Сны вопреки туману

Взгляд. Лийраан. Было почти утро, когда, наконец, я смог открыть глаза. Голова была изумительно легкой, а вот память... отказывала мне в помощи, некоторые моменты словно подернулись туманом. Вот я пью спиртное, а вот уже мне чудится, будто меня несут на руках. Сон переплетается с явью... Я вновь лежу, и чьи-то пальцы так нежно касаются моих волос... рабыня, дарящая поцелуй и дальше сплошной вихрь неизъяснимого блаженства. Теперь все мое тело ныло от странной истомы. Я сладко зевнул и потянулся по-кошачьи, до самых кончиков пальцев. И улыбнулся. Умиротворение, что снизошло на меня вчера, никуда не делось, а напротив словно бы подарило крылья. Я был в одиночестве сейчас, моя ночная богиня покинула меня, да и к лучшему - надеюсь, я не успел ей наобещать про женитьбу и свободу - отец бы не одобрил, это точно. Я представил его лицо, когда я сообщаю ему это: "отец, вот эта девушка, на которой я хочу жениться, я пока не знаю как ее зовут и она рабыня, кажется, но хочу...". Хах. Интересно он сам накажет меня или отправит в пыточную к палачу - я же уже взрослый. С широкой довольной улыбкой я потянулся за соком, стоящим в изголовье (фрукты, сласти, изящный кувшин, кусочки льда). Мне казалось, что во сне (сне?) я слышал голос Расула, который говорил что-то о красоте истинных драгоценностей? изяществе чего?.. не помню. Я нахмурился и подумал, что с этого дня буду пить только сок, хотя... Снаружи послышались легкие шаги, и в комнату впорхнула рабыня, другая, не та, что была со мной, но тоже исполненная грации и прочих ммм... достоинств. Я судорожно сглотнул, но она лишь с поклоном положила мою одежду рядом и замерла, с вопросительной готовностью глядя на меня. Мелькнула странная мысль, а что, если я прикажу ей заняться со мной любовью, что она будет делать?.. а как это делает Расул? последняя мысль обожгла, и мне стало как-то не по себе. Все-таки Расул был намного старше меня, не возрастом, а просто жизнью. Я встал и позволил девушке помочь мне облачиться в одежду. Пояса, застежки, ленты, тяжелые украшения поверх всего этого великолепия. Дома я ходил в гораздо более простой одежде, но раз надо, значит надо... Интересно, чем закончился совет? Нужно отыскать отца и вообще - я веду себя неподобающе, хотя может здесь и принято так себя вести?.. Рассуждая подобным образом, я вышел наружу и понял, что абсолютно не представляю, где нахожусь! Кроме того, что я явно где-то на территории огромного (пол нашей столицы точно!) дворца. Что же, будем вести себя с достоинством, приличествующему иностранному принцу и гордо пойдем искать. Через десяток минут блуждания по лабиринту дорожек сада, я странным образом оказался рядом с Залом Совета. Теперь налево по широкой аллее, еще сотня шагов и вот - покои, что отвели моему отцу. Помедлив секунду и поборов робость и ожидание наказания, я вошел внутрь драгоценной шкатулки. Отец уже встал или же еще не ложился. Он сидел за низким столиком и писал что-то длинным тонким фиолетовым пером. Он вообще любил такие вот вещи - простые, изысканные и совершенные. А в том месте, что было сейчас нашим домом, их практически не было. Я, не дыша, замер у входа, боясь потревожить его сосредоточенность, и с удовольствием наблюдал за ним. Мне нравился этот человек. Его руки и голос, и движения. Он всегда был добр и заботлив со мной, очень внимателен и очень строг. Он часто говорил, что я унаследую все, чего он достиг, а потому должен знать многое. И я старался, хотя мне не всегда хотелось учиться, сражаться, читать занудные старинные книги. Я плохой воин, слишком легкий и слабый, чтобы носить доспехи, но отец нашел мне наставника, не признающего доспехи в бою, а из оружия предпочитающего длинные