С первого удара

      Утром Джуди проснулась уставшей, несмотря на то, что Ник привез ее довольно рано, в 10 часов вечера, но Джуди не могла еще долго уснуть, переваривая в голове все, начиная от того, что произошло в зале, и заканчивая их коротким разговором в машине. К тому же ночью ее мучили кошмары, где она была в том же зале, но было абсолютно темно, даже если выставить перед собой лапу, не увидишь ничего. Было пугающе тихо, что девушка слышала свое дыхание. «Не хватает только бум-эффекта» - подумала еще Джуди, вспомнив недавний фильм ужасов, на который она сходила с Тэлой и ее парнем. Сюжет был примитивным, что-то про призраков, но из-за этого «бум-эффекта», когда, находясь в кромешной тьме, ожидаешь появления нечисти, а когда с облегчением отворачиваешься, а оно – перед тобой. «Если это так, то я предпочитаю классику: если пугать, то пугать сразу».       Впереди она увидела два крошечных красных огонька, похожих на огоньки, которые видишь в небе, когда над твоей головой пролетает самолет, а под его «брюхом» мигает красный огонек. Но огоньков было два и они не мигали. Джуди сделала пару шагов навстречу этим огонькам, но внутренний голос заставил ее остановиться. Она так и сделала. А огоньки – нет. Присмотревшись, она разглядела кольца радужки…       «Глаза!» — завопил ее разум, когда Джуди трезво оценила ситуацию. Глаза, безотрывно и не моргая, смотрели на нее, с каждой секундой приближаясь все ближе и ближе. Джуди, не желая встретиться с обладателем этих зловещих глаз, побежала прочь, но, куда бы она не бежала, кругом ее окружала тьма. И тут тяжелая лапа опустилась сначала на ее правое, потом левое плечо. Но прежде, чем Джуди не по своей воле повернулась и лицом к лицу встретилась со своим преследователем, яркий солнечный свет, ударив ей в глаза, вызвал головную боль.       Но на этом утренние «сюрпризы» не закончились: вода в душе не прогревалась выше 30 градусов, так что Джуди долго пришлось привыкать к теплой воде; ее личный чайник дал сбой и ей пришлой обойтись без кофе. «Вся надежда - на волшебный кофейный аппарат Тэлы… или сегодня за кассой Мина? Не важно».       Надев чистую и отглаженную еще на прошлых выходных белую рубашку с эмблемой департамента, черные брюки и галстук, она посмотрела на себя в зеркало на внутренней стенке шкафа. «Интересно, если я немного пшикнусь духами для настроения, мне попадет от него?» — подумала она, бросив взгляд на аккуратно висящую на плечиках рубашку. «Заодно и постираете» - будто говорила ей эта рубашка. Решив рискнуть, она взяла тюбик с туалетной водой с пряным кофейным запахом, прыснула совсем немного на правое запястье, растерла ароматную вязкую жидкость между обоих запястий, приложила к шее и, чувствуя нечто вроде облегчения, выдохнула, чувствуя, как ее приятно окутывает аромат.       - Так-то лучше! — прошептала крольчиха, проведя ладонями по шее, по ключицам, по груди. Прогоняя сонливость, оно пару раз невысоко прыгнула на месте и, взяв телефон со стола, вышла из комнаты.       Как она и ожидала, кофейный аппарат не подвел, и она попросила двойной капучино без сахара. Сегодня на завтрак был пышный, как облако, омлет с зеленью и сыром, мисочка каши, слишком жидкой, чтобы называться кашей, и средних размеров круассан с теплым кремом. Проходя мимо зала, в котором у нее произошла стычка с куратором, пара курсантов ставили опрокинутое гимнастическое бревно, но заметили, что оно сломано, решили оставить на прежнем месте до решения более старших руководителей. К обеду бревно нужно было отнести на склад и вызвать ремонтника, а на замену принесли старое, не с такой мягкой насадкой, но качественное.       Пройдя мимо сотрудников отдела, она приблизилась к кабинету секретаря, и на миг застыла, не уверенная, стоит ли продолжать. Что, если он по-своему пошутил и теперь, едва она покажется в кабинете, посмотрит на нее и скажет: «Какого черты ты здесь делаешь? Почему не на утренней пробежке? Мне тут и без тебя забот хватает». Она вспомнила свой сон. Красные глаза.       «Да перестань, ничего такого не будет!» — постаралась она себя утешить и зашла. В кабинете за темно-серым столом сидела Тина и лениво водила мышкой по коврику. На ней был наряд классической расцветки – черное платье-футляр с короткими рукавами и белая кружевная блузка, которая не позволяла сфокусировать внимание на глубоком вырезе на груди. Рыжая подняла глаза на Джуди.       - Мисс Хоппс, доброе утро! — вежливо обратилась к ней лисичка, сняв очки в фиолетовой оправе, продемонстрировав ей такие же серые, как и внутренний декор кабинета, глаза. - Ваш куратор вам здесь оставил пакет документов, которые нужно отвезти в Сахара-Сити. На пакете указан адрес и кому нужно передать пакет. Позже зайдите ко мне, я вас направлю в архив, там нужно будет поднять нераскрытые дела, от месяца до трех, их потом отнесете дежурному!       Передав пакет для сотрудников полицейского департамента Сахара-Сити, Тина сказала, что желательно доставить пакет как можно быстрее, потому что у сержанта еще куча поручений к крольчихе, если она хочет за этот день получить хоть какие-то баллы.       «Все по-прежнему», — подумала Джуди, несясь вниз по лестнице. Четверг и пятница протекали в обычном, немного бегущем, режиме. И Джуди забыла про свой кошмар. Но в понедельник кошмар ей предстояло увидеть наяву.       Отдохнув и набравшись сил на выходных, Джуди пришла к секретарше-лисичке за новым заданием. В прошлый раз Ник не стал ее баловать награждением в виде баллов и начислил в четверг 3 балла из 5, из-за того, что поездка туда и обратно у нее заняла больше часа, и она оставила на пятницу 3 невыполненных дела, хотя в пятницу он был пощедрее и начислил ей 4 балла за своевременность и, как сказала Тина, цитируя его слова: «не попадалась мне на глаза».       До обеда все было как обычно: Джуди поручили работать за компьютером на 4 этаже в отделе дорожного ведомства, где ее приставили к устройству, похожему на принтер, которое почти без остановки отплевывало бумагу с фотографиями машин, которых нужно было забить в систему и пометить «Штраф» или «Угон». И пробивать их нужно было быстро, поскольку они могли быть объявлены в угон. В этом случае она связывалась с операторами по внутренней линии и сообщала последнее местонахождение автомобиля. Так что стресс ей был обеспечен. После обеда Джуди продолжила сидеть за компьютером, когда к ней пришла Тина и передала ей черный маленький пакетик с витиеватыми позолоченными узорами, почти невесомый по весу.       - А это – кому передать? — спросила Джуди, посмотрев внутрь, но там лежала белая коробочка, похожая на упаковку для молочного шоколада.       - Мистер Уайлд просил передать это вам. Компенсация за лишние затраты, — ответила Тина и, не дождавшись дополнительного, требующего разъяснения, вопроса, ушла в свой отдел.       Джуди проводила ее взглядом и потом вытащила коробку из пакета, и спрятала ее под стол. В отделе все были заняты пробиванием автомобильных номеров в компьютерной базе и звонками, так что на маленькую крольчиху и так не обращали внимания. Она вскрыла коробочку и увидела внутри что-то черное и легкое. Она вытащила наружу и в следующую секунду выронила предмет, точно он обжог ее, и прикрыла лапками рот, боясь, что крик вырвется у нее наружу.       Белые, кружевные трусики-стринги приземлились ей на колени. Джуди огляделась по сторонам и, конечно, никто на нее не обратил внимание. «Но обратят, если ты будешь так сидеть с прикрытым ртом. Так что возьми себя в лапы и сделай вид, что ничего не произошло». Медленно, она отлепила вспотевшие ладошки от губ и посмотрела на «подарок». Она незаметно, под столом, расправила нижнее белье и изучила его. Белые, полупрозрачные, с оборками, хотя на картонной этикетке красовались такие же, но черного цвета.       «Компенсация за лишние затраты!» — вспомнила она слов Тины. «Это так он их называет?». Да, ей пришлось купить новое нижнее белье, красивые трусики-шортики, но хлопковые и немного поскромнее. А такое откровенное белье она видела только в магазине дорогого нижнего белья. Ну или когда дома, в Норках, они с сестрой занимались стиркой. Вот ее сестра могла носить такое. Но не она.       - Затраты, значит… — тихо прорычала Джуди, положив белье обратно в пакет и, попросив одну из сотрудниц отдела минут на 10-20 принять некоторые бумаги с фотографиями за нее, пока сама отлучится по «важному делу».       