Бонус 1. Полное доверие
17 октября 2016 г., 08:14
— Вас подождать, Ваше Высочество? — спросил водитель, когда чёрная тонированная «ауди» остановилась у дома Старков.
— Нет, Джеймс, на сегодня ты свободен, я не вернусь домой до завтрашнего утра, — ответил Стив, отстёгивая ремень безопасности. — Если что, я позвоню.
Он вышел из машины, достал костыли и небольшую коробочку ещё тёплого печенья в шоколадной глазури. Это был первый официальный визит в дом Тони не по решётке в спальню, не прячась, а как все нормальные люди — через входную дверь. Принц не то чтобы волновался… Хотя нет, он волновался. Это не было званым ужином или обедом, но миссис Старк была дома, а Стивен планировал остаться у Тони до утра. Немного неловко впервые в качестве бойфренда, которого не прячут, и, признаться, он нервничал. Мария всегда относилась к нему по-матерински тепло, но одно дело, быть другом семьи и принцем, а совсем другое, приходить в дом как партнёр её сына.
Поднявшись на крыльцо, Стив пару минут потоптался на месте, ругая себя за дурацкое смущение и необоснованное волнение. Да что такого-то? Он бывал здесь очень много раз, и сейчас ничего не изменится? Ведь правда?
Выдохнув, он взял себя руки и нажал кнопку звонка, по-детски наивно полагая, что, может быть, Мария вышла куда-то, а он может проскочить в комнату Тони совсем незаметно.
Миссис Старк распахнула дверь и крикнула Джарвису через плечо, что он должен, просто обязан сопроводить её к подругам, где её будут ждать Сара и остальные дамы из цветочного клуба для вечерней игры в карты. Услышав неохотное бормотание, но всё-таки согласное, она обернулась на дверь, и сначала её глаза удивлённо расширились, а потом Мария довольно-таки широко и искренне улыбнулась.
— Ты пришёл, Стивен! — воскликнула она, всплёскивая руками. — Ну проходи, что же ты, не стой на пороге, — её тёплая рука коснулась его руки, и она буквально втащила его в холл, не обращая внимания на гипс и костыли. — Как дела, мальчик мой? Всё ли у тебя хорошо? Ты… к Тони, да? Хочешь чаю? Или, может быть, ты поужинаешь? Мы только-только вышли из-за стола и… собственно, пока ещё не разбирали. Ох, что же я, — Мария прижала ладонь ко рту и тихо фыркнула. — Ты же… на костылях, Мадонна миа.
— Всё в порядке, миссис Старк, я уже привык. Это как вторые ноги, — улыбнулся принц, протягивая ей коробку с печеньями. — Хэппи не выпускал меня, пока я не взял это. Они ещё горячие. Чай… я, в общем-то, не голоден, но от чая не откажусь. У вас всё хорошо? Как сад? Мама говорила, что вы получили какие-то новые цветы, — он огляделся в поисках Тони, но его нигде не было видно.
— Тони пошёл в гараж, посмотреть… что там с моей машиной, — улыбнулась Мария, подмечая любопытный взгляд Стивена. Взяв его под руку и перехватив один костыль вместе с печеньем, она повела его на кухню. — С моим садом всё прекрасно, да, я получила гелиотропы, они так пахнут! С ума сойти, даже Джарвису в петельку вставила, Тони почему-то отказался, ну… он весь день бегал в футболке, так что, наверное, поэтому? — она никак не могла взять себя под контроль и щебетала так быстро, лишь бы не смущать мальчика, и, когда они дошли до стола, помогла ему усесться, на время замолкая. Быстро наведя чай, миссис Старк поставила кружки на стол и присела рядом. И всё же любопытство свело её с ума, и она не выдержала: — Ну что, вас… можно поздравить с тем, что вы теперь… официально?..
Стивен смутился, но не смог скрыть счастливой улыбки.
