Родственные души

1 января 2016 года. Москва. Дом Пиндюры. Утро было не таким, каким должно быть 1 января. Не было запаха мандаринов, смеха, хлопков петард за окном. Дом был погружён в тяжёлую, вязкую тишину. Даже часы казались не тикающими. Антона больше не было. Авария. Скользкая дорога. Потеря управления. Он не доехал до дома всего пару кварталов. Татьяна Алексеевна молча сидела у окна, прижимая к груди плюшевую игрушку Егора. Она не плакала — слёзы просто высохли. Виктор Сергеевич выглядел будто постаревшим на десять лет. Миша сидел в углу, уткнувшись в колени, не веря, что больше не услышит смеха брата. Марина молчала. В её глазах больше не было блеска. Только Егор ещё не понимал, почему все вокруг перестали улыбаться. Он тянул ручки ко всем, ища объятий, не осознавая, что папа не вернётся. Артём стоял у окна, не двигаясь. Его взгляд был пустой. Он больше не плакал — всё внутри него застыло. Мир, который он знал, рухнул. Брат был его опорой, лучшим другом, почти вторым отцом… и его больше не было. Лапландия. 1 января 2016 года После шумной и волшебной новогодней ночи все спали до обеда. Сон. Женщина стояла под одиноким, заснеженным деревом посреди белоснежного поля. Её фигура была окутана мягким светом, лицо — тёплым и знакомым. — Кто вы? — тихо спросила Эмилия, приближаясь. Женщина обернулась. — Лия, — спокойно сказала она. Сердце Эми обдало теплом и холодом одновременно. — Мамочка… — выдохнула она и, подбежав, обняла её. Женщина прижала дочь к себе, проводя ладонью по волосам, как в детстве. — Ты должна вернуться в Москву, — прошептала она, не отпуская. — Что? Зачем? — растерянно подняла глаза Эми. — В этот раз он не выжил, — с болью в голосе сказала женщина. — Ты нужна Артёму. Тогда ты успела. Успей и сейчас. Она поцеловала дочь в макушку. — Он — твоя судьба, — сказала она с лёгкой улыбкой… и исчезла. — Мама… мамочка! — с криком проснулась Эмилия. Сердце бешено стучало. Она задыхалась, как будто её вырвали из другого мира. Немного посидев, сжав одеяло, она подошла к окну. За ночь снег стал ещё гуще — видимо, была сильная метель. Белый мир за стеклом казался нереальным. Эми пошла в ванную, умылась, пытаясь стряхнуть с себя остатки сна. Но тревога в груди не утихала. Что она имела в виду? Кто не выжил? — эти мысли не покидали её. Вернувшись в комнату, она села за ноутбук. Одно новое сообщение от Кэми. Она открыла его — и слова на экране ударили, будто ледяной нож. Слёзы мгновенно хлынули по щекам. Она схватила телефон и выбежала из комнаты, направившись к номеру отца. — Папа, — всхлипнула она, едва переступив порог. Михаил сразу вскочил с кресла. — Что случилось, милая? — Нам нужно в Москву. Срочно, пап… — голос дрожал. Она прижалась к нему, и он обнял её крепко, как в детстве. — Что с Артёмом? — встревоженно спросила Лидия. — Нет… Антон… он… он погиб… — прошептала Эми, сжав отца за рубашку. — Лидия, заказывай билеты и собирай вещи, — сразу скомандовал Михаил. — Не плачь, малышка, — гладил её по спине он. — Соберись, вытри слёзы. Двойняшки испугаются. Лидия села за ноутбук, но через минуту её лицо изменилось. — Миш… все рейсы отменены. Из-за погоды. Сильная метель. Всё закрыто на неопределённый срок… Эми снова расплакалась. — Папа, я ему нужна… он не справится с этой болью один, — прошептала она, почти беззвучно. — Мы что-нибудь придумаем, — сказал Михаил и поцеловал её в макушку. Выйдя, Эми тут же начала печатать сообщение Кэми. «Все рейсы отменены из-за погоды. Но мы что-нибудь придумаем. Кэми, прошу — не дайте ему сломаться…» Она зашла в номер, стала собирать вещи и одновременно будить двойняшек. Москва. Артём сидел в заснеженном парке у старого дерева, под которым они когда-то с братом пили кофе и смеялись. Теперь он просто сидел. Без эмоций. Без слов. Слёзы уже высохли — как и всё внутри. «Перевёрнутую машину Антона нашли в десяти километрах от города. Антон погиб на месте…» — холодно произнёс сотрудник полиции. — Ты не мог… — Артём сжал