2.Как ребята Саске встречали
10 июля 2016 г., 21:52
Сакура зевнула, прикрыв рот пальчиками. Выматывающий сон не принес ничего кроме чувства безысходности. Ей вспоминался Наруто, их вчерашний разговор в резиденции. Уверенные, несколько грубые прикосновения, тихий и низкий голос – в любой другой ситуации она бы завелась не хуже Рока Ли на тренировке. Однако тот взгляд заставлял все внутри Сакуры сжиматься от ненависти к себе. Его взгляд вчера был полон обиды и… любви. Любви, которую Сакура принять не может.
Девушка шла на работу в госпиталь. Время едва перевалило за восемь утра, но день уже обещал быть жарким. Впереди у задних ворот общественной бани столпились три девицы: они щебетали, как наседки, на что-то указывая. Сакура поленилась их обходить, к тому же ее заинтересовал объект, который вызвал столь бурную реакцию молодых девушек.
Рельефные мышцы так маняще напрягались во время замаха, что непременно хотелось потрогать и убедиться, действительно ли они такие твердые, какими кажутся. Выступивший на загорелой коже пот придавал им еще больший объем, округляя и подчеркивая каждый изгиб. Круглые бицепсы, сухие плечи, крепкая спина. Удар за ударом молодой человек медленно доводил девушек до вопиющего экстаза. И если бы он не прервался на то, чтобы смахнуть пот со лба, то кто-нибудь бы обязательно пострадал от возбуждающих манипуляций. В его движениях не было ничего наигранного, наоборот, все выглядело непринужденным, а оттого еще соблазнительней. Парень взял рядом стоящую бутылку с водой и начал пить большими глотками. Ярко-выраженный кадык заходил вверх-вниз – холодная вода потекла по шее, по груди, оставляя за собой сетку мурашек. Освежившись, он потрепал светлые, как солнце, волосы. Девушки томно вздохнули, дав волю фантазиям.
Наруто рубил дрова.
Сакура на мгновение обомлела и заворожилась магией нереального тела Наруто. Однако быстро пришла в себя, когда тот, завидев ее, звонко поприветствовал и подошел. Девушки постыдно раскраснелись и, прикрывая шорты, поспешили уйти.
— Дома не сидится – решил посводить с ума своих фанаток? — Сакура зыркнула в спины девиц. Почему-то внутри вспыхнуло желание разразиться на них лаем, как сторожевая собака.
— Да вот, Какаши-сенсей с утреца уже озадачил. Сказал, дров для бани нарубить, ну вот я и батрачу часов с семи! — он лучезарно улыбнулся, почесывая затылок. Да так, что Сакура поморщилась, но не от его ослепительности, а от убойного, как ударная волна, запаха.
— Фу, ты вспотел, как свинья, — она помахала пальцами перед носом.
— Как настоящий мужчина. Узри же запах самца! — Наруто схватил девушку в тиски. Сакура забранилась, но попытки вырваться из скользящих объятий не увенчались успехом. Она шлепала его по бедрам, не в силах освободить руки из железной хватки. Наруто же с соответствующими звуками пытался поцеловать девушку, но та выгнулась, как змея.
— Сакура, на работу опаздываешь! — раздался спасительный голос знакомой медсестры. Наруто ослабил объятия, и девушка выскользнула. По дороге она вытерла лицо и руки платком, не забыв в красках описать, какой Наруто «гад». А медсестра лишь загадочно похихикала.
