Шепот Дьявола

      С небольшого ночного приключения прошло уже три дня, а Старк во дворце так и не появился. Не было его и в медцентре, в котором он обычно проводил много времени.       Честно говоря, Стивен уже начал волноваться, но спрашивать у Марии, которая вчера заходила к его матери, как-то не решился. После их сумбурного вечера и ночи принц не переставал думать о нём, хотя понимал, что так нельзя и это может быть весьма опасно для него, если не притормозить сейчас, потому что мысли и образы возникали слишком реалистичные.       Стив сидел в гостиной, пил кофе и просматривал новости на планшете. У принца Уильяма родилась дочь, и нужно было выбрать подарок. Снова навалилась куча дел, и по мере того, как эта куча росла, росло и желание принца опять ощутить вкус свободы. Но Шерон, словно чувствуя, что Стивен начинает отдаляться от неё, вцепилась в него всеми руками и ногами, и он еле урвал себе этот час под предлогом сильной занятости и важных дел.       Позади послышались шаги. В гостиную вошёл Джон, необычно хмурый и чем-то озабоченный.       — Что с тобой? — спросил принц, откладывая планшет в сторону.       Джонни, не видевший Старка с того злополучного чаепития на закрытой веранде, уже потерял всякую надежду на то, что его отпустит это наваждение и лютое, бесшабашное желание кинуться в омут с головой. Потому что с каждым днём от воспоминаний о встречах и тёплых дружеских касаниях мурашек, пробегающих по телу, становилось больше, а руки так и тянулись к паху будто по щелчку. Джона клинило, и он это понимал.       Присев рядом с братом и закинув ногу на ногу, младший принц схватил утреннюю газету и спрятался за ней. Конечно, он видел, как за Стивом охотятся сёстры и Шерон, и понимал, что нужно оказать ему поддержку, но почему-то хотелось быть озабоченным только своей подростковой проблемой, ведь Стив всегда справляется сам. Но помимо этого в голову лезли воспоминания, когда сестёр не было в замке, когда в замке не было будущей жены принца и они со Стивом проводили много времени вместе. Когда Ксавье и Леншерр устраивали им неожиданные уроки и давали задания, и тогда было интересно. Особенно когда мама улыбалась, и отец поддерживал её, обнимая за плечи. Давно, очень давно не было ничего похожего на тёплую обстановку в замке, и только Тони был лучом света.       — Ладно, я не могу молчать, но ты… ты не знаешь, где доктор? — спросил он через некоторое время и приспустил газету, вглядываясь в брата.       Вот этого Стивен ждал и боялся. Того, что Джона никак не отпустит, а ещё больше он боялся того, что не отпускает его. И как теперь быть? Чёртов Старк вывернул их жизни наизнанку, а что теперь делать с этим, принц не знал.       — Понятия не имею, — пожал он плечами и хотя бы сейчас не солгал. — А что?       — Его не было уже три дня, может быть, что-то случилось? Он… не пропадал раньше, и я… Я думал над тем, что он дал мне и что сказал, — Джонни достал из кармана коробочку, которая показывала миллионы ярких небесных светил в темноте комнаты, и покрутил её в руках. — Я решил оставить её себе, никогда ничего подобного не видел.       Принцу совсем не понравилось то ощущение, которое он испытал при виде этой коробочки. Такое колкое, царапающее и противное чувство, очень похожее на ре… Нет. Это глупо. И ещё это его брат. Между ними не может быть подобного соперничества, только не из-за седученте Дьяволо (соблазнительный дьявол).       — Джон… — вздохнул Стив, желая очень много сказать, но не представляя, как это сделать. — Почему бы тебе не спросить об этом у отца? Он должен знать, наверное. Или в том центре, где работает Старк.       — Я уже звонил туда, — выдохнул Джон, и щёки его слегка покраснели, ведь он самому себе казался сталкером Старка, а это уже ни в какие ворота. Нахмурившись, делая вид, что очень сосредоточен тем, что написано в газете, он думал о том, что сказал ему отец. Его жёсткий, слегка грубоватый баритон до сих пор стучал в ушах. «У каждого должна быть своя частная жизнь, Джон, оставьте его в покое!» После такого глупо было вновь интересоваться у отца, где их новый доктор и всё ли у него в порядке.       — Да? Хм-м… Ну может, он дома? Или… гуляет? Ты же видел его, он может ночами гулять, я не знаю… — но в голосе принца сквозило волнение.       Может, стоит наведаться к Марии в гости под каким-то предлогом? Потому что его самого начало грызть какое-то нехорошее предчувствие. А вдруг Тони заболел после их ночного приключения? Его продуло, и он лежит дома не в силах встать?       Джон вздохнул и снова отложил газету. Не успел он и слова сказать, как в гостиную вошла Карла в привлекательном, на грани приличия коротком платье насыщенного сиреневого оттенка. Позади неё шла Виктория, пританцовывая под мелодию, судя по всему, звучавшую в наушниках, а уже за ней шла Шерон с какой-то неприятной улыбкой. Джонни подумал, что когда Стив спрашивал про неё на вечере, то он погорячился. Они все трое изрядно бесят его. В этом доме, кажется, невозможно укрыться от этих всевидящих око.       — Я, пожалуй, пойду, — выплюнул он и, сжав коробочку, поднялся с кресла. Но Карла, подошедшая ближе, положила ладонь на его плечо, останавливая и не давая пройти.       — И куда наш маленький принц спешит? К своей простушке, встречающейся с боровом с кухни? — поинтересовалась Софен, сверля его проницательным взглядом.       — Тебе-то какое дело, а? — возмутился Джон, которого уже изрядно достали эти шуточки.       Шерон лишь пожала плечами, не выказывая никаких эмоций, и подошла к Стивену, внимательным взглядом его окидывая, пока брат с сестрой выясняли отношения. Вик стояла поодаль всех и продолжала двигать бёдрами, выглядя как мим на площади.       — Перестаньте, — донёсся до них властный голос принца. — Покоя от вас нет нигде, вечно вы спорите. Карла, пусти его, хватит цеплять, — семейные распри порядком его достали, а тут ещё это изматывающее волнение от отсутствия Старка доводило до ручки. Благо, это волнение пока удавалось скрывать.       Джон благодарно кивнул брату и, обогнув сестриц, скрылся в широком холле, тихо шипя ругательства себе под нос.       — Хватит тебе, Стив, — вздохнула Карла и упала в кресло, подтягивая платье ниже на бёдра, чтобы не светить бельём.       — Что случилось? — спросила Виктория, видя недовольное лицо брата и раздражённую сестру, а также какую-то несвойственно молчаливую подругу.       — Ничего, Карла и Джон повздорили немного, — ответила Шерон, присаживаясь рядом со Стивом, и, переплетя пальцы с его, положила голову ему на плечо. — Стив их успокоил.       Обычно он не был против подобных нежностей, но сейчас девушка вызывала в Стиве почему-то только раздражение. Он вспомнил, как его касались тёплые пальцы дьявольского доктора, как учащённо бился под ними его пульс, как замирало дыхание…       Сейчас же принц не чувствовал ничего. Но воспитание и правила приличия не позволяли ему проявлять своё раздражение, поэтому он натянуто улыбнулся Шерон и, взяв планшет, начал заниматься делами. Но мысли его были очень далеки от дел.