кулаки, — ты не мог оставить нас. Снег хрустнул позади. Он обернулся — рядом стояла Таня. Села рядом. — Привет, — тихо. Артём усмехнулся сквозь боль. — Я знаю… Соболезную, — тихо сказала она. Они долго сидели молча, пока Таня не протянула руку. — Пойдём. Ты нужен дома. Он не взял руку, но встал. Девушка молча пошла за ним. Возле дома — люди, машины. Толя нервно ходит по кругу, Кэми пытается его успокоить. Увидев Артёма, Кэми подхватила Толю за руку. — Тём, тебя ждут. Пойдём, — сказал Толя и завёл его в дом. — Держись, мы рядом, — обняла его Кэми. — Она прилетит? — глухо спросил он. — Пока нет. Сильный снегопад. Всё отменили. Но она ищет способ. Она прилетит. Обещала, — сказала Кэми. Он молча кивнул и пошёл вглубь дома. — Где же всеми любимая Эмилия? — ехидно прошипела Таня. — Где она, когда он её так ждал? Кэми обернулась. — Не твоё дело. Уйди. Сейчас не до тебя. — Нет уж, я не Кларк. Я рядом. В отличие от неё, — бросила Таня и, оттолкнув Кэми, зашла в дом Лапландия. Пятый час семья Кларк сидела в аэропорту. Ничего не менялось. Сильная метель за окнами — небо было закрыто. — Как это вы не можете отправить вертолёт?! — Михаил кричал в трубку. — Да хоть на руках несите! Я за что вам плачу?! Он бросил телефон и сел рядом с семьёй. Эми посмотрела в окно — вьюга усиливалась. — Не получается? — тихо спросила она. Михаил покачал головой. — Пойдёмте в отель. Сегодня мы не улетим, — спокойно сказала Эми, беря за руку младших. — Но… — Пап, даже наш вертолёт не может прилететь. Это опасно. Двойняшки устали. Мы дождёмся окна. Я всё проверю, и как только появится шанс — мы вернёмся. Он кивнул, вздохнув. Эми достала телефон. «Прости, любимый. Рейсов нет, и даже наш вертолёт не может добраться. Но я с тобой. Пусть и не рядом физически — но мысленно я держу твою руку. Будь сильным. Ты нужен родным… и мне. Прошло три дня. Семья только сегодня прилетела домой. Эми сидела в своей комнате, не в силах решиться — что сказать? Как смотреть ему в глаза, если она не была рядом тогда, когда он умирал изнутри? В комнату зашла Лидия. — Эми? — Да… — Ты пойдёшь к Артёму? — Я не знаю, что ему сказать… — Иногда слова не нужны. Главное — быть рядом. — Мы зайдём к ним. Пойдёшь? — Да. Сейчас… Она переоделась. Чёрное платье, тёмный платок. Двойняшки остались с домработницей. Медленно, будто сердце мешало идти, они дошли до дома Пиндюры. Открыла Марина. Увидев Эмилию, сразу зарыдала. Эми обняла её. — Я так… так соболезную, — прошептала Лия, прижимая девушку к себе. Марина стала для неё как сестра. — Я не смогу без него… — шептала Марина. — Сможешь. Ты сильная. Ты помнишь, что он говорил? У тебя есть сын. Ему нужна мама. И ты нужна нам всем. В гостиной — Виктор Сергеевич, Татьяна Алексеевна, Егор ползал на ковре. Татьяна плакала на плече у Лидии. — Соболезную… — Эми обняла Виктора. Мужчина заплакал. — Он не хотел бы видеть наши слёзы, — прошептала она. Она села рядом с Татьяной. Женщина обняла её. — Его больше нет… Я не уберегла своего мальчика… Эми только крепче прижалась к ней. Иногда слова действительно ни к чему. Вечер близился к ночи. Когда они уже собирались уходить, Марина задержала Эми. — Он в парке. Часто туда уходит… Эми побежала. В сердце стучал страх. И надежда. Она увидела его — у того самого дерева. — Тёма… — прошептала она. Он медленно обернулся. В его глазах было всё: боль, ярость, пустота. Она бросилась к нему, обняла — крепко, всем телом, душой. Он не ответил сразу. Только через минуту медленно обнял её в ответ, словно боясь, что и она исчезнет. — Почему он? — прохрипел Артём, голос был хриплым, надломленным. — Почему не я? — Не говори так, прошу… — Эми гладила его по волосам, по спине, как маленького. — Он не хотел бы, чтобы ты так думал… — Я не знаю, как жить без него. — Прости. Прости, что меня не было… — прошептала она. Артём поднял на неё глаза. — Уйди. — Что?.. — УЙДИ! — крикнул он, резко. Голос сорвался, будто в груди всё оборвалось. Эми отшатнулась. Артём отвёл взгляд