Шепот Дьявола

      Стив мог с уверенностью сказать, что свой выходной он провёл так, как хотел. С утра и до обеда он занимался в зале с тренером и спарринг-партнёрами, потом зашёл к Джону, который ковырялся в старом отцовском «мустанге», перебирая его от винтика до винтика, и они вместе провели пару часов за разговорами, занимаясь любимым делом.       Решив, что раз уж он и так по уши в машинном масле, принц просидел ещё около часа со своим «харлеем», проверяя и доводя до совершенства, любовно полируя его до блеска.       Каким-то чудом ему весь день удавалось избегать Шерон и кузин, и это было почти даром небес, потому что за последнее время он успел устать от её пристального внимания. Ему даже начало казаться, что кто-то из прислуги кузин вечно наблюдает за ним, но это уже было похоже на паранойю.       Было ещё одно дело, о котором Стивен думал. Позвонить миссис Старк и поинтересоваться, куда же пропал её сын. И, набрав её номер телефона, услышал только долгие гудки. Позвонив ещё один раз, принц решил, что будет странным названивать постоянно, поэтому, отложив телефон, он спустился на кухню и попросил Хэппи приготовить ему пиццу. Всё. Хватит всех этих крабов и устриц, он хотел обычной еды, той, которой питался во время учёбы.       Заполучив наконец-то пиццу и в придачу ещё шипучки и чипсов, Стив поднялся к себе, включил какой-то фильм фоном и взял в руки «К востоку от Эдема». На часах было чуть за девять, и до сна оставалось ещё много времени.       Старк, стоявший под окнами покоев наследного принца, ковырялся в земле, выискивая какой-никакой приличный камень, который смог бы привлечь внимание. Обмотав найденный плоский камень резиновым браслетом в честь сегодняшнего карнавала по сбору урожая винограда, вручённым ему по приезде в город, Тони отошёл подальше и, прицелившись, закинул его через открытые балконные двери.       Ночь, луна, звёзды и мужчина под окном. Просто каццо.       Стивен с недоумением перевёл взгляд на балкон, отрываясь от книги. Опять Джон что-то придумал?       Отложив книгу на постель, он поднял камень, валявшийся недалеко от кровати. Что за?..       В два быстрых шага принц пересёк комнату, выходя на балкон, и сквозь темноту попытался рассмотреть, где прячется его шаловливый брат. Когда взгляд остановился на том, о ком Стив думал всё это время, можно без преувеличения сказать, что сердце его пропустило удар.       — Тони? Что вы здесь делаете? — с нескрываемым удивлением спросил он, надеясь, что его голос не дрожит от волнения.       — Мадонна, такой поздний час, а вы ещё не спите, Ваше Высочество? Это я удачно зашёл, — насмешливо протянул Тони, задирая голову, вглядываясь в силуэт Стива, стараясь сильно не шуметь, потому что ночь на дворе и его тут быть вовсе не должно, да ещё и Логан со своими безумными идеями, как бы покруче ввалить тем, кто лезет на чужую территорию. — У вас есть какие-нибудь планы на завтра, ми белла принц?       — Эм-м… — первым желанием Стива было спрыгнуть с балкона вниз, потому что бредовые ассоциации с Шекспиром уж слишком навязчиво лезли в голову. — Утром пара встреч в городе, но после обеда я буду свободен. Может, поднимитесь ко мне, а то мы сейчас разбудим тех, кто уже спит, — он прикусил губу. Что он делает, дио мио? Почему так сильно горят щёки? Вот же чёрт.       — Но-но-но! Это вы должны спуститься ко мне, — улыбнулся Старк, подходя к решётке, обвитой плющом, ведущей до самой крыши, и, цепляясь за неё руками, начал подниматься, проверяя конструкцию, ведь нельзя же принцу упасть и разбиться. Ну, или сломать ногу. Или руку. — Я проверяю, — он с силой потряс решётку, тихо, почти неслышно посмеиваясь, потому что понимал, что выглядит тем ещё Ромео, — всё в порядке. Надевайте штаны, и пойдёмте, Ваше Высочество.       Стив думал, что покраснеть больше уже нельзя. О, как он ошибался! Щёки заполыхали адским пламенем, когда он понял, что стоит перед Старком в одних боксёрах. Более смущающей ситуации и не придумаешь.       — Подождите меня… пару минут, я… спущусь, — сипло выдавил принц и скрылся в комнате, прикладывая прохладные ладони к пылающим щекам.       Чёрт, чёрт, чёрт! Дьяволо! Стивен проклинал себя за дурацкую и предательскую, более чем неуместную реакцию своего тела и сознания на этого сумасшедшего доктора.       Быстро натянув джинсы, футболку и лёгкую кофту, он вышел из комнаты и тут же наткнулся взглядом на отца, который шёл в своё крыло. Встречаться с ним и объясняться не было никакого желания, поэтому у Стива оставался только один путь — как в старом дешёвом романе — через окно…       Вернувшись на балкон, он посмотрел на всё ещё стоявшего внизу Старка. Была не была, в конце концов, как сказал вчера Чарльз, пока не попробуешь, не узнаешь.       Ловко перемахнув через перила балкона, принц перелез на решётку, спустился и спрыгнул на землю.       Стоило только принцу спрыгнуть, как Тони без излишних церемоний взял его за руку, сплетая пальцы, и повёл к своему лазу, который обнаружил минут десять назад, пока пытался пробраться на территорию замка. Сердце его стучало как оголтелое, а ситуация распаляла похлеще текилы.       — Я уж думал, вы не спуститесь! Мадре дио, заставили меня волноваться, ну и ну, — усмехнулся Энтони, отодвигая ветви вишен, не давая им хлестать по Стиву и себе. — Это было… классно, вы тот ещё прыгун.       — Ну что вы, мы же договорились, что мои демоны получают удовлетворение в вашем обществе, — принц улыбнулся, понимая, что заходит слишком далеко. Ему не остановиться. Он просто не может буквально ничего, пока горячие пальцы сжимают его ладонь. Все сокровища мира только за одни эти касания. — Расскажете, где пропадали почти неделю? — поинтересовался Стивен, облизывая пересохшие губы. — И куда мы идём?       Пока они шли, огибая вишни, Старк успел сжевать пару штук, раздумывая над ответами и вопросами принца. Скрывать ему было нечего, это понятно, но интрига ─ залог успеха. А с другой стороны, сеять зерно недоверия? Нет, это ни к чему.       — Я отравился, и ко мне приезжал мой друг из Нью-Йорка, я никому не могу… доверить осмотр себя, кроме него. Считайте это моим личным пунктом, но… мне сложно… — Тони не мог подобрать подходящие слова, — даётся обследование у других врачей, я очень… щепетильный в этом вопросе, — наконец нашёлся с ответом он и покрепче сжал ладонь принца в своей, прижимая их к своей груди, уже видя лазейку. — Ваши демоны сейчас поют?       «ГОСПОДИ БОЖЕ, ДА!» — хотелось ответить Стиву, который уже думал, что его оглушительное сердцебиение слышно всему дворцу. Его демоны не то что пели, они исполняли самые сложные арии из самых долгих опер ─ настолько сильно близость Старка будоражила его сознание.       — Они… всё ещё немного обижены: их слишком долго не кормили, но да, они поют, — и что это, если не попытка сказать: «Я скучал без вас, Тони»? — Мне жаль, что вам нездоровилось, — добавил принц, большим пальцем проводя по груди доктора. — Сейчас вам уже лучше?       Затаив дыхание на несколько секунд, Тони поднял голову и посмотрел в тёмные глаза принца с растрёпанными светлыми волосами, взвинченного и пылающего, и расплылся в улыбке. Сделав решающий шаг и оказавшись прижавшимся вплотную к нему, Энтони посмотрел на него из-под ресниц, не переставая улыбаться.       — Я здоров, целиком и полностью, если не считать тахикардии, лёгкой потливости и тремора рук, — разоткровенничался доктор. — А демонов мы задобрим, Дьяволо хочет этого не меньше, чем принц, — он взмахнул рукой, очерчивая полукруг, и, отпустив Стивена, начал протискиваться через решётки забора.       Впервые за долгое время принц вообще не представлял, куда всё это может привести. Этот странный флирт, бешеный пульс и очень-очень однозначное желание, скручивающееся внизу живота, посылало яркие импульсы по всему телу.       Он слепо шёл за Тони и сквозь решётки, и туда, куда вело его желание и тяга. Отголоски совести всё ещё пищали внутри, но хор демонов очень просил, чтобы их накормили.       