***
Больничную палату заливал свет. Он отражался от белого халата врача, от белых простыней и прозрачной жидкости капельницы, бликуя на белой стене солнечным зайчиком. — Да, Учиха, — женщина в очках в белой оправе, с первыми морщинками у глаз, просматривала документы, — пришли анализы. Придется оперировать. Причем в срочном порядке. Иначе вы можете задохнуться во сне. Саске бросил взгляд на врача. Женщина, ощущая его на себе, вздрогнула – один глаз черный, как сажа, а второй с гипнотическими окружностями – но тут же взяла себя в руки. Она убрала записи подмышку и уверенно подошла к изголовью кровати. — Вам еще давно следовало их удалить… — врач открыла рот больного и посветила маленьким фонариком. — Но судя по анамнезу, от лечения миндалин вас отвлекало многое другое… Она опустила глаза на историю болезни, а Саске повел глазами и уставился на дверь, всем видом указывая врачу на ее бестактность. Женщина откашлялась и рассказала в подробностях о предстоящей операции, об анестезии и возможных осложнениях. Но Саске все прослушал. Не специально, просто отвлекся на розовое пятно, что промелькнуло в не зашторенном окне двери. — Подпишите согласие, — она протянула бумагу и ручку. Получив подпись, врач покинула палату. Саске остался один. Сопящее дыхание заполнило белую комнату. Черная голова вновь отяжелела мыслями.***
После обеда Наруто получил задание от Хокаге: проверить в больнице одного человека. Его вынужденно пропустили в деревню поздней ночью в бессознательном состоянии, и при нем не было документов. Во избежание шпионажа и терактов Наруто должен был установить личность больного и по возможности его цели и направления. Но Узумаки не спешил выполнять поручение. У него назначена встреча кое с кем. Он стоял на перекрестке, нацепив панаму и очки. Решил, что так станет незаметным для других работников резиденции, на которых можно наткнуться в любом месте. Попивал апельсиновый сок, наслаждался тенью. Долго ждать не пришлось: вскоре подошел Шикамару, который без приветствий перешел к делу. Они быстро зашагали: — Так, у меня получилось достать ключ от одного склада, — он внимательно осматривался по сторонам, словно за ними кто-то следил. — Но нужно быть осторожными. — Эй, да не шепчи ты так, никто за нами не следит. Кому это надо? — Наруто чувствовал себя гораздо раскованней в отличие от друга. — Тогда к чему маскарад с панамкой? — тонкая черная бровь выгнулась. — Знаешь, за тобой всегда увязывается пара-тройка девиц… Наруто втянул сладкий напиток. Почему-то после этой фразы ему вспомнилась Сакура, которая так беззастенчиво глазела на него этим утром. Он, конечно, это заметил, и не мог не подыграть девичьей фантазии, очень эффектно выпив обычную воду. — Ладно, ты прав. Но зачем нам ключи от какого-то склада? Мы же хотели просто поговорить о… деле, — Узумаки загадочно припустил очки. Шикамару остановился у серой, ничем неприметной двери. — Могли бы просто в парке обсудить. — Ну… Наруто, ты только не горячись, — Нара зашел внутрь, а Наруто, заинтригованный, остался снаружи, попивая сок. — Мы с Шино решили, что ты станешь порно-фотомоделью. Женского пола, разумеется. Блондин поперхнулся. Да так, что когда он начал стучать себе по груди, у него слетели очки. — Что ты сказал?! Повтори! — проскрипел Наруто. Шикамару же спокойно включил свет и поднял очки друга. — Что слышал. Заходи. Глухая, ничем неприметная дверь захлопнулась. Если бы идущий мимо прохожий приложил к ней ухо, то услышал бы нескончаемый поток грязных ругательств одного парня, мечтающего стать Хокаге. — Я все понимаю, — Шикамару усадил Наруто на табуретку и сел напротив. — Но на фотографиях тебя никто не узнает. Ты будешь применять свое секси-дзюцу. Все будут довольны, и твое лицо не будет раскрыто. Пойми, твоя техника превращения – идеальна. И нам не придется уговаривать обычных девушек на обнаженку, — парень легким движением прикоснулся к носу. — А это не очень-то и легко. Это было непонятное серое помещение: покрытые пылью коробки стояли одна на другой, вокруг валялись бутылки и коробки от полуфабрикатов. — Наши журналы разлетаются, как горячие пирожки. Кто знал, что мы первые придумаем снимать на фото и печатать в журналы голых девушек, — Шикамару многозначно усмехнулся и откинулся. — Сегодня Шино повез в соседнюю деревню уже третью партию. Но скоро нужно везти новый выпуск, а материала