Держа пакет под мышкой, она прошла мимо стола Тины, когда та вскинула голову и уже хотела остановить Джуди, но та уже зашла в кабинет Ника, предварительно постучавшись.       Ник спокойно сидел за своим столом, перекинув одну лапу на другую, и просматривал бумаги. Джуди чувствовала, как у нее дрожат лапы от желания положить их ему на шею, сжать пальцы и придушить его. Он вопросительно посмотрел на нее.       - Если вы закончили свою работу, то отчитывайтесь перед Тиной, Хоппс! — сказал он, отвернувшись. Его лицо ничего, кроме прежнего равнодушия, знакомого ей с их первой встречи воочию, не выражало.       - Всенепременно. Но я бы хотела, чтобы вы отчитались передо мной, мистер Уайлд! — огрызнулась крольчиха, не обратив внимания на то, что она снова нарушала его правила. Но поняла она это, едва обозленные ее неподчинением старшему по званию глаза лиса устремились на нее. Он даже чуть привстал с места, чтобы потребовать от нее разъяснения. Но Джуди только молча бросила на стол пакет.       - Что это? — спросила она, стараясь сохранять спокойствие, чтобы не взорваться.       Ник опустил глаза на пакет, будто не понимая, о чем идет речь.       - Разве Тина вам не объяснила, что это – моя вам компенсация за вынужденные затраты? В прошлый раз вы сказали, что вам не хватает денег на нижнее бельё. Я…       - Я сказала, что с вашими методиками и практическими упражнениями можно разориться на покупке нижнего белья. Денег на тру… белье у меня хватает, но я бережно отношусь к тому, что покупаю, а это…       Она подошла к столу, вытащила коробку, показала трусики.       - Это – я не ношу! И с вашей стороны делать мне такие подарки – оскорбительно по отношении ко мне!       Ник подцепил когтем трусики, которые Джуди расправила перед ним, положил на пальцы, посмотрел на них, будто не мог понять, как именно он оскорбил это капризную девушку.       - С каких пор покупка нижнего белья рассматривается как оскорбление? — спросил он, переместив взгляд на нее. - Вам по нраву «бабушкины трусы» размер XXXXL?! Тем более, я попросил Тину купить то, что она сама предпочитает, а ее вкусу я доверяю.       - У меня обхват бедер меньше XXXXL…       - Откуда мне знать? Я вас не замерял! Моя помощница купила их, так что все претензии к ней, — уже повысив голос, заявил Ник, склонившись над крольчихой.       - Если так хотели извиниться за тот инцидент в спортзале, могли бы просто попросить прощение, а не тратить столько денег на тряпки. И я бы не стояла тут и не ругалась с вами!       - Я – никогда не прошу прощения, особенно у крольчихи, которая не может держать свои эмоции при себе!       Лапы лиса сжались в кулак, и он был готов сам взорваться от злости.       - Если бы вы не делали мне таких откровенных… компенсаций, я бы не заводилась на пустом месте. Я не ношу такое вызывающее белье!       - Я повторюсь: все претензии к Тине. А теперь – вон из моего кабинета и уберите это с моего стола! И опять в голове Джуди все накипело. Она снова почувствовала себя одичавшей, способной порвать все и вся, как тогда, в спортзале. И она знала, чем это обернулось. И Ник тоже, но вызывать у нее чувство злости он не собирался. Он просто хотел поставить ее на место, потому что она снова вела себя «не по уставу», она снова самовольничала.       «Есть одна вещь, которую ты не должна делать ни в коем случае: поворачиваться к нему спиной», — говорил ей лис Фин, когда они с Беном в первый день пришли к нему в бистро пообедать, а в случае с Джуди – пообедать завтраком. «Один из офицеров имел неосторожность забыть это правило и ему в спину залетел дротик для бросания в мишень. Так что, если не хочешь узнать, каково чувствовать тонкое, не толще иглы лезвие, меж лопаток, то не поворачивайся к нему спиной».       Джуди помнила об этом предупреждении каждый раз, когда видела рыжего куратора. И когда она сама играла роль той мишени в стрелковом зале, она старалась не показывать ему свою спину. Но сегодня ей руководила обида. «Я не скажу, что такое белье носят те, кто хочет сделать приятное своему партнеру, а если белье и вправду купила Триш, то я не хочу вдаваться в их с ним подробности сексуальной жизни. Триш – слишком хороша, чтобы даже мысленно думать о ней плохо».       