Стив перелез сквозь забор и шагнул вплотную к Старку.       — Тогда ведите меня, ми тентаторе абиле (мой коварный искуситель), — принц наклонил голову, всматриваясь в красивые горящие глаза его личного ада.       Стив и не подозревал, что придумал для него Тони, хоть и сказал, что он искуситель. Сегодняшняя ночь запомнится этому упёртому мулу, как нечто совершенно иное, чего в его жизни точно не было. Старк в этом уверен на все сто процентов. Ответив на взгляд, он прищурился и оттолкнул принца к ограде, показывая, что он может постоять за себя.       — Садитесь на свой велосипед, мой принц, — он приподнял брови и кивнул на два старых велосипеда итальянского производителя. — Мы ещё успеем к началу, — отодвинувшись, Тони оседлал велосипед и начал крутить педали.       — К началу чего? — крикнул Стив, но на велосипед всё же сел и покатился следом, несмотря на то, что его коленки доставали до ушей.       Видимо, это чудо передвижения не было рассчитано на почти двухметрового наследника престола. Он ехал вслед за Старком по тёмной ночной улице, и интерес подстёгивал его взбунтовавшиеся мысли.       — Значит, куда мы едем, вы не скажете?       — Достаточно знать только одно — вам понравится, — усмехнулся Тони, слегка сбавляя скорость и равняясь со Стивом. Тихо рассмеявшись, оглядывая едва поместившегося на велосипеде принца, он отпустил руль и коснулся его плеча. — Скузи, я как-то… не рассчитал, — и снова рассмеялся, только уже громче.       — Да, да, так я вам и поверил, — Стивен только улыбнулся, глядя на то, как ловко передвигает ногами дьявольский доктор. — И давай уже перейдём на «ты», раз уж наши демоны так сдружились, — как-то совсем неожиданно даже для себя предложил принц, стёрший ещё одну грань между ними.       Старк едва удержался на велосипеде, так как этот поворот событий был весьма неожиданным и не планировался им в ближайшее время, ведь этикет, этого требуют традиции и высшее общество, а тут на тебе. Стивен не переставал удивлять, и Тони надеялся, что он тоже имеет хоть какую-никакую власть над ним благодаря своему темпераменту и заинтересованности.       Он крепче вцепился в плечо принца и выровнял руль, делая глубокий вдох, вглядываясь в конец аллеи, откуда им нужно будет свернуть на дорогу и заехать в яркий город, чтобы дать волю страсти, рвущей Тони изнутри, и поделиться ею, как оказалось, с небесчувственным принцем.       — Хоть бы предупреждал, а то сейчас поехали бы в травмпункт, — возмутился Тони, проводя ладонью от лопаток до поясницы, и, убрав руку, вильнул передним колесом, вспоминая, как ребёнком любил гонять по узким улочкам и получать вслед крики о том, какой он идиото!       — Неужели мне удалось пошатнуть твою невозмутимость? — насмешливо фыркнул принц, спина которого горела от слишком жаркого прикосновения.       Тщательно сдерживаемые долгое время внутренние порывы рвались наружу, и Стив мог почти физически чувствовать, как рушатся и стираются те рамки дворцового этикета и поведения, в которые его загоняли с самого детства.       Но рядом со Старком было так легко, так упоительно и сладко, что принц не мог больше оставаться сдержанной ледышкой. Всё в нём кипело и жаждало жизни.       — Ну знаешь, все эти «Ваше Высочество» слишком напрягают меня. Я чувствую себя тем ещё подхалимом, так что невозмутимым я уже давно не являюсь, — тоже фыркнул Тони, сворачивая на узкую улочку, и, покатившись по маленьким ступенькам, приподнял задницу, чтобы не бить себя сиденьем. — Когда я впервые понял, где очутился, и когда на меня начали вести охоту твои кузины, первой мыслью было бежать без оглядки.       — В этом я тебя понимаю, мне и самому нет покоя от этих девиц. Карла постоянно задирает Джона, и эти споры меня доводят до ручки, — покачал головой принц, быстро съезжая со ступенек. — Что касается этикета… Я тоже не «выкаю» всем постоянно, это лишь вынужденная мера и обязательный атрибут официальных встреч. Предпочитаю более… неформальное общение, но его тоже не всегда удаётся соблюдать. Ай, — он махнул рукой, — это просто сводит меня с ума.       — А я? Я свожу тебя с ума? — бесстыдно спросил Тони, уже слыша громыхающую в центре города музыку и чувствуя нарастающее в крови давление.       Да у меня от тебя крыша едет, подумал Стив, но чёрта с два он признается об этом вслух.       — Твоё эго жаждет комплиментов? — вопросом на вопрос ответил он. — Скажем так… с твоим появлением моя жизнь стала более… сумбурной.       — Моё эго? О чём ты? Какие странные вещи ты говоришь, — усмехнулся Старк и ударил по тормозам, резко останавливая велосипед. Ловко соскочив с него, он завёз его в закоулок и из корзины, болтающейся над передним колесом, достал бутылку рома в бумажном пакете и несколько карнавальных масок, чтобы спрятать лица и быть инкогнито для всех, но только не друг для друга. Дождавшись, пока принц оставит и свой велосипед, он пошёл по мостовой на шум музыки, крики людей и веселье, туда, где обычно Тони чувствовал себя самим собой.       Когда они добрались до перекрытия и перемахнули через него, оказываясь в самом эпицентре сумасшествия и праздника по поводу сбора урожая, Старк надел Стиву на глаза чёрную маску, при этом лукаво щурясь, и, спрятав своё лицо под такой же, только белой маской, расплылся в счастливой улыбке, беря его за руку.       Слыша боевой клич разукрашенных полураздетых леди в перьях, чувствуя, как серпантин и конфетти щекочут шею и обнажённые руки, плавясь в жаре чужих тел и ощущая желание жить, стучавшее словно горным потоком в крови, перемежающееся вместе с пульсацией музыки, Энтони двинулся к самому центру площади поближе к фонтану.       Принц, немало удивлённый тому, куда попал, последовал за ним, принимая правила его игры. Стив вспомнил, что слышал о начале карнавала, но за все годы жизни в Ривере ему никогда не удавалось самому поучаствовать в подобном представлении.       Музыка разжигала в нём азарт и желание веселиться, а буйство ярких красок, мелькающих повсюду перьев и масок разного вида отдавалось бешеным стуком сердца.       Маска скрывала ото всех личность наследного принца, и он чувствовал себя потрясающе свободным, следуя за своими желаниями. Внезапно кто-то сбоку толкнул Стивена, и тот со всего размаху влетел в Старка, цепляясь за него руками, чтобы не потерять равновесие. Сильные руки оплели Тони поперёк груди, а принц прижался к нему со спины всем телом.       — Прости, — шепнул он на ухо своему Дьяволу.       Тепло чужого сильного тела подстёгивало в Старке желание быстрее заняться тем, что нравилось ему особенно сильно. Приподняв голову и сделав несколько глотков обжигающего рома из бутылки в бумажном пакете, Тони передёрнул плечами и положил свободную руку на ладони принца, при этом соблазнительно двигая бёдрами, распаляя.       — Почаще бы ты просил прощения, — выдохнул он, вглядываясь в девушек, танцующих сальсу на деревянном постаменте.       — Мечтать не вредно, — усмехнулся Стив, прижимаясь ещё теснее и отбирая бутылку у доктора.       Сделав пару глотков, принц зажмурился от ощущения обжигающей жидкости внутри. Голова кружилась, но не от алкоголя, а от хаоса, происходящего вокруг. Близость Старка пьянила сильнее рома, её хотелось постоянно, и он понимал, что только глубже втаптывает себя в пучину личного ада.       Стивен давно не танцевал. Нет, он, конечно, танцевал на приёмах и раутах скучные туры вальса, но вот по-настоящему отрывался он только на последнем курсе университета. Пришла пора вспомнить то, что было забыто.       Поудобнее перехватив Тони, принц начал двигаться в такт быстрой музыке, всё так же оставаясь грудью прижатым к спине Старка.       Старк моментально подхватил движения Стива, двигая бёдрами, следуя за быстрой мелодичной мелодией, звучавшей с его любимыми итальянскими мотивами диско-музыки из восьмидесятых годов. Он ласкал ладонями бёдра принца и прижимался теснее к его груди, а когда стало слишком жарко и какая-то разукрашенная девица потащила Тони в фонтан, он только и успел шепнуть своему принцу:       — Сегодня я буду танцевать для тебя.       