спицы. Никто из наших воинов не знал таких техник, которые вкладывал в меня наставник, и за это я тоже был признателен отцу. За то, что я был мужчиной. Он продолжал писать, а я просто смотрел на него с улыбкой, блуждающей по губам. Я понял, что соскучился по дому, хотя султанат был так ярок, так обжигал и завораживал доступностью и блеском. Я тихонько вздохнул, отец поднял голову и, отложив перо, посмотрел на меня. В его взгляде было столько неопределенности и.. нежности?.. Я почтительно склонился: - Доброе утро, мой Князь. - Здравствуй, мальчик мой, подойди. В его голосе как будто не было угрозы, и я решил, что наказание пока меня минует. Я подошел ближе и, повинуясь его приглашающему жесту, сел рядом на подушках. Он устало потер виски и задумался, продолжая смотреть на меня со странным выражением на лице - я таким его еще не видел. - Отец, ты не ложился? - Нет. Нет, не ложился. Совет закончился около полуночи, и... - он замолчал и задумался, не переставая смотреть на меня. Я также хранил молчание, не желая нарушать ход его мыслей. - Тебе нравится здесь? В гостях у султана? - Да, отец, здесь щедрые люди и красивые вещи, мне по вкусу еда и прочее (перед моим внутренним взором мелькнула обнаженная рабыня). Но я уже скучаю по нашему дому. - Я позволил себе немного улыбнуться, и он вдруг вернул мне улыбку. Это было необычно... - Что же, это хорошо, что тебе по вкусу здешний мир. - Он снова помолчал и продолжил, серьезно глядя в мои глаза: - Видишь ли, ты остаешься здесь гарантией долгих и верных отношений султаната и нашего княжества. Иной взгляд. Расул. Утро было солнечным, а мысли мои, из принципа противоречия, мрачными. Решив пока не обращать на них внимания, я встал с измятого ложа. Вообще-то, можно было остаться лежать и хандрить, и пить травяной чай с медом и всячески жалеть и ругать себя... но, я пока не определился, что именно - ругать или жалеть, а потому просто решил заняться делами, ибо их всегда хватало. Привычные обязанности позволили мне позабыть, что я проснулся с единственной мыслью - увидеть скорее моего принца! Именно моего - я знал, что рано или поздно это случится, или только хотел грезить об этом... я не помнил, чтобы когда-то ранее испытывал столько сомнений, столько неопределенности было во мне сейчас. К полудню меня вызвал пресветлый султан. Дорога до Павильона Раздумий заняла меньше минуты - так я хотел узнать новости о совете. Как решил султан поступить с нашими неожиданными "союзниками"?! Если им предрешена смерть, то я вмешаюсь, и уже ничего не будет стоять между нами... Как буду касаться я его волос и кожи, утешать его в горе... Нет! Не выйдет! Он откусит мне руку прежде, чем я дотронусь до него, это точно. Я глубоко вздохнул, входя наконец в павильон. Рассеянный зелено-синий свет от свободно свисающих полотнищ шелка повсюду, аромат курильниц, никаких девушек (это закон места), удобные низкие кресла. Сейчас в них расположились трое. Султан Али Хамед - мой отец, давно позабывший, что значит быть молодым, но отлично знавший каково нести огромную ответственность власти. Вторым был Амир Ибн Хамед - мой младший брат, законный сын султана и наследник, весьма скучающий сейчас наследник. Избалованный и жестокий, однако, ему приписывали справедливость и одаренность. Третьим же был Мунар, просто Мунар - советник, правая рука и доверенное лицо султана. Высокий, с неприятно темными глазами на очень светлом лице. Возраст его был мне неизвестен, но выглядел он на три десятка, не старше, и был самой загадочной фигурой во дворце. Его боялись, хотя никто не мог бы утверждать точно почему... иногда мне казалось, что он не человек. Поклонившись по очереди отцу и брату, я расположился в четвертом и последнем