у нас еще нет. Можно, конечно, попросить и предыдущих девушек, но… — он запнулся и на секунду потупил взгляд, словно вспоминая, — но читателю необходимо разнообразие. Тут-то и выходишь на сцену ты, Наруто. — Подожди… — блондин, почесывая подбородок, уже почти согласился на это предложение. — А как вам удалось пропустить это самое порно через типографию? Максимум, который они себе позволяют – это пошлые рассказы старика-отшельника. — Связи, — сказал он серьезно, но в следующее мгновение от серьезного вида не осталось и следа: — Шино соблазнил одну даму, что там работает. И она достала нам ключ, чтобы мы могли ночью печатать. — Шино? Кого-то соблазнил? — не веря, переспросил Наруто. — Не кого-то. Ты бы видел ее… — Шикамару прыснул, вспоминая ту самую даму. — Ладно, допустим, я в деле. Но где мы сейчас находимся? — Это бывшая фото-студия одного фотографа, — Нара встал и прошел вперед, обходя шкаф-стеллаж. Наруто последовал за ним. — Теперь он работает в другом месте, а этот склад служит ему местом для попоек. За стеллажом действительно оказалась фото-студия. Белый фон, фотоаппарат, какие-то предметы интерьера. — Дай угадаю, — Наруто убийственно посмотрел на друга, — мне сейчас надо раздеться, раздвинуть ноги, и мы начнем прямо сейчас, да? — Нет, я скажу тебе превращаться, — Шикамару задернул шторы и принялся за настройку света, а затем подготовил фотоаппарат. Однако он не заметил, что штора закрыла окно не до конца. — И ноги, так уж и быть, можешь не раздвигать. Фьюх! Наруто превратился в стандартную девушку блондинку, которую всегда использовал в этом дзюцу. Пухлые губки, округлые изгибы, и такое невинное выражение лица – то, что надо, подумалось Шикамару. — Нет, Наруто. Давай… Раскованней… Да-да-да, и рукой еще так прикрой… Отлично… — командовал Нара через линзу объектива, накрывшись черной накидкой. — Есть кадр! А теперь, убери вот это облачко… — Что?! Почему именно его? — огрызнулась сексуальная девушка Наруто, скрывая груди. — Наруто! Нужно, чтобы соски были видны! Это порно, а не новогодняя открытка! — руки опустились, оголяя две сочные грудки. Черт, какая же идеальная техника превращения. Нара сглотнул, пытаясь сдерживать натуру и чаще произнося имя друга, чтобы не забыть, что перед ним на самом деле парень. — А теперь сделай акцент на грудь. — Мне как-то неудобно… — Наруто состроил кислую рожу, прогибая спину и прикасаясь к грудям. — Не шевелись! И делай сексуальное лицо… Вот так… А из тебя отличная порно-модель. Ты – лучший среди девушек, что я уже отснял. — Ну, спасибо, — как-то саркастично пробурчал Наруто. — Попробуем другую внешность… Фьюх!***
Ино еще раз пересмотрела полученные письма. Первое – квитанция на оплату коммунальных услуг. Второе – на имя ее матери. Третье – просто реклама. И ни одного письма от него! Девушка раздосадовано вздохнула. Она вышла из отделения почты и направилась в сторону дома. Он обещал ей писать. После всего, что произошло между ними в стране Воды, куда команда Ино-Шика-Чо отправились на выполнение миссии месяц назад, он обещал осыпать ее письмами каждую неделю. Он – доверенное лицо феодала, на которого работала команда. И вышло так, что за несколько недель выполнения миссии Ино влюбилась в него по уши. Он был романтичен, статен и невероятно красив. Все деревенские, и не только, девушки готовы были отдаться в рабство, лишь бы получить хоть один его взгляд. А он выбрал иностранную шиноби. Именно с ней он гулял ночами, рассказывая о мирах. Его речь – невероятно изящная и богатая – обворожила Ино. Рядом с ним она раскрылась как женщина и, канув с головой в чувства, отдалась ему без остатка. Каждую ночь он заставлял ее чувствовать себя уникальной и единственной. И в день прощания на его лице было столько боли от предстоящей разлуки, что Ино едва сдерживала слезы, утопая в его последних объятиях. Он утешал ее тем, что обещал писать. И что, возможно, однажды они встретятся вновь и уже никогда не расстанутся. Ино, смахивая слезы, верила. Ни одного письма девушка не получила. Она оправдывала их отсутствие неотложной работой. И через день ходила на почту. Ино вздохнула, убирая письма в пакет. Она могла пройти мимо глухой незаметной двери. И даже мимо окна, из которого через не зашторенную щелку лился свет. Но не прошла. Взгляд ее сам зацепился за знакомый черный хвост, который вдруг показался из-под черной