Принц вскинул брови и хотел было последовать за ним, потому что ни на минуту не желал разрывать этот дьявольский контакт между ними, но толпа девушек вдруг окружила его, не давая пройти дальше. Стиву оставалось только не выпускать из виду своего искусителя.       Сбросив с ног сандалии, Тони перешагнул через бортик фонтана и погрузился в танец с головой. Штаны намокли до колен, брызги из рожков фонтана, переливающиеся разноцветными огнями, касались разгорячённой кожи рук и лица.       Смотря на принца через прорези в маске, он улыбался не только блестящими тёмными глазами, но и губами. Капли оставляли на его светлой голубой рубашке мокрые пятна, обещаясь в скором времени совсем её намочить, но Тони плевал на такие мелочи. Девушка в купальнике, позвавшая Энтони с собой, крутилась возле, трогая его за плечи, оглаживая предплечья, при этом сексуально качая бёдрами в такт миксу из бачаты и сальсы. Старк быстро подхватил её настроение, поднимая руки вверх, давая ей возможность ещё более тесно тереться о свои бёдра.       Музыка была оглушающей, крики людей ─ поглощающими, атмосфера вседозволенности пробуждала в Тони истинного Дьяволо, и он позволял своей сущности прорваться наружу. Будто графичный, словно на плёнке, он отдавался музыке всей душой. Намокшая рубашка полетела куда-то в толпу, влажные волосы прилипли к вискам, щёки разрумянились, ритм музыки ускорился, а движения бёдер стали более раскрепощёнными, как и прикосновения девушки.       Тони не спускал взгляда со Стива, касаясь узкой девичьей талии руками, и казалось, что он был везде, хотя стоял на одной точке, чтобы не потеряться из виду. Поворачиваясь вокруг своей оси, поднимая руки и плавно, но ритмично качаясь под брызгами холодной воды, Старк рассмеялся.       Жаркий, необузданный, босоногий и полуголый, влажный от пота и холодной воды, он перепрыгнул через бортик бассейна и, беспардонно растолкав толпу, взял принца за руку, утягивая его за собой обратно в фонтан.       Распалённый этим совершенно развратным и чудовищно эротичным танцем, Стивен полыхал, словно на него вылили ведро раскалённой лавы. Он не видел ничего более возбуждающего, чем полуобнажённый и горячий Старк, и нервы его, кажется, были на пределе.       — Ты… так двигаешься… — хрипло прошептал принц ему на ухо, без стеснения прижимая к себе, притираясь бёдрами, чувствуя, как пульсирует по всему телу желание не выпускать из своих рук этого Дьяволо.       Музыка снова сменилась, на этот раз зазвучал всеми любимый Рики Мартин. Раскрасневшийся и совершенно потерявшийся в своих ощущениях Стив стянул кофту, которая только мешала ему, и утянул Тони в водоворот тактильного безумства, называемого парным танцем.       Не переставая улыбаться, чувствуя себя ополоумевшим дотторе, которому самому лечиться надо, Тони принял правила игры наследного принца, начиная быстро двигаться, одновременно помогая ему избавиться от ненужной футболки. Его руки были везде, они касались обнажённой кожи Стивена в самых неожиданных местах.       Вот он пощупал горячие бока, тут же перекинулся на широкие плечи, оглаживая руки до запястий, скользнул по влажной груди, цепляя пальцами твёрдые горошины сосков, сжал напряжённые бёдра, грозясь оставить синяки под одеждой на бледной коже, и толкнулся навстречу, показывая, как Стив влияет на него.       Он задыхался от переполнявших его эмоций, и в тот же момент Тони ещё никогда не дышал настолько полно и легко. Движения из зажигательных перешли в какое-то сексуальное безрассудство, он двигался так, будто предлагал себя, изредка откидывая влажную чёлку со лба и растягивая губы в пошлой ухмылке. Глаза в глаза, и только руки, соблазнительные порочные касания и греховные покрасневшие губы. Старк. Это Старк.       Принц уже ничего не соображал от охватившего его жара и едва сдерживаемого желания вжать Тони в любую плоскую поверхность. Вообще в любую поверхность. Он тяжело дышал, зрачки затопили радужку, а внутри них плескалось адово сборище демонов, жаждущих пищи.       