кресле и приготовился слушать. Повинуясь знаку султана, первым заговорил Мунар (длинные пальцы сплетены на коленях, черные камни перстней, прямой взгляд) - Вчера на совете нам удалось повести дело так, что Князь Черных Песков, пришедший за поддержкой, стал нашим союзником и вместе с этим, должником. Это успех. Ибо, по донесениям разведчиков, его страна действительно достаточно сильна для того, чтобы доставить нам немало неприятностей, вздумай он идти на нас войной. К тому же, его статус союзника на руку нам сейчас, когда наши северные границы под угрозой эпидемии, и, пока нам удается сохранять это в тайне... - Резня и пламя пожаров! - фыркнул Амир. - И это называется сохранять в тайне? Скоро на всех базарах будут говорить о жестокости и несправедливости султана! Глупцам не объяснить, что убийства их собратьев для их же блага. - Успокойся, Амир. - Голос султана звучал глухо, и я почти физически почувствовал его усталость. - Я уже распорядился усилить кордоны вокруг пораженной зоны, хотя на оцепление и так брошено слишком много наших сил, а также ввести усиленные патрули в близлежащих поселениях, чтобы не допустить новых неконтролируемых вспышек этой скверны. Я вспомнил, как во дворце едва не отмахнулись поначалу от донесения о странной болезни, поразившей небольшую деревушку в предгорьях Муа. Люди сходят с ума и умирают в течении пары дней - сведения были неточными и неполными. Поэтому я собрал часть своих людей - несколько десятков - и отправился, чтобы увидеть это собственными глазами. К нашему прибытию в этой заброшенной деревушке почти не осталось живых, а те, кто не отправился пока в сады Создателя, склонялись бесцельно меж домов, словно искали что-то... Я помню, что поразило меня больше всего - не бормочущие люди, и даже не распятая на заборе собака, а общее ощущение безнадежности и опустошенности, легшее на плечи ощутимой тяжестью... и конечно же, яркая горечь миндаля. Вот только определить в чем же таилась прямая опасность, мне не удалось. На чердаке одного из домов нашли мальчишку лет семи - похоже, он был не заражен, а просто очень напуган. От него мы узнали, что несколько семей отправилось утром в ближайший городок. Краткий приказ и по их следу отправились убийцы. Мальчика я увез с собой в лагерь, и он умер к исходу второго дня. Он бредил, говоря на неизвестном мне и моим людям языке, а после смерти его кожа приобрела густой золотистый цвет. И это было необъяснимо красиво и страшно одновременно. Из-за этого болезнь, неизвестная нашим врачам, получила название Золотой Чумы... Голос брата отвлек меня от воспоминаний: - Так может, это князь виновен в эпидемии, ведь именно на границе с ним появились первые жертвы? Султан нахмурился, а советник продолжил: - Возможно и это, особенно учитывая то, что Князь и сам высказал просьбу о помощи в связи с непонятной болезнью, охватившей несколько деревень на границе его страны. И именно с другой стороны горного хребта, разделяющего наши государства. По его словам выходит, что у нас и у них это началось практически одновременно... Султан поднял голову и задумчиво продолжил: - Амир, сейчас речь не о том, по чьей вине началась эпидемия, важнее выяснить ее причину - он перевел взгляд на меня, - и приемлемый способ лечения. Я с уважением склонил голову: - Мой султан, моим людям удалось отыскать нескольких выживших - все они, к слову, невольники и все родились далеко от мест, охваченных скверной. Также в горной хижине недалеко от одной из деревушек был найден престарелый отшельник, который утверждает, что выжил лишь благодаря молитвам, силе духа и аскетической диете - местные попросту перестали его подкармливать, когда селение охватила паника. Однако он тоже скончался, просто от истощения и старости. В бреду он пророчествовал, что всю землю охватит проклятие Господина Бездны, и все живущие обратятся в золото... И вновь мой нетерпеливый брат: - То есть герою не удалось выяснить причину и он решил развлечь нас местными сказочками?! - Амир презрительно фыркнул, а я подумал, что...