накидки. Ино остановилась и прильнула к стеклу. Она ни в коем случае не могла быть раскрыта, так как Шикамару стоял к окну спиной и кому-то что-то бурно объяснял. Зачем это ему понадобился фотоаппарат? Он кого-то фотографирует? Что он делает? Зачем встал на четвереньки и лапает себя? Эм… Шикамару?! Ино изменила угол обозра и тут же увидела причину странного поведения коллеги. Черноволосая брюнетка, обтянутая черными ремнями, но при этом с голой грудью, повторяла, словно за учителем, движения Шикамару. Ино нахмурилась, пытаясь понять происходящую ситуацию. Так и не поняла. Зато Темари, которая уже столько лет безнадежно ждет руки и сердца Шикамару, наверняка поймет. В небольшом шоке Ино продолжила идти мимо. Но вечеру так и не суждено было стать нормальным. — Яманака Ино? — к ней подошел щуплый мальчик-подросток в смешной кепке. — Вам доставка. — Мне доставка? — она вскинула брови, переводя взгляд на пышный букет фиолетовых колокольчиков, перевязанных белой лентой. — Это вам. Распишитесь, — он протянул бумагу. Девушка осмотрела цветы. — А от кого это? Здесь нет записки. — Отправитель просил не называть себя. Кажется, у вас появился тайный поклонник, мисс, — юноша подмигнул и поспешил дальше. Ино еще раз посмотрела на букет. Она же работает в цветочном магазине, зачем ей цветы. Значит, дарящий хотел заявить о себе и оказать знак внимания. «Колокольчики: символы невысказанной любви, о которой хочется “звенеть”…» — вдруг вспомнилось ей. Ну надо же. Тайные поклонники – дело неожиданное, но приятное. Зачем-то Ино осмотрелась. Наверняка же тот, кто подарил цветы, сейчас смотрит за ее реакцией. Но кто из них? Вдруг взгляд зацепился за Сая – белолицего парня, которого когда-то она пыталась очаровать. Он сидел напротив окна в кафе и рисовал в альбоме. Сай поднял голову, как только девушка его заметила. И улыбнулся. Ино смущенно улыбнулась в ответ и, прижав к себе цветы, пошла домой. Сай? Ну надо же.***
Сакура бежала так быстро, что не могла заметить, как медсестра вывешивала табличку с именем «Учиха Саске» под номером палаты. Ей весь день приходилось разрываться между пациентами. Один из них, самый интересный, маленький мальчик десяти лет, страдающий психическим заболеванием и в том числе дефицитом вниманием, все время донимал Сакуру. Она только от него уйдет, как тут же он требовал ее обратно. И медсестер он категорически не воспринимал. Девушка смогла вздохнуть спокойно только тогда, когда Цунаде вызвала ее в свой кабинет. Тогда у нее появилась официальная причина покинуть ребенка. — Ты уже была у него? — спросила Цунаде. Ее глаза сверкнули. — Э-э-э… — Сакура подумала про того самого мальчика, донимающего ее весь день. Ведь это именно Цунаде взвалила ответственность за его состояние на нее утром. — Да. Весь день уже к нему хожу – так и не может отпустить. — Видно, соскучился. — Цунаде усмехнулась. — Отпустишь своего рыцаря на операцию? — Операцию? Какую операцию? — Сакура удивилась. Маленькому мальчику, до слез донимающего медсестер, не помешало бы снотворное, чтоб проспался и не кричал. — Гланды. Хронический тонзиллит еще с глубокого детства. — Но я только что от него, и он чувствует себя прекрасно. К тому же в истории болезней ничего не было указано — Это потому что ночью мы полечили обострение. А его история еще собирается. Но больше ждать нельзя. Сакура недоумевала. Скорее всего, у мальчика ремиссия, и операцию хотят провести именно в этот период. Она молча согласилась с решением главного врача. — Ну, тогда я пойду. Надо подготовить его морально, — Сакура направилась к двери. — Удачи! И смотрите: больничные койки весьма неустойчивы… — пятая Хокаге многозначно улыбнулась. Сакура в ужасе непонимания выбежала из кабинета.***