— Да, получается, всё… официально. Не то чтобы мы кричали об этом на каждом шагу, но теперь нет смысла и желания прятаться. Да все и так знают, чего уж, — он поднёс кружку к губам и сделал несколько глотков ароматного чая.
Сколько же он раз сидел вот так с Марией и разговаривал с ней по душам, а она всегда его понимала. Потрясающая, сильная и очень добрая женщина, и Стив был рад тому, что между ним и матерью его партнёра есть взаимопонимание и дружба. Это было важно и очень-очень грело сердце.
— Ну… — губы Марии растянулись в счастливой и довольной улыбке, и она погладила Стивена по руке, даже и не зная, как выразить то, что у неё происходит внутри. Это было потрясающе: что её сын теперь не выглядит тенью самого себя, дела делает с прежней отдачей и улыбается, даже когда думает, что на него никто не смотрит и его не видят. И Стив будто крылья вернул, сразу расцвёл и стал ещё красивее. — Я очень рада за вас. Рада, что вы справились со всем, что тревожило, и нашли понимание. Это…
— Мама, не смущай принца, — вставил вернувшийся из гаража Тони и, утерев руки о тряпку, уже испачканную в машинном масле, подошёл ближе к ним. — Сплетничаешь о нас? О, Мадонна! — он возмущённо закатил глаза и показал ей язык, кладя ладонь на плечо Стива, обозначая своё.
— Сын, — притворно обрезала его миссис Старк и покачала головой, на этот раз не скрывая искр счастья и радости, смотря на людей, обретших то, что искалось так долго.
— Всё в рамках приличий, — улыбнулся принц, сразу почувствовавший себя намного увереннее рядом со Старком.
Он накрыл своей рукой его ладонь, мягко поглаживая пальцы, и, потянув немного, заставил придвинуться ближе к себе.
— Возился с машиной без меня? — Стивен изогнул бровь, стараясь напустить на себя притворно недовольный взгляд, но против воли глаза его лучились теплотой и восхищением.
— Ой, и ты туда же, — фыркнул Энтони, немного краснея из-за того, что он так резко взял быка за рога, обозначая все рамки сразу же. Он смотрел ему в глаза и всё улыбался, а Мария наблюдала за ними, словно видела впервые. Краем глаза Старк видел её, но ничего не мог поделать с собой. — Я возился с маминой машиной, наша стоит… неприкосновенная сегодня.
— Так что, с ней всё в порядке? — прервала их… интимные переглядки Мария и поднялась из-за стола, оправляя красивую юбку. — Я уже могу ехать?
— К-конечно, мам, езжай, — помотал головой Тони и, через силу отстранившись от Стива, коснулся губами её щеки и сжал ладони в своих руках. — Будь осторожна, и пусть Мадонна идёт за тобой следом.
— Хорошо, Тони, я буду внимательна, да и Джарвис будет за рулём, не бойся, — она тихонько вздохнула и, чмокнув наследного принца в щёку, махнула им на прощание и, крича Эдвину о том, что он уже должен быть собран, пошла к выходу.
Старк, провожающий её взглядом, глянул на Стива.
— Ты сегодня… — принц пытался подобрать слово, но, кроме «странный», ничего не приходило на ум. — Не такой, как всегда. Смотришь так… мне сразу же хочется сделать это, — он поднялся из-за стола и толкнул Тони к стене, припечатывая его собой, вжимаясь всем телом.
Дыхание перехватило сразу же, когда он почувствовал смесь запаха машинного масла, бензина и лёгкого флёра парфюма Старка, и, коротко выдохнув, Стив накрыл его губы своими, сминая жёстким, почти грубым поцелуем. Он и сам не мог понять, что из только что произошедшего так подействовало на него: был ли это слишком однозначный собственнический взгляд Тони или то, что он успел соскучиться, но, что бы это ни было, самообладание принца рассыпалось на мелкие осколки.