Стив трогал, гладил, стискивал Старка в своих руках, а его улыбка, больше похожая на хищный оскал, говорила о том, как всё происходящее ему нравится. Ощущая ответную реакцию доктора, Стивен уже не скрывал своего возбуждения, и если ему суждено сгореть в этом пламени, так плавиться он будет не один.       Кто-то подошёл к диджейскому пульту, и зажигательные звуки латино сменились чуть более спокойной, но не менее зажигательной мелодией. Видимо, ди-джей решил дать народу небольшую передышку, а парочкам возможность пообниматься друг с другом. Стива трясло, и даже смена ритма не помогла ему успокоиться.       Тони умел танцевать, не зря же он столько лет ходил в танцевальную школу, поэтому Старк сбавил ритм и, приобняв Стива за плечи, позволяя положить ему тёплые ладони себе на талию, начал более спокойно покачивать бёдрами, двигаясь вокруг. Было слышно плеск воды, слышно, как стучит сердце в груди, и даже слышно пульсирующее в венах желание продлить эту ночь, потому что жарко и ослепительно сумасшедше.       — Твои демоны накормлены? — поинтересовался он, сплетая пальцы в замок за его шеей, притираясь бёдрами теснее.       Ага, конечно. Да они воют от голода, хотелось ответить принцу. Этого им было мало.       — Не думаю, — ответил Стивен, чуть успокаиваясь, стараясь взять под контроль хотя бы бесновавшееся возбуждение. — Но им, определённо, уже лучше. А что насчёт тебя?       Старк окинул его недоверчивым взглядом, как бы говоря, о чём ты? Ты себя в зеркало вообще видел?       — Только когда уложу тебя на лопатки, возможно, добьюсь молчания хотя бы минут на двадцать, может, тридцать, до следующего раза, — ухмыляясь проговорил он и, приподнявшись на носочках, коснулся носом его носа. — Я ведь могу не только танцевать для тебя, — шепнул он, опаляя губы Стива горячим дыханием, пропахшим ромом.       Слишком очевидна была реакция принца. Его тряхнуло так, что он вцепился в Старка ещё сильнее, и, скорее всего, у Тони останутся синяки на боках.       — Что… ещё? — голос отказывался подчиняться Стиву, а сердце снова зашлось в приступе тахикардии.       Он был так близко, так… Губы принца едва-едва коснулись губ доктора, а кончик языка лизнул соблазнительный их уголок, распаляя, дразня, не решаясь стереть последнюю грань, за которой уже не будет видно света.       Старка повело, буквально на секунду его подкинуло куда-то вверх прочь из тела, а потом с оглушительным хлопком вернуло обратно. Он любил целоваться, даже больше, чем заниматься сексом, поэтому ощущения захватили его с головой. И, видимо, каким-то образом они со Стивом уже преодолели рубеж «не выходить за рамки приличий», и он усмехнулся, не собираясь раскрывать все свои тайны.       — Могу раздеться для тебя. Совсем, и позволить трогать меня везде, — прошептал Энтони, слегка отклоняясь и касаясь губами уголка его губ, затем щеки и скулы, следуя к уху, как недавней ночью. — Могу дать тебе растапливающие лёд прикосновения или уносящие за грань бытия вздохи, — шепча сказал он, чувствуя нарастающую дрожь в теле принца, и, прижавшись губами к его шее, мягко прикусил кожу.       — О, замолчи… — застонал Стивен, откидывая набок голову, давая больший доступ к шее. — Нет, продолжай… Нет… Нельзя. Мне этого будет мало, ми белла Дьяволо, — прохрипел он, чувствуя на себе ещё один укус.       Если они не остановятся, это доконает его. Хотя о чём он? Стив уже был на грани и вообще не помнил, когда с ним случалось подобное. Кровь шумела в ушах, а левая рука, живущая собственной жизнью, поглаживала Старка по груди, задевая твёрдые соски.       Покрывая поцелуями шею, прихватывая губами кожу, Тони тихо застонал, чувствуя пальцы, сжимающие сосок. Возбуждение прокатилось от пяток по позвоночнику и до макушки, покрывая тело мурашками. Он спустился чуть ниже, вставая на полную стопу, и жёстко укусил его возле ключицы, оставляя красный след от зубов. Дыхание пережало, и, оторвавшись от своего занятия, Энтони поднял голову заглядывая принцу в глаза, видя шальной блеск.       — Вот когда будет можно, тогда… я коснусь тебя между ног, опущусь перед тобой на колени и покрою поцелуями внутреннюю сторону твоих бёдер, а затем… — взяв тональность голоса пониже, он перешёл с шёпота на полушёпот и ухмыльнулся.       — Минькья (грубое короткое экспрессивное выражение)! Каццо! — Стив сорвался на итальянские ругательства, выбираясь из фонтана, и вжал Старка в первое попавшееся на пути дерево, стоявшее на площади в относительной близости от них. Видимо, страсть парней никто не заметил, потому что они ни на что не наткнулись и никого не сшибли.       Губы пересохли, и он облизал их, опускаясь к шее Тони, повторяя его движения, проделанные минутой ранее с ним. Принц не знал, сколько ещё продержится в таком состоянии, удерживаясь от опасного, но такого желанного шага навстречу. «Я ведь на половину итальянец, влюбляюсь и быстро забываю», ─ пронеслись в его мыслях недавние слова доктора. Именно это останавливало его, потому что ходить по грани и тянуть время лучше, чем получить и потерять интерес. А в том, что интерес Старка угаснет сразу же, как между ними что-то произойдёт, Стивен почти не сомневался.       Но сопротивляться живому и чувственному итальянцу было неимоверно трудно, и принц уступил себе, оставляя на шее весьма яркую и видную метку. Так-то.       Старк выгнулся в его руках, отдавая поводья управления ситуацией лишь на некоторое время, и вплёл пальцы в светлые прядки волос на макушке Стива. Он бы задохнулся сию же секунду, потому что тёплые губы и горячее дыхание принца, который не был деревянным, но всё ещё был упёртым мулом, что-то заводили внутри него, будто задевали какую-то давно не использующуюся струну, давая шанс послушать издаваемый ею звук.       — Мадре дио, ты только что ругнулся, — выдохнул он, приоткрывая глаза, как в трансе наблюдая за танцующими людьми, за яркими дискотечными огоньками, конфетти и серпантином, будто спускающимся с небес. — Ох, это так горячо, мой принц, так горячо, с ума сойти можно.       Откуда-то со стороны колонок раздался голос ди-джея, и музыка стихла на несколько тонов. Он призывал двух мужчин на сцену, чтобы они получили свой приз, который выиграли по поводу лучшего и самого горячего танца. Старк не сдержался и рассмеялся, услышав: «светловолосый парень в чёрной маске» и «темноволосый парень в белой маске», а следом: «прошу подняться на сцену, потому что это было жарко».       Стивен не сразу понял, что речь идёт именно о них. Пребывая в эйфории от всего происходящего, он расфокусировано посмотрел на Тони, а потом перевёл взгляд на сцену. И почему именно сейчас? Светить стояком как-то совсем не хотелось, да и отрываться от горячего и желанного Дьяволо тоже.       — Это он о нас? — для верности уточнил Стив, наклоняясь к Тони, кивая в сторону ди-джея.       — О нас, кажется, — усмехнулся Старк и, взяв его за руку, начал проталкиваться через толпу.       Оказавшись на сцене, слегка смущённый Стив и разнузданный Тони, улыбающийся широкой улыбкой, помахали руками. Раздались крики и хлопки людей, собравшихся на карнавал по сбору урожая, а ди-джей разошёлся и начал расспрашивать парней об их отношениях. Старк, у которого до сих пор крепко стояло, расплылся в хамоватой ухмылке и сообщил ему о том, что Дьяволо ещё не охомутал всех демонов в этом упёртом муле, но уже близок к этому. Послышался смех, и Тони крепче сжал ладонь Стива, прижимаясь к его груди спиной. Поболтав ещё минуты три, заводной парнишка с выкрашенной в розовый цвет чёлкой, руководящий сегодняшним выбором мелодий, вручил лучшей паре вечера бусы из камелий и бутылку холодного шампанского. Пожелав всего хорошего и возжелав встретить парней ещё раз, только на следующий год, он снова включил Рики Мартина, только уже другую песню, а Стив и Тони спустились со сцены, и, оказавшись за ней, Энтони заглянул принцу в глаза, держась за его бусы из цветов.       — Тебе хорошо? — спросил он громко, чтобы его услышали.       — Боже, да! — принц попытался перекричать музыку, бьющую по ушам. — Пойдём туда, где потише, — добавил он и потянул Тони за собой, петляя через толпу танцующего народа.       Всё ещё слегка смущённый он шёл вперёд, думая о том, что очень не скоро забудет эту ночь. Это было так же, как и кататься ночью на байке со Старком: волнующе и очень горячо.       Странно, но возбуждение не утихало, и Стив всё ещё был на взводе, а рука его стискивала ладонь доктора, не давая им потеряться.       Держась за руки, они минут через семь добрались до узкой улочки, где оставили велосипеды. Тони думал, что он не может чувствовать всё это к принцу, для которого заказан путь в короли, но получалось совершенно иначе. Мог думать, думал и не перестанет думать. Голова гудела, руки дрожали, а сердце стучало быстро и сильно. Он несмело отцепился от чужой тёплой руки и откупорил бутылку, из которой рванул целый фонтан белой пены. Ловя её губами, Энтони рассмеялся и притянул Стива за шею ближе к бутылке, давая и ему напиться игристым вином.       Принц подхватил его заразительный смех и сделал несколько жадных глотков. Потом ещё несколько — оказывается, он очень сильно хотел пить. Растрепав волосы Старка свободной рукой, Стивен сказал:       — Спасибо за эту ночь, Тони. Это было потрясающе. Как глоток свободы в давящих на меня стенах дворца. Мои демоны всё ещё голодны, но всё это, — он сделал неопределённый жест рукой, — это очень хорошо.       — Рад стараться, — насмешливо отозвался Тони, проводя ладонью по его влажной груди, и, прижавшись всем телом, уложил голову ему на плечо. — Хочешь, мы можем встретиться ещё. Может быть, раз, может быть, два. Дьяболико дотторе… хочет утешить твоих демоне, — пробормотал он, вдыхая сладковатый аромат шампанского, запах пота и тела принца, который вызывал в нём трепет и желание вылизать каждый изгиб.       — Я бы хотел, да… Да, — Стив даже не раздумывал с ответом.       Ему нужен был доктор, как необходимая микстура, как доза для начинающего наркомана. И если до сегодняшней ночи ещё был шанс всё прекратить и заставить себя не думать, то сейчас этот шанс был равен нулю. К чёрту последствия, они и так будут, они уже есть, и с этим поделать ничего нельзя. Сходить с ума в одиночку или вместе? Ответ был слишком очевиден.       Принц наконец снял свою маску и заскользил ладонями по лопаткам Тони, зарылся пальцами в его волосы, заставляя приподнять голову.       — Ты точно дьяволо, — хрипло прошептал он, заглядывая в горящие огнём глаза. — Э ин лей ла миа морте (и в тебе моя погибель).       Эти слова растеклись отравой по крови, но тем не менее желанной отравой. Стив будто что-то впрыснул ему в вену, заставляя внутреннее «я» корчиться в муках. Тони подавил вздох и коснулся губами губ в целомудренном поцелуе. Хотелось больше, как можно больше, чтобы здесь и сейчас, на дорожке, мощёной камнем, чтобы стоны эхом отбивались от стен, а дрожащие пальцы срывали остатки одежды. Но он отстранился, оставляя на его губах влажный след и запах шампанского, и взялся за свой велосипед.       — Смотри на меня, когда мы одни, так, будто я самое желанное на свете, и, когда мы не можем быть наедине, не забывай смотреть, может быть, ты и сам в это поверишь, — тихо сказал он и, оседлав велик, поехал не вверх по Лапьяди, чтобы вернуться домой, а вниз, так как хотелось побыть одному и насладиться морскими пейзажами. — Добрых снов, мой принц!       — А что мне делать, когда я в это поверю? — тихо спросил Стивен, ощущая подступающую к горлу горечь.       Слишком много стоит между ними. Слишком разные жизни, цели, задачи. Ответственность.       Может быть, раз, может быть, два, сказал Старк. А если втянет без возможности притормозить? Что будет тогда? Принц сел на велосипед и направил его к дому. Чувства и мысли смешались в противоречивый странный коктейль, мешающий думать и делать выводы. Была ли эта ночь особенной? О да. И эти воспоминания останутся с ним надолго.