нет, не стоит, все же он мой будущий повелитель, пустынный демон его сожри! Султан вновь недовольно нахмурился: - То, что мы имеем дело не с простой болезнью, абсолютно ясно. - Он перевел взгляд на советника, и тот кивнул в подтверждение сказанных слов. - А значит, что и лекарство должно быть соответствующим. - Он кивнул советнику и тот продолжил: - Также на совете Князь обмолвился, что у него есть предположение относительно причины эпидемии и ему нужно время, чтобы выяснить это доподлинно. Тогда, возможно, он найдет способ исцеления. Сегодня совет будет продолжен, чтобы обговорить нюансы и открыть обоим нашим государствам путь к верному союзничеству в этой опасной войне со скверной, а вскоре и с общественным мнением. Так как у Князя нет дочери, что стала бы женой наследнику султана, его сын, принц Лийраан, остается здесь как гарантия отношений меж нашими странами. Великий султан медленно встал, давая понять этим, что встреча окончена. Я с поклоном (и облегчением) покинул павильон. Так значит, он остается здесь заложником?!! О нет! О да... Околословие или Скрытое от взглядов. В павильоне остались лишь двое: султан Хамед и его верный советник Мунар. Они смотрели друг на друга, понимая без слов все недосказанное, как и всегда, уже много лет подряд. "это проклятие..." - "наше наследие, зло, нашедшее наконец выход наружу" - "жаль, что так вышло" - "мы тому виной? или же..." - "я уверен в Расуле, он справится" - "принц очень нежен, но в нем есть Сила..." - "пророчество сбывается, и они отправятся вместе.." - "Князь не согласится, ведь возможность их гибели велика..." - "будем действовать хитростью, времени так мало!" - "я рад, что ты несешь эту тяжесть вместе со мной, просто тому, что ты рядом..." Вели вечный танец дымки курильниц, боязливо трепетали шелковые полотнища, играя со сквозняками, а двое немолодых мужчин все вели и вели свою неслышимую беседу... Взгляд. Лийраан. Легкий ветерок, играя, касался занавесей зеленого шелка на окнах моей роскошной комнаты. Рассеянный свет, полутона на мраморном полу, приятная прохлада струй изящного фонтана в центре... розы, каменные, плачущие жемчугом воды, розы... Дрема баюкала меня в ладонях, нежных и ласковых, как прикосновения моей ночной гостьи. Я предпочел отпустить ленивые мысли бродить как им вздумается, только бы не думать об ошеломившей меня новости. Естественно, это было невозможно. В конце концов, что такого страшного в том, что я остаюсь здесь? Конечно, мне не по душе то положение, в котором я буду "гостить", но бороться я с этим все равно не могу, да и не имею права ломать планы отца своими детскими прихотями. Ведь когда я говорил, что мне нравится в султанате - я не кривил душой. И потом, здесь даже прохладнее, чем дома, а значит, лето я проведу с большим комфортом. Правда, не будет моих занятий, но это тоже беда небольшая - я даже улыбнулся, осознав, что мое заложничество - это же вообще отдых от всех обязанностей! А уж если кто-то вознамерится оскорбить меня - я смогу отстоять свою честь - не силой, так словом. Да и к чему мне думать об этом сейчас? Люди здесь вежливые, просвещенные, воспитанные и от варварства, присущего многим нашим городам, не осталось и следа. Отец сказал, что мне нечего опасаться, и мой статус достаточно высок, ведь я все же остаюсь, как сын правителя другой страны, и ко мне будут относиться соответственно. И потом, мне понравился этот Расул, он был интересен. Я и раньше восхищался силой, но обычно сила и грубость идут рядом, он же был исключением. Я не встречал таких раньше, мне хотелось узнать его ближе.. .