Шепот Дьявола

      Тони вернулся домой далеко за полночь. Честно, он даже не помнил, как Локи довёз его до дома, как завёл в прихожую, как они прощались, даже как он просил его остаться, потому что один не справится. Всё это вылетело из пьяной головы королевского дотторе, стоило только Брюсу спуститься и принять свою ношу. Что-то громко восклицая на итальянском, он перебудил прислугу, поднял Джарвиса, который выглядел подавленно из-за состояния любимого крестника, и маму. Мария будто впервые видела своего сына.       Только когда Брюс угомонил Старка, помог ему освободить желудок и напоил кислой водой, он более-менее пришёл в себя. Его лихорадило, пальцы сжимались и разжимались, а взгляд метался из угла в угол. Оглаживая его лоб холодным полотенцем, Беннер шептал Марии, что Тони совершенно не умеет пить, ему нужно немного поспать, и с утра всё вернётся к обратному, то есть к адекватному Старку. Отослав её поспать, он присел к нему на кровать, не желая уходить куда-то и оставлять его одного, и уснул.       Уже с утра, когда Тони одолела жажда и он продрал глаза, то увидел рядом с собой маму и Брюса, стоявшего рядом с шипучкой в стакане и большим графином лимонада с кусочками колотого льда на дне.       — Господи… — прохрипел Тони, приподнимаясь на локтях. Выглядел он встрёпано, дергано, даже испуганно, потому что вчерашний день и вечер плюс желание напиться, которое, не раздумывая, исполнил, вытрепали ему все, абсолютно все нервы. — Мама, Брюс… простите меня.       — Ничего, всё хорошо, — ответил Беннер и, всучив ему стакан с шипучкой, подтянул на нос очки. — Мне нужно в лабораторию, отсидись, а вечером я приду и расскажу тебе о результатах исследований. Миссис Старк, — он коснулся хрупкой женской ладони губами и, слегка покраснев, вышел.       — Мам… я не хотел, правда… я даже не помню… не помню… — он покачал головой, и в затылке стрельнул спазм. Неохотно осушив бокал и дрожащими руками наполнив бокал лимонадом, он тихо выдохнул, чувствуя себя умершим, словно сдувшимся, как воздушный шарик. Больно. Отчего же так больно? Брось. Брось эти проклятые мысли, перестань сохнуть. — Мама…       — Мальчик мой… — Мария наклонилась и поцеловала его в лоб, а взгляд её был печальным и встревоженным. Всю ночь она не могла спать и, несмотря на уговоры Брюса, так и не сомкнула глаз. — Тони, что же с тобой случилось? Ты так напугал меня вчера, мой милый. Тише, тише, просто полежи так, хорошо? А я побуду рядом с тобой, ми анджело, — она успокаивающе погладила его по голове.       — Мама… я надрался, как свинья… нет, хуже, как Индеец Джо из старой книжки детства, — выдохнул Энтони, чувствуя ужасный привкус будто перегнившей выпивки во рту. Он сделал несколько быстрых глотков лимонада и отставил стакан на тумбочку. Отодвинувшись к стене, пытаясь утешиться материнским теплом, притянул Марию к себе и прилёг ей на грудь, пряча лицо в складках её платья. Он не знал, можно ли о таком говорить и стоит ли вообще, ведь ничего теперь не исправить… Ведь у него не осталось ни единого проклятого шанса вернуть своего принца. — Мам… мне почему-то очень больно в груди… — шепнул Тони и тяжело вздохнул.       Сердце миссис Старк сжалось от его слов. Дети! Ну что же ещё случилось между ними? Почему-то она ни капли не сомневалась в том, что виной сегодняшнему состоянию её сына был принц. И что же на этот раз они оба натворили?       — Ну что же ты, ми белла, что же… — прошептала Мария, качая головой. — Расскажи: что произошло? Ты… поругался со Стивом? Он обидел тебя?       — Мам… — пальцы его сжались у матери на запястье, и он крепко зажмурился, пытаясь отрезвить себя. В голове всё ещё шумел лёгкий алкогольный ветер, а в желудке бушевал кислый скитлс, обещавший устроить ему радугу. — Он спал с Шерон, и она… она… забеременела от него. Четыре недели.       — О, Мадре дио! — воскликнула она, не сдержавшись.       Новость повергла в шок даже такую привыкшую к дворцовой жизни женщину. Много всего случалось на её глазах, каких только случаев не было, но вот этого она никак не могла ожидать. В последнее время Тони чуть ли не светился, как лампа Аладдина, а принц был частым ночным гостем в их доме. Разумеется, он снова лазал по решёткам и не заходил через дверь, хотя всем и так было понятно и, между прочим, даже слышно. И тут такая новость.       — А ты… ты точно уверен? Мне казалось, что вы… что у вас всё серьёзно? Может, это не так? То есть… Он тебе сам об этом сказал? Или ты их… видел?       Тони закусил нижнюю губу, пряча лицо ещё глубже в оборках платья. Он вдыхал сладковатый цветочный аромат «черутти» и думал о том, как было бы хорошо вновь оказаться маленьким, уехать в Америку, жениться и родить детей, чтобы никогда в жизни больше не возвращаться в Белиспонду, которая отбирала у него всё самое ценное и самое важное. Отца, мечты, сердце, теперь ещё и принца. Если мама оставит своего маленького дотторе, наверное, он тоже оставит всех.       Настолько депрессивное состояние для него было невообразимой редкостью, кажется, что такого в его жизни вообще не случалось ни разу. Покусывая губу и вспоминая счастливые большие глаза наречённой невесты, её припухшую грудь и анализы… ощущал лишь скручивающийся узел обиды глубоко в груди. Он как шип на розовом кусте. Особенный, самый длинный, когда попытаешься сорвать цветок, тот обязательно царапнет тебя глубже других шипов.       — Я делал анализы… ей. Сам. Я трогал её и… месяц назад мы со Стивом договорились о том, что он придёт ко мне, или я приду, но Шерон… попросила починить его фен, и в эту ночь… мы не встретились. А утром… он прикинулся больным, сказал, что болит голова и вообще не помнит, что обещал мне позвонить, ещё и обозвал сумасшедшим. А вчера… возмущался так, словно я всё выдумал! А ведь он не позвонил, мама, и остался с ней… там… один… и теперь у неё срок четыре недели… Он сказал… что я верю ей, а не ему, да как он мог? Он обманул меня… выбрав ночь с ней, чтобы сделать… наследника… а я… я… — Тони задохнулся воздухом, а все его слабости оголились, словно порвавшаяся линия электропередач.       — Мой мальчик, ми белла анджело, — прошептала Мария, прижимая его к себе. — Так… так бывает, может, вы… — она и сама не знала, что сказать, но чувствовала, что сын нуждается в успокоении. — Если он так поступил, то ты имеешь право злиться, мой хороший. Ты зол и испуган, тебе больно, но всё пройдёт, нужно только немного времени. Ты должен успокоиться и всё обдумать, такое нельзя решать в подобном состоянии. Я очень удивлена, мне казалось, что у вас всё хорошо. И я видела, как Стив… как он трепетно относится к тебе, и вот так вот всё обернулось, — миссис Старк прикрыла глаза и снова поцеловала своего любимого сына. — Вам обоим стоит немного успокоиться и поговорить. Нет, нет, не возражай. Я уверена, что вы просто кричали друг на друга, а нужно было разобраться. И… я поговорю с Сарой, она должна быть в курсе того, что происходит в её доме. Знаешь, мне не нравится эта Шерон. Ангельские глазки, но что-то в ней есть такое… отталкивающее. И вся эта история… Странно всё это, ми анджело.       — Мне нужно кое-что доделать, и я собираюсь… вернуться с Брюсом в Нью-Йорк, — тихо сказал Тони, боясь расстроить мать ещё больше. Он слушал её, понимал, что в какой-то степени она права: он действительно обижен и испуган так, как никогда ещё не был, ведь как собрать себя по крупицам, которые так добродушно раздарил? Прав был отец: не стоит действовать от сердца, нужно быть… как железо. — Не знаю, сколько времени я там пробуду, но я вернусь к тебе, мам. Правда. Просто… я не хочу его видеть, знать о нём не хочу, думать… даже думать не хочу. И не могу. Он как будто… выдрал из меня что-то. Чёртов кретино. Упёртый муло. Как мне коснуться к нему, когда его руки… трогали чужое тело? Он ведь говорил… что только я в его душе. Патетико ментиторе (жалкий лгун)…       — Не делай поспешных выводов, Тони, — вздохнула Мария, ласково касаясь его щеки. — Отдохни пару дней, я скажу Саре, что ты заболел. А потом… если всё так же будешь хотеть уехать, — она покачала головой, совсем не желая снова терять сына. Но и держать его не могла. — Всё в порядке, я пойму и буду ждать тебя здесь, ты же знаешь: я всегда буду рядом с тобой, мой милый. Я на твоей стороне, чтобы ты ни решил и как бы ни поступил. Просто подумай, ладно? У тебя есть время.       — Мама, сначала у меня было время до помолвки, теперь у меня время до свадьбы и рождения ребёнка, а дальше что? Ждать, когда они состарятся и она умрёт? Нет… нет у меня времени! — шипя прошептал он, сжимая пальцы на её запястье, не больно, просто ища опоры для себя. Её тепло, вкусный аромат духов, сердцебиение и щекочущие нос оборки платья были тем самым, чего он хотел больше всего на свете. Но эта проклятая чёртова страна, эти ненавистные грубые люди, дворец — всё это настолько сильно пробило в нём брешь… что ему нужно было глотнуть свежего воздуха. И забыть Роджерса со всем причитающимся к нему добром. — Вот как… он залазил на неё, так пусть и вертится с ней всю свою жизнь.       Миссис Старк нахмурилась, но не стала больше ничего говорить на эту тему. Вся ситуация была какой-то мутной и странной, но лучше она сама разберётся в этом, а Тони пока пусть отдохнёт. Он очень обижен и в таком состоянии не способен адекватно воспринимать всё и делать выводы.       Решив, что сегодня же навестит Сару, Мария обняла сына и прошептала:       — Хорошо. Хорошо, мой мальчик, ты сам решишь, как тебе поступить. Но пока ты будешь отдыхать, а я испеку тебе печенье и приготовлю морс… от твоего похмелья надо избавиться, — она улыбнулась и пожурила пальцем. — Не дело это. Так что ты лежи и отдыхай, а ещё лучше, поспи, а то всю ночь в бреду провёл. А я спущусь на кухню. Будешь слушаться меня сегодня?       Тони приподнял голову, приоткрывая мутные, затуманенные злыми слезами глаза, и беспрекословно кивнул ей.       — Я буду послушным, тем более… у меня дрожат ноги и руки, я не смогу выйти из дома… в таком состоянии. Мам, сделаешь мне сливового мороженого? — спросил он, с надеждой заглядывая в её красивые медовые глаза.       — Какое мороженое, тебе бы морса горячего, а то вон, голос хрипит, — возмутилась Мария, но, видя преданные и ласковые глаза сына, не смогла устоять. — Будет тебе мороженое. Только поспи сначала. А потом всё, что захочешь. Давай, я укрою тебя, — она выбралась из его объятий и, встав, поправила одеяло. — Спи, ми белла Тони. А как проснёшься, я буду рядом, — и поцеловала его в лоб.       — Я люблю тебя… очень, мам, — выдохнул он, касаясь пальцами её нежной ладони, безотрывно смотря ей в глаза. — Спасибо, что ты у меня такая… моя.       — Я очень тебя люблю, мой мальчик. Закрывай глаза, — миссис Старк улыбнулась ему и, погладив по голове, вышла из комнаты, осторожно прикрыв за собой дверь.

