа, ты тоже пойдёшь? — спросили они, сияя от счастья. — Конечно. Сегодня я полностью ваш, — с тёплой улыбкой ответил он. — С чего бы вдруг? — удивилась я, подняв бровь. — Просто понял, что провожу с вами слишком мало времени. А с тобой, дочка, теперь вообще не поговоришь — ты всегда с Артёмом. Вот и решил, что с младшими хотя бы время проведу, — с лёгкой усмешкой произнёс он. В этот момент в дверь постучали. — Лёгок на помине… Твой Ромео пришёл, — пошутил папа. — Ой, да ну вас! — фыркнула я и направилась к двери. Открыла — и сразу расплылась в улыбке. — Доброе утро, — улыбнулся Тёма, протягивая мне букет моих любимых цветов. — Доброе… Спасибо, — сказала я, принимая букет и целуя его в щёку. — Я скучал, — прошептал он, обнимая меня одной рукой. — Мы не виделись всего десять часов! — засмеялась я и поставила цветы на тумбу. — Ты ещё не готова? — Пять минут! — Артём, заходи, позавтракай! — крикнула из кухни Лидия. — Нет, спасибо. Мы опаздываем, — вежливо отказался он. В этот момент в прихожую вышел папа. — Здравствуйте, — поздоровался Артём. — Здравствуй. Как Антон? — спросил папа. — Хорошо. Идёт на поправку, — ответил Тёма с облегчением в голосе. — Это радует, — кивнул папа. — Цветы… Ну, Артём, скоро из нашего дома оранжерею сделаешь. — Пап, много не болтай. Лучше поставь их в вазу, — сказала я, чмокнув его в щёку и вернувшись к Тёме. Ничего необычного в этом не было. Я всегда такая с папой — ведь я его первенец. Немного избалованная… по-хорошему. — Всем пока! — крикнула я с порога. — До свидания! — добавил Артём, и мы вышли из дома. Дорога до школы пролетела весело. Тёма не уставал меня смешить. Он обожал мою улыбку. Говорил, что она делает его счастливее. Я же всё никак не могла поверить, что всё это — правда. Что это мой Тёма. Что он рядом. Что мы вместе. Когда мы вошли в школу, там уже стояла Танина свита. Я невольно закатила глаза. О-о-о… сейчас начнётся. — Привет, голубки, — протянула Таня с наигранной милостью. — Привет, — коротко бросили мы и пошли в класс. — Артём, тебе не надоела эта убогая? — громко бросила она вслед. — А тебе не надоело каждый день тонну косметики на себя мазать? — резко отреагировал Тёма, раздражённо. Я крепче сжала его руку. Если его не остановить — не успокоится. Таня, почувствовав это, замолчала. Удивительно. На своём месте мы не обнаружили Толю и Кэми. Уроки шли, а они так и не появились. Позже, уже после школы, мы им позвонили. Эти двое, как оказалось, провели ночь, глядя на звёзды, и, естественно, проспали школу. Мы шли по улице, держась за руки. Погода была восхитительной — лёгкий ветер, солнце светит, деревья слегка шумят. — Тёма, может, не пойдём в кино? — спросила я, посмотрев ему в глаза. — Почему? — Такая погода… Жаль сидеть в душном зале. Давай просто погуляем? — Хорошо, родная. Сегодня я полностью согласен с тобой, — улыбнулся он и поцеловал меня. Его поцелуи стали для меня как воздух. Он сумел пробиться через ту стену, что я строила годами. И теперь, каждый раз, когда его губы касались моих — я чувствовала, что жива. Он прижал лоб к моему. — Я люблю тебя, — прошептал он тихо. — И я тебя, родной. — У меня есть идея. Пойдём, — сказал он, потянув меня за руку. — Куда? — В одно очень крутое место. Тебе понравится. С ним я готова хоть на край света. Иногда я спрашиваю себя: неужели такое бывает в пятнадцать лет? Мы ведь ещё дети… Но даже если это не навсегда — я счастлива сейчас. И он тоже. Он научил меня этому — жить настоящим, а не заглядывать на десять лет вперёд. Не заметила, как мы подошли ко Дворцу спорта. — Зачем мы сюда? — удивилась я. — Сейчас увидишь, — улыбнулся он, ведя меня внутрь. Мы зашли к катку. Тёма указал на трибуны: — Сядь пока тут, ладно? — А ты куда? — Сейчас вернусь, — ответил он и ушёл вниз. Я смотрела на лед. Люди катались — кто-то уверенно, кто-то падал, кто-то учился, а кто-то просто держался за бортики, как за последний шанс. Я снова ушла в свои мысли… — Девушка, можно с вами познакомиться? — услышала я голос, но не обернулась. — Нет, — ответила я резко. — А можно узнать, почему? — голос был знаком… грубый, но родной. — Потому что я не одна. Я с любимым человеком, — сказала я, не отрывая взгляда от льда. — Повезло вашему парню, — уже мягче сказал голос. Я обернулась. — Тём! — засмеялась я. Он сел рядом и, обняв, поцеловал меня. — С любимым человеком, значит? Запомни, если кто-то снова подойдёт — отвечай именно так, — шепнул он с улыбкой. — Повезло ему, говоришь? — поддразнила я. — Очень, — серьёзно ответил он. — Ладно, где ты был? — Вот! — протянул он мне коньки. — Пошли кататься. — Ты с ума сошёл? Я же не умею! Я сейчас буду как корова на льду. — Вот и я так считаю, — раздался язвительный голос. Мы обернулись — Таня. — Что ты тут делаешь? — нахмурился Артём. — То же, что и вы — катаюсь. — Ну и катайся, не мешай, — отрезал он. — Если это, — она кивнула на меня, — надоест, я буду на льду. Я не выдержала. — Таня, «это» — местоимение для неодушевлённых. Если ты даже этого не знаешь — мне тебя жаль, — сказала я, вставая. — А если нечего ответить — просто отойди, не мешай, — добавила я, взяв Тёму за руку и направившись к льду. — Люблю, когда ты дерзкая, — улыбнулся он. На льду я вцепилась в его руку. — Не бойся, я рядом. Повторяй за мной. Я не знаю, сколько раз упала. Потеряла счёт времени. Ноги ныли, руки дрожали, а тело чувствовало каждое касание льда. Но я смеялась. Смеялась от счастья, потому что он был рядом. — Тём, я больше не могу. — Ещё один раз! У тебя получится, — подбодрил он. Я кивнула. И получилось. В какой-то момент — я поехала. Внезапно в здании погас свет, и над нами зажглись разноцветные огни. Сказка. Тёма подкатил ко мне и, обняв за талию, прижал к себе. — Вот видишь, всё получилось, — прошептал он. Я, не раздумывая, потянулась и поцеловала его. Я просто наслаждалась моментом…