может отправиться и поискать его? Конечно, мне не следовало бы ходить одному до окончания совета, но... Отец уже был на совете, а мне нужно привыкать к своему новому положению. И вообще, можно вообще одеть поверх одежды что-нибудь эдакое, я ведь просто пойду прогуляться. Да и волосы, еще влажные после недавней ванны можно просто расчесать. Завтра князь со свитой отправится домой, а я останусь предоставленным самому себе, и некому будет делать мне традиционно сложную прическу. Я вновь вздохнул. Нет, все же мне не удалось до конца убедить себя в выгодности моего положения... Я сел на своем просторном ложе и осмотрелся в поисках чего-нибудь подходящего для моих целей. Вот, это роскошно вышитое полотно подойдет! Стоя перед зеркалом во весь мой рост, я обернул легкую ткань поверх одежды и покрыл краем с бахромой голову. Вышло вполне сносно - они тут все ходят в эти балахоны замотанные. Конечно, заворачиваются они изящнее, но у меня наверняка будет время потренироваться...ооо, да у меня теперь куча времени, забери меня Бездна!!! Я вышел в сад и отправился бродить, следуя принципу "куда-нибудь да попаду". И интуиция меня не подвела - несколько поворотов и до моего слуха донеслись звон оружия и выкрики - еще через мгновение я притих за цветущим кустарником на границе большой огороженной площади. Она напоминала арены, на которой сходились в поисках чести и воинской доблести лучшие воины отца. И здесь тоже сражались, четверо. Расул, обнаженный по пояс, легко движущийся между клинками нападающих на него троих, о нет, уже двоих противников. На их фоне он смотрелся впечатляюще, грациозный хищный зверь, которого облаивают псы. И нет у них ни малейшего шанса, хотя опытны и сильны, и беспощадны, да вот только зверь им не по зубам! Я так засмотрелся, что позабыл, кажется обо всем. А потому услышал шаги за своей спиной слишком поздно. Опять! Чей-то голос с насмешкой произнес: - Смотри какая красавица, Этир, что же она здесь забыла? - Голос был молодой, и хозяину голоса явно было скучно. Я вспыхнул от гнева. Что значит "красавица?!!". Я уже хотел было развернуться и высказать, что думаю по этому поводу, как второй голос, более взрослый, ответил: - О, надежда трона, это наверняка какая-нибудь рабыня, увиливающая от работы. Надежда трона?! Сын султана?! О нет, надо же было так неудачно выбрать место для наблюдения! Глупец! - Если она рабыня, то ей место не на кухне, а в гареме! Чья-то ладонь опустилась на плечо и властно развернула меня. Я ведь так и простоял эти несколько секунд в панике размышляя, чем мне грозит такая встреча и что теперь делать? Я повиновался и замер, опустив лицо вниз. Пусть принимают меня за кого угодно. Я успел прикрыть краем полотнища нижнюю половину лица, пока поворачивался. Сейчас они удовлетворят свое любопытство и уйдут, да. А я отправлюсь в свою комнату и больше ни за что не выйду без сопровождения! - Что, звезда семи небес, ты, как и все, тоже влюблена в моего брата? - его по-прежнему забавляло происходящее, а я прожигал взглядом его шаровары алого шелка с тяжелой золотой вышивкой. - Бедняжка... - он провел ладонью по моей покрытой голове. - Совсем онемела от страха. Ну же, кто ты такая? - Пальцы скользнули по моей щеке и остановились на подбородке, крепко обхватив его вместе с тканью. Я почувствовал, что сейчас потеряю контроль над собой или просто сознание. Я резко дернул головой в надежде избавиться от этого неприятного прикосновения. - Ну же, не упрямься. Дай мне посмотреть на твое прелестное личико! - голос его стал почти угрожающим, а