Старк потерялся в его руках, запахе и тепле. Он обвил его шею, притягивая ближе к себе, и ответил на поцелуй со всей страстью, накопившейся в нём за столь короткий перерыв в общении. Он не брыкался, не вырывался и не кусался, действовал всё так же порывисто, как и обычно, но на этот раз был более ласкучим, томным и каким-то до скромного мягким. Как в Тони сочетались несочетаемые вещи, не знал никто из его любовников, и только Стив мог бы понять, что это всё значит. Жажда по чужому телу — вот что сгибало его пополам и позволяло вести себя так.
— Сти-и-ив… — застонал он и смял его нижнюю губу зубами легко и очень приятно, с едва ощутимой, но острой ноткой боли.
Принц ещё крепче стиснул его в объятиях, пытаясь насытить невыносимый жуткий голод своих демонов, которым нужен был Старк целиком и полностью. Мысли путались, голова кружилась от ощущения мягкости и податливости своего Дьяволо. Стивена разрывало на части от желания действовать порывисто и сильно, но что-то внутри него умоляло не торопиться, что-то шептало: «Посмотри, он твой, он хочет быть с тобой, он так отзывчив, когда прогибается под прикосновениями, умерь свой пыл, позволь ему ощутить что-то более глубокое». Метания между желаниями сводили принца с ума, и Тони мог чувствовать, как в одно мгновение Стив целовал трепетно, нежно, а через минуту впивался зубами в шею, издавая звуки, похожие на смесь стонов и рычания.
— Ближе, хочу чувствовать всего тебя, ми дольчецца (сладость), — хрипло пробормотал он, уже ощупывая разгорячённую кожу Старка, царапая и потирая горошины набухших сосков.
Прижатый к стене Старк облизал пересохшие от частого дыхания губы и приоткрыл затуманенные будто алкоголем глаза, которые на самом деле были пьяны из-за близости. Он посмотрел в лицо Стиву и приподнял руки вверх, позволяя стянуть с себя футболку полностью. Так жарко, так хочется и сильнее, и глубже, и чтобы не раз и не два, а сотни миллионов. Ближе. Коснуться ближе, втереться в чужое тело, насладиться отдачей, понять… каково это быть снизу.
— Всего… меня… — шепнул Энтони, растягивая губы в пошлейшей ухмылке, заталкивая страх в самые дальние дали сознания. — Возьми? — голос не дрогнул, и он тайно выдохнул.
— Ты… сейчас о том, чтобы я… — а вот принца подвёл голос, он даже не смог закончить свою мысль, неверяще смотря на Старка, всё ещё не думая, что тот говорит серьёзно. Исходя из того, что Стивен всегда оказывался в подчинённом положении, он не думал, что Тони согласится на что-то подобное. — Я могу?.. — он снова не закончил предложение, облизывая губы, вглядываясь в лицо Дьяволо потемневшими от предвкушения глазами.
Тони сжал пальцы на плечах Стивена и недвусмысленно повёл бёдрами, потираясь напряжённым пахом о его пах. Эта мысль скручивала его и взвинчивала нервы, вознося их на самую низкую частоту по звучанию. Он сам мог бы от предвкушения, смешанного со страхом, заикаться и дрожать в нетерпении, но пытался сделать вид, что всё нормально. Так бывало, и не раз. Он же… знатный любовник.
— Можешь, — согласился он, впиваясь ногтями в упругую плоть его плеч, оставляя кровавые ранки. — Сейчас же… разложи меня прямо здесь. Быстрее, — пока я не передумал, хотелось ему ляпнуть, но Энтони знал: он не передумает.
— Не здесь, не так, — замотал головой принц, желая, чтобы всё было идеально, раз уж ему позволили в этот раз вести.