Наруто спешил успеть в больницу до окончания часов приема. Конечно, его бы пропустили и вневременных рамок, но испытывать терпение Цунаде не хотелось. Сняв солнечные очки, он вошел в главный вход. Регистратура, люди с карточками в руках, и запах фенола встретили его. И не только они. — О, Сакура-чан! — крикнул Наруто, помахав рукой. Девушка, явно куда-то спешащая, оглянулась и подозвала его к себе. Они подошли к одному из лифтов. — До конца смены еще два часа. Или тебе приспичило прямо сейчас? — Сакура вскинула брови – Наруто усмехнулся. Лифт приехал, и пара зашла внутрь. Они не могли знать, что в ту же секунду, как двери закрылись, приехал второй лифт. И оттуда бригада санитаров вывезла черноволосого юношу, Учиху Саске. — Вообще-то, я тут не за этим, но раз ты первая начала… — Наруто прижал Сакуру к стене и положил руку на талию. — Я заметил, как ты смотрела на меня этим утром… — И как? — Сакура включилась в игру, которую сама же начала. Наруто осмотрел девушку. Врачебный халат ей чертовски шел: он добавлял ей строгости и сексуальности одновременно. Еще секунда, и их губы слились бы в поцелуе, но лифт остановился, оповещая звонком. Сакура отпрянула от Наруто, словно и вовсе его не знала. Но когда за открывшимися дверьми никого не оказалось, она схватила его за запястье и стремительно повела за собой. Узумаки только и мог насладиться пылкостью девушки. Из подсобного помещения вышла уборщица, выкатывая тележку с моющими средствами. Как же кстати! Еще минута, и они скрылись за темной дверью с надписью “Служебное помещение”. Секунда – и их губы страстно целуют друг друга. Необузданная страсть взорвалась в них, и ни узкое пространство, ни отсутствие света, ни мелкие примочки не могли помешать им в это мгновение стать одним целым. Наруто резко развернул Сакуру к себе спиной и, не церемонясь с одеждой, задрал белый халат вместе с юбкой. Облизав два пальца, он отодвинул ткань трусиков в сторону и начал дразнить ее. Девушка простонала.***
Саске засыпал. Очертания врачей расплылись, глаза медленно закрылись. Но он все еще слышал их. — Это правда, что обладатели улучшенного генома не восприимчивы к наркозу? — С кланом Хьюга все всегда проходило без осложнений, — в нос вставили дыхательную трубку. Неприятно. — Однако, с последней операции, проводившейся на обладателе шарингана, прошло больше пятнадцати лет. И записей не сохранилось. Так что можно сделать выводы, что улучшенный геном анестезии не помеха. Почувствовался холод металла на губах. Челюсти открыли и зафиксировали. Саске скривился, но ни один мускул на лице не дрогнул. Когда подействует наркоз? — Так, все готово. Приступаем. Погодите. Анестезия еще не действует. Он слышит каждое слово. Он чувствует, как холодные щипцы зажимают воспаленную плоть и…***
Первый толчок всегда самый приятный. Сакура чувствует, как твердый член стимулирует все точки внутри. Она в наслаждении закусывает губу и вцепляется в стеллаж. Войдя на всю длину, Наруто делает резкое движение, и звук шлепка заполняет маленькое помещение. Твердая рука ложится на грудь, что так пошло выглядывает поверх бюстгальтера. Первый надрез приносит невыносимую боль. Саске чувствует, как острый нож медленно режет его плоть, разрывая нервные волокна и капилляры. Он хочет вцепиться в простыни, но тело не слушается. Он хочет закричать, но горло не слушается. Он даже не может использовать шаринган. Он бессилен. Словно тогда, в детстве, в ту самую ночь. Волосы Сакуры колыхаются в ритм. Она подавляет стоны, что еще сильней возбуждает. Наруто поднял ее ногу, держа за бедро. Вторую руку с груди опускает вниз – там горячо и влажно. Круговые движения его пальцев заставляют Сакуру сильнее сжать внутренние мышцы. Наруто откидывает голову назад: так хорошо ему может быть только с ней. Из воспоминаний вырывает чувство горячей крови, заполняющей горло. Задели вену. Медлят, не останавливают. А вот (Саске просто потерял счет времени) – прижигают ранку. К глазам подступили слезы. Во рту вкус металла. Одну удалили. Передышка… Впереди вторая. Внутри все сжалось. А затем еще раз. И еще. Сакура не смогла сдержать стона от нахлынувшей волны. Быстрые толчки также прекратились: Наруто замер. Горячее семя заполнило ее. Он обнял ее сзади, тяжело дыша на ухо. Помедлив, Сакура поправила одежду. — Я же говорила, чтобы ты не делал этого в меня! — она сняла трусики, чтобы не запачкать. — Но так гораздо приятней! — он надел шорты, что впопыхах стянул. — К тому же беременность тебе не грозит. — Да, но это пачкает одежду! Теперь вот мне надо в туалет… — Сакура смущенно подвигала бедрами. Когда они привели себя в порядок, то вышли из каморки. Харуно хотела еще поругать Наруто, но тот опустил шутку, и ругательства растворились в воздухе. Они были слишком расслабленны, чтобы браниться. Навстречу шла та самая знакомая медсестра. — О, вы, наверное, к Саске пришли! — обратилась она к улыбающимся. — Но вы опоздали, его уже оперируют. Наруто и Сакура вмиг почернели. Не так они представляли встречу с другом. — Что?