***

      Мария провела полдня с сыном до того момента, пока не пришёл Брюс, и только тогда смогла ненадолго прилечь отдохнуть. Усталость всё-таки взяла своё, да и бессонная ночь наложила свой отпечаток.       Проснулась миссис Старк уже вечером и, взглянув на часы, покачала головой. Вроде бы только хотела вздремнуть, а уже без четверти восемь. Позвонив Саре, Мария услышала её взволнованный голос и попросила о встрече. Кажется, королева была не менее обеспокоена случившимся, но по телефону они не стали разговаривать об этом.       Уже через полчаса Мария поднималась вверх по дворцовой лестнице, наблюдая необычную для этого времени суток оживлённость. Охрана бегала туда-сюда, она попыталась остановить Хэнка и спросить, в чём дело, но тот нёсся мимо с такой скоростью, что наверняка её не заметил. Постучав в личные покои королевы, миссис Старк открыла дверь и зашла в небольшую гостиную.       — Сара? Что-то произошло? — спросила она и подошла к подруге.       Королева оторвалась от созерцания книги, которой она пыталась успокоиться, и, заметив подругу, натянуто улыбнулась ей, понимая, что в происходящем определённо замешан Тони. А те слухи, что дошли до неё утром, говорили отнюдь не о хорошем.       — Стив сорвался с места, и его уже сутки не было видно, — сказала она, откладывая книгу, и похлопала по месту рядом с собой. — Не могу быть уверена в том, что слухи правдивы, но… возможно, что…       — Я знаю, в чём дело, Тони мне… рассказал, — Мария присела возле неё и тихо вздохнула. — Они… Постой, а что ты уже знаешь?       — О том… что Стив исполнил свой долг… а Шерон забеременела, только ленивый не знает. Особенно здесь, но боюсь, что это вынесут за пределы дворца, — она нервно потеребила складки на ситцевом платье и заглянула Марии в глаза. — Я не знаю, нужно ли верить этому… ведь Стив… у него был долг только перед Тони, а перед невестой… Знаю, что он ничего с ней не хотел, но, видимо, даже на хромую кобылу…       Миссис Старк передёрнула плечами. Не нравилась ей эта Картер, от такой тихой девочки всего можно было ожидать.       — Тони пришёл… Правильнее сказать, что его принесли вчера ночью пьяным. А сегодня он рассказал, что узнал про беременность Шерон, но говорит, что Стив всё отрицает, и они вчера, как я поняла, расстались на не самой лучшей ноте, — Мария прикусила губу, даже не зная, что уже и думать. — Тони сказал, что её срок четыре недели, говорил ещё что-то о том, что как раз в ту ночь они не были вместе, но я не знаю, чему верить. Мы обе с тобой видели, как они сходили с ума друг по другу, и я думаю, что что-то здесь нечисто.       — Мы же не можем залезть ей под юбку и узнать, правда ли она спала с моим сыном или нет? Достаточно и того, что она… Мария, она же беременна, это ведь… прямое доказательство, что между ними что-то было, или, возможно… у неё было с кем-то другим, но, послушай, они ведь и правда могли переспать. Шерон… не самая страшная девушка, в конце концов, он собирался с ней жить. Может быть, Стив думал… что одного раза хватит? Точнее… — Сара прочистила горло и продолжила: — Что если он пытался таким образом отвязаться от неё? Только забыл о контрацепции? Надеялся, что она перестанет давить, ведь никто не знает, как у них на самом деле?       — Я уже не знаю, что происходит, Сара. На Тони смотреть невозможно, он бледный, трясёт всего. Говорит об отъезде в Америку, но я так не хочу отпускать его, — пробормотала Мария, печально смотря на неё. — Не переживай, Стив вернётся, он очень ответственный, а в его состоянии ему нужно время, чтобы как-то уложить в голове всё произошедшее. Беременность это не шутки, тем более скоро ведь свадьба.       — Я больше всего боюсь, что он… Что теперь из-за своей оплошности будет сам страдать. Ведь переспать с ней… Ну как можно было переспать с невестой и не знать об этом? Или пытаться оправдать себя? Просто ведь так… не займёшься любовью с человеком, — она покачала головой. — Это где-то за гранью реальности, а потом ещё разругаться с Тони… может, он пытался врать ему, усугубляя ситуацию? Он не трус, но, почуяв жареное… — королева положила ладонь подруге на колено, пытаясь найти опору. — Я не понимаю. Что со Стивом? Почему он вдруг так поступил? Я не верю, что он мог наплевать на свои же чувства, но… из-за отца… или из-за будущего страны… Мария, я не знаю. Может, это всё сон? Полнейшая глупость?       — Вот что, дорогая, — миссис Старк погладила королеву по ладони, чтобы хоть немного поддержать её. — Когда вернётся принц, поговори с ним. Я думаю, тебе он скажет правду и не станет лгать. И если действительно он спал с девочкой, то… То тогда у наших мальчиков крупные неприятности. Я не знаю, к лучшему это или к худшему, один Дио знает это. Их судьба в его руках, милая, а мы только можем поддерживать и любить наших мальчиков, быть рядом с ними и помогать. Я очень боюсь, что Тони снова уедет и не вернётся, а Стиву будет больно. Если бы мы могли что-то сделать, хоть чем-то помочь… — голос Марии был взволнованным, в нём сквозило неприкрытое беспокойство и растерянность.       Сара уже подумала о самом худшем. Тони уедет, а Стив сорвётся, ведь столько лет жить в ограничениях, а потом получить хоть что-то приятное и для себя и по собственной же ошибке взять и лишиться этого. Мало приятного в ситуации, раскрывшейся перед ними розовым бутоном со змеёй внутри. Тяжело вздохнув, она кивнула Марии и услышала звук мобильного. Быстро взяв его в руки и ответив, слегка расслабилась, стоило ей услышать голос Сэма Уилсона. Парень был немного взволнован, но передал, что со Стивом всё в порядке и он гостит у него. Скоро вернётся. Королева передала, чтобы он перезвонил ей и не смел травмировать и поднимать нервы матери и отсиживаться там, иначе она сама приедет. Сговорившись на этом, Сара отложила телефон и посмотрела на подругу.       — Ну вот… ты слышала, он у своего друга в Мон-Гро, вроде бы ничего, вчера приехал, скоро вернётся. И что я у него спрошу, Мария? Переспал ли он с Шерон? Это же… О таком в лоб не спросишь, всё же у него должна быть личная жизнь, пусть она и была… как оказалось, на две линии фронта.       — Слава богу, он в порядке, — с облегчением произнесла Мария. — Остынет и вернётся домой. Надеюсь, что Тони тоже остынет и не надумает срываться и бросать всё здесь. Работу, дом… — любовь, хотелось добавить ей, но в той ситуации, которая сложилась, её сын, скорее, бросит всё, лишь бы не думать о любви, причинившей ему столько боли. — Может быть, он сам расскажет тебе? Насколько я знаю, мальчикам трудно держать всё в себе, им нужен тот, кто поддержит и выслушает. Не знаю, Сара, это всё очень грустно. И вроде бы всё разрешилось, запретных отношений больше нет, но… не могу я видеть, как они страдают.       — Теперь я и думаю, а правы мы были с тобой, запрещая им эти отношения? — Сара покачала головой снова, вспоминая очную ставку с Тони у сына в покоях. Тогда он казался… живым, да и Стив тоже. Она даже боялась представить, каким вернётся её родной мальчик от Сэма. Будет ли он в порядке настолько, чтобы продолжать вести дела?       — Я понимаю, о чём ты, — кивнула миссис Старк, нервно поправляя складки на платье. — Почему-то в наше время нам было проще. Ты встретила Джозефа, и у вас всё так удачно сложилось, а я была счастлива с Говардом, — при упоминании мужа выражение её лица стало ещё печальнее. — А что Джозеф? Он уже в курсе этих слухов?       — Он сам не свой последнее время, рычит почему-то, срывается на прислугу, недавно устроил разборки с Ксавье. Чарли замечательный мальчик, но муж узнал, что он встречается с Леншерром, и вот куда это привело. Увидел, как Эрик целует его перед тем, как разойтись. И это, ты представь… из окна, не где-то в замке. Никогда не думала, что в пятьдесят лет он станет настолько яростным гомофобом, — пробормотала королева, смотря на большие круглые часы на стене. — А слухи, я не могу быть уверена в том, что он их не слышал, но, по крайней мере, молчит. Не комментирует.       — Боюсь представить, что будет, если он узнает об отношениях Стива и Тони, — Мария тоже взглянула на часы. — Мне пора, дорогая, хочу быть рядом с сыном. Не нравится мне всё это, ой не нравится, — она обняла подругу и поцеловала её в щёку. — Если что-то узнаешь, от Стива или вообще, сообщи мне. Ещё не знаю как, но всё должно уладиться, обязательно.       Сара погладила Марию по плечу и встала с дивана. Проводив её до двери, она подарила подруге тёплый взгляд, чувствуя, как тревога внутри разрастается до размеров айсберга, который помешал Титанику дойти до назначенного места.       — Я дам тебе знать, как Стивен вернётся домой, и, если мне удастся с ним поговорить, я всё расскажу. Передавай Тони большой привет, будь осторожна, — попрощалась королева.       — Конечно, милая, я передам. Береги себя, — шепнула миссис Старк и направилась домой.