Не имея сил оторваться от Старка, он потащил его наверх, по пути роняя всё, что только можно было уронить: от древней вазы какой-то там династии до попадающихся на пути стульев, пуфиков и разной ерунды, мешающей Стиву наконец-то получить то, о чём он думал очень и очень часто.
Кое-как открыв дверь в спальню Тони и срывая с него и с себя мешающую одежду, он толкнул Старка на кровать, наваливаясь на него сверху, исступлённо скользя руками и губами везде, куда мог дотянуться. Стыд и позор: выдержка принца ломалась на части лишь от одного только взгляда Тони, а от его чувственных и отзывчивых движений внутри Стива разгоралось нечто необъяснимое, яркое, всеобъемлющее, с чем невозможно было справиться.
— Ми белла, о дио, Тони, ты… идеальный, — прошептал Стивен, спускаясь дорожкой поцелуев от груди до пупка, пробегаясь языком ниже, прикусывая нежную кожу.
— Ах-х-х… — сорвалось с губ Тони, и он выгнулся в дугу, сжимая пальцами простыни. Ласки были тёплыми, страстными и вызывающими внутри целый рой щекочущих пёрышек. Так приятно ему бывало, только когда он сам проявлял инициативу, но и оказаться в чужих руках было поистине потрясающе. Он посмотрел на Стива из-под опущенных ресниц и повёл бёдрами, сильнее и крепче сжимая пальцы на простынях. — Нет-нет, ми белла, я просто… Дьяволо. Или дьяболико дотторе, — прошептал он, несмело раздвигая бёдра, чтобы принцу было удобнее касаться его, и отвёл взгляд на потолок, волнуясь, как школьник в свой первый раз, произошедший уже лет пятнадцать назад.
Но у Стивена были свои планы насчёт того, как это должно было произойти. Он до звёздочек перед глазами хотел, чтобы Старк запомнил это мгновение, этот день и то, что произойдёт чуть позже.
— Красивый, какой же ты красивый, ми аморе, ты невероятный, все вокруг хотят тебя, все смотрят и представляют, каково было бы с тобой, но… никто не узнает! — рыкнул принц, слизывая капельку смазки, стекающую по стволу, языком. — Ты только мой, только для меня, я никому не позволю прикоснуться к тебе! — голос охрип, перед глазами сверкало, Стив изо всех сил пытался взять себя в руки и начать дышать размеренно, а не рвано и через раз.
Он больше не касался ни руками, ни языком подрагивающего напряжённого члена, начиная медленно скользить губами по внутренней стороне бёдер, дразня, распаляя сильнее и сильнее, чтобы Старк был на грани.
Тони затрясло. Мелкой, но очень ощутимой дрожью. Пальцы и губы побелели из-за силы сжатия, а сердце больно стучало в рёбра. Стив был вызывающе красивым и властным сейчас, и ему на миг показалось, что он пропал. Вот так вот взял и пропал под взглядом посиневших глаз, под ласковыми и неспешными поцелуями тёплых губ, под его частым горячим дыханием и сердцем, большим и живым, стучащим в его эфемерных ладонях, подаренном ему ещё тогда, в первую встречу. Чтобы он ни сделал в своей жизни плохого, это не будет значительным, потому что хорошего много больше. Старк свято верил в это. Он тихо замычал, не позволяя себе слишком реагировать и показывать, как для него всего этого много, и разжал губы, со свистом втягивая воздух через сжатые зубы.
— Никто не тронет, — пообещал он осипшим от напряжения голосом и опять повёл бёдрами, надеясь на результат. Плоть пульсировала, желала прикосновений, но принц… нарочно издевался над ним.
Стив довольно заурчал, посылая вибрацию в пах Старка, сильнее раздвинул его ноги, быстро укладывая их к себе на плечи. То, что предстало его взгляду, было потрясающе, невероятно соблазнительно. Открытый, распалённый Тони, подрагивающий под его прикосновениями, пульсирующая, влажная от смазки плоть, тугое колечко сжимающихся мышц, и всё это только для него, только для принца.