***

      Прошло ещё два дня. О Тони до сих пор ничего не было слышно, а жизнь в замке кипела и бурлила. Ксавье вернулся из отпуска и объявил, что готов дать по паре уроков подряд, на что ни один из принцев не выказал возмущения. Уроки у него были интересными, продуманными, да и задания всякий раз интриговали. Стив без Джона, который сейчас занимался боксом с Леншерром, сидел в большой классной комнате, где редкие учителя сменяли друг друга, и записывал то, что диктовал Чарльз ─ молодой, очень амбициозный, добрый и симпатичный мужчина с большими бирюзовыми глазами.       Кабинет представлял собой прямоугольную комнату, где стены были увешаны разнообразными плакатами, афишами театров и кинотеатров, цирковыми буклетами, объявлениями о карнавалах и портретами известных людей. Над большой доской, по которой обычно скользил чёрный маркер, висели портреты Мерилин Монро и Джека Николсона. У дальней стены стояло несколько тумб с зеркалами, а на них лежал грим: при особо весёлых занятиях с Джоном Чарльз рисовал у него на лице разнообразные морды животных и заставлял весь урок вести себя так, как бы вело себя выбранное им животное.       В общем и целом Чарльз учил гармонии, любви и пониманию, а также он открывал в принцах глубоко скрытое желание быть обычными, позволяя им быть собой наедине с ним. Он умел докапываться до нужного, это уж точно.       — Попробуешь на мне то, что мы только что записали? — спросил Ксавье, приподнимаясь со стула и выходя в центр комнаты, вставая напротив стола, за которым сидел Стивен. Психологическая подстройка была самым увлекательным в обучении. — Подстройка под эмоции. Попробуй найти моё эмоциональное состояние и прежде, чем начать общение, обдумай его.       Принц засунул кончик ручки в рот и задумался. Чарльз был сейчас расслаблен и увлечён своим делом. Значит, это положительные эмоции, желание научить, но не просто научить, а сделать так, чтобы ученик понял, объяснить доступно, а значит, он точно был расслаблен, но собран и в хорошем расположении духа. Обычно в таком настроении можно было говорить о чём-то отвлечённом, о фильмах, об интересных книгах, в общем, позитивное и лёгкое общение.       — У меня завтра совсем нет дел, и я думал провести день так, как давно хотел, — легко сказал Стив, откладывая ручку. — Фильмы, пицца и никакой официальности. Скачал себе пару интересных книг, вот, например, Стейнбека. Вы читали его?       — Гроздья гнева? О мышах и людях? Я люблю Стейнбека, его левые взгляды до сих пор находят отклики в других людях, а уж натурализм, в котором он писал, проникает куда-то вглубь, достигая цели, — улыбнулся Ксавье, прохаживаясь по комнате, анализируя поведение Стивена. — Я нахожу интересным занятия, посвящённые самому себе. Люблю, например, проводить время с приёмным сыном. А он любит двойную сырную пиццу, представляешь, сколько мы её съели за две недели моего отпуска? Думал, я не доеду до работы, — усмехнулся он, похлопывая себя по животу.       — У вас есть сын? — удивлённо спросил принц, забывая о том, что, наверное, это некрасиво ─ вот так вот влезать в чужую личную жизнь. — Нет, я просто… Вы ведь такой молодой, вот я и не ожидал, — поправился он, а на его щеках появился румянец. — Обожаю двойную сырную. Я бы мог есть её на завтрак, обед и ужин, но, увы, Хэппи меня нечасто этим балует, — Стив улыбнулся.       — Пьетро, он… действительно приёмный, я не имею на него никаких прав пока что, потому что мы с моей парой ещё не объявляли себя женатыми и пока не подавали заявление, — добродушно пробормотал Чарльз, опираясь ладонями о стол. — Пицца, отлично, вообще, я люблю поесть, а что любишь ты? Вот мне нравится бывать с Пьетро, я бы мог заниматься с ним чем угодно, лишь бы он был рядом, а тебе? Может быть, спорт? Эрик как-то обмолвился, что ты очень ценишь физическую форму и всячески стараешься держать себя в тонусе.       — Спорт — это моя страсть, — Стивен улыбнулся, думая о том, что завтра весь день в его распоряжении и он может потратить это время на тренировки и свой байк.       Байк. Ночь. Скорость. Тони. Всё это всплыло за одну секунду, и снова в сердце что-то кольнуло. Можно было уже признаться себе: он скучал. Скучал по шумному урагану «Старк», сносящему всё на своём пути, скучал по его ехидным, но беззлобным насмешкам, скучал… Завтра он позвонит Марии. Так больше не может продолжаться.       — Вы знаете, мне редко удаётся делать то, что на самом деле хочется, — принц вздохнул, пожимая плечами. — Иногда так хочется быть обычным человеком без всей этой наследной мишуры, но… Я люблю скорость и риск, свой «харлей» и занятия спортом, мне нравится иногда просто почитать книгу или посмотреть фильм.       — А гулять? Нравится тебе ветер в волосах, луна на небе? Стук каблуков по мостовой, когда одинокая дама возвращается с работы, или редкие переклички птиц? Я знаю, что ты ценишь семью, то, что делает твой отец, и для тебя вообще много значит его мнение, но порой нужно вырываться из плена. Тебе это не навредит, и по секрету скажу, твои мама и папа частенько убегали из замка, когда ты был младше, это мне Сара рассказала. Сам был удивлён, что не оказался таким проницательным, как думал, — он усмехнулся и посмотрел Стиву за плечо в одно из зеркал. — Нужно жить, а если постоянно отказывать себе, то можно лишиться рассудка и в один из дней сорваться.       — Если бы вы знали, как мне хочется всё бросить и сбежать, — откровенно ответил принц. — Я пытаюсь, Чарльз, стараюсь сбегать и ловлю моменты, когда можно делать то, что хочется, но потом реальность всё равно возвращает меня назад. Долг и ответственность давят на меня вместе с отцом, и я не знаю, куда деться. Джону проще, он может жить, познавать мир, не боясь, что когда-то на его плечи ляжет груз ответственности не только за семью, но и за страну. А ещё эта женитьба… — он покачал головой и снова сунул ручку в рот.       — Ты не хочешь жениться? — спросил Чарльз, внимательно смотря ему в глаза. — Не стоит с этим затягивать, если это… действительно так. Всё может кончиться плачевно, не только из-за отмены помолвки или свадьбы, которая в скором времени случится, а если ты ещё и затянешь… и дашь надежду… И уж если ты свяжешь свою жизнь с нелюбимым человеком… думаю, ты понимаешь, чем это чревато.       — Мне нравится Шерон, она хорошая, и дело даже не в ней, я… Я в принципе не хочу пока жениться, но отец… Вы бы слышали его, это просто кошмар! Мне стоило только заикнуться позавчера о том, что стоит подождать, всё происходит слишком быстро, как он раскричался, что я ничего не понимаю, что так нужно и будет правильно для страны. Простите, кажется, я запорол ваш урок, — вздохнул Стивен, который больше не хотел вспоминать о кошмарной сцене, которая произошла между ним и королём пару дней назад.       — Мы только что с тобой обыграли второй пункт: подстройка под структуру ценностей, и оба поделились своим наболевшим, ну, или сокровенным и важным лично для тебя и меня. Я понимаю, Стив, король… бывает очень не сдержан в своих эмоциях, не прими это за неуважение, но мы здесь не обманываем друг друга, а говорим так, как есть. И, когда он взвинчен, ему нужно на кого-то выплеснуть своё раздражение. Ты попал под горячую руку, но не стоит думать, что ты ему чем-то обязан. У тебя есть своё мнение, и ты можешь… хотя бы оттянуть женитьбу. Помолвка ещё не назначена? Обычно после помолвки проходит год, чуть больше, так что у тебя есть время присмотреться к невесте. Она же пока… только наречённая, — утешающе проговорил Ксавье и, подойдя поближе, протянул ладонь для рукопожатия.       — Спасибо, Чарльз, — поблагодарил Стив и пожал его руку. — Ваши занятия очень важны для меня и очень помогают. Я… хотел спросить вас ещё кое о чём. Вы психолог и знаете, что делать в подобных ситуациях, — принц всё-таки решился задать мучивший его вопрос. — Если случается такое, что под запретом по всем пунктам, что вообще не должно происходить, и ты понимаешь, что не должен этого делать, но всё внутри тебя тянется к этому, и ты понимаешь: ещё немного, и втянет так, что потом не разгребёшь. Как лучше поступить в такой ситуации? Сделать, что хочется, пусть даже это будет… ненадолго или… лучше оставить всё, как есть?       — Пока не попробуешь, не узнаешь, — не раздумывая ответил Ксавье, уже с любопытством разглядывая принца. — Тяжело бежать от того, что притягивает. Это огромный труд над собой, но, если позволяешь, это не значит, что ты сдался, это значит, что ты нашёл что-то необходимое тебе. Сердце порой понимает больше, чем мозг.       — Я понял, да, — принц кивнул и забрал тетрадь и ручку со стола. — Спасибо за урок, мне он очень помог, правда.       Он попрощался с Чарльзом и направился по своим делам.       Несмотря на ответ учителя, сердце Стива всё ещё не было спокойно. Если бы дело было только в его чувствах, он бы это подавил, как и подавлял большинство своих желаний. Но перед глазами стояло нахмуренное и обеспокоенное лицо Джона, который был влюблён, и эта влюблённость решала очень много именно для Стивена. Он боялся лгать брату, боялся потерять его из-за странного дьявольского итальянца и совсем не хотел, чтобы его младший брат страдал. Но, видя его чувства к Старку, что-то царапало внутри, так неприятно и больно.       Нужно с этим разобраться, пока всё не зашло слишком далеко.