Вместо того, чтобы молча исполнить приказ, Джуди услышала свой голос. И два слова. Последнее, что она помнила, прежде чем ураган «Уайлд» разразился в полную силу, это два слова, которые она выдавила из себя, и это были не уставные «Да, сэр!». Она сказала следующее:       - Оставь себе!       Уходя из кабинета, она повернулась к нему спиной. И только она дотронулась до дверной ручки, как услышала, как позади нее с шумом опрокинулся стул. Она улыбнулась, решив, что сержант потерял сознание после такого смелого заявления. Но повернувшись, она увидела, что стул опрокинут, а Ник уже устремился к ней. Она успела заметить, что глаза у него налились кровью и стали такими же красными, как те глаза из ее сна. Глаза в темноте, которые она ошибочно приняла за огоньки. И теперь она видела эти глаза наяву, вживую. А острые зубы так обнажились, что Джуди разглядела даже розоватые десна.       «Он – озверел!» — пронеслась в ее голове мысль, когда она ухватилась за дверную ручку и сильно надавила. Приложи она чуть больше усилия, то сломала бы ее и оказалась здесь взаперти, и тогда живой он бы ее не оставил. Ну, может и оставил бы, но всыпал бы ей по полной. Джуди даже не захотела знать, что именно, поэтому, не теряя ни секунды, он чуть ли не упала на дверь, толкнув ее и выбежав из кабинета.       - Что про… — успела сказать Тина, уже услышав шум, доносящийся из кабинета Ника, но так и осталась сидеть, шокированная происходящим зрелищем: хрупкая крольчиха убегала от взбешенного лиса. Ей часто приходилось видеть Ника не в лучшем настроении, но таким… одичавшим – никогда!       - Ник, ты – в своем уме? Что на тебя нашло? — дрожащим голосом просила она, но Ник, не обращая на секретаршу никакого внимания, угрожающе шел на крольчиху. По дороге он одним взмахом лапы снес посаженную в большой керамический цветочный горшок пальму. Горшок опрокинулся, но не разбился. Треснул в паре мест, оставив глубокие линии, точно линии рек на глобусе. Оказавшись в офисе, где о меньшей мере работало 40 сотрудников, Джуди наивно подумала, что он не посмеет ее тронуть на глазах свидетелей. Но, даже завернув за угол, она посмотрела через плечо и увидела, что Ник, злобно оскаливаясь и сверкая глазами, шел на нее. Джуди полностью развернулась к нему, думая, что так он снова успокоится. Но если ты разозлила бешеного лиса, то берегись.       Она пару раз пыталась оградиться свободными стульями, но Ник их легко поднимал и отшвыривал в сторону, рискуя попасть в засмотревшихся на устрашающее зрелище полицейских. Они не первый день знали нрав сержанта и старались не бесить его. И то, что поворачиваться к лису спиной было под табу, они помнили лучше, чем таблицу умножения. И судя по тому, как потом вспоминали копы, сидящие ближе к кабинету Тины, как именно выбегала миниатюрная и до смерти напуганная крольчиха, они помнили, что она нарушила это правило.       Когда лис грубо оттолкнул вставшего у него на пути полицейского-антилопу, да так, что бедняга перелетел через стол, а монитор компьютера упал на него, и, возможно, размозжил ему череп, если бы он вовремя не выставил вперед копытца, Джуди издала тихий стон. Скорее всего Ник опять запугивал ее, но к чему подвергать опасности всех этих зверей?       Джуди просто отступала назад, не оглядываясь. Внутренним зрением она знала, что до выхода осталось футов 18… 15… 12. Еще немного, и можно будет развернуться и бежать прочь. Все равно хуже не станет. И ей бы удалось это сделать, если бы ее задние лапки не заплелись, и она бы не упала на ковровое покрытие.       Забыв про свои обязанности, все сотрудники повставали с мест, желая досмотреть шоу до конца. «Я нахожусь в полицейском участке, и никто не может и не хочет мне помочь. Как иронично!» — подумала Джуди, активно перебирая всеми четырьмя. Запаниковав, она перестала ориентироваться в пространстве и просто отползала прочь, не помня, сколько шагов оставалось до спасательного выхода, а лис продолжал идти на нее, но, увидев, что его провинившаяся подчиненная находится в самом, что ни на есть, беспомощном состоянии, чуть замедлил шаг, как бы растягивая это удовольствие.       