— Мадре дио! — судорожно выдохнул он, а зрачки его стали почти чёрными.
Борясь с собственным возбуждением, Стивен потянул Тони на себя, резко въезжая языком в отверстие, ощупывая им стенки, несильно, но ощутимо помогая себе пальцем.
— Мадонна! — вскрикнул Тони, не ожидавший такого поворота событий, и вскинулся, упираясь пятками Стиву в поясницу, стараясь насадиться на язык и палец сильнее. Его распирало там, но это было не неприятно. Признаться, он пытался растянуть себя немного, и вот тогда было больно, а сейчас… Может быть, всё впереди? Он слишком… чувствителен, его ощущения ярки, как звёзды в ночном небе, и всё видится через тонкую пелену страстного красноватого тумана, возможно, и боль будет аховой? Да-а-а-а… разбилось в его голове стоном Стива, и он захныкал. Римминг всегда был его слабостью, а язык принца… Мадре дио! Проклятье! Кто из них Дьяволо?
Стива самого трясло так сильно, что он едва сдерживался, чтобы не ворваться в Старка одним оглушительным рывком. Нет. Всё должно быть медленно, осторожно, так, чтобы Тони было хорошо с ним.
В ход пошли все те знания и опыт, что были накоплены принцем за время учёбы. Он методично, ласково, но настойчиво растягивал Старка, расслабляя и отвлекая его языком, одновременно проталкивая в него уже два пальца. Внизу живота Тони образовалась лужица смазки — Стивен не дотрагивался до его члена, не желая пресыщать тело ощущениями, заставляя любовника сосредоточиться на том, что происходило впервые для них. Высунув пальцы, он стёр ими смазку и скользнул обратно уже тремя, прикусывая губу до крови, чтобы не кончить от одного только вида раскрывающегося ему Тони.
— Ми белла, тебе… тебе хорошо? — спросил Стив, языком проводя по поджавшимся яичкам.
Старк со всей силы упёрся пятками в матрас, лишь бы не ёрзать, как ужаленный. Его распирали доселе неизведанные ощущения, и, даже несмотря на некоторую боль, он чувствовал ни с чем несравнимое удовольствие. Рук Стива определённо было мало! Он так хотел большего, но не мог и слова вымолвить из-за того, что он нашёл себя в нижней позиции очень и очень соблазнительным и удовлетворённым, а не униженным, как говорил ему отец. Внутри горело, слегка щипало, но Сти-и-ив…
— Да-а, мне очень… о-очень хор-рошо, Стив, — прохрипел он, вцепляясь пальцами в сбившуюся простынь, сползая по кровати вниз, ближе к нему.
Принц прикусил губу, но всё равно не смог сдержать рвущегося наружу стона — так сильно его вело от слов и движений Тони.
Убедившись, что Старк готов, он поднялся и коснулся губами его губ, расфокусированным взглядом окидывая невероятного и соблазнительного мужчину.
— Тони… — выдохнул Стивен, вошёл в него одним плавным движением и замер, давая ему привыкнуть, пережидая собственный фейерверк из захлестнувшего его восторга, как физического, так и ментального.
У Старка сжались все мышцы — таким неожиданным и сильным показался ему этот толчок! Больно, жутко больно и… охренительно! Просто дьяболико хорошо! Он громко застонал, впиваясь пальцами в плечи Стива, царапая ногтями, и гримаса боли исказила его красивое лицо. В глазах плескался ужас вперемежку с невообразимым, каким-то мазохистским желанием, и он выдохнул сквозь сжатые зубы.
— Мадонна… это… это… — он даже не нашёл слов — так его качнуло и привело в неистовый восторг то, что сейчас случилось. — Мадонна-а-а… — застонал Энтони, сильнее прижимая его к себе. — О-о-ох…
— Прости, я… буду медленно, — голос Стива охрип, и он уткнулся лбом в плечо Старка, пытаясь совладать с неконтролируемым желанием двигаться быстро и жёстко, но нужно было ждать и быть осторожным.