я постарался сосредоточиться. Я мог бы заставить видеть его девичье лицо, сними он покрывало, вот только не был уверен, что это будет к лучшему... жаль, я не мог его просто ударить... - Что здесь происходит, Амир? Все демоны Бездны! Это был голос Расула!!! Иной взгляд. Расул. Сложный бой был окончен и я почувствовал себя отлично! Нет, просто стало легче после этой встречи в узком кругу, после вечных насмешек брата. Как и обычно, я остался "живым". Мое внимание привлекли голоса на границе Круга Силы. Один из них я безошибочно узнал - Амир! Что ему-то здесь понадобилось?! Его силой не затащить на такие развлечения, здесь нет ни танцев, ни изящной словесности. Я усмехнулся, вспомнив обычные слова, весьма далекие от изящных, что обычно звучали здесь, и отправился на голос. Моим глазам открылась очаровательная картина: похоже, Амир нашел новую цель для своих насмешек и посягательств. Еще бы, безмолвная рабыня отлично подходит. Интересно, что она здесь забыла? Амир обхватил ее подбородок пальцами, желая заглянуть ей в лицо. Я приближался ближе, рассматривая ее стройный силуэт, гордую осанку...постойте-ка! это же..! что за?!! - Что здесь происходит, Амир? Он не спеша и с сожалением убрал руки от своей жертвы. - Неужели герой снизошел до ничтожного брата? - яд и насмешка. - Мне просто невдомек, что ты здесь позабыл? Ты пришел состязаться в воинском искусстве? Я готов предоставить тебе эту возможность о, мой господин... - я низко поклонился. - Я просто искал свою рабыню и отыскал ее, всего хорошего тебе, мой могучий Расул. Он протянул руку, вознамерившись взять под руку бессловесную "рабыню", успевшую за это время уже порядком отступить к тропинке. - Хммм, Амир, а ты уверен, что твоя потерянная рабыня просто тебе не приснилась? Эта девушка ждет здесь по моему желанию. Проводить тебя к твоим покоям, о, испытывающий терпение? Лицо надежды трона приобрело странный оттенок, словно бы ему не хватало воздуха и, резко развернувшись, Амир быстрыми шагами удалился, бросив уничтожающий взгляд на "рабыню". Следом ускользнул и его помощник. Я сделал шаг к моему принцу. Что же он так вырядился? Шпионит? Возможно... - Милая, ты заблудилась? Или есть иная причина твоего нахождения здесь? - Я старался говорить мягко, но со строгостью, решив не ломать его непонятную пока игру. Он постарался почтительно поклониться и едва слышно проговорил: - Благодарю вас за помощь. Я уже ухожу. - Он не добавил "господин", да и "ухожу" прозвучало как приказ... - Ты должна говорить "могу ли я уйти, господин" и тебе точно здесь не место. - Я все же не удержался и провел пальцами по его предплечью, крепко беря его за локоть и чувствуя восхитительную дрожь тела под слоями одежды... - Я провожу тебя. И мы пошли сквозь вечерний свет и тени благоухающих деревьев. Снова был вечер, как и вчера, при первой нашей встрече, однако, у судьбы точно есть чувство юмора. Я почти торжествовал, представляя каково ему сейчас. И просто наслаждался моментом этой необычной близости с ним... На одном из перекрестков я остановился и жестом позволил "рабыне" уйти. Он не понял, и мне пришлось сделать вид, что все в порядке и сказать вслух, что она может идти. Принц низко поклонился и покинул меня едва ли ни бегом. Я даже не ожидал, что он способен так низко кланяться. С широкой ухмылкой я какое-то время еще следовал незаметно за ним, убедившись, что он отправится в свои покои, и больше не будет искать неприятностей на сегодня. Дождавшись стука закрывшейся двери в покои князя и подавив желание пойти следом и пригласить княжеского наследника на ужин, я хмуро повернул обратно - проверять вечерние караулы, чтобы хоть как-то отвлечься от охватившего меня возбуждения и собственных мыслей.