Джуди натолкнулась на толстую стену, в футе от заветной дверной ручки и подняла лапу, надеясь ухватиться за нее, но обнаружив пустоту, застыла на месте.       Добравшись до нее, Ник встал на четвереньки у самого ее носа и приложил ладони к стене так, будто хотел зажать бедняжке оба уха.       - Еще раз надумаешь дерзить мне, сначала хорошенько подумай, стоит ли связываться со мной, вислоухая! — тихо рыча, прошептал он, чуть привстав над ней. От вида острых, выступающих над его нижней губой клыков, Джуди затрясло, и она еще ближе прижалась к стене.       - Завтра ж получишь такую порцию нагрузки, что веревочные растяжки тебе покажутся разминкой. Мигом выбью всю дурь из твоей черепушки!       Он выпустил когти и провел ими по стене, медленно сползая к ее плечам.       - А распустишь еще раз свой грязный на слова язык, вырву с корнем, поджарю на сковородке и съем без соли!       Он опустил лапы ей на плечи. От его касания Джуди замерла, боясь пошевелиться или сделать вдох. Она посмотрела ему в глаза, зашуганная, маленькая крольчиха перед хищником, который словами на ветер не бросается. И ослушайся она его, он взаправду причинит ей боль, несмотря на проявленную доброту по отношению к ней на прошлой неделе. «Неужели, это и есть его настоящее лицо? Не маска, а его суть… настоящая?»       Он сильно сжал их, что ее суставы звонко хрустнули, и, продолжая сжимать их, рывком прижал ее к стенке, а потом отпрянул от нее, будто учуял неприятный запах и, развернувшись, собрался идти.       - Да в чем, в конце концов, ваша проблема? — закричала Джуди, когда он уже собирался сделать первый шаг прочь от нее. Присутствующие в офисе звери не слышали, что сержант сказал этой несчастной дурочке, но они четко слышали, что сказала она, и в ужасе схватились за головы, ожидая худшего.       В следующую секунду Ник резко развернулся и, сжав правую лапу в кулак, нанес удар. Но удар пришелся не по голове крольчихи, но довольно близко от основания ее левого уха. Благо, она вздернула ими, когда открыла рот и позволила словам вылететь из них. И если бы она опустила их, то ее ухо превратилось бы в отбивную. Джуди зажмурилась.       При ударе кулака о стенку раздался такой оглушающий звук, что ничего, кроме эха в своей голове, она не слышала. На плечо посыпалась штукатурка, а лицо частыми порциями начало окатывать горячее дыхание хищника. С опаской Джуди разомкнула плотно зажатые веки. Первое, что она увидела – плотный узел галстука на шее Ника, потом прикушенную нижнюю губу, с которой стекала тонкая струйка крови. Поморщившись от боли, лис опустил глаза на крольчиху.       - В следующий раз я не промахнусь! — сквозь зубы прошипел он, продолжая смотреть ей в глаза.       На секунду она будто увидела кое-что в его глазах. Кроме злобного блеска в почерневших от гнева и неистовства глазах она увидела усталость. И в сердце девушки забился крохотный фонтан надежды. «Нет, это все та же маска!»       Ник, встав с колен, ушел прочь, в свой кабинет, оставляя на полу дорожку из капелек крови, от вида которой по спине девушки пробежали вибрирующие мурашки. Она с трудом «отлепилась» от стены и рискнула посмотреть место удара.       В стене осталась неглубокая впадинка, глубиной в несколько сантиметров, с красными пятнами крови, спускающейся вниз по кривой линии, похожей на отвратительную молнию.       Чувствуя приступ тошноты, Джуди отвернулась от углубления в стене, но ее взгляд упал на кровавую дорожку, как в сказке про маленьких зверят, которые по хлебным крошкам добрались до дома.       «Что я делаю?» — подумала Джуди, но ее действия уже опередили ее мысли. «Глупая идея, очень глупая!»       Чувствуя дрожь в коленях, Джуди таки встала на лапы и, выдохнув, подняла голову, направившись вдоль кровавого следа. Не уверенные в том, что движет крольчихой, отчаяние или глупость, копы смотрели ей вслед. Два волка, едва Джуди прошла мимо них, даже решили поспорить на деньги, выйдет ли это крошка из кабинета «психа» живой или ее вынесут на носилках.