Будь принц в более здравом уме и не с мелькающими перед глазами искрами, он бы обязательно удивился реакции Тони, заметил, что тот слишком сильно зажат и странно реагирует на проникновение, будто у него это… впервые? Но… Стивен был настолько не в себе, что думать о чём-то, а уж тем более анализировать реакцию точно не мог.
Аккуратно выскользнув из Старка, он снова вошёл, начиная плавные движения, стараясь отвлечь его поцелуями, бессвязным успокаивающим шёпотом, а внутри него всё скручивалось от напряжения, переполняющих чувств и желания сделать Тони самым счастливым на свете.
Старк зажмурился, уплывая на волнах ощущений куда-то очень далеко. Туда, где ещё никогда не бывал в своей не такой уж и короткой жизни. У него ещё никогда не случалось ощущать себя… нижним. Не то чтобы он когда-то хотел такого опыта, да только вот со Стивом всё было иначе. Тони будто учился заново дышать, ходить, думать и жить. Даже сердце с ним стучало по-иному, в любом случае сейчас… когда внутри него двигается совершенство, самое главное в мужском теле, он чувствовал себя не менее счастливым, чем принц.
Извернувшись и приняв более удобную позу, несмотря на пробивающую внутри боль всё ещё не до конца расслабленных мышц, он почувствовал, как упругая головка касается его мужского центра, и громко заохал. Сердце колотилось, как шальной отбойник, губы высохли, а шёпот Стива ещё больше распалял. Чувство невообразимой наполненности окутало каждую клеточку тела, и Старк на краю сознания подумал о том, как хорошо, что он не попробовал этого раньше, иначе не понял бы, как это на самом деле хорошо.
— С тобой… с тобой всё не так, — прошептал Стивен, покрывая поцелуями щёки Тони, срываясь с медленного ритма в хаотичные движения. — Всё по-другому рядом с тобой, будто я ждал всю жизнь только тебя, — он огладил рельефную грудь Старка, прикрывая глаза от наслаждения. — Ты первый, с кем я такой, первый, мой… Единственный, кому я принадлежу, ми белла, — слова вырывались против воли, и принц ничего не мог с этим поделать, не мог контролировать себя, полностью растворяясь в своих и его ощущениях.
— Никогда бы не подумал… что секс может быть таким… таким… живым… — задыхаясь, поделился Тони, вжимаясь в сильное тело Стива так, что его невозможно было бы оторвать от него. Они сплелись всем. Не только телами, но и душами, будто кто-то сверху благословил их такой неправильный и сложный союз, всё равно давая зелёный свет и шанс на личное и ни с кем не делимое счастье на двоих. Два разных, непохожих и в то же время будто созданных друг для друга человека, обрели себя в друг друге. — Я люблю тебя, моя жизнь, — ошарашенно сказал Тони и выдохнул, сильнее и сильнее расходясь, начиная подталкивать Стива в себя, давать ему то, чего хотелось. — Скорее… Ми белла! Да-да-да, да-а-а! — вскрикнул он и, дёрнув его за волосы, притянул к себе.
— Ох, каццо! Дьяявло! — выругался принц, а в воспоминаниях пролетела картинка их знакомства и то, как Старк пытался заставить его произносить бранные слова. — Люблю тебя, Тони, люблю так, что больше не смогу жить без тебя, — и это признание казалось самым естественным, что только можно было сказать.
Стив подхватил Старка под ягодицы, заставляя прогнуться сильнее, насадиться на него до основания, чтобы сорваться в быстрые, хаотичные толчки, приближая себя и своего Дьяволо к кульминации. Перед глазам побелело, но принц не мог не смотреть и не впитывать в себя каждое движение, каждый вздох и отзывчивый стон Тони, не мог не смотреть жадно, страстно, позволяя себе запоминать каждое мгновение их близости. Острая судорога пронзила тело, но он хотел оттянуть этот момент, чтобы видеть, как первым кончит Старк.
— Давай же, давай, ми аморе, ты хочешь этого, ты можешь кончить для меня, не прикасаясь к себе, давай, я хочу видеть, как тебе хорошо со мной, покажи мне, как тебе хорошо, — хрипло пробормотал Стивен, раз за разом резко и сильно касаясь напряжённой головкой пульсирующей простаты.
От ужаса сей просьбы глаза Тони округлились, и, как бы он ни хотел, без дополнительной стимуляции кончить было проблематично. Его глаза, туманные и тёплые, почернели сильнее, зрачки будто утопили коричную радужку в черноте, и он задрожал так ощутимо, так сильно, что мышцы бёдер свело. Старк заскрежетал зубами в беззвучных мольбах прекратить эти мучения, чувствуя буквально каждым миллиметром своей разгорячённой кожи, что ему не хватает воздуха.
— Пожалуйста… — захныкал он, обхватывая Стива за талию, стараясь хоть как-то усилить контакт кожи с кожей и потереться напряжённой плотью о его плоский живот. Толчок, и второй, и третий, и взгляд глаза в глаза, и в них, на глубине, словно нарастающее гудение всей проклятой земли. Тони не стерпел, зажмурился сильно и, быстро-быстро вдыхая и выдыхая, откинув голову назад, под аккомпанемент ударных в собственной голове, под жалящие иголки в позвоночнике затрясся в оргазме, изливаясь себе на живот. И, если бы не запах, если бы не толчки, если бы не воспоминания о первых поцелуях, о тёплых ладонях на теле, о словах, он бы… сломался. А сейчас он будто заново собрался, показывая, как сильно он любит и хочет. Хочет гореть в общем котле.
Почувствовав, как сжимаются мышцы вокруг пульсирующего члена, Стив зашипел сквозь зубы, до ярких красных полос стискивая и царапая ягодицы Старка, до упора натягивая на себя, уже ощущая, как его накрывает оглушительным по силе наслаждением.
— Люблю, я… Как же я… люблю тебя, — выдохнул принц, прежде чем заполнить Тони горячим, выплёскивающимся семенем.
В голове шумело, кровь стучала в висках вперемешку с «люблю» и «твой», и Стивен никогда ещё не чувствовал себя одновременно таким опустошённым и наполненным, разрываемым тысячами отголосков мыслеобразов, картинками воспоминаний их первых касаний и первых признаний, но самое главное было то, что происходило сейчас. Одно на двоих сердце, чувства, ошеломление и осознание принадлежности друг другу. И к чёрту весь мир, корону и власть, потому что ничто из этого не может быть важнее человека, разделившего с ним жизнь.
Принц осторожно выскользнул из Старка, но не выпустил его из объятий, наоборот, только крепче прижимал к себе, укладываясь набок.
— Ты самый невероятный и потрясающий мужчина, Тони. Для меня и во всём мире, — Стива невыносимо тянуло на признания, на сотни тысяч комплиментов, хоть этого и было мало, потому что он хотел дать Старку всё и даже больше.
— Для меня ты самый лучший… я люблю тебя таким, — прошептал Тони, вжимаясь в Стива, вдыхая ароматы секса и пота, наслаждаясь тем, что только что услышал, и отголосками сильнейшего оргазма. Сердце стучало быстро и сорвано, глаза щипало, а улыбка тянула губы. Ему бы остаться здесь навсегда, каждый чёртов день дарить принцу. Мешать жизни, как в коктейле, делиться пополам и чувствовать любовь. Горячо и страстно, трепетно и нежно. Это будет навсегда — так надеялся Старк и верил в общее будущее. — Всё будет хорошо… у